Герой - 2

Все пошло не так с самого утра. А жизнь показывает, что если утро не задалось, то рассчитывать на хороший день может только законченный оптимист. Сколько она себя помнила, она всегда просыпалась с первым светом, обычно еще задолго до восхода солнца. Многим это свойство ее организма изрядно действовало на нервы; тот же Эйтан, к примеру, просто не мог понять, как можно ранним утром обладать хорошим настроением. К тому же, она так же прекрасно могла не спать всю ночь, и поздним вечером ее не срубало от усталости, как обычно бывает с жаворонками. Единственное, чему ее организм отчаянно противился, это полноценно отдыхать во время утреннего сна. Вернувшись домой в семь утра, Ками всерьез обдумывала, не стоит ли просто отдохнуть оставшиеся до работы часы, почитать книжку или потупить в компьютер. Но разум взял верх. Она могла не спать более суток, однако усталость давала о себе знать. За плечами была долгая ночная смена, а впереди маячили еще две – днем в одной больнице, и, сразу после нее, ночь в другой. А до предыдущей ночи она тоже толком не спала, вот и получается, что если она не отдохнет сейчас, то за трое суток наскребется не более восьми часов в режиме рванного сна – здесь пару часов, там три часа, там еще три, вот и получается восемь. А за такие выкрутасы организм вполне может ей мелко и подло отомстить и подвести в самый неподходящий момент. ...Когда она приехала в Америку, она рассчитывала на работу в первоклассной больнице с восьмичасовыми сменами и не слишком большой нагрузкой. В-принципе, именно это она и получила, точь-в-точь, как договаривались. Больница действительно была отличной, вежливые пациенты, дружелюбный персонал. Но уже через несколько дней главврач собрал их всех и сообщил, что к нему обратились коллеги из другой больницы, куда поступило неожиданно большое количество раненых и контуженных. Им требовались медсестры и врачи, потому что имеющиеся просто не справлялись с нагрузкой. Разумеется, она вызвалась в числе первых. И теперь пахала, как ломовая лошадь. Впрочем, если бы было возможно отмотать время назад в тот день, когда главврач задал свой вопрос, обращаясь к группе врачей и медсестер молча сидевших перед ним, она бы снова подняла руку. Ками проснулась за две минуты до будильника, ощущая разбитость во всем теле. Так обычно бывало, когда она спала утром, и именно поэтому она терпеть не могла спать в любое время суток, кроме ночи. Впрочем, стоило ей перешагнуть порог больницы, как она изменилась прямо на глазах. От усталости и разбитости не осталось и следа, взгляд снова стал сосредоточенным и острым, руки ловко делали все необходимое, и могла показаться, что она не ходит, а буквально порхает по операционной. Работы было много. Чудовищно много. С того момента, как она начала смену, ей с трудом удавалось найти свободные полминуты, чтобы глотнуть воды или сбегать в туалет. Где-то что-то, видимо, произошло, и в больницу привезли новых раненых, контуженных, обоженных. Ками не задавала вопросов, да и времени на разговоры у нее не было. Она просто делала то, что умела. Рабочие часы пролетели совершенно незаметно, и, когда она обнаружила себя в комнате отдыха медперсонала во второй больнице, на удивление уже не было сил. Дорога на вторую работу просто выпала из головы. По крайней мере, ночь обещала быть тихой. Вечерний обход уже сделала доктор Джоан (разговор с ней тоже выпал из памяти, а ведь он наверняка был, Джоан любила поговорить со сменщиком и дать последние указания), все больные мирно спали, и можно было позволить себе дать отдых измученному телу. Хорошо еще, что завтра она работает в ночь. Можно будет лечь после обеда и спокойно выспаться до ночной смены... если, конечно, ее не срубит утром. Запах свежего кофе вырвал ее из легкой полудремы. Она открыла глаза и благодарно улыбнулась. - Спасибо, Лили. Хорошенькая рыжеволосая девушка улыбнулась в ответ. - Мне показалось, вам не помешает сейчас кофе. - Неужели я так плохо выгляжу? - Я бы не сказала, - дипломатично ответила медсестра. - Значит, совсем плохо, - заключила Ками и тихо рассмеялась. – Терпеть не могу спать утром... - Много работы во второй больнице? – сочувствующе спросила Лили, пододвигая ближе жестяную коробку с печеньем. - Я думала, сегодня не выдержу, - честно призналась Ками. – Такой наплыв раненых я, честно говоря, не ожидала. - Вы не смотрели новости? – раскрыла глаза Лили. - Не до того было. Я из операционной только в туалет бегала, как-то не до новостей было... - Так вы же не знаете! - О чем? Пока Лили возбужденно пересказывала события последних часов, Ками методично поглощала сдобное печенье, стараясь держать себя в руках. ЩИТ развален! Подточен изнутри Гидрой и развален! Ну надо же... Понятно теперь, почему Стив все это время не отвечал на телефон, не до того ему было, наверняка снова спасал мир. А сейчас-то он где? Ушел в подполье? Уехал? И не попытался даже с ней связаться?... - Но самого главного вы не знаете! – воскликнула Лили и неожиданно