Не буду я с ним танцевать!
20 мая 2015 г., 14:32
— Лебедева и Катаев, будете открывать вечер. С вас вальс.
— Что?! — одновременно воскликнули парень и девушка, а остальной класс начал хихикать и пускать разные неприличные шуточки на эту тему.
— Не буду я с ним танцевать!
— Да я к этой малахольной близко не подойду.
— Так, ну-ка замолчали! — грозно сдвинув брови, сказала директриса. — Будете, как миленькие. Иначе никакого вам выпускного, понятно?
Молодые люди с ненавистью взглянули друг на друга.
— Быстро встали в позицию! Максим, правую руку на талию, Вероника, левую руку поверх руки партнёра. Свободными ладонями держимся за руки.
— Ну давай, Лебедева, иди ко мне, — поиграв плечами, сказал Максим, а класс взорвался от смеха.
— Пошёл на хрен, — буркнула она, позволяя ему себя приобнять, но стараясь отодвинуться на максимальное от него расстояние.
— Вероника, попрошу без ругательств, — покачала головой директриса. — Ну же, локти выше! И подойди к Максиму ближе, ей богу, он же не кусается! Давайте, раз-два-три, раз-два-три.
Сцепив зубы, девушка чуть приблизилась, и они начали медленно двигаться в заданном директрисой ритме. Максим тихонько бормотал тот же счёт, с каждым разом лишь ближе прижимая её к себе. Она чувствовала, как его ладонь, миллиметр за миллиметром, спускается всё ниже от её талии.
— Я тебе сейчас врежу, — едва сдерживая эмоции, сказала девушка.
А парень, усмехнувшись, чуть надавил ей на поясницу, заставляя слегка прогнуться. Пальцы медленно поглаживали её через ткань топа, и эти прикосновения вовсе не раздражали её. Наоборот, ей безумно нравилось находиться так близко к нему, чувствовать лёгкий аромат его дезодоранта, ощущать тепло ладони, скользящей по её спине. Он был в футболке, поэтому Ника без труда могла ощутить, как мускулы на его руках напрягались при каждом движении. Близкий контакт — кожа к коже — и она начинает мелко дрожать. Он такой горячий, такой настоящий, совсем рядом, и это сводило с ума. Это выбивало её из колеи, заставляя постоянно сбиваться с ритма. Когда он успел так измениться? Когда из мальчишки, который раньше едва доходил ей до подбородка, он превратился в крепкого рослого парня, который теперь был почти на голову выше неё самой? Вот теперь она действительно чувствовала себя самой настоящей малявкой. Дыхание сбилось, а его ладонь тем временем уже откровенно сползла на задницу. Не выдержав, она ударила его по руке, чем вызвала тихий смех.
— Прекрати меня лапать! Это вальс, а не танцы в ночном клубе.
— Да что ты говоришь? А ты хоть раз была в подобных заведениях?
— Не твоё дело.
— Ну что ты, малявка, боишься меня, что ли? — промурлыкал парень ей на ушко.
— Делать мне больше нечего. И хватит уже называть меня малявкой, что за идиотское слово? К тому же, я младше тебя всего на десять месяцев.
— Вот именно, Лебедева, ты младше. А потому я буду называть тебя так, как захочу, поняла?
Поджав губы, она изо всех сил наступила ему каблуком на ногу.
— Ай!.. Ах ты, маленькая су...
— Катаев, в чём дело? — спросила директриса.
— Ни в чём, — ответил он, хитрая ухмылка вновь появилась на его губах, а глаза едва ли не прожигали её насквозь пылавшей в них яростью и предвкушением скорой расправы. О, Ника хорошо знала, что это значит! Он будет мстить. "И мстя его будет страшна", — обречённо подумала она.
