Домино

      Джексон Хант определил, что толпа бездумных зрителей и зевак на месте преступления, крайне полезна для человека, желающего остаться незамеченным. Понятно, что так рассуждал не только он один. Джерри Тайсон, сто процентов, рассуждал точно также. Тем более, что инициатором этой милой вечеринки был, конечно, он. Еще Хант был уверен, что это убийство было своеобразным ответом на давление, полученное Джерри на прошлой неделе, и за все его действия на позапрошлых. Итак, кошка, наконец-то выбралась из засады.       Хант видел, как детективы из двенадцатого уводят его расстроенного сына, и не то, чтобы ему не было жаль безвинно умершего Генри Лоуэлла, но как бы цинично это не звучало, для него эта смерть была лишь допустимыми потерями – неприятными, но предсказуемыми.       На самом деле, вычленить нужного человека в толпе не так сложно, как кажется на первый взгляд. Учитывая место преступления, большинство народу стояло широко раскрыв рот и сжимая в руках шахматные доски, еще были так называемые случайные зеваки, оказавшиеся в не в то время и не в том месте, а еще, та самая категория, на которую особенно надеялся Хант, и которая полностью оправдала его ожидания. Это были так называемые «вампиры», люди, которые не в состоянии оторваться от места преступления, как дети от лотка с мороженым. Он не думал, что Тайсон будет так неосторожен, что придет сюда сам, но вот наблюдателя вполне мог и отправить.       Убивая Генри Лоуэлла, Тайсон вполне отчетливо показал Джексону не только руку, но и если так можно сказать, все остальные части своего организма. Своим поведением он отошел от обычного модуса операнди 3ХК, и теперь это был всего лишь Джерри Тайсон, помешанный на Ричарде Касле, Кейт Беккет и их друзьях. Поведение психопата, потерявшего контроль над ситуацией, делало его не только уязвимее для поимки, но и в несколько раз опасней для окружающих. Как известно, зверь, загнанный в угол, способен на непредсказуемые поступки.       Тело Лоуэлла было наконец-то уложено в полицейскую машину и толпа начала потихоньку рассеиваться. Одни уходили совсем, другие сбивались в небольшие группы, взахлеб обсуждая событие. Хант слегка напрягся – наступил тот самый момент, которого он поджидал последние полчаса, и как любой продуманный план, принес свои плоды. - Сукин сын! – пробормотал Джексон, хватая за шиворот зеленой толстовки нужного ему субъекта. – Ну что, маленький взломщик, хочешь сыграть партию в шахматы?       После беседы с капитаном, у Кейт резко возросла уверенность в себе и в собственных силах, исчезло то противное ощущение движения в полной темноте. Теперь она точно знала, что поступает правильно и надеялась, что беседа с агентом Стэком пройдет столь же гладко, как и с Гейтс. Она хихикнула, вспомнив, как капитан старалась не показать своего огромного удивления, когда Кейт объявила, что навсегда хочет вернуться в участок. Надо было отдать ей должное – Виктория Гейтс всегда умела владеть собой, и как только схлынуло первое удивление, она сдержанно согласилась, что возвращение Кейт будет не такой уж плохой идеей. Только вот что скажет ей Стэк? Вряд ли он также обрадуется.       