Creation

      Наверху раздался грохот. Топот маленьких ножек четко различался сквозь гам.       - Лея, отдай! Это не игрушка! – послышался сердитый возглас Барнса.       Задиристый смех и топот по лестнице вниз.       Я оторвала взгляд от книги и подняла его ровно тогда, когда девочка, перепрыгнув две ступеньки вниз, приземлилась в гостиной.       Вскочив с кресла, я перехватила ее по пути на кухню. В своей руке она держала внушительный пистолет.       - Лея, я же говорила, что это не игрушка, - строго отчеканила я, отбирая его у нее из ладони.       - А если по-другому папа не хочет меня обучать? – воскликнула она, обиженно глядя на меня.       В ответ я внимательно взглянула на нее, оценивая состояние.       За последние полтора месяца она серьезно подросла. Из трехгодовалого спокойного ребенка она превратилась в восьмилетнюю бойкую и эмоциональную девочку, которой было интересно все и вся: от устройства мира до оружия и убийства. К тому же, умственное и моральное развитие шло еще более интенсивными темпами, чем физическое. Если можно было судить именно по ним, то сейчас она была похожа на одиннадцатилетнего подростка.       Мы с Баки старались следить за этим во все глаза: всегда находились с ней рядом, давали книги, которые она «заглатывала», рассказывали истории, но все это не помогало справиться с ее гиперактивностью – ребенку нужно было постоянное движение, которое мы ей обеспечивали, скрепя сердцем, обучая боевым искусствам. Больше всего этому был не рад Барнс, который сейчас стоял около лестницы и недовольно смотрел на нас.       Мужчина был против всего этого, считая, что ей нужно нормальное детство. А я же, напротив, была относительно «за», понимая, что по-другому не получится. Слишком тяжелые гены играли в ее крови. Тем более, что делать, если за обычными Барби Лея не могла просидеть и десяти минут.       Посмотрев на тяжелый «Узи» в своей руке, я задумчиво пролепетала:       - Обучать будем, когда подрастешь.       - Если это понадобится, - отчеканил Барнс.       - Но я хочу быть такой же, как вы! – воскликнула Лея и, развернувшись на пятках, побежала обратно наверх, к себе в комнату, сдерживая слезы.       - Лея! – окликнул ее мужчина, но я остановила его за плечо.       - Не надо. Пусть сначала успокоится.       - Ты слишком многое ей позволяешь, - проговорил он, садясь на край дивана и устало вздыхая.       - Если ей не позволять этого, то будет еще хуже. Тебе не достаточно того, что обойдя все твои меры «предосторожности», она все-таки вытащила этот чертов пистолет из тайника? – я села рядом с ним. – Уж лучше самим учить ее, оценивая возможности, чем она сама это сделает, обойдя наши запреты. Уж поверь, она это сможет.       - Она – ребенок, - мужчина попытался мне возразить.       - Она – создание. Ты это забываешь, - спокойно проговорила я, смотря на Баки.- Через пару месяцев ей будет 20, а скоро она дойдет и до твоего возраста. Тогда она тоже будет ребенком? Уж лучше контролировать ее через исполнение желаний, чем через запреты. То, что она для тебя будет вечным ребенком, так как ты ее отец, роли здесь не играет.       - Плохой папа и хорошая мама. Прямо семейная идиллия,– он откинулся на спинку дивана, дергая плечами. - Я все понимаю, но я не хочу делать из нее оружие, понимаешь? Я стараюсь сохранить в ней человеческое начало...       - Ты и сохраняешь, но против ее «природы» не пойдешь, - я качнула головой. - Ты и я для нее примеры для подражания. Лея хочет уметь все, что и мы. И чисто с человеческой точки зрения это нормально.       - Особенно ты пример для подражания. Стрелять нормально так и не научилась, - он усмехнулся.       - Но на лопатки уложить тебя все же могу, - я легонько ударила его по левому плечу.       - Я просто поддался. Вот и все, - он улыбнулся.       - В следующий раз мне надо будет тебя шарахнуть током и не мучиться. Поваляешься пару минут в отключке, тогда я на тебя посмотрю, - тон в тон ответила я ему, усмехнувшись.       - Тогда это приведет к тому, что Лея захочет такие же силы, как у тебя. И попробуй объяснить ей, что это нереально.       - Думаю, с этим я справлюсь, - я едва заметно скривилась.       - Ты до сих пор не хочешь показывать ей себя? – мужчина полностью развернулся ко мне.       Я поморщилась, прекрасно понимая, о чем он говорит. Дело в том, что с того самого дня, я ей не показывала свой истинный облик, постоянно нося маскировку. Да и подзаряжалась я тайно, так как не хотела, чтобы она видела перед собой монстра.       Конечно, она знала, кто я, ибо об этом позаботилась ГИДРА, но я предпочитала выглядеть при ней обычным человеком.       - Не думаю, что ей стоит это видеть.       - Но почему? – брови Барнса приподнялись.       - Вспомни свои чувства и ощущения, когда ты первый раз увидел меня во всей красе. Не думаю, что Лея испытает радость при виде этого, - я на секунду убрала маскировку и показала узоры на теле.       - Мне кажется, ей будет интересно посмотреть на тебя…       - Я тебе что, экспонат?       - Нет! – Баки вскинул руки вверх в примирительном жесте. - Я просто более чем уверен, что она тебя не испугается, а наоборот – примет.       - Я не сниму маскировку, пока она не попросит.       - Инхен, зря ты так думаешь. Не пойми меня неправильно, но ты не настолько ужасна, чтобы тебя испугался ребенок, а в особенности твой.       - Ты просто мастер делать комплименты, Баки Барнс, - я покачала головой.       - Я это говорю к тому, что мои бывшие деяния могли бы напугать ее намного больше, чем твой настоящий облик.       - Не перетягивай мою нишу «монстра» на себя. Ты убивал людей, а я хотела уничтожить весь людской род, - с этими словами я встала и направилась наверх. - Мы оба хороши.       - Но ты же этого так и не сделала.       В ответ я промолчала, поднимаясь по лестнице. Повернув направо, я, легонько постучав в дверь, вошла в комнату дочери.       Девочка сидела на кровати, задумчиво крутя игрушечную деревянную лошадку в руках.       - Почему папа такой строгий? – тихо пролепетала она, поднимая на меня взгляд.       - Потому что он волнуется за тебя, - я села на край ее кровати.       - Но я же хочу, как лучше. Я хочу постоять за себя, за вас. Тогда папа будет меньше волноваться обо мне.       - Он и я всегда будем волноваться о тебе, вне зависимости от того, будешь ли ты уметь владеть оружием или нет. Тем более, пока ты еще не в состоянии удержать такой пистолет.       Лея вздохнула.       - Не обижайся на нас, а в особенности на отца. Он на самом деле хочет, как лучше. Пусть даже такими строгими мерами.       - Я не обижаюсь, я просто пытаюсь понять, - серьезно пробурчала она.       Тихо рассмеявшись, я погладила ее по голове.       - Подрастешь – поймешь.       - Тогда мне можно будет научиться стрелять?       - Может быть.       - Поговори с папой, пожалуйста, - девочка кинулась ко мне, обнимая.       - Постараюсь, - я кивнула, чмокнув ее в макушку. - А теперь, давай ложиться спать. Время позднее…       - Хорошо, - ребенок кивнул, - кстати, мам, хотела спросить. У тебя такие узоры есть? Потому что у папы я их не обнаружила.       - Какие? – пролепетала я, удивленно смотря на нее.       - Вот!       Проговорив это, она приподняла край рукав рубашки и показала мне причудливые черные узоры на левой руке.       От шока я прохрипела:       - Давно они у тебя?       - Сегодня утром появились. Точнее, сегодня утром только их заметила. До этого они не были такими четкими.       Сжав губы, я смотрела на нее, борясь с эмоциями и противоречивыми чувствами.       Пораскинув мозгами и внутренне сдавшись под вопросительным взглядом дочери, я тяжело вздохнула, вспоминая слова Барнса.       - Да, есть, - я кивнула, и, отключив маскировку, представ перед ней во всей красе.       В комнате раздался восторженный вздох. Я вопросительно подняла глаза на ребенка.       - Ух, ты! – воскликнула она, сравнивая свою и мою руку с узорами. - Это так красиво!       - Красиво!? – опешила я.       - Ага! – она закивала головой, - А ты вся такая? Я тоже так хочу.       Не выдержав, я рассмеялась, смотря на восхищение девочки, которая вертела мою руку, с интересом рассматривая.       - Не думаю, что ты будешь, как я.       - Но почему?       - Гены человека в тебе все же сильнее… Лучше, ложись спать. Завтра обсудим этот вопрос.       - Хорошо.       Уложив ребенка в кровать и поцеловав на ночь, я, выключив свет, вышла из комнаты, пребывая в легком смятении. Включив маскировку на автопилоте, я спустилась вниз.       Баки все это время сидел на диване, думая о чем-то своем, даже не поменявшись в позе.       - И давно ты знал про узоры на руке у Леи? – проговорила я, садясь напротив него.       - Сегодня утром увидел. И понял, что это довольно-таки иронично: твои узоры на левой руке, - мужчина в воздухе помахал своим бионическим протезом.       - Почему мне не сказал?       - Ты должна была увидеть это сама. Ну, что, как она отнеслась к твоему истинному облику? – голубые глаза посмотрели на меня с интересом.       - С восхищением, - буркнула я, скрещивая руки.       - Вот видишь, - он улыбнулся, - а ты боялась.       - Если она покроется ими полностью, нам будет сложно их прятать.       - Не думаю. Найдем какой-нибудь передатчик, меняющий внешность, вот и все.       - У тебя все так просто, - я фыркнула.       - А смысл усложнять?       Буркнув нечто нечленораздельное себе под нос, я промолвила:       - Лучше иди спать, простой ты наш.       - Не хочу.       Я вскинула на него взгляд.       Прищурившись, я проговорила:       - Опять кошмары?       Скривившись, Баки кивнул.       Прикусив губу, я вспомнила момент, который произошел на днях.       Поздно ночью, когда уже все спали, а я сидела в гостиной, обложившись книгами, когда наверху раздался четкий, но тихий возглас, заставивший меня вздрогнуть и ринуться наверх.       Забежав в комнату Барнса во всеоружии, я не увидела никого, кроме тяжело дышавшего мужчины, сидевшего на кровати.       - Что случилось?       Я прошла вглубь комнаты, вставая рядом с кроватью.       - Ничего такого, для чего бы понадобилось оружие, - он с легкой иронией посмотрел на пистолет в руке, - просто кошмары.       Тогда я и поняла, что всегда собранный и спокойный Баки Барнс ночью превращался в относительно беззащитного мужчину, который, бегая днем от своих внутренних демонов, ночью не мог от них скрыться нигде.       Сухо кивнув, я вышла из комнаты, решив оставить его одного, прекрасно понимая, что он не очень хочет, чтобы я видела его таким в данный момент: растерянным и разбитым.       Да и после этого момента данное происшествие как-то не вспоминалось до сегодняшнего дня. Хотя с точностью в сто процентов я могла сказать, когда мужчина спал, а когда нет – у него все читалось по глазам, как бы он этого не скрывал.       - Каково никогда не спать? – вдруг поинтересовался он, глядя на меня.       - Намного больше времени, - я пожала плечами, пытаясь найти слова для ответа, - Делай все, что хочешь в тишине и спокойствии. Как-то так.       - Кажется, в этот момент я тебе впервые позавидовал, - Баки криво усмехнулся.       - У всего есть свои плюсы и минусы... Я, например, никогда не увижу сны и не узнаю, что такое сон. Только по рассказам.       - Но, чисто теоретически, ты же до сих пор развиваешься. Можно же твое тело приучить ко сну.       - Не думаю, - проговорила я, протягивая руку за книгой. - Учти, заснешь, начнешь храпеть, я не постесняюсь и зашвырну ее в тебя. Ночь – единственное время, когда я могу от вас отдохнуть.       - То есть чтение это и есть то, чем ты занимаешься ночью?       - Да, а что? – я не поняла вопроса. - Чем я, по-твоему, должна заниматься ночью?       - Ну, ночью многим можно заниматься, - он рассмеялся.       - Барнс, с каких пор ты пошло шутишь? – ошалело спросила я.       - А с каких пор ты понимаешь подобные намеки?       - Если я так не шучу, это не значит, что я не могу понимать подобное.       - Нет, ну серьезно. Откуда я знаю, чем ты тут занимаешься и что читаешь? – задорно проговорил он и выхватил книгу у меня из рук. - Достоевский. «Преступление и наказание». Мило.       - Не Камасутру я же читаю.       - Заметь, это не я сказал, а ты.       - Знаешь что, - я вспыхнула, - подобное читать можешь только ты. Я же предпочитаю классику. Это, по-моему, единственно хорошее, что создали люди.       - Камасутра тоже хороша, если ее правильно использовать, но классика тоже нечего, но, опять же, откуда ты про нее знаешь? – он с интересом воззрился на меня.       - Подключение к всемирной сети, пусть и в прошлом, сделало свое дело. Вы мне не раз психику сломали.       - Да ладно тебе, - мужчина засмеялся.       - По-моему, тебе все же надо больше спать. Тебя несет куда-то ни туда.       - Когда мы еще с тобой нормально поговорим вдвоем. Да и мне просто интересно…       - Интересно, что?       - Например, можешь ли ты что-то чувствовать к лицу противоположного пола?       - Под чувствами ты понимаешь, в том числе, и половое влечение? – я приподняла бровь.       - Да.       С шумом выдохнув воздух, я захлопнула книгу и уставилась на Барнса.       - С чего вообще эти вопросы!?       - Говорю, мне просто стало интересно. За все время нашего совместного проживания я почти понял тебя, но данная сторона вопроса для меня до сих пор остается открытой.       Сжав челюсти, я постаралась успокоиться. Конечно, я понимала, что за эти месяцы мы очень сблизились и даже сдружились, но подобный вопрос меня поставил в тупик.       Взяв кое-как себя в руки, я проговорила:       - Не думаю, так как я не знаю, что это такое и подобному меня никто не учил. Даже не рассказывали, а интернет только подпортил общее представление. Да и вообще, я про это не задумывалась.       - О как!       - Серьезно, Баки, иди спать. Недосып в твоем случае играет злую шутку – ты несешь какой-то бред.       - Да, нет. Это любопытство. Я до сих пор хочу понять, как ты и твой мозг устроены.       - Сложно они устроены, - пробурчала я, уткнувшись в книгу.       - Только не обижайся, хорошо? Я не хотел тебя задеть…       - Я не обижаюсь, - я снова посмотрела на него. - Я просто не люблю подобные вопросы.       - Просто раньше ты охотно отвечала на них.       - Да, но не по этой теме. К тому же, кажется, у вас не принято задавать такие вопросы девушкам.       - Все, все. Больше не буду, - ответил он и прошел к книжному шкафу, - В любом случае, чтение классики никому еще не мешало, особенно мне.       С этими словами он плюхнулся напротив и уткнулся в книгу. Тихо вздохнув, я начала читать дальше, постепенно замечая, как мужчина начинает дремать. Не прошло и двух часов, как Барнс, развалившись на диване, мирно спал. Книга валялась рядом на полу.       Иронично глянув на мужчину, я встала, и, подняв книгу с пола, накинула на него плед, лежавший на соседнем кресле.       Усевшись обратно, я снова уткнулась в книгу, начиная читать под размеренное дыхание Баки.       - Кажется, ты собиралась в меня зашвырнуть ее, если я засну прямо здесь, - его хриплый со сна голос оторвал меня от чтения.       Дернувшись, я взглянула на часы, которые показывали семь утра, а следом перевела взгляд на сонного Баки, растиравшего затекшую от неудобного положения шею.       - Ты не храпел, но в следующий раз я займу твою комнату.       - Да, пожалуйста.       Мужчина потянулся.       - Быстро я отключился?       - Относительно. Тебя хватило на два часа.       - Совсем расслабился.       Ответить мне не дали. Рядом лежавший телефон тихо зазвонил, от чего я и Барнс сразу же напряглись. Никто на протяжении всего этого времени с нами не связывался, мы позаботились о скрытности. Если кто-то и знал наше местонахождение, то не стал бы звонить сюда просто так.       Переглянувшись, мужчина поднял трубку. В комнате повисла гробовая тишина, а лицо мужчины с каждой секундой становилось все серьезнее и серьезнее, заставляя меня нервничать.       Не проронив ни слова, кроме сухого «Да», он положил трубку и посмотрел на меня тяжелым взглядом.       - У нас есть время? – выдохнула я, готовая ко всему.       - Это вас не касается. Стива посадили в тюрьму. Гражданская война окончилась не в его пользу.       Тяжело вздохнув, я откинулась на спинку кресла.       - Езжай к нему. Ему нужна твоя поддержка ровно так же, как и сейчас он нужен тебе. Мы без тебя спокойно справимся. Будь уверен.       Коротко кивнув, он встал и быстро направился наверх, за вещами. Через пять минут он спустился обратно с небольшим рюкзаком за плечами.       - Не волнуйся. Лее я скажу, что ты уехал по работе. Придумаю, что-нибудь.       - На всякий случай, прямо сейчас собери необходимые вещи и будь готова ко всему. Если через неделю я не вернусь, и от меня не будет никаких вестей – бегите отсюда. Прячьтесь. Я потом вас отыщу.       - А если тебя убьют? – иронично поинтересовалась я.       - Это очень сложно сделать, сама понимаешь, - он хмыкнул.       В ответ я кратко кивнула, оценивая всю сложность ситуации.       Баки, внимательно взглянув на меня, быстро и мягко поцеловал в губы, и вышел из дома, даже не оборачиваясь, тем самым застав меня врасплох.       Удивленно проводив его взглядом, я захлопнула дверь, чувствуя, как щеки начинают заливаться румянцем.       - Мама, а куда пошел папа? – голос Леи вывел меня из ступора.       Как обычно и бывало, дочь встала сразу после отца.       - Папа уехал по делам, - тихо проговорила я, задумчиво смотря на девочку. Сейчас она стала еще больше напоминать мне Барнса.       - Он вернется через пару дней, - как можно спокойнее проговорила я. - Ты умылась?       - Неа, - Лея потерла глаза со сна.       - Пойдем умываться, - протараторила я, стараясь увести мысли девочки от ухода отца. Она ведь тоже не глупая, поймет все.

***

      Прошло пять дней, в один из которых Баки скинул краткое сообщение: «Я жив», - но не объясняющее всецело ситуацию. Вещи были давно собраны и стояли в углу гостиной.       Лея, на удивление, была в эти дни спокойной и собранной. Девочка явно чувствовала, что сейчас не до уроков и каких-либо занятий по борьбе, поэтому она просто читала книги или смотрела телевизор. Она даже пару раз пыталась меня успокоить, беря за руку или обнимая, говоря при этом, что с папой все будет хорошо, и чтобы я не волновалась.       А я же сама не понимала, с чего я так беспокоилась за Барнса. Этот человек – мастер своего дела, но понять, почему я так дергалась от каждого ночного шороха, я не могла.       К ночи шестого дня, когда я уже уложила Лею спать, входная дверь в квартиру распахнулась, и в коридоре возник Барнс.       - Баки? – я быстрым шагом вышла к нему навстречу и сразу отступила назад, увидев мужчину.       Он неважно выглядел: губа была разбита, под глазом была царапина, да и моральное состояние давало о себе знать – он был раздавлен, убит и вымучен.       - Что…Что случилось? – выдавила я из себя, начиная теряться.       Мужчина прошел вглубь гостиной, швырнув куда-то в сторону рюкзак, и, грузно сев на диван, уткнулся в свои руки.       - Баки… - прошептала я, становясь около него.       - Стив Роджерс мертв.       Услышав эти слова, я от неожиданности села рядом с ним, не зная, что и сказать.       - Как? – это все, что я смогла вымолвить.       Что-что, а такого поворота событий я никак не могла ожидать.       - Его убила Шэрон Картер. Она была под влиянием ГИДРЫ, - прохрипел он севшим голосом.       Вот и все. Вот так вот просто.       Гробовая тишина повисла в доме. Воздух постепенно наполнялся болью, горечью и утратой.       Я не знала, что он чувствовал в данный момент, но я могла представить. Какого было потерять единственного друга и соратника? Я смутно помнила свои ощущения, когда я потеряла Альтрона. И сейчас я искренне не понимала, почему мужчина не рвет и не мечется, но, видимо, именно вот так, тихо и быстро, ломаются сильные люди.       Доверившись интуиции, я взяла его за левую бионическую руку и крепко сжала ее, пытаясь показать, что он не один.       - Мне кажется глупым и неестественным что-либо говорить в этой ситуации, но все же, прими мои соболезнования, - это было единственным, что я смогла выдавить из себя, когда он повернулся ко мне и заглянул в глаза.       Кивнув, он в ответ сжал мою руку, переплетая пальцы и утыкаясь лбом мне в плечо.       - Если ГИДРА смогла завладеть разумом Шэрон, - прошептала я через какое-то время, отходя от шока, начиная осмысливать произошедшее, - то…       Баки, резко подняв голову, серьезно взглянул на меня. Переглянувшись, мы одновременно вскочили с места, понимая всю сложность ситуации.       - Пришли за Стивом, придут за тобой, мной и Леей, поэтому, нам нужно убираться отсюда как можно скорее, - лихорадочно заговорила я.       - Буди Лею, а я возьму еще кое-что с собой… - с этими словами он ринулся к шкафу.       Кивнув, я побежала наверх. Разбудив девочку, я помогла ей собраться за пять минут, взяв с собой все необходимое. Ребенок, к удивлению, был собран и спокоен. Она даже не задавала лишних вопросов.       - Лея, это тебе, - проговорила я в дверях комнаты, отдавая ей в руки свой кулон с всей информацией об Альтроне. - Я давно хотела тебе его подарить, но как-то не выходило… Думаю, что сейчас самое время.       Мне надо было хоть как-то сохранить информацию про все свои разработки, особенно в этой ситуации. А когда девочка подрастет, она сама все поймет и обнаружит, что это не совсем кулон.       - Нас убьют, да?       - Нет, - я попыталась улыбнуться, - мы просто переезжаем. Так папа решил.       - Папа уже приехал?       - Да.       Лея, надев кулон, выбежала из комнаты.       - Папа! – она спрыгнула с лестницы, кидаясь к Баки.       Мужчина, подхватив девочку на руки, чмокнул ее в щечку.       - Собрались? – он окинул нас взглядом.       Я кивнула.       - За тобой слежки не было?       - Теперь я уже ни в чем не уверен.       Схватив сумку, мы выбежали во двор, к машине, постоянно озираясь. Опасность могла подстерегать за каждым углом. По идее, мы могли бы дать бой, но мы не хотели рисковать, ведь с ребенком на руках бойню не устроишь.       Сев в машину, Барнс дал по газам.       - В Детройт? – поинтересовался он.       - Да, пока туда, а дальше решим, - я кивнула, даже не удивившись, что он знал, где я жила до этого.       Кивнув, мужчина вырулил на дорогу.       В машине была тишина. Лея смотрела в окно, а я дергала ногой и нервно кусала губу. Барнс тоже был напряжен, но он старался этого не показывать, хотя побелевшие костяшки пальцев правой руки говорили об этом.       Мы почти выехали на главную трассу, когда раздался неимоверный грохот и машину повело.       - Черт! – рявкнул Баки, стараясь сохранить управление.       Агенты ГИДРЫ решили поступить просто – они выстрелили прямо нам по колесам.       Прижав к себе Лею, я сжала ручку дверцы, чувствуя, как машину несет.       В последние секунды Барнс все-таки успел затормозить, немного въехав в стену передом машины. Нас дернуло. Ремни безопасности спасли нас от сильного удара.       - Живы? – выдавил он из себя.       - Да, - я посмотрела на белую, но собранную Лею. - Ты в порядке?       Она кивнула.       Быстро выбравшись из машины, мы юркнули на территорию рядом прилегающего завода.       - Думаешь, у нас есть шанс всех перебить? – прошептала я.       - Вполне, если успеем спрятаться.       Вбежав в здание, мы огляделись.       - За мной, - скомандовал Барнс и пошел на второй этаж, постоянно озираясь.       Лея шла рядом, вцепившись в край моей куртки.       - Все будет хорошо,- прошептала я, как над нами раздались звуки выстрелов.       Пригнувшись, мы спрятались за стену.       - Блять, - рыкнула я, закрывая собой ребенка.       - Знаете, признаюсь честно, сейчас я жалею, что не обучил Лею стрельбе. Лишние руки нам бы не помешали.       Я взглянула на Барнса.       - Вот поэтому, нужно слушать меня, - назидательно буркнула я, - нам нужно уходить отсюда, прямо на нас идут агенты, - я кивнула в проем, между лестницей и коридором. Оттуда четко просматривался первый этаж.       Выстрелив в них несколько раз, мы побежали дальше.       Ощущение времени пропало. Мы перебегали с этажа на этаж, отстреливаясь. С каждой минутой я понимала, что мы попадаем в западню, и дальше нам будет все сложнее выбраться.       Завернув за угол, я сняла рюкзак и передала его Лее со словами:       - Смотри не потеряй.       - Что ты удумала? – Баки строго глянул на меня, перезаряжая пистолет. Патронов становилось катастрофически мало.       - Вы бегите, а я их отвлеку. Там дальше, прямо по коридору, есть черный выход. Пока я возