Кто ты?..

      Игнорируя возмущения Тэхена по поводу девчонок, какие-то странные законы, о которых ему знать особо не хотелось, Гук с радостью поддержал идею парней о том, чтобы отметить прибавку в их «семейке», тем более, что каждый сошелся на том, что Тэхен будет хорошим товарищем и теперь его надо посвятить в их хулиганскую компанию. Первый одноклассник не из приюта, кто оказался с ними «на одном уровне», не стал воспринимать их как пустое место, не считал их недостойными. Да и подкупило их всех то, что он не оставил Гука в беде. Пусть они и не до конца понимали ситуацию, но, раз лидер доверился, значит, у остальных вопросов не возникало. Не из-за своей силы Чонгук стал лидером, а потому что разбирался в том, когда следует применить силу, а когда нужно было помочь. Может быть, он и казался вспыльчивым, но поступал чаще обдуманно. Друзья приняли Тэхена и позитивно восприняли предложение Джина о веселье. Они дружно решили, что после занятий обязательно займутся этим вопросом. Зачем откладывать в долгий ящик?       После школы парни всей гурьбой завалились в магазинчик, где, насколько позволял общий бюджет, затарились едой. Получилось достаточно много. А затем отправились к месту, где обычно дислоцировалась банда: к окраине города, где время от времени случались заброшенные и никем не присматриваемые здания. Собственно, то, чем парни собирались обмывать, как оказалось, было припасено заранее и попрятано в надежных местах до нужного времени. Вот случай и представился. Само здание снаружи выглядело совершенно непригодным для посиделок, но внутри все оказалось совсем иначе: видимо, парни уже давно использовали это помещение как собственный штаб. При острой необходимости здесь, в общем-то, можно было и жить. Кирпичные стены были разрисованы граффити, какие-то старые железные бочки были окрашены общим цветным фоном, поверх также расписаны граффити в тон стенам и приспособлены под сидушки, подставки… Здесь даже небольшой старый диванчик присутствовал. Из одной из таких бочек было сооружено нечто вроде мангала с пробитыми в боках дырками для тяги. В нем довольно быстро развели огонь, накрыли металлической крышкой и вывалили на нее все сокровища, частично прикупленные, частично стянутые с прилавков с зеленью на рынке, что проходили по пути, «богатства». Но кто б ждал, пока что-то до конца приготовится Горячее, как говорится, не сырое. Парни не стали заморачиваться ничем лишним: в конце концов, соджу вкуснее пить из горла, а горячие кусочки колбасы и картошки выхватывать можно палочками прямиком с мангала. Тэхен удивленно рассматривал зеленую бутылочку, что вручили ему. Осторожно принюхался и сморщился: запах был странный. Хоть и не отталкивающий, но… Он оглянулся на парней. Те пили эту жидкость, словно воду.       — Эй, Тэхен, ты что как ребенок? Ты пить не умеешь? — толкнул его в бок Чимин, который вел себя так, как будто в прошлом никаких разногласий между ними не случалось. Тэхен долго не мог понять: как так он легко забыл? Сам бы он наверняка еще долго помнил и, скорее всего, пытался бы его задирать. Но парень сам пошел на мировую, сделав вид, что ничего не было. За что Тэхен был ему благодарен.       — Это кто тут не умеет? — возмутился Ви и, взятый практически «на слабо», залпом сделал несколько глотков из бутылки. Горло обожгло, но он не закашлялся, тут же бросив в рот пару кусочков жареной на импровизированном гриле колбасы. По телу разливалось приятное тепло, а голова внезапно стала легкой. Тэхен почувствовал, что еще немного — и он взлетит. Парень засмеялся этому ощущению. Это было непривычно, но так… приятно… Не желая отпускать это чудесное ощущение, он сделал еще несколько глотков, окончательно погружаясь в это состояние невесомости…       Гук хитро заулыбался, но не стал комментировать ситуацию. На свою голову хулиган не стал особо обращать внимание на то, какими темпами Тэхен хлещет алкоголь и что происходит с его сознанием. В какое-то мгновение Гук отголоском в сознании ощутил, как что-то звериное берет верх над ним… точнее над сознанием новичка. Паренек быстро повернулся в его сторону, подмечая, что этот невменяемый мальчишка собрался что-то демонстрировать из разряда «сверхъестественного».       