Свой походный офис генеральная прокуратура развернула в неприметном мотеле, на окраине города. Неказистый снаружи, но внутри он был оборудован по последнему слову техники. - Агент Беккет! – Стэк не отводил встревоженных глаз от экрана с информацией. – Кажется, что наш друг Тайсон начинает совершать поступки не соответствующие его профилю. И я понятия не имею, почему. Что вызвало в нем такие изменения? - Сэр? – Кейт удивленно взглянула на него. - Убийство в Центральном парке, агент Беккет. Разве вы приехали к нам не из-за этого? - Касл, Эспо и Райан поехали туда, - она пожала плечами. – Что произошло? - Произошло то, - Стэк назидательно махнул рукой в сторону экрана – на его лице ясно читалось удивление: «Почему она не поехала туда вместе с остальной командой?», – что Джерри Тайсон задушил Генри Лоуэлла своей любимой веревочкой. А проблема заключается в том, что жертва – мужчина сорока лет. - Вы сказали, Генри Лоуэлла? – пораженно переспросила Кейт. - Ну, да. А что такое? Вы его знали? - Я должна найти Касла, - она достала свой телефон. - Кейт, вы знали его? – Стэк повторил свой вопрос уже с бОльшим нажимом в голосе. - Да, знала, – она трясущимися руками набирала номер Касла, – он был управляющим в «Логове». Это бар Касла. - То есть, это еще один удар против Касла? Какого черта он натворил, чтобы так разозлить Тайсона? Вопрос повис в воздухе безо всякого ответа. Кейт не собиралась на него отвечать. Она и так знала, что Касл был ни при чем. Действия Тайсона были возмездием за Джексона Ханта и его оригинальные методы расследования. - Агент Беккет! – занервничал Стэк, видя, что Кейт игнорирует его вопросы. – Я с вами разговариваю!       Касл упорно не поднимал трубку. Все ее звонки уходили в голосовую почту, и беспокойство Кейт росло с каждой секундой. На этом фоне голос Стэка казался чем-то неприятным, ненужным и совершенно раздражающим. - Я - детектив Беккет, - холодно ответила она, положив трубку. В помещении наступила напряженная тишина. Два агента, сидевшие за экранами, непроизвольно опустили головы ниже, прикинувшись, что их не существует. - Агент, я был готов дать вам некоторую свободу действий, учитывая насколько личным и важным для вас, является это дело. Но, боюсь, что мы достигли пределов этой свободы, – Стэк сверлил ее тяжелым взглядом. – Вы должны немедленно возвратиться в Вашингтон. Ваше появление в Нью-Йорке – моя большая ошибка. - Я не собираюсь возвращаться, - отрезала Кейт, выдерживая его взгляд с ледяным спокойствием. - Это приказ, агент Беккет, - повелительный тон Стэка не оставлял никаких сомнений по поводу его намерений. - Со всем должным к вам уважением, агент Стэк, - в ее голосе прозвучала еле заметная ирония, - но я приехала сюда сообщить вам, что не собираюсь возвращаться в Вашингтон. И если вы настаиваете на своем приказе, то я ухожу в отставку, прямо сейчас. - Я вижу, - процедил он сквозь зубы. - Сэр, вы помните, как предупреждали меня о возвращении домой? Что оно никогда не бывает таким, как хочется нам и, вернувшись домой, мы видим, как вся и все изменилось вокруг? – Кейт не хотела ссориться с ним. Может быть, если она попытается объяснить свои действия, он сможет ее понять? - Помню, - кивнул Стэк. - Вы были правы, - в ее глазах появились слезы, но она не позволила им сбежать вниз. – И правда, все изменилось, люди, которых я люблю стали другими. Но есть одна вещь, на которую я не рассчитывала, возвращение домой изменит меня, – на ее лице была написана твердая уверенность в собственной правоте. – Возвращение сюда открыло мне глаза на то, что я бросила ради работы. Оно стало зеркалом моих поспешных действий, и мне пришлось столкнуться с последствиями своих поступков. Когда я сравнила то, что я потеряла с тем, что получила, то поняла, это несопоставимые вещи. Я поняла, что мне либо надо брать на себя ответственность, либо – бежать дальше. Я больше не побегу. - Что ж, агент… простите, детектив Беккет. Из вас получился бы неплохой полевой агент, но раз так, то когда мы закончим с Тайсоном, я сделаю вашу отставку официальной, - у него был такой странный голос, что Кейт могла поклясться, она услышала в нем зависть. - И знаете, агент Стэк, может возвращение домой всегда не такое, как мы представляем, но в этом и заключается его настоящая ценность.       