***
Актовый зал наполняла мелодия вальса, разноцветные огоньки мерцали в темноте, освещая танцующую на сцене пару. Выпускники и их родители завороженно следили за плавными движениями, но никто из них не слышал, о чём разговаривала эта парочка. — Так что, тот очкастый дрищ всё ещё захаживает к тебе в гости? Ника поморщилась, вспоминая недавний неприятный разговор с теперь уже экс-бойфрендом. Хотя, тот скандал, который ей устроил "очкастый дрищ", вряд ли вообще можно было назвать разговором. Пришёл, наорал, едва ли не плюясь в лицо, обвинил во всех смертных грехах, и ушёл, не выслушав ни единого её слова. Ах да, ещё потребовал, чтобы она вернула все его подарки. — Какого хрена ты сказал ему, что я спала с тобой? Теперь он вообще не отвечает на мои звонки! Максим довольно улыбнулся. С того дня три месяца назад, когда их впервые заставили танцевать вместе, он начал отваживать всех её кавалеров. Конечно, всё это он обосновывал тем, что просто мстит за травмированную ногу, да и сама Ника была в этом уверена. Только вот в глубине души парень знал правду. Он просто не мог терпеть, когда кто-то был с ней рядом. Его выводила из себя даже мысль о том, что эта девчонка может быть с кем-то, кроме… Кроме него? — Чтоб ты сдох, скотина, — процедила девушка, — Сам вон с Наташкой шашни крутишь, а мне всё обломать решил? — Ревнуешь? — с улыбкой спросил он, чуть прищурив глаза. — Да кому ты нужен? — Неужели не нужен? А помнишь, как я учил тебя целоваться? — парень мысленно возликовал, увидев румянец на её щеках. Да, ему всегда с лёгкостью удавалось вывести её из душевного равновесия. Иногда он сам себе удивлялся, пытаясь понять, почему так сложно общаться с ней нормально, как со всеми другими друзьями и знакомыми, и даже несколько раз клялся себе, что больше не будет вести себя так по-свински. Но проблема была в том, что, лишь увидев её, он заводился с пол-оборота, и обидные слова слетали с губ раньше, чем он успевал их обдумать. — Даже не думай вспоминать об этом! — Да ладно, неужели не понравилось? — Конечно, нет! — В самом деле? А вот я помню, как ты сама прижималась ко мне, как... — Заткнись! — мелодия вальса наконец стихла, и, быстро поклонившись хлопающим зрителям, Ника бросилась за кулисы. — Стой! — парень нагнал её и, схватив за руку, развернул к себе. — Не прикасайся ко мне! — она изо всех сил оттолкнула его. — Катаев, ты придурок, понял? — Слушай, я... — начал было он, но девушку словно прорвало: —Что ты за человек такой? Что ты вообще ко мне привязался? Неужели за столько лет не нашлось другой девочки для битья? Обязательно поливать грязью только меня? Да ты посмотри, вокруг вон пол-школы всяких дебилов и лузеров, я-то тебе что сделала? Жить тебе мешаю? Как же я тебе ненавижу! Ненавижу! Исчезни из моей жизни, я вообще не хочу тебя больше видеть! Никогда! Она опустилась на ближайший стул, прикрыв лицо ладонями, потому что слёзы уже вовсю бежали по щекам. Только этого ей и не хватало для полного счастья — разреветься при нём. Ну и пусть. Хуже уже, наверное, и некуда. А Максим просто стоял и смотрел на неё, ему безумно хотелось подойти к ней, обнять, успокоить. Он не мог выносить вида её слёз, от этого самому хотелось пойти и утопиться. И тем больнее было от осознания, что причиной этих слёз был он сам. Но вопреки собственному желанию он просто улыбнулся, как-то особенно печально, и провёл рукой по шевелюре, отчего коротко подстриженные волосы стали топорщиться в разные стороны. — А ты разве не знаешь, почему мальчишки дёргают девочек за косички? — Какие, на хрен, косички?! Пошёл ты знаешь куда?! — Дура! — процедил он и направился к блондинке, ожидающей его у раздевалки. Притянув подружку за талию, он поцеловал её, посмеявшись для приличия над очередной её идиотской шуткой, и увлёк в зал.
