Ошибка в игре

      Выйдя на лестницу и на всякий случай закрыв дверь, девушки выбрались в снова освещённый холл. Нелли настороженно смотрела на то, как Кира то и дело озирается по сторонам.       — Кого ты высматриваешь? — наконец, спросила она. Старшая остановилась.       — Надо бы прошвырнуться по тем комнатам, посмотреть батарейки, — игнорируя вопрос сестры, тихо произнесла она и прошла в коридор. Подошла к ближайшей двери, открыла её...       Нелли ощутила, что ещё чуть-чуть, и её вывернет прямо на кремовый палас.       Прямо в шаге от открытой двери стояли стеллажи, полные чьих-то внутренностей и отрубленных конечностей. Трупная гниль отблескивала от белого света лампы, а вокруг жужжали большие мясные мухи, то и дело садясь на сине-зелёные отвратительно воняющие кишки, по которым к тому же ползали мелкие тараканы.       Через режим ночного видения это смотрелось не так омерзительно.       — Подожди тут, — сказала Кира и скрылась за стеллажами, брезгливо зажав нос рукой. Хотя Нелли и сама хотела попросить сестру позволить остаться ей в коридоре. Она не зашла бы в эту подсобку и под дулом пистолета. Девушка отвернулась от жуткого зрелища, смотря куда угодно, но только не через плечо.       Долго Киру ждать не пришлось: меньше чем через минуту она вернулась, держа в руке заветную батарейку. Лицо старшей было бледно-зелёным.       — Господи, как же это отвратительно... — сказала она сквозь ладонь и захлопнула дверь.       — Может пойдёшь, проблюешься? — предложила Нелли, махнув рукой в сторону туалета и тут же осеклась, увидев, как салатовый оттенок лица Киры стал ярко-зелёным с белыми пятнами. Видимо там, в туалете, что-то не менее мерзкое.       — Ладно. Возьмём себя в руки, — прошептала старшая больше сама себе, чем сестре и сделала глубокий вдох. По сравнению с вонью в подсобке пропитанный запахом крови воздух казался относительно свежим. — Пойдём, попытаемся ворота открыть... — девушка опять оглянулась и прислушалась к странной для такого места, как Маунт-Мессив, тишине.       — Что ты все время выглядываешь? — снова спросила Нелли и нахмурилась, когда Кира, снова игнорируя её слова, захромала в сторону диспетчерской.       Дверь в «Security room» лежала на полу, выбитая Уокером, поэтому закрывать было нечего. Следовательно, если кто-то придёт, то выиграть время не получится. Кира в нерешительности остановилась в проёме. Потом подошла к шкафчикам, проверила оба и, естественно, никого не обнаружив, задумалась.       — Да что с тобой? — недоумевала младшая, изумлённо смотря на сестру.       — Стой на стрёме. Гляди в оба, — непререкаемым тоном произнесла та и села на стул, хмуро уставившись в монитор. Блин, она опять забыла, что надо вводить.       Нелли оперлась о стену и, не мигая, смотрела в сторону холла. Голова гудела от усталости, веки начали слипаться. Из диспетчерской доносились рассеянные постукивания клавиш, а сзади — чьи-то лёгкие шаги...       ШАГИ?!       Огромная крепкая рука обхватила девушку поперёк груди, а вторая грубо зажала рот, прежде чем Нелли успела обернуться. Она забрыкалась, испуганно замычала и вдруг ощутила, как в кожу на шее воткнулась игла. Кира обернулась.       — НЕЛЛИ!!! — заорала она, увидев, как слабо сопротивляющуюся сестру удерживает высокий лысый абсолютно голый человек, и резко подскочила с места, но чужая рука схватила её за плечо, кинув обратно на кресло и сильно прижав к спинке. Старшая взвыла от боли в ранах и замерла, почувствовав в шее шприц.       В тело влилась холодная болючая жидкость, и иголка тут же исчезла. Кира упала на стол перед собой.       — Прости, дитя моё, — раздался за спиной голос отца Мартина. Девушка со злобой стиснула челюсти. — Я не хотел так с вами поступать, — перед глазами появилась морщинистая рука, показывающая большой старый шприц, — Но вам нельзя пока уходить... — свободная ладонь пастора ласково накрыла руку Киры, отчего та вздрогнула от отвращения, но скинуть чужую руку не смогла от изнеможения. Снотворное вступало в силу.       — Кир... — донёсся до неё слабый зов младшей сестры. За ним последовал хриплый хохот близнецов. Кира почувствовала, как в душе закипает ярость. Что близнецы, вообще, делают здесь?! Они не должны появляться в диспетчерской! Неужели Мартин позвал их с собой? Неужели он имеет способность мыслить самостоятельно, вне зависимости от сюжета?..       Взяв девушку за плечи, отец Мартин развернул её к себе. Та скривила губы, смотря в уродливое лицо со сползшейся вниз кожей и огромными тёмными мешками под неопределённого цвета глазами.       — Ты всё-таки... помешал нам... гад... — едва ворочая языком, проговорила она. Каждое слово давалось с трудом.       — Вы ещё так много не видели, — ответил священник, понижая голос до шёпота. Кира слабо поморщилась от, мягко скажем, несвежего запаха изо рта и жуткого вида потемневших давно нечищеных зубов. Отец Мартин кинул взгляд на один из мониторов и стал поворачивать к ним девушку. — Узришь ли ты? Сможешь ли? — со страхом и странным трепетом в голосе произнёс он, показывая рукой на изображение с камеры видеонаблюдения на экране.       "С точностью до слова текст тарабанит... Сука компьютерная..." — подумала старшая, глядя на то, как спецназовцы, изображённые на экране, разбредаются по большому помещению с ледяными стенами.       — Истина лорда нашего Волрайдера врывается в неверующих, — продолжал пастор. Вдруг одного военного нечто невидимое подхватило вверх и швырнул в сторону. Остальные спецназовцы стали стрелять в пустоту, пытались убежать, но что-то бросало их как какие-то вещи, на полу оставались кровавые следы. Последний оставшийся в живых мужчина кинулся было к выходу, но невидимый враг схватил его и поволок по полу, и были только видны огоньки выстрелов... И тут изображение исчезло, а монитор зарябил помехами.       Волрайдер. Хозяин этого места. Сильнейший из всех здесь. Существует на самом деле... Кира смотрела на помехи, через силу пытаясь осознать происходящее. Она не верила в сверхъестественное, всегда считала, что это бывает лишь в фильмах и играх... Но ведь сейчас они находятся в игре. В психушке с личным богом.       Мысли постепенно ускользали от Киры, думать было ужасно лень. Тело непроизвольно расслабилось, веки наливались свинцом. Девушка едва держалась, чтобы нешироко зевнуть.       — Лишь истина выведет вас отсюда. Явите сущую правду, и все двери откроются пред вами, — голос отца Мартина звучал отдалённо, будто в уши натолкали ваты. Последнее, что Кира увидела пред собой — это лицо священника, смотрящего в её закатывающиеся глаза.       "Нелл..."