Ни Хави, ни Кевин не знали, что им сделать для Касла. Вернувшись в участок, он настоял на том, чтобы лично сообщить семье Генри о случившемся. После чего он сидел в кабинете, положив рядом с собой телефон, не реагируя ни на какие вопросы. Детективам оставалось только растерянно кружить между своими столами, пытаясь придумать нужные слова, которые смогли бы вывести его из ступора. - Ему нужна Беккет, - шепотом сказал Хави, остановившись около доски с расследованием убийства. Кевин сморщился как от горькой пилюли, хотел было возразить, но кинув еще один тревожный взгляд на закрытый кабинет, махнул рукой. - Так позвони ей. - Где он? – Кейт вышла из лифта и со всех ног подбежала к мальчикам. - Он только что поговорил с матерью и сестрой Лоуэлла, - предупредил ее Эспозито. - Что произошло в парке? – она оценивающе взглянула сквозь жалюзи на фигуру Касла, сгорбившуюся за столом. - Мы не знали жертву, пока Лэйни не повернула его лицо. Касл был захвачен врасплох, - неохотно сказал Кевин, и кратко пояснил значение оставленной Тайсоном фигурки ладьи, которую Касл продолжал сжимать в руке. - У него был эпизод? – она не отводила взгляда от Касла. - Наверно, да, - вмешался Хави. – Он тяжело дышал, у него были странные глаза, мы привезли его в участок и, кажется, он немного отошел. - Беккет, помоги ему, - пробормотал Кевин, впервые за все время, взглянув ей в лицо. Кейт молча кивнула, и зашла в кабинет. Касл никак не прореагировал на ее приход. Кейт неуверенно села рядом, замерев в ожидании, когда он будет в состоянии разговаривать. - Тайсон убил Генри из-за моего отца, - наконец-то выговорил он. Чувство собственной вины звучало в каждом его слове. - Касл, Тайсон сделал это, потому что он в панике, - по своему опыту Кейт знала, что переубедить его будет нелегкой задачей. – Хант загнал его в угол, и он пытается выбраться оттуда единственным способом, который ему известен – убивая людей. - Генри не имел никакого отношения к этому. - Касл, посмотри на меня, - мягко попросила Кейт. – Каждая отдельная жертва Тайсона, включая и тебя, невиновна в происходящем. Никто не хотел быть частью его больных планов, но судьба распорядилась иначе, и раз уж так все получилось, у нас нет другого выхода, кроме как пройти свой путь до конца, – он молчал. – Мы поймаем его. Он уже изменил своему обычному образу действий, а значит, скоро совершит ошибку. Кто знает, может быть, он уже совершил ее. Она незаметно взглянула на детективов, топтавшихся под окном. Хотя, выражение ее лица навряд ли заставило бы их чувствовать себя лучше. - Я думаю, что мы все преувеличиваем, Беккет, - он кашлянул и торопливо добавил: - Отвезешь меня в «Четыре Сезона»? Кейт еще пару секунд смотрела в окно и, убедившись, что ее разочарование больше не написано на лице, спокойно ответила: - Все, что ты захочешь, Касл. С огромным усилием он поднял голову, чтобы взглянуть на нее. На его лице сменялись самые разные эмоции – от благодарности, до чего-то еще, чего-то, что ей бы не хотелось, озвучивать вслух. Хави с Кевином поджидали их возле лифта. - Тебе надо отдохнуть, брат, - с нескрываемым сочувствием сказал Эспозито, похлопав Касла по плечу. Кевин молча запустил их в лифт, и когда двери захлопнулись, повторил тоже самое себе под нос. К счастью, их поездка в отель была короткой. Всю дорогу, не говоря ни слова, Рик смотрел в окно, а Кейт гнала автомобиль так, будто за ней гнался табун из двадцати Тайсонов. Выйдя из машины, она почти силком протащила Касла через лобби до его люкса и, встретив там полицейскую охрану, не глядя сунула им