"Утро добрым не бывает"

      Эта неделя вся была какая-то странная. Сначала эта история с мирами, а потом близнецы начали чудить. И эту неделю, и следующую. В четверг, двадцать первого сентября, когда я сидела с Лёном в библиотеке, братья нагрянули как снег на голову.       — Забастовочные завтраки! — выпалили они, налетая на нас сзади.       — Обижающиеся обеды! — мигом подхватила я.       — И улюлюкающие ужины, — согласился Лён.       Уизли посмотрели на нас, удивлённо хлопая глазами. Мы с вампиром переглянулись и искренне расхохотались.       Покатываясь со смеху, мы не заметили, как близнецы вытащили что-то из своих сумок и шлёпнули на стол. Икая от смеха, я постеснялась интересоваться, что же это за страшное изобретение в коробках. Лён же, напротив, поспешил задать соответствующий вопрос, вытирая выступившие слёзы — уж очень забавные были лица у братьев!       — Чего притащили?       Фред с Джорджем с достоинством отвернулись к икающей мне. Лён поднял бровь, но ничего не сказал.       — Вольха, у нас к тебе дело, — как-то неестественно громко объявил один из близнецов, в упор игнорируя слизеринца.       Я, хихикая, потихоньку начала успокаиваться, и потянулась за палочкой, чтобы наколдовать себе воды — икота мешала как слушать, так и говорить.       — Ак-ик-ци-ий-о!       Графин с водой, стоявший на другом конце стола, двигаться и не подумал. Тогда я, продолжая икать, приняла странную позу, которую в учебниках по боевой магии величают «позой устрашения» (что, замечу, вполне справедливо — со стороны это правда выглядит жутко, колдун напоминает психа) и, намеренно растягивая слоги, загробным голосом провыла:       — А-а-а-акци-и-и-ий-йо-о-о!       Результат не изменился. Я медленно повернулась к Рыжикам, хмуря брови, но эти паршивцы сделали вид, что ничего не заметили и уже вовсю готовились поведать мне очередной гениальный план. Я взглядом воззвала к совести Лёна — Повелитель вдруг очень заинтересовался зельеварением за первый курс.       — Спаси-ик-бо вам, люди до-о-ий-брые, — мрачно пробурчала я, поднимаясь с тёплого насиженного места. Братья снова сделали вид, что меня нет, Лён же с противной усмешкой следил за моими вздрагивающими от икоты плечами.       Вода не сильно помогла, но теперь промежуток между иканием был больше трёх секунд, и я хотя бы нормально говорить смогла. Правда, объяснить этой троице, кто они такие, у меня без икоты не получится, что досадно…       Сев на стул, я скрепила пальцы в замок и устало взглянула на Уизли:       — Ну?       Близнецы переглянулись, без слов друг друга поняли и на четырёх руках протянули мне длинные маленькие обёртки, похожие на конфеты. Я поморщилась.       — Нет-нет-нет, я после вашего последнего эксперимента с конфетами завязала! — воспоминания о зелёной коже были ещё слишком свежи, чтобы я вновь согласилась на подобную авантюру, — ищите себе подопытных мышей среди первокурсников!       — Мы показать принесли, — тут же обиделся один из них, — и противоядие у нас есть!       — Это как бы протест против Амбридж! — восхищённо зашептал второй, — смотри, как классно придумали!       Парни ссыпали свои конфеты на стол и сели на стулья между мной и Лёном, повернувшись к последнему затылками. Из их карманов посыпались маленькие конфетки, тянучки, какие-то фрукты.       — Я стесняюсь спросить… — начала я.       — А я — нет! — перебил меня Лён и схватил яблоко, — что это?       Близнецы переглянулись, вздохнули. Видимо, желание поведать мне суть новой идеи победило ненависть к слизеринцу, потому как глаза братьев загорелись.       — В общем, смотрите! — Рыжики начали по очереди хватать продукты, — если съесть эту конфету — пойдёт кровь из носа, это зелье её минут за пять остановит; вот эта штука вызывает кашель…       — Это — кашель, — Фред (кажется) протянул брату ненатурально зелёное яблоко, — а эта штука рвоту вызывает!       — А, ну да, — кивнул Джордж, — так, вот это красное яблоко останавливает обильный поток слёз…       — А это зелье его вызывает!       — Эти шарики останавливают рвоту…       — А вот такая штука отращивает уши или нос…       — С помощью жёлтого яблока можно вызвать опухоль на руке или пальце…       — А вот после этой настойки потекут сопли…       У меня перед глазами мелькали разноцветные яблоки, обёртки, фантики, груши с ягодами, флаконы. Слова близнецов сливались в один сплошной гам.       —…вот только с этим нам нужна помощь.       Молчание Рыжиков словно вывело меня из ступора. Пока они болтали, я сидела, уставившись в одну точку и пытаясь успокоить икоту. План обсудить с Лёном в тишине наше положение (в который раз) разошёлся по швам и с треском провалился.       — Вольха, ты тут, с нами?       Я встрепенулась, подняла голову и стукнулась макушкой обо что-то твёрдое.       — Ну больно же! — взвыл Фред, отскакивая от моего стула.       — Так, э-э-э… — я похлопала глазами, — чего надо, добры молодцы?       — Помощь, — серьёзно ответили Уизли, уже вполне привыкшие к моему «странному говору» и «забавному акценту». Пару раз они пытались меня спародировать — ух, как им повезло, что мне нельзя колдовать без палочки на людях!       — Ладно, я ничего не поняла, но помогу, — я придвинулась ближе к столу, с трудом дотянулась до пергамента, выхватила из рук вампира перо и уставилась в пустой лист.       — Что писать собралась? — полюбопытствовал Повелитель.       — Не знаю, — я пожала плечами, убирая перо за ухо на манер палочки, — надо думать.       — Не надо, всё уже придумано!       Лён вытащил у меня из-под локтя пергамент, выдрал (вместе с клоком моих драгоценных волос, упырюга!) перо и принялся что-то быстро-быстро строчить.       — Что он делает? — хором удивились братья, в упор глядя то на меня, то на слизеринца.       — Честно? Не знаю, — я потормошила вампира за плечо, — господин Повелитель, чем занимаетесь?       Лён, не поднимая головы, что-то пробубнил. Закончив писать, вампир протянул лист близнецам:       — Вот, хватайте. Если что-то не найдёте, я у Снэйпа стащу. Только полынь на мандрагору замените, чтобы вкус приятный был, и можно готовить!       Близнецы, уже не переглядываясь, вырвали у Повелителя Догевы листок, пробежались глазами по его каракулям и по очереди присвистнули.       — Что ты им написал? — поинтересовалась я, стоило счастливым Рыжикам исчезнуть за дверями библиотеки.       — Ксандр мне как-то рассказывал об одной адептке, — задумчиво припомнил вампир, — которая, чтобы не писать контрольную по Травоведенью, подговорила весь курс приготовить и выпить некий отвар, вызывающий жар, бред и галлюцинации — смотря, какую дозу вылакать.       — Нашёл, что вспоминать, — пробурчала я, — я ещё третьекурсницей была…       — Но для Уизли это ново! — восхищённо прошептал Лён.       Мы просидели до ночи, обсуждая зелья и даже забыв об уроках и пророчестве. Свечи горели тускло, почти невидимо, но мы с вампиром всё равно продолжали сидеть и шёпотом переговаривались. Идиллию нашу прервал школьный завхоз — препротивный старикашка, от которого несёт тухлыми яйцами и помётом, на которого посмотреть-то страшно, не то, что перечить. Сталкиваться с ним раньше мне ещё не приходилось, но я не раз проходила мимо, и, честно признаться, контактировать с ним у меня желания не возникало.       — Что студенты седьмого курса делают в Общей библиотеке в такое время?       Его скрипучий голос был похож на тот противный звук, что исходит из-под длинных когтей, царапающих доску. Я внутренне поёжилась.       — Уроки, мистер Филч, — белоснежно оскалился слизеринец, каким-то невероятным образом пряча клыки.       — А ну живо по комнатам!!! — гаркнул завхоз, потрясая огромным фонарём и брызгая слюной.       Мы с вампиром скоренько ретировались, на ходу роняя учебники и тетрадки. Ещё не хватало, чтобы этот тролль к деканам пошёл — и МакГонагалл, и Снэйп десяток шкур сдерут. Лёну-то выгоднее его декан, а мне в любом случае попадёт.       — Знаешь, что? — в одном из коридоров шепнул мне Повелитель, пока я не ступила на движущуюся лестницу.       — Чего?       — Я придумал для близнецов ещё одну шутку.       — Ка…       — Я велел разойтись по спальням!!! Когда же будут разрешены старые меры наказаний?!       — Утром! — бросила я и понеслась в Гриффиндорскую гостиную.

