Ошибка в игре

      Кира задрала голову в сторону погасшей лампочки. Черт, только не это.       - Бля, бля, бля... - застонала девушка, трясущимися руками снимая камеру с пояса и включая ее. Ночное видение бледно-зеленым освятило лицо Нелли.       - Нелли, пожалуйста! Девочка моя, очнись! Ну же! – умоляла старшая, смотря на сестру через объектив и все время оглядываясь на ведущую на второй этаж лестницу, откуда вот-вот должен спуститься Уокер.       Счет пошел на секунды.       - Прости, но так надо, - прошептала Кира и изо всех сил ударила сестру по щеке. Младшая взвизгнула и широко распахнула глаза, приходя в себя.       - Слава Богу, - опустошая легкие, произнесла старшая, - я уж боялась, не подействует.       - Кира? – прохрипела Нелли и села, потирая щеку. – Где мы?       Говорить было трудно из-за выворачивающего кишки зловония, в горле першило. Девушка чувствовала, что сидит на чем-то мягком, и когда она слепо пошарила под собой рукой, нутро сжалось от рвотного позыва.       - В полной заднице, - ответила Кира и тихо затараторила. - Крис сейчас будет здесь. Без звука, поняла? Спрячемся за завалом. Быстрее!       Поднимаясь и на ходу готовя камеру, Нелли пугливо вздрагивала от всякого ощущения чьей-нибудь головы или позвоночника под ногами. Липкая, измазанная какой-то дрянью, рука Киры схватила ее за запястье и быстро повела к завалу между колоннами, состоящему из стола и поставленной на ребро двери. Стоило девушкам спрятаться, пол содрогнулся, а тишину, прерываемую только мерзким жужжанием мух, разрушил оглушительный грохот.       Крис Уокер был здесь.       Нелли испуганно прильнула к сестре, а та едва слышно зашептала ей на ухо:       - Когда я дам сигнал, перелезаем через завал и бежим наверх и направо. Поняла?       Нелли одними губами прошептала «да», и этого Кире вполне хватило.       - Я иду... Поросе-еночек... - утробно зарычал Крис, гремя цепями где-то рядом. Девушки замерли. Кира медленно подняла камеру к глазам. Чертов Уокер ходил совсем недалеко от них, благо был повернут к ним спиной. Нелли сжала руку сестры в немом предложении бежать, но та лишь дернула головой. Рано, он еще близко к ним.       - Разыщу... маленькая грязная шлюшка, - шипел Громила, прислушиваясь. Кира замерла. Она знала, слух у него неплох, обоняние тоже. А вот зрение хреновое. Уокер не видит сестер, но слышит их. Чуять сейчас он не может – рядом целая гора истерзанных тел, они сбивают запах своей вонью. Непереносимой вонью. Нога ужасно болела; казалось, будто в нее вонзили острый ржавый крюк и мучительно и беспощадно тянули на себя. Девушка даже боялась дотронуться до раны, знала, что если сделает это, то точно не сдержит крика и привлечет внимание Уокера на себя.       Нелли держала камеру опущенной, робко сжимаясь в комок и чувствуя боком тепло сестры. Она даже боялась дышать, слепо глядя в темноту широко раскрытыми глазами, вздрагивала от каждого шага Криса и мысленно молилась всем, кто мог бы услышать их молитвы.       "Уходи дальше, уходи... - Кира не могла убрать камеру от глаз, напряженно наблюдая за каждым движением Громилы. – Блять, как ты мне вообще мог нравиться?! Тупой жирный кретин. Вали отсюда, вали!"       Словно послушавшись девушку, Крис зашел в одну из открытых камер.       Вот оно.       - Давай!       Синхронно поднявшись на ноги, сестры перелетели через завал и стрелой понеслись по лестнице вверх. Стоило им это сделать, как на весь тюремный блок раздался вопль Уокера, который запоздало понял, что его снова провели.       - Кира, быстрее! – закричала Нелли, увидев, что сестра отстает.       - У меня какая-то херня с ногой, Нелл! Не могу! – со стоном откликнулась Кира, тяжело приземляясь на ноги после очередного прыжка через препятствие и снова возобновляя бег. Младшая взяла ее за руку.       - Ты сможешь! Давай!       Они бежали как могли, бежали изо всех сил. Ноги заплетались, в боку кололо, все плыло перед глазами. Перепрыгивая через завалы, девушки оббегали тюремный блок по второму этажу, чтобы выйти к коридору по левой стороне от лестницы, которая теперь отделялась от сестер запертой решеткой.       - Сюда! – Кира толкнула сестру в коридор. Раздался грохот падающей решетки.       - Не уйдешь, шлюшка! – клокотал Крис, буквально сшибая все на своем пути. "Врешь, не возьмешь", - пронеслось в голове младшей.       Некоторые части коридора освещены не были, но девушкам уже было плевать на темноту. Нет времени на то, чтобы поднимать камеру, да и до камеры ли им сейчас?!       "Завал! Родимый!" - возликовала в мыслях Кира, увидев посреди одного из ответвлений коридора завал с щелью. Сестры пробрались на другую сторону довольно быстро, и казалось, что все, им удалось убежать от Криса, но Кира не позволила останавливаться.       - Он знает обходной путь, надо спешить.       Снова взявшись за руки, девушки направились по коридору направо и увидели почти полностью замурованный проход, не считая дыры внизу, где можно было пролезть.       - Давай ползи, а я следом, - произнесла Нелли, поворачиваясь к концу коридора, проверяя, нет ли "хвоста". Кира спорить с сестрой не стала, легла на пол и начала было ползти через дыру, как застонала от боли, останавливаясь.       - Что с тобой? – обеспокоенно спросила младшая, склонившись над ней. Кира укусила себя за палец и тихо ответила:       - Все в порядке.       И снова поползла вперед, оставляя за собой ярко-красный след. Нелли заметила, что кровь у старшей идет именно из бедра правой ноги.       Когда же место для продвижения освободилось и девушка перебралась на другую сторону, она заметила, что ее сестра не сводит глаз с кровати, стоящую внаклонку рядом с дырой. Одной рукой Кира держала камеру, а другой зажимала рану.       - Здесь должен был... сидеть псих. Но его нет... - хрипела старшая, стиснув зубы. - Что еще нам подсунет эта гребаная игра?!       - Кир, надо осмотреть твою рану, - не обращая внимания на ее слова, проговорила Нелли, - и забинтовать ее.       - Забей. Я все равно не смогу так высоко задрать штанину, - обреченно махнула окровавленной рукой Кира, прислоняясь к стене.       - Это не шутки. У тебя обильное кровотечение, - младшая поджала губы.       - Нелл, мы около эпицентра всего долбоебизма этой чертовой психушки, у нас нет времени на рекламную паузу.       - Кир, мало ли, что у тебя там. Эта нога у тебя и так пострадала, вдруг будет заражение? Ты ведь не сможешь бежать! Послушай, это для твоего же блага.       Поняв, что Нелли права, старшая обреченно вздохнула, осторожно села на спинку кровати и достала из кармана свернутые в квадратик остатки рубашки. Затем слегка надорвала дыру в штанине, открывая глубокую истекающую кровью рану величиной с треть ладони.       Поджав губы, Нелли посмотрела на повреждение через камеру.       - У тебя там что-то крупное застряло. Какой-то осколок...       - Вытащи его, - решительно ответила Кира, взяв бинты в зубы и приготовившись к боли.       - Я постараюсь быстро, - Нелли запустила дрожащие пальцы в рану сестры и остановилась, услышав мучительный приглушенный стон.       - М-май... - донеслось из-за кляпа. Младшая разобрала это как "давай" и, поджав губы, продолжила.       Девушка чувствовала, как теплая липкая кровь заливает ей бинты на руках, чувствовала мягкую скользкую плоть под пальцами и... чувствовала, как ее сестре больно. Кира до скрипа сжимала челюсти, вцепившись в спинку кровати до онемения рук; слезы лились из крепко зажмуренных глаз. Было понятно, прежняя боль рядом с этой даже рядом не стояла.       Когда же Нелли наконец смогла твердо обхватить пальцами застрявший осколок, она подняла глаза к сестре.       - Приготовься, я постараюсь убрать его быстро и безболезненно. Потерпи, пожалуйста.       Кира кивнула и тихо всхлипнула. Младшая зажмурилась, вдохнула и медленно стала вытаскивать осколок.       Из-за бинтов, которые старшая держала в зубах, раздалось долгое болезненное мычание. Раненная нога мелко затряслась, терпение Киры стремительно шло к нулю.       Чертов осколок застрял прямо на выходе из ноги, встретив преграду из кожи. Вытащить его медленно и принести как можно меньше боли не получится. От этой мысли Нелли стало плохо. Девушка подняла на Киру испуганный взгляд, сглотнула.       - Сейчас будет очень больно, - младшая кинула камеру на койку и взяла сестру за руку, – прости, так нужно, - задержав дыхание, она резко дернула рукой назад.       Старшая распахнула глаза и подалась вперед, взвыв от страшной боли. Нелли прижала ее голову к своей груди и начала гладить ее по волосам, держа осколок в другой руке, залитой алой кровью.       - Все закончилось, все хорошо. Ты молодец... - шептала она, чувствуя, как сестра трясется в глухих рыданиях. Перевела взгляд на осколок. Это была отломанная часть чьей-то кости.       Неизвестно, как долго они так просидели. Нелли прижимала Киру к себе до тех пор, пока плач не перешел в тихие всхлипы. Старшая дрожала, цепляясь руками за футболку сестры, как утопающий за соломинку. Еще никогда она не была настолько беспомощной.       - Кир...       Кира выронила изо рта бинты, и тот упал в подставленную ладонь.       - Сп... спасибо... - всхлипывая, прошептала она. - П-перевяжи...       - У тебя в ране был осколок кости, Кир. Надо обработать рану, иначе может начаться заражение крови.       - Обрабатывать нечем... - ответила старшая, переводя дыхание. – Просто... вытри рану, забинтуй и все.       - Но...       - У тебя другие варианты есть?       Нелли обреченно покачала головой и начала вытирать кровь. Рана после изъятия осколка начала кровоточить еще сильнее прежнего, но младшая была даже рада этому – не нужно было, чтобы загрязненная кровь оставалась в организме. После она перевязала раны остатками рубашки. Их было мало, конечно, но все же лучше, чем ничего. Только теперь у них не осталось никакого перевязочного материала.       - Вот так...       Вскоре все было закончено. Когда Кира наконец поднялась на ноги, она благодарно улыбнулась сестре и тихо произнесла:       - Спасибо, Нелл. Все-таки хорошо, что ты во врачи хочешь пойти. Уже неплохо в первой медпомощи шаришь.       - Пожалуйста, - кивнула Нелли, вытирая кровь с ладоней. – А ты умеешь из полуобморочного состояния выводить. Недаром говорят, что удар у тебя неплох, - она потрогала пальцами еще не прошедшее красное пятно на щеке. Старшая невесело хмыкнула.       - Да уж, бить я мастак...       - Ты не знаешь, почему произошел взрыв? – неожиданно спросила Нелли, пристегивая камеру обратно к ремню. Кира задумалась. В игре может что-либо произойти спонтанно, без объяснений. Может включиться телевизор, Уокер может появиться из ниоткуда около библиотеки, может произойти взрыв. А вот здесь телевизор остался дохлым, потому что его никто не включал, Уокер сначала подбежал к Кире, потом уже швырнул ее из окна. Значит, и взрыв не произошел просто так.       - Видимо газ в шлюзах взрывоопасный. Уокер разрушил шлюз, проводка заискрила, и газ воспламенился. Думаю, так, - задумчиво ответила старшая. Нелли скептически посмотрела на нее.       - Дезинфицирующий газ – взрывоопасный?       - Ну мы же в двадцатом году сейчас находимся, вдруг уже изобрели. А если есть более логичное объяснение – говори, - недовольно поморщилась Кира. – Я вообще тут ничего не понимаю. Так что не надо меня грузить.       - Извини, - пожала плечами младшая и тут же скривилась от тупой тянущей боли.       - Что? – Кира тревожно посмотрела на нее.       - Похоже, я ударила плечо, когда упала, - ответила Нелли. – Не волнуйся, раны нет.       Старшая взглянула ей на спину. Крови не было, только чужая и грязь.       - Поверю тебе на слово.       Сестры на некоторое время замолчали, прислушиваясь к звукам, доносившимся из-за решетчатой двери рядом с ними. Все как всегда: невнятные, но оглушающие вопли, завывания, посылаемые невесть кому проклятья, плач...       - Там безопасно? – тихо спросила Нелли, переводя взгляд на сестру. Кира покачала головой.       - Здесь нигде не безопасно.       И, хромая, подошла к двери. Потянула ее на себя, открыла и неуверенно шагнула на свет.       Десятки пар глаз тут же, обездвиживая, впились в нее, как раскаленные иглы. Эти взгляды, полные кровожадного интереса, будто разрывали девушку на куски. Психи уже наверняка чувствовали вкус ее крови на своих зубах.       - Эй, вы! Выпустите нас отсюда! – завопил чей-то голос со стороны, перекрывая клокотание пациентов. Подошедшая к сестре Нелли вздрогнула и начала озираться. – Эта решетка не остановит Волрайдера!       - Волрайдер! Вол-рай-дер! ВОЛРАЙДЕР! – остальные психи мигом подхватили имя своего божества и начали трясти решетки словно в припадке, вопя и срывая голос. Крики были невыносимо громкими, хотелось убежать от них, спрятаться...       - Мне страшно... - прошептала Нелли на ухо сестре. Теперь ей стало понятно, почему имя Волрайдера нельзя произносить вслух.       - Я рядом.       "Ха, а толку?" - хмыкнул голос внутри Киры.       - Он заберет нас одного за другим, пока никого не останется! Помогите, ради Бога! Пожалуйста! – прорвался через общий гомон голос того же психа. Старшая схватила Нелли за запястье и неожиданно повела куда-то в сторону. Лишь спустя секунду младшая поняла, от чего они убегают. Точнее, от кого.       - Шелковистенькая, ты такая шелковистенькая... хочешь, расскажу тебе секрет? – преследующий девушек по пятам псих в смирительной рубашке пугал их не своими странными словами, а тем, что он мог говорить внятно, невзирая на завязанный рот. – У меня зуд...       - Господи, да он еще и заразный! – с паникой в голосе воскликнула Нелли, боясь даже оглядываться. Кира подошла к поставленным друг на друга кроватям, которые позволяли забраться на второй этаж.       - Эти слова значат, что они слышат его.       - Кого "его"? – спросила младшая, подтягиваясь наверх и помогая сестре, - Вол... одьку?       - Именно.       Только здесь, на кроватях, Кира позволила себе и Нелли дать небольшую передышку. Девушки смотрели на открывающийся им вид, и в груди будто защемило. "Мы около эпицентра всего долбоебизма этой чертовой психушки", - вспомнила Нелли слова старшей.       Эпицентр.       Самая больная часть Маунт-Мессив. Как самая воспаленная, нагноившаяся рана этого места. Безумие здесь не просто находилось в каждой частичке и каждой молекуле, оно разрасталось, пульсировало, истекало чужой кровью и становилось от этого еще сильней, превращаясь в истерику. Вид, звуки, запах, чувство – все это было готово разорвать на сотни кусков душу того, кто не выдержит такого кошмара.       А кто выдержит?       Никто.       После того, что они пережили, ни Кира, ни Нелли прежними не будут. Напрасно старшая надеялась на обратное. Напрасно надеялась...       Надеялась. Но не надеется сейчас.       Сейчас она просто пытается не сдохнуть. Она перестала бороться. Все заранее тщетно, сюжет ей известен. Это не сказка с счастливым концом. Это хоррор. Любимый, твою мать, хоррор. У этих игр бывает лишь плохой конец, от которого игрок задает только один вопрос, глядя на ползущие по экрану титры.       Ради чего это все было?       Да ни ради чего. Просто так. Чтобы просто вытерпеть все муки, какие только можно, и просто сдохнуть в конце. Это ведь смысл всех страшных игр.       - Наверное, я больше никогда не окажусь в более ужасном месте, нежели здесь, - Нелли смотрела на клетки с вечно орущими пациентами, на стоящего возле кроватей, на которых находились сестры, больного в смирительной рубашке; на валяющиеся повсюду трупы, и с ее лица не сходило выражение затравленности и ожидания большего ужаса.       - Не окажешься, - подтвердила Кира и немного погодя добавила. - Нет ничего страшнее, чем больная человеческая фантазия.       Нелли уткнулась сестре в плечо.       - Я хочу домой.       - Я знаю.       - Ты ведь вытащишь нас отсюда?       Больно. Опять ей, черт возьми, больно от этих слов.       - Эм... конечно. Я ведь говорила тебе, что... знаю, что делать.       Ложь. Снова эта мерзкая ложь!       Но Нелли верит. Смотрит в глаза, и взгляд этот настолько преданный и полный доверия, что Кире становится тошно. Презрение к самой себе душило ее своими тощими когтистыми руками так, что в глазах мутнело.       - Ну... тогда пошли?       Кира дергает уголками губ в жалкой попытке улыбнуться и кивает.       - Да. Перекур окончен.

***

      Еще несколько секунд Кира стояла на месте и мелко вздрагивала, закрыв лицо руками. Она чувствовала, как ее самообладание висит на волоске, который вот-вот оборвется, что еще чуть-чуть – и у нее начнется истерика. Это становилось уже невыносимым, каждое мгновение пребывания здесь неумолимо приближало девушку к сумасшествию.       Нелли с ужасом посмотрела через перила вниз. На полу на первом этаже лежал труп психа, который еще секунду назад пытался убить Киру. И если бы не сидящий в клетке пациент, который, дотянувшись до нападавшего, схватил его за грудки и толкнул к перилам, то старшая была бы уже мертва.       А что же Нелли?       Стояла рядом, парализованная ужасом, и даже не попыталась помочь сестре. Даже не сдвинулась с места.       - Кира... - прошептала она, коснувшись спины старшей. Та убрала руку от лица и уставилась в пол.       - Теперь ты... понимаешь... - с долгими паузами заговорила она, - почему я позволила инвалиду... на себя напасть?       - Кир, прости меня, я должна была... - начала было младшая.       - Все уже, - Кира передернула плечами. – Я не хочу здесь задерживаться.       - Выпусти меня... выпусти меня отсюда... - хрипел спасший старшую пациент, вцепившись в прутья решетки. Нелли остановилась напротив него. Дернула ручку. Дверь, естественно не поддалась. Пациент не моргая смотрел девушке в глаза и все беззвучно повторял: "Выпусти, выпусти..."       - Нелли! – раздался сзади голос до смерти перепуганной Киры. – Что ты делаешь?! Отойди от него!       Дрожащая рука вцепилась Нелли в плечо и потянула за собой. Единственное, что младшая успела сказать психу – это короткое "спасибо". Но тот его уже не услышал, отчаянно закричав на всю камеру от осознания, что он останется в этой чертовой клетке на всю оставшуюся жизнь.       - Мы должны были ему помочь! – воскликнула Нелли, выдергивая руку из железной хватки сестры. – Почему...       - Почему я не позволила тебе этого сделать? – Кира повернулась к младшей. – Да потому что мне твоя жизнь дорога.       - Он тебя спас!       - Тот засранец, который тишину любит, тоже меня спас. Что ж ты ему помогать не кинулась, м?       Нелли пристыжено замолчала.       - Ты права, - произнесла она, немного погодя.       - Здесь ты можешь доверять только мне, Нелл, - сказала Кира, положив ладонь ей на макушку.       "Тебе тоже доверять не стоит, - ехидно заметил внутренний голос. – Ты ж ей врешь на каждом шагу".       Эта мысль словно хлестанула Киру по лицу. Девушка прикрыла глаза, тихо выдохнула через нос и опустила руку.       - Я знаю, - без тени улыбки отозвалась Нелли. – Я так и делаю.       Старшая ничего не ответила. Только опустила голову и повернулась к выпирающему из стены выступу в конце коридора. Пол опять же был обрушен. Никакой фантазии нет у этих чертовых разработчиков.       - Я первая, - буркнула Кира, заходя на выступ и осторожно продвигаясь вправо, чтобы дать место сестре.       Теперь двигаться было не так проблематично, как в первый раз. Раны на спине хоть и ныли, но боль теперь была не такой сильной, благодаря ловко наложенным Нелли бинтам. И все бы ничего, но раненое бедро пульсировало едва терпимой болью. Белая ткань обмотанной вокруг ноги рубашки насквозь пропиталась кровью.       Наконец Кира добралась до места, откуда можно было прыгнуть вперед, где пол был цел. Перевела взгляд на младшую. Та молчала, вцепившись в сестру взглядом так, будто этот взгляд, как страховочные тросы, не дает ей упасть. Снова посмотрела вперед, выдохнула и сделала прыжок.       Получилось на удивление удачно - Кира не потеряла равновесия после прыжка. Девушка повернулась к сестре.       - Давай быстрее, Нелл. Времени терять нельзя.       Младшая сглотнула, с опаской покосившись на выступ. Но делать нечего. Нелли хваталась руками за прутья находящейся рядом решетки и двигалась к сестре, которая напряженно смотрела на нее, готовая в любую секунду кинуться на помощь.       - Смотри на меня. На меня. Вниз не смотри, там ничего интересного нет, - приговаривала Кира, не прерывая зрительного контакта, и при этом облизывала пересохшие губы после каждой фразы.       - Ты меня поймаешь? – недоверчиво спросила младшая, когда ей нужно было прыгать вперед. – Не так, как там, на лесах?       На лице Киры промелькнула тень обиды, но она тут же исчезла, и девушка протянула ей руки. Хотя, со стороны Нелли, было, мягко скажем, неразумно думать, что старшая снова надумает шутить. Сейчас ей было далеко не до шуток.       Прыжок.       - Вот так, - произнесла Кира, сгребая сестру в объятия, чтобы та не упала. Нелли уткнулась носом старшей в плечо и вдохнула. От Киры больше не пахло домом и теплом, горячим чаем и шампунем, как раньше. Пот, грязь, чужая и собственная кровь. Запах Маунт-Мессив. Создавалось ощущение, будто Кира сливается с безумием этой страшной лечебницы, а все, что было до того, как сестры попали сюда, растворяется, исчезает...       Неужели кроме сестры, у Киры ничего не осталось от прежней жизни? От дома? Реальности?..       Ничего у нее не осталось.       Внезапно младшей стало стыдно. Стыдно за свою трусость и недоверие. Во время погони около взорвавшегося шлюза она напрочь забыла, что Кира отставала, что она могла попасться Уокеру. Когда на старшую напал псих минуту назад, Нелли испугалась и снова не постаралась спасти сестру. А сейчас она посмела в ней засомневаться.       Не смей во мне сомневаться, Нелл.       Младшая ненавидела себя за свою бесконечную трусость, но она не знала, что делать с этим. Как справиться со страхом?       - Я с тобой. Когда мы вместе, мы все сможем, ты мне сама говорила, - словно отвечая на этот вопрос, сказала Кира и провела по спине сестры рукой. Ушиб болезненно заныл в ответ на прикосновение. Нелли отодвинулась от старшей, смотря ей в лицо.       - Да, - смогла только выговорит она, а Кире и этого было достаточно. Она хотела даже еще что-то сказать, но ее неожиданно прервали.       - Какой эксперимент поставил бы покойник над живым? – закричал вдруг какой-то пациент, вцепившись мертвой хваткой в решетку и просунув лицо меж прутьев. Он неотрывно смотрел на опешивших сестер, словно ожидал получить ответ на свою загадку. – Даю подсказку. Он еще идет! Эксперимент не закончился!       - О ком он говорит? – Нелли чувствовала, что ее сестра знает ответ. Хотя тут и думать нечего, все логично – старшая знает игру наизусть.       Кира жестом заставила младшую чуть наклониться к ней и прошептала:       - Вернике. Доктор-заправила здесь. Он один из основателей проекта «Волрайдер».       - А почему покойник?       - Потому что там... - Кира ткнула пальцем в сторону открытой камеры, - лежит его некролог. Но Вернике жив. Волрайдер вылечил его.       - Но зачем? – недоумевала Нелли.       - Я не знаю, - соврала Кира, повернувшись к ведущей вверх лестнице. Сейчас нет времени объяснять про Билли, про морфогенетический двигатель и прочее дерьмо, которое тут происходит. На то, чтобы все рассказать, понадобится минимум два часа беспрерывного разговора. – Слушай... поднимаемся по лестнице и бежим налево. На выступ, который в конце будет. Лезь быстро и не тормози.       - Там будет враг? – все внутри Нелли напряглось. Не успели от одного оправиться, тут и еще один сейчас будет! Чертова игра, чтоб ее...       - Не особо опасный, но нарываться не стоит, - старшая взяла сестру за плечо. – Насчет два. Раз... два!       Как могли быстро девушки пробежали мимо открытой камеры с буйным больным и одновременно вздрогнули от его гневного выкрика:       - Стоять, сукины дети!       - На выступ! – скомандовала Кира, оглядываясь. Пациент медленным шагом направлялся к сестрам, рыча и по-звериному оскалив зубы. Нелли быстро поползла по узкой бетонной полосе вправо, хватаясь за решетку.       Стоило Кире самой встать на выступ, больной тут же потерял к сестрам интерес. Он брезгливо посмотрел на них, плюнул куда-то в сторону и пошел прочь.       - Не останавливаемся, - с натугой прохрипела Кира, повернув голову к младшей. Та кивнула, смотря куда-то перед собой, напряженно сглотнула и стала продвигаться дальше. И вдруг...       Находящийся в камере, около которой ползли девушки, псих просунул руки меж прутьев и схватил Нелли за горло и вдавил ее в решетку. Сердце старшей будто провалилось вниз.       - Нет!!! - со всей дури заорала Кира, дернувшись на месте. Нога сорвалась с выступа, и девушка едва не рухнула вниз, ухватившись за прутья решетки. Нелли раскрыла рот в беззвучном крике, пытаясь вырваться из захвата пациента.       Кира беспомощно болтала ногами, пытаясь снова залезть на выступ. Кусок торчащей из него арматуры впился в рану на бедре. Лицо старшей перекосилось от боли и ужаса. Ладонь правой руки неожиданно сорвалась с решетки.       - КИРА-А-А!!!       Вдруг пациент завизжал и начал вырываться уже сам: изловчившись, Нелли схватила держащую ее руку и впилась в нее зубами. Чужая кровь тонкой струйкой брызнула у девушки изо рта. Резкое движение - и младшая со всех сил ударила укушенную руку о решетку и надавила. Омерзительный звук ломающейся кости. Оглушающий вопль больного.       - Кира! Держись!!!       Старшая сделала рывок и снова ухватилась за прутья обеими руками.       "Давай же!"       Еще один рывок – нога зацепилась за выступ, но от этого действия у Киры потемнело в глазах. Боль была невыносима. Вдруг она ощутила, как сестра тянет ее вверх. Одной рукой Нелли держалась за решетку, чтобы не упасть самой, другой помогала старшей подняться. Псих, пытавшийся задушить младшую, забился в угол в камере и, воя и плача, баюкал сломанную руку.       - Нелли... - прохрипела Кира, когда она наконец оказалась на выступе, и посмотрела на сестру. Нижняя часть лица Нелли была перемазана чужой кровью, в глазах злоба и яростное желание защищаться и защищать.       - С тобой все хорошо? - прошептала младшая, сплюнув кроваво-красную слюну, и скривилась от рвотного позыва.       - Все вопросы потом, - оглядываясь на пациента, ответила Кира. - Идем отсюда.