под нос свой значок. Ошалев от такого напора, полицейский распахнул перед ними двери, и Кейт ввела Рика внутрь, так и не отпустив его руку. - Папа! – Алексис спрыгнула с дивана и подбежала к отцу. - Ричард! – к ней присоединилась Марта. Трое женщин обменялись между собой взглядами, каждый из которых нес в себе совершенно разные эмоции. - Что произошло? – Алексис не выдержала первая. - Твой отец очень устал за сегодняшний день и нуждается в отдыхе, - слова Кейт абсолютно не соответствовали выражению ее лица. - Конечно, Ричард, - вмешалась Марта, - ты слишком много на себя нагрузил. Давай уложим тебя в кровать. Когда ты последний раз менял свои бинты? Без всякого сопротивления, Касл позволил матери взять себя за руку и отвести в спальню. Когда дверь за ними захлопнулась Кейт и Алексис остались наедине, в первый раз после того случая в больнице. Кейт не двигалась с места – что бы ни случилось дальше, она должна была это пережить. - Спасибо за то, что привели его домой, - неловко сказала девочка. - Он попросил, чтобы я привезла его сюда, - тон Кейт был такой же неловкий, как и у Алексис. - Я поняла, - Алексис замолчала. - Сегодня у твоего отца был очень плохой день, - начала Кейт. Вне зависимости от того, что дочь Рика о ней думает, она должна была рассказать ей все. Девочка со страхом взглянула в ее лицо. – Вчера вечером был убит управляющий баром твоего отца. - Это был Тайсон? – глаза Алексис налились слезами. – Генри мертв? - Да, - через силу подтвердила Кейт. - О, Боже! – ее голос задрожал и сломался. – Это когда-нибудь закончится?! Он подбирается к нам все ближе и ближе! Кейт сделала шаг вперед, боясь дотронуться до нее. - Алексис, мы поймаем его, и мы все делаем для этого. А пока ты и твоя бабушка находитесь под охраной полиции. - Это мало чем помогло моему папе. Этот человек вошел в наш дом и стрелял в моего отца, пройдя все ваши полицейские посты. Кейт, он чуть не умер, пока я спала наверху, меньше чем в ста футах от него, - разрыдалась девочка. Кейт вздохнула и, сломав тот незримый барьер, который вырос между ними в больнице, крепко прижала плачущего ребенка к себе. - Но он не умер, и с ним все будет хорошо. Я клянусь тебе Алексис, что дни Тайсона в этом мире сочтены. Марта появилась как раз вовремя, чтобы пронаблюдать за трогательным моментом воссоединения внучки с детективом Беккет. Сама бы она не была так категорична на этот счет. - Ричард заснул без задних ног, - провозгласила она с нарочитым легкомыслием в голосе. Алексис отстранилась от Кейт, вытерла заплаканное лицо и, ощутив, что в данный момент она здесь лишняя, быстро сказала: - Я пойду, посижу с ним, вдруг ему что-то будет надо. – Она сделала несколько шагов по направлению к спальне, но остановившись у двери, повернулась к Кейт: – Беккет, для меня счастье отца важнее, чем мое личное отношение к вам. Я не отступаю от того, что я сказала вам в больнице. И вам придется приложить много усилий, чтобы доказать мне, что вы заслуживаете его. И если вы хотя бы на одну минуту, снова причините ему боль, то вам придется иметь дело со мной, и возможно, я не буду такой корректной, как в прошлый раз. - Понятно, - лаконично ответила Кейт. Она всегда восхищалась дочерью Рика, но сейчас она испытывала к ней чувство глубокого уважения. - Спокойной ночи, Беккет, - девочка поцеловала бабушку и ушла, оставив их наедине с нерешенными проблемами. - Марта, я … - неуклюже запнулась Кейт, не имея ни малейшего понятия, что же она скажет его матери. - Думаю, что эта беседа просто требует вина, - не спрашивая ни о чем, Марта поставила перед ней два стакана и разлила вино. - Кэтрин, с самого начала ваших отношений с Ричардом, - начала первой Марта, - я идентифицировала себя с вами. Вы бесстрашны, сильны, честолюбивы и независимы. Не скрою, я гордилась, что он наконец-то выбрал женщину, не являющуюся моей полярной противоположностью. Я занимала первое место центральной ложи в этой многоактовой пьесе между вами и им, и опять же не скрою, волновалась, когда пьеса стала напоминать трагедию Шекспира, – она замолчала, делая глоток вина. - Уверена, что вы просто хотели защитить своего сына, - возразила Кейт. - Как мне жаль, что вы ошибаетесь, Кэтрин, - невесело рассмеялась Марта. – На самом деле, правда в том, что я взяла на себя роль адвоката дьявола, и играла ее гораздо чаще, чем это было нужно. Я так отчаянно хотела заставить его взглянуть на все с вашей точки зрения, что не понимала главного – на самом деле, я хотела, чтобы он видел моими глазами. Я хотела, чтобы он понял, что менее проторенный путь может быть единственным для некоторых из нас, и как ненужно и неправильно с его стороны, удерживать нас от этого. - Ваш сын обожает вас, - осторожно заметила Кейт, начиная понимать боль Марты. – Он хороший человек, ставший таким под вашим влиянием. Взгляд Марты смягчился, в отличие от ее слов. - Кэтрин, мой сын – человек, выросший, несмотря на мое влияние. Точно так же, как он изменился за последние четыре месяца, несмотря на ваше влияние. Теперь, он человек, ставший таким, несмотря на вас.       Кейт больно прикусила губу. В словах Марты прозвучала горькая, ни чем неприкрытая правда, и в данную минуту, ей больше всего на свете хотелось вскочить и убежать в свою квартиру, где тихо, безопасно, и никто не говорит ей таких слов. Но она упрямо осталась сидеть на месте. - Марта, за прошедшие пять лет, я совершила много ошибок в отношениях с Риком, но вы должны знать, что я люблю вашего сына, и если он позволит мне, я проведу всю свою жизнь, доказывая это. На губах Марты появилась легкая улыбка полная грусти и сожаления. - Кэтрин, некоторые ошибки наносят непоправимый ущерб, – было ясно, что она в большей степени сказала это о себе. Несколько минут обе женщины смотрели друг другу в глаза. Марта была права – они действительно были во многом похожи, но сейчас, лучше любого сходства характеров и мировоззрений, их связывало другое: они обе были любимыми женщинами Ричарда Касла. И сейчас наступало самое время для перемирия. - Прошлые ночи он был с тобой? – как бы невзначай поинтересовалась Марта. - У него были кошмары, - тихо объяснила Кейт. - Когда ты с ним он отдыхает? – глаза матери затуманились. - Да, - прошептала Кейт. - Прекрасно, тогда вопрос решен. Пойду, посмотрю для тебя чистую пижаму, - заявила Марта и ушла к себе. Кейт немного посидела одна, потом встала и осторожно заглянула в спальню Касла. Появилась она вовремя – он как раз метался в кошмаре, и несчастная Алексис никак не могла его разбудить. - Кейт, сделай что-нибудь, - она беспомощно посмотрела на детектива. Кейт легла рядом с ним и, взяв его руку в свою, стала гладить ее мягкими успокаивающими кругами. - Касл, я здесь. Все хорошо, – она продолжала повторять ничего незначащие слова, ни в коем случае не повышая голоса, сохраняя все тот же спокойный голос и вскоре, признаки кошмара исчезли так же быстро, как и появились. Рик так и не проснулся. В спальню вернулась Марта с пижамой в руках. Она долго смотрела на Кейт в кровати сына, на то, как во сне он сжимает ее руку и, кивнув на прощанье, забрала встревоженную внучку с собой. Переодевшись, Кейт вернулась в кровать и легла на свое, уже ставшее привычным место рядом с Риком. Осторожно положив ему руку на грудь (чтобы ненароком не причинить боль раненому плечу), она закрыла глаза, никуда не собираясь уходить.