***

      На следующий день я потратила не один час, чтобы найти Уизли. Наткнулась на их младшего брата Рона, на Джордана, даже на Дамблдора — самих близнецов не было нигде.       У меня уже появилась мысль, что Рыжики снова пропадают в своей лаборатории, как эти двое возникли передо мной с довольными лицами и улыбками до ушей. Никак что-то натворили опять, вот и радуются!       — Рон сказал, что ты нас искала, — сообщил, кажется, Фред.       — Вообще, вас искал Лён… — лица близнецов мигом помрачнели, и я поспешила исправить ситуацию, — он придумал какую-то грандиозную вещь, объяснять которую отказался даже мне. Думаю, вам будет интересно.

***

      Глаза братьев снова горели. Парни лихорадочно переглядывались, заламывали себе руки и то и дело выдавали какие-то реплики.       — Чувак, хоть ты и слизеринец, но котелок у тебя варит в нужную сторону, — хриплым голосом похвалил Джордж.       — Нас в этой школе будут помнить вечно, — прошептал Фред.       Лён тоже словно светился изнутри. Никогда его таким не видела. Может, это потому, что за ним не приглядывают старейшины и вся его мальчишеская сущность вырвалась-таки наружу?       Что за мысли, Вольха?       — И это — только начало, — заговорщицки пообещал вампир, потирая ладони.