осеклась. Только глаза испуганно забегали. - Чего не знаю? – рассеянно поинтересовалась Ками, допивая кофе. - Несколько раненых поступили к нам, их уже прооперировали и их состояние стабильное, - протараторила Лили. Ками припомнила, что доктор Джоан вручила ей четыре пухлые папки с данными о новых больных, которые она пролистала и положила в стол. Да, действительно, четыре человека с длинным перечнем телесных повреждений, она еще отметила, что надо будет проверить их посреди ночи, не случилось бы чего. А фамилия одного из них... Она почувствовала легкое головокружение. Чересчур резко поднявшись на ноги, она прошла к столу, вытащила бланки, быстро просмотрела. Да. Точно. Роджерс, С. Разумеется, это еще ни о чем не говорит, фамилия не редкая, а С может означать и Себастьян, и Сэмюэль, и Стюарт, но... - Так чего я не знаю, Лили? – мягко спросила она. Лили опустила глаза, а потом, набравшись решительности, вскинула голову. - Главврач запретил об этом распространяться! - Тогда не распространяйся, - согласилась Ками. - Но... раз вы сейчас дежурите, значит, вы допущены к тайне, вы же все равно узнаете... Пациент сорок седьмой палаты – это Капитан Америка! Ками подняла брови, постаравшись, чтобы на лице отразилось лишь холодное изумление. - Капитан Америка попал в больницу? - Да, - кивнула Лили. – Его принесли сегодня к вечеру, Энн говорила, что он был просто похож на труп! Его оперировала доктор Джоан, и она очень сердилась. Я как раз сменила Энн, она попросила сегодня пораньше уйти, и видела, как доктор Джоан вышла из операционной. Я бы даже сказала, вылетела! Говорит, что уму непостижимо, чтобы человек умудрился получить столько ранений и остаться в живых. Говорит, что в какой-то момент поверила, что не вытянет... Ками закусила губу. - Но? - Но вы же знаете доктора Джоан, - улыбнулась медсестра. – Она великолепный специалист, и может вытащить с того света буквально любого. К тому же, говорят, что у Капитана Америки вследствие сыворотки ускорена регенерация, так что он обязательно должен выжить. Доктор Джоан сказала, что любой другой на его месте просто не дожил бы до больницы. И еще она сказала, что если он переживет эту ночь, то из больницы уйдет на своих двоих. Теперь Ками окончательно вспомнила. Перед уходом Джоан действительно рассказала ей о новых пациентах, а в конце добавила: «Присматривай за сорок седьмой палатой, не дай ему уйти. Он тяжелый, но может выдержать, я уверена. Не отпускай его, ни в коем случае, не отпускай». Она тогда рассеянно кивнула и мысленно пообещала себе сделать несколько ночных обходов, но это быстро улетучилось из головы. Хорошо, ненадолго. Она глубоко вздохнула и оправила халат. - В каких палатах лежат новенькие? - Сто пятнадцатая, сто девятнадцатая, восемьдесят пятая и сорок седьмая, - не задумываясь ответила Лили. – Вы пойдете делать обход? - Да, доктор Джоан попросила присмотреть. Отдыхай, Лили. И спасибо за печенье, оно было невероятно вкусным! - Спасибо, - зарделась девушка. – Хотите, рецепт дам? - Напиши, - кивнула Ками, исчезая за дверью. Она быстро прошлась по палатам, заглядывая во все, без разбору. Все больные мирно спали, никто не собирался выкидывать неприятный инцидент и отправляться на тот свет раньше времени, включая трех новых пациентов. Перед сорок седьмой палатой Ками остановилась, а потом глубоко вдохнула, словно перед прыжком в воду, и вошла. Да, это был действительно он. Ками легко узнала его, несмотря на опухшее от побоев лицо, и закусила губу. Она, конечно, примерно представляла, что ей предстоит увидеть, но реальность превзошла все ожидания. Капитан Америка выглядел так, словно кто-то использовал его вместо боксерской груши. И она не могла представить себе, как это могло произойти, и почему он покорно сносил это, не давая сдачи. Она не знала, сколько времени просидела с ним, держа его за руку и чутко следя за его состоянием. Джоан неплохо поработала, вычистила все, что нужно, и зашила где надо, теперь настала очередь организма суперсолдата, которому предстояло затянуть все раны. Она была права и в другом: любой другой человек получивший такие ранения, скорее всего, скончался бы на месте. К счастью, она ошибалась в предположении о том, что он мог бы попытаться уйти. Насколько Ками могла судить, несмотря ни на что, суперсолдат не собирался умирать. Да она бы ему и не позволила... Когда она очнулась, палату уже заливал синеватый предрассветный свет. Состояние Капитана было тяжелым, но стабильным, в этом она больше не сомневалась. Ками легко коснулась губами его лба и бесшумно вышла из палаты. Лили спала, свернувшись калачиком на диванчике в комнате отдыха. Ками с огромным трудом удержалась от искушения последовать ее примеру. Следующие два часа прошли как в тумане, и, когда ей на смену появился шумный и веселый доктор Гольдман, она с облегчением сдала ему смену. Как она добиралась до квартиры помнилось смутно. Сил хватило только на то, чтобы задернуть шторы и, не раздеваясь, рухнуть в постель.