Creation

      Рука с пистолетом нервно дернулась вниз. Решительность прикончить девочку вдруг куда-то пропала.       На негнущихся ногах, я подошла к кровати, и, не выдержав, рухнула на колени, въедаясь в ребенка взглядом: каштановые кудряшки, небольшой, но аккуратный острый носик был прекрасным дополнением к пухлым губкам. Но самым главным ярким акцентом во внешности девочки были большие синие непропорциональные глаза, в которых мир скользил и не отражался. А вот кожа была слишком бледной, способная навести мысли о некой болезненности.       - Не м-м-может быть, - заикаясь, прошептала я, дотрагиваясь до девочки рукой. Мне нужно было понять, почувствовать, что она настоящая, что она не сон. И что нечто подобное вполне реально.       Перебирая мягкие волосы, я взяла ее личико в свои руки.       - Ты так похожа на него… - пролепетала я. - Но глаза… - я забегала по ее лицу взглядом, - у тебя мои глаза.       В ответ она согласно кивнула, дотрагиваясь своей маленькой ручкой до моего лица. Это мягкое и теплое прикосновение для меня было подобно удару кнута. Нервно выдохнув, я снова вскочила, собираясь с мыслями. А вот девочка же даже не шелохнулась.       - Ты меня убьешь, да? – спокойно спросила она, глядя на меня. - Они мне говорили, что ты так поступишь, когда придешь за мной…       Я ничего не ответила. Только снова подняла пистолет дрожащий рукой, нацелив его точно ей в голову. Ребенок покорно сидел на кровати, все также глядя на меня. Только где-то на дне ее глаз плескался затаенный страх и боль, от которого мне становилось не по себе.       - Прости, - прохрипела я, - так нужно.       Она кивнула, опустив голову вниз. Маленькая ручка сжала несчастный фломастер, который следом хрустнул.       Нацелив дуло ей ровно в висок, я шумно сглотнула. Меня трясло. Буквально колотило. Я не знала, что со мной происходит, и почему у меня такая реакция. Умом я понимала, что этого ребенка нужно убить, но стоило взглянуть на нее, как внутри что-то замирало. Дернув головой и шумно вздохнув, я постаралась отбросить все ненужные мысли в сторону, уже собираясь нажать на курок, как сзади меня раздалось:       - Инхен, стой!       Дернувшись от громкого звука, я опустила пистолет, который через секунду улетел вглубь комнаты от удара по руке. Барнс влетел в комнату и вышиб его одним ударом. На подобное движение я даже никак не отреагировала. Я вообще уже смутно понимала, что происходит.       - Не надо, - шумно выговорил он, вставая около кровати.       Я подняла на него взгляд. Мужчина был собран, но было видно, что в глубине души он заметно нервничал.       - Она угроза, Баки, - я качнула головой, чувствуя, как меня бьет уже плохо скрываемая дрожь.       - Ты тоже была угрозой, но я же отпустил тебя.       Мне нечего было ответить. Я снова посмотрела на девочку, которая смиренно смотрела на нас, ожидая, что с ней будет дальше.       - Ни ты, ни я этого сделать не сможем, иначе бы ты давно прикончила ее, - мужчина взял себя в руки, стараясь мыслить хладнокровно.       - У меня нет сил на это, - честно призналась я, снова смотря на девочку. - Я не могу… Но ты, - я обернулась на Барнса, - что тебя останавливает?       - Она ребенок. Невинный ребенок, который имеет право на жизнь, - проговорив это, он взял девочку на руки и внимательно посмотрел на нее.       - Как тебя зовут? – поинтересовался он, улыбаясь ей.       - Лея - девочка открыто улыбнулась в ответ. - А ты мой папа?       - Да, - Баки неожиданно рассмеялся.       - Что смешного? – я нахмурила брови, не понимая его реакции.       - Просто, понимаешь, - он перехватил девочку поудобнее, - это так странно, держать на руках своего ребенка, в создании которого даже участие не принимал.       - Это странно, но ничего смешного я в этом не вижу, - скрестив руки, проговорила я.       В ответ он хмыкнул и медленно проговорил, смотря на Лею:       - У нее твои глаза и нос…       - А сама она похожа на тебя, верно, - я кивнула, смотря, как ребенок дергает Баки за волосы. - Может, мы все-таки решим, что нам делать?       - Нечего решать. Поехали отсюда, - с этими словами он направился к двери, - и чем скорее, тем лучше.       - Куда? – я поспешила за ним.       - Туда, где никто нас не найдет. Там и решим, что будем делать дальше. Ну-ка, Лея, иди к мамочке. - сказал Барнс, вручая мне девочку в руки.       - Что…Что ты делаешь? – пролепетала я, автоматически принимая у него из рук молчавшую и улыбающуюся Лею, пропустив колкость мимо ушей.       - Заметаю следы, - ответил он, быстро прикрепляя какие-то небольшие металлические круги на стены дома. - Ты всю информацию успела скопировать?       - Конечно.       - Тогда уходим.       Прикрепив последнее взрывное устройство на стену коридора, мы быстрым шагом вышли из дома.       - А соседние дома? Там же люди! – опомнилась я, спеша за быстро идущим и внимательно оглядывающимся Барнсом.       - Это новый район. В соседних домах еще никто не живет. И с каких пор тебя волнуют люди, которые погибнут? – его губы расползлись в полуулыбке.       - Не хочу внимание не привлекать, - отчеканила я.       - Садитесь, - приказал он, останавливаясь рядом с неприметной черной машиной.       - Откуда она у тебя? – я опешила.       - Сейчас это столь важно?       Ничего не ответив, я села вместе с Леей на заднее сидение машины. Барнс же, быстро обойдя ее, занял место водителя и нажал на педаль газа со словами:       - Пристегнитесь.       Покосившись на мужчину, я сделала то, что он велел.       Машина быстро тронулась с места, набирая скорость.       - Сколько у нас времени? – я удобнее перехватила сидевшую на коленях девочку, прижимая к себе.       - Еще около трех минут.       - Успеем?       - Обижаешь, - мужчина, усмехнувшись, посмотрел в зеркало заднего вида.       Выехав за пределы этого района, мы едва успели завернуть на поворот, как раздался взрыв, который эхом разнесся по округе. Сжав губы в тонкую линию, я перевела взгляд на девочку, которая была сейчас спокойнее нас вместе взятых.       - Ты в порядке? – поинтересовалась я у нее.       Она кивнула.       - Мы едем домой? – тихо спросил ребенок.       Я посмотрела на Барнса.       - Да, Лея, мы едем домой, - он кивнул.       - Значит, вы меня не убьете?       - Что за глупые вопросы? – Баки отозвался с холодом в голосе. - Кто тебе такое сказал!?       - Дядя Бэвис.       - Дядя Бэвис был глуп, Лея. Его слова ты не должна воспринимать всерьез, - отчеканил мужчина.       - Забудь про то, что тебе говорил Бэвис. Сейчас все будет по-другому, - тихо проговорила я, глядя на нее.       Вместо ответа, девочка улыбнулась и еще крепче прижалась ко мне, обвивая мою шею маленькими ручками. Через минуту в машине раздалось тихое равномерное сопение.       - Прямо семейная идиллия, - Баки прыснул.       - Заткнись, - тихо шикнула я на него, пытаясь скрыть улыбку, откидываясь на спинку сидения. - Нам долго ехать?       - Прилично.       - Ты уверен, что нас там никто не найдет? – спросила я, через пару минут раздумий.       - Не найдут. Можешь мне поверить.       Барнс был сосредоточен и расслаблен одновременно, словно, сегодня и не произошло ничего такого, что способно повернуть твое мировосприятие с ног на голову.       Кивнув, я посмотрела в окно, медленно погружаясь в свои мысли. Лея мирно спала на моих руках, на ее лице блуждала довольная улыбка. А вот я же, напротив, все больше и больше погружалась в свои темные мысли. Настроя Баки я не разделяла, потому что я не могла до конца принять то, что происходит. Для меня это было дикостью. Но мужчина был снова прав в одном – мы решим этот вопрос, как приедем на место. Только вот как решим…

***

      Вечер медленно перетек в ночь. За ней пришло утро, день и вечер следующего дня. Только к ночи машина затормозила около небольшого неприметного домика.       Всю дорогу мы провели в молчании, каждый думая о своем, кроме Леи. На какой-то заправке Баки купил девочке раскраску и карандаши, чтобы скрасить ее время в пути, а также еду.       Наблюдая за ребенком, я поняла, что она молчалива, наблюдательна и достаточно умна для своих лет. Спрашивала она что-либо только по делу, но если ты хотел с ней поговорить, она охотно шла на контакт. Так я узнала, что она очень любит рисовать, что, в прочем, было не удивительно для ребенка ее возраста. И что просто ненавидит всякие иголки и прочие медицинские предметы.       Усталые, мы вышли из машины. Держа засыпающую Лею на руках, я пошла за утомленным, но не показывающим это Барнсом в дом.       - Где мы вообще находимся? – спросила я его.       - В смысле? У меня дома.       - В смысле, как далеко от Детройта?       - А это столь важно? – он хмыкнул.       Поняв намек, я оставила попытки выяснить, где мы находимся.       Поднявшись на второй этаж, я вошла за ним в темную комнату, где угадывалась большая кровать.       - Положи ее сюда, - он указал на постель, - пусть спит.       Аккуратно расцепив ручки девочки, я положила Лею в кровать, укутав в одеяло. Пробежавшись по ней еще раз взглядом, я вышла из комнаты и спустилась вниз по лестнице в гостиную. Баки задумчиво шел за мной следом.       Сев в кресло, я устало потерла глаза и сжала голову руками.       - Ты в порядке?       Барнс сел напротив, на диван.       - Да… Нет… Я не знаю, - честно призналась я, вскидывая на него глаза. - Как после такого можно быть вообще в порядке?       - Она ребенок, Инхен.       - Ребенок? – я взяла свой рядом стоящий рюкзак и достала папку с выдержками об ее развитии. - Она мутант, если ее вообще можно так назвать. Эта девочка создана и выращена в лаборатории из наших с тобой генов. Причем не самых хороших. Из нее планировали сделать машину для убийств.       - Можешь мне не перечислять то, что я и так знаю, - он мотнул головой. - Найдя Ника, я наткнулся на данные о ней. И я в курсе, что она «выращена» в пробирке, а затем в камере. Но, не смотря на это, Лея – ребенок. Пусть по-другому развивающийся…       - …один год жизни за месяц, - я вспомнила все те записи, которые успела увидеть в доме Кэмпбелла. - Она умрет через десяток лет.       - Именно, - Баки кивнул, - если тенденция не поменяется или что-то еще не произойдет. В любом случае, теперь она у нас, и это главное.       - Ты собираешься ее оставить и воспитывать? – я не поверила своим ушам.       - Да, потому что у меня есть шанс воспитать из нее прекрасного человека. Особенно тогда, когда она только начинает становиться в своем развитии. А что здесь такого? - он взглянул на мое удивленно лицо. - Она моя дочь, как ни крути. Тем более, Стив всегда учил меня, что людям нужно давать второй шанс, а Лея вообще еще ребенок, который ничего не совершал.       - Стив? – я улыбнулась. - Тогда почему он не хотел меня отпускать?       - Он тебе не доверяет. К тому же, ты хотела его убить, вроде как.       - Но не убила же.       - Собственно говоря, как и я его когда-то. В любом случае, сейчас это уже не важно.       - А ты мне веришь? – как-то заторможено спросила, переваривая информацию.       - Скорее да, чем нет. По крайней мере, поводов тебе доверять у меня больше, чем не доверять.       - Что с тобой происходит, Зимний Солдат? Я тебя не узнаю, - пролепетала я, откидываясь на спинку кресла.       - Не называй меня так, - он поморщился. - Идет переоценка жизненных ценностей, скажем так. Не каждый день тебе сваливается на голову новость, что у тебя имеется дочь, знаешь ли.       - Как ты отреагировал, узнав это? – я серьезно посмотрела на него.       - Мягко говоря, был удивлен. Я, конечно, знал, что ГИДРА способна на многое, но чтобы провернуть такое…       - Роджерс в курсе?       - Нет. Никто о ней не знает и не узнает. Будет много слишком много лишнего шума, особенно в это время.       - Все так плохо?       - Достаточно плачевно. Каждый супергерой теперь готов перегрызть глотку другому. Чертова война набирает обороты.       - Но как ты ушел, раз такая обстановка?       - Тихо и молча, сославшись на ГИДРУ. Тем более, мне вообще сейчас лучше не показываться перед другими.       - Старк?       - Он самый, - Барнс в согласии кивнул.       Вздохнув, я покачала головой.       - Ты странный андроид, - вдруг проронил мужчина.       - В смысле? – я нахмурилась.       - Ты говоришь нам о морали, доброте, что люди не человечны и ужасны, а сама чуть ли не идешь по их стопам, подсознательно совершая те же ошибки, что и мы.       - По крайней мере, в моих поступках больше логики, чем в ваших. Взять хотя бы то, что зажравшиеся политики сотрудничают с наркомафией, зарабатывая на этом большие деньги. И делают они это потому, что им мало. Им всегда будет мало! Они будут устраивать войны, эпидемии, кризисы, стараясь вторгнуться куда-либо и подзаработать, - протараторила я. - Я и до ГИДРЫ старалась вас не трогать. Итог, меня чуть не убили, измучив экспериментами, только потому, что им, видите ли, интересно. После всего меня чуть не запер ЩИТ. Как я должна поступать? И после всего, что я пережила, я узнаю, что ненавистные мною люди сделали то, о чем любое другое нормальное существо даже не подумает – они создали нечто в теле ребенка. И ни ты, ни я не знаем, во что нам выльется воспитание Леи. Нас либо убьют агенты ГИДРЫ, либо она сама нам глотки перережет, потому что я до сих пор в ней не уверена. Также я не уверена в том гене, который они в нее засунули. Зная себя, перед нами очень хитрый, умный и вдумчивый ребенок. Про твои гены я вообще молчу. Это вообще адское смешение всего, чего только можно.       - Как бы там ни было, - Барнс подался чуть вперед, прерывая мою тираду, - ты ее не убила тогда, не убьешь и сейчас. И не потому, что ты теряешься и не знаешь, как поступить, а потому, что она – это ты. Нечто новое в этом мире. На подсознательном уровне ты не будешь поступать, как человек. Ты просто дашь такому существу жить, зная, что оно, может быть, принесет когда-нибудь боль и ужас в этот мир, но сама больно ты ей первая не сделаешь, потому что знаешь, каково это. Ты ее убьешь, только полностью удостоверившись, что она монстр. А те слова: «надо убить», - у тебя не сработали. Это-то тебя и отличает от нас, вот в чем дело.       Я молчала, смотря на этого странного, рассудительного и понимающего меня человека.       - И ты ее тоже не убьешь?       - Нет, - он качнул головой. - Я уже объяснил. Что бы там ни было, она – всего лишь ребенок, у которого должен быть шанс на жизнь. Я воспитаю ее так, как воспитывали меня – человеком. А убить ее я всегда успею. Сейчас я подобен тебе – мне тоже интересно понаблюдать за ней, потому что в Лее я вижу себя. Не чисто внешне, скорее внутренне…       - В любом случае, мы обязаны воспитать из нее человека, Баки, - подытожила я, после минутного молчания. - Именно человека. Нормального. Может, планета будет спасена, если ее постепенно заселят человечные люди?       - Может и так, - он пожал плечами. - Ну, а ты то что? Думаешь, у тебя проснется материнский инстинкт, и он возьмет вверх? Я же вижу, что ты от нее не уйдешь, как бы не старалась ставить «стену».       Склонив голову на бок, я ответила:       - Иногда ты удивляешь меня, Баки Барнс. Вроде бы не глупый человек, но иногда проскальзывают такие тупые вопросы. Откуда у искусственного интеллекта врожденный материнский инстинкт? Я его скорее приобрету, наработаю, скопирую у людей, почерпну информацию из книг. В любом случае, как ты и сказал, я от нее не отступлюсь. Как ни крути – она моя дочь. Мое продолжение. Пусть и насильно выведенное.       - В книжках она почитает, ага - Баки рассмеялся.       - А ты хоть сам-то знаешь, как воспитывать ребенка, тем более девочку? – я прищурила глаза.       - В теории да.       - В теории все всё знают, а на деле…       - …на деле у нас нет режущихся зубов и подгузников. Этому уже можно радоваться. Тогда я бы я посмотрел на искусственный интеллект в родительском деле.       - Да и Зимний Солдат, пеленающий ребенка и сующий ему соску в рот, тоже страха не внушает, знаешь ли, - тон в тон ответила я ему.       Посмотрев друг на друга, мы тихо рассмеялись.       - Ладно, - он потер глаза, - раз мы все решили и воспитание падает на наши родительские плечи, нужно идти и набираться сил. На втором этаже, справа от лестницы, есть небольшая комната с кроватью. Иди спать. Я посплю на диване… Что? – мужчина не понял моего ироничного взгляда, прерываясь в монологе.       - Я – андроид. Мне не нужен ни сон, ни пища.       - Что, совсем?!       - Совсем. Только подзарядка, да и то не часто. Так что иди, спи наверх и не мучайся, а пока буду изучать информацию о Лее. Мне нужно все понять о ней к ее пробуждению. Хочу знать, с чем мы имеем дело.       - Хорошо, - кивнув, Баки направился наверх, уже не скрывая зевоты, - Бодрой ночи, молодая мамочка, - добавил он, поднимаясь по лестнице.       - От папочки слышу, - я фыркнула. - Спокойной ночи.       В тишине раздался тихий смешок и хлопок двери.       Почесав в затылке, я раскрыла папку с документами и принялась читать, постепенно понимая, что мое создание Альтроном было только цветочками. «Ягодки» мирно спали наверху, готовые в любой момент «взорваться», если что-то неправильно сделать.