Веселье было в самом разгаре, Тэхен совершенно забыл об осторожности, голова кружилась, ему почему-то было так весело, как никогда прежде. Помещение перед глазами слегка двоилось, но в сущности это ведь совершенно неважно. Парни подначивали его показать что-нибудь из того, что он умеет: ну, в самом деле, не просто же так Гук с ним подружился? Как он смог помочь и остаться без единой царапины, в то время как на их товарище ни единого живого места не наблюдалось?       — А ввввссе потому, чт… Что внимательным надо быть! — язык заплетался, отказываясь повиноваться. Мысли тоже в голове как-то слишком упрямо расползались в стороны. — Щас… я щас покажу! — не без помощи парней он забрался по сваленным у стены коробкам на три поставленных одна на другую бочки. Конструкция была ненадежная и раскачивалась, угрожая упасть вместе с разошедшимся Тэхеном. — Вон в туда щас перепрыгну! — качнувшись чуть вперед, показал парень пальцем на стоявшую неподалеку бочку. Метка засветилась под рукавом толстовки, по телу пробежалось знакомое тепло… Но тут Гук испортил все представление! Тэхен мешком свалился с бочек прямиком в объятия однокласснику, едва удержавшись на ногах.       — Успокойся, друг, мы все знаем, что ты крутой, — фыркнул лидер, беря его за плечо и сжимая руку так, чтобы парень не смог двинуться с места.       — Но мне не слабо! Я чо, не мужик что ли?!       — Мужик-мужик! — хохотнул кто-то из тех, кто еще сохранил остатки трезвого ума. Хотя так сильно развезло тут, похоже, только Тэхена.       — Да ты у нас самый крутой, Гукки, — отозвался Юнги. — Как самый младший мог стать самым сильным, а? Я все еще удивляюсь этому, — протянул товарищ.       — А в чем дело? — он ухмыльнулся. — Завидуешь? Каши больше надо было есть, а не воротить нос, — парни засмеялись. Все знали, что Гук мог съесть все что угодно в любом количестве и даже не наесться.       Тем временем Чимин совсем разошелся и начал подкалывать всех и вся, припоминая каждому записочки, девчонок и прочее:       — Скажи нам, Тэхен, вот сколько у тебя было девчонок?       — Ну, началось, — вздохнул Джин. Парни закивали, понимая, что товарищ почти дошел до кондиции.       — Мамочке не нравятся такие разговоры? — отозвался Чим, за что получил подзатыльник.       — Мммммм… — Ви попытался собрать разбежавшиеся мысли на собрание. Какие там девчонки в стае были? — Была у нас одна красотка, с одного удара хребет переломить могла… — слова Тэхена потонули в общих шуточках насчет разошедшегося Чимина, да и сам Тэхен сейчас не особенно связно мог свои мысли вслух высказывать, поэтому на странную фразу, которую он успел обронить, никто не обратил внимания.       — Так, а ну прекращай, — слыша мысли Тэхена, Гук боялся, что этот неугомонный товарищ обязательно выкинет какую-нибудь штуку, все никак не желая угомониться. Понимая, что так просто его не остановить, школьник схватил одну бутылку с чистой водой и плеснул из нее в лицо новичку. Другие обрадовались, приняв этот поступок за приглашение к игре, и принялись поливать друг друга из бутылок, которые успели расхватать себе.       От души насмеявшись, парни засобирались домой. Тэхен, с трудом подняв себя в вертикальное положение, распрощался и, пошатываясь, отправился в свою сторону, по пути все еще пытаясь припомнить лицо той самой охотницы, о которой так и не рассказал парням. Но лицо не вспоминалось.       — Как она там прыгнула-то… — в мыслях побежали расплывчатые картинки, метка заиграла бликами, Тэхен метнулся вперед, но не рассчитал прыжка и вписался в угол старого кирпичного забора. Перед глазами замелькали звездочки, а забор осел и рассыпался беспорядочной кирпичной крошкой. Проморгавшись, Тэхен собрал себя в кучу и снова поднялся. Далее путь, хоть и зигзагами, но прошел без особых приключений. Добравшись до кровати, парень практически сразу отключился, успев только заметить, что сегодня кровать вдруг словно ожила, вращаясь и раскачиваясь под ним. Но додумать эти мысли он уже не успел.

***

      Утро наступило внезапно. Во всех смыслах внезапно. Начиная от яркого бьющего в глаза солнца и завершая жуткой, разламывающей голову болью. К этому прибавлялась жуткая жажда. Во рту и горле все пересохло, пересохло настолько, что он не был в состоянии не только разговаривать, даже дышать было сложно. Парнишка сполз с кровати, на автомате дошатался до холодильника. А бутылка с водой осталась всего одна. Досадно, но все же лучше, чем ничего. Приложив бутылку холодным боком к виску, Тэхен почувствовал некоторое облегчение. Постояв так немного, он наконец открыл бутылку и залпом осушил половину ее содержимого. Бросив взгляд на часы, Ви переполошился. Он жутко проспал. Если его в таком состоянии за опоздание на какие-то работы еще сошлют, это будет конец света. Надо поспешить. С трудом попав ногами в штанины и кое-как одевшись, Ви поспешил в школу. Ну, как поспешил… Постарался переставлять ноги быстрее, вместе с тем стараясь сильно не раскачиваться. Голова по-прежнему раскалывалась, и жажда никуда не девалась — выпитая последняя бутылка лишь усугубила положение дел. Теперь пить хотелось еще больше. Ну, нет, он больше никогда эту гадость в рот не возьмет! Расплачиваться за веселье подобным образом — это было слишком дорого.       — Хулиганье! Они наверняка опять свои петарды под забор подкладывали! Господин полицейский, этот забор был крепче китайской стены! Его еще мой прадед собственными руками ложил! Поймайте их! Пожалуйста, поймайте эту банду!.. — Тэхен поморщился от создаваемого громкими криками хозяина шума, причитавшего вокруг писавшего что-то в свой блокнотик невозмутимого копа. Ви мельком глянул на развалины забора, надвинул капюшон толстовки поглубже, пряча глаза от яркого утреннего солнца, и продолжил путь в школу, даже и не вспомнив, по какой причине вчера этот самый забор рассыпался.       Чем ближе к школе, тем явственнее становились знакомые запахи. Несмотря на все свое жуткое утро и непрекращавшуюся головную боль, Тэхен улыбнулся. Парни тоже были на подходе, за следующим поворотом они как раз встретятся, чтобы вместе дойти до школьных ворот. Но внезапно он застыл на месте, а улыбка сползла с лица сама собой. Тэхен оглянулся и потянул воздух носом.       — Черт… — он слишком расслабился в последние дни. Ведь сам же поучал Гука быть внимательнее, и что же? Сам в итоге и опростоволосился. Совсем рядом, словно шли по пятам и уже дышали в спину. Охотники. Хоть связь с бывшими соклановцами и была прервана, но он слышал их, ощущал каждой клеточкой тела. Он подпустил их слишком близко к себе. Время словно бы замедлилось, как один из ночных кошмаров, где как ни пытайся, а бежать и быстро двигаться не можешь, вдруг воплотился наяву. Он чувствовал их приближение, будто впав в ступор, как добыча, которая, будучи загнанной в угол, покорно ожидает своей участи.       — Я… не… добыча… — Тэхен понял, что это за наваждение: в его разум пытались вломиться, заставить стоять на месте, и его утреннее состояние, именуемое людьми «бодун», только облегчало охотникам их задачу. Ну, нет, так просто он не сдастся! Увести, увести их подальше отсюда, подальше от Гука и друзей. С них ведь станется вмешаться. Но куда им тягаться с волками? Нельзя, никак нельзя этого допустить. Поэтому, сделав вид, что поддался воздействию, Тэхен оставался на месте, внутренне отсчитывая шаги приближавшихся к нему сородичей. Четверо. Четыре темных фигуры были все ближе. Нет, со всеми разом он не справится. Самым лучшим выходом сейчас будет сделать ноги. Но сделать так, чтобы они ушли за ним. Все четверо. И не заинтересовались чужаком-одиночкой, с которым не так давно повстречались на улице. Тэхен слышал запах эмоций приближавшихся охотников: они злорадствовали. Радовались тому, что легко справились с задачей.       — Еще немного… Еще ближе… — Тэхен, словно застывшая в ожидании туго скрученная пружина, был наготове.       — Вот ты и… — начал было фразу один из преследователей, подходя совсем близко, полностью уверенный в том, что дело сделано. Тэхен не стал ожидать продолжения. Метка засветилась, обжигая запястье жаром, и парень с места рванул на всей скорости прямиком на преследователей. Охотники, вовсе не ожидавшие такого маневра, не успели ничего предпринять. Но, едва Тэхен промчался мимо, сорвались с места и ринулись вдогонку. Парень мчался вперед, не разбирая дороги, держа в мыслях только одно: увести как можно дальше, туда, где запах чужого волчонка не будет заметен, где его след уже не заинтересует их. Не оглядываясь, не теряя времени, он мчался вперед, перемахивая через препятствия, иной раз совершая прыжки, отталкиваясь от окружавших узкие улочки стен, когда на пути вырастало слишком уж большое препятствие, машины или прицепы. Оббегать их времени не было, каждая секунда была на счету. Он отлично представлял, с кем имеет дело. И знал, что в одиночку с ними не справится. Но сдаваться не собирался. Сейчас главное — увести и после затеряться где-нибудь в достаточно людном месте. Но его преследователи, похоже, раскусили его план в пункте «затеряться». Тэхен услышал, что они разделились, и двое все так же хвостом преследовали его, а еще двое скрылись из виду. Но он все еще чувствовал их, значит, они где-то неподалеку. На очередной развилке дорог исчезнувшие из виду охотники вновь показались, но Тэхен опередил их, пролетев развилку на всех парах как раз у них перед носом. А буквально спустя несколько секунд понял, что это была вовсе не оплошность преследователей, а ловушка. Его просто вынудили свернуть в тупиковую ветвь проулка. Он упирался в глухую стену старого пятиэтажного дома. В эту сторону не выходило ни одного окна. Идеальное место. Тэхен, часто дыша после стремительного бега, развернулся к наконец догнавшим его охотникам. Ну, нет, так легко он им в лапы не дастся. Он чувствовал новые попытки вломиться ему в голову. Но бесполезно. Тэхен, несмотря на свой юный возраст, не был слабым противником. Да и ко всему — они более не принадлежали к одному клану. Для рядовых охотников было не под силу такое вторжение.       — Ну что, набегался? — приблизился один из преследователей. — А твой запах изменился. Ты провонял людьми, Тэхен, — насмешливо потянул оборотень.       Остальные не спешили: чуяли, что первому, кто решится протянуть лапы, конечности могут и укоротить. Тэхен же медлить не стал. По глазам пробежала алая полоса, пальцы трансформировались в когти. Молча и без предупреждения он ринулся на ближе стоящего врага, с короткого замаха всаживая когти тому в живот: в этой ситуации он должен был быть жесток: от этого зависела его жизнь. Оборотень скорчился, хватаясь за распоротое брюхо: он слишком рано почувствовал себя победителем. Тэхен же, не останавливаясь, увернулся от удара одного из тех, кто остался за спиной. Воздух рассекали когти не менее опасные, чем его собственные. Вот уже и рукав школьного пиджака располосован и окрашен багрянцем. Еще один прыжок — и на боку остается глубокая отметина от когтей одного из врагов. Тэхен не успевает справляться сразу с тремя, его жмут и загоняют в угол. Места для маневров становится все меньше, голова все еще наполнена гулом и при каждом прыжке отзывается болью, это мешает, из-за этого он пропускает удары, не успевает уклониться, получая все новые и новые раны. Пиджак исполосован в клочья. Один из оборотней взвился в прыжке, метясь сбить его с ног, но мальчишка умудрился увернуться. Его движения становились все более рассеянными, в очередной раз он не успел среагировать на сильный толчок в уже располосованный бок. Он снова повелся на отвлекающий маневр. Его сбивают с ног, удары сыпятся с трех сторон одновременно, но Тэхен никого не зовет, упорно игнорируя направленные к нему мысли и не выдавая своего местоположения. «Ты не должен в это вмешиваться… Ты должен жить…» — последняя мысль, успевшая сформироваться в уже покидавшем его сознании, а затем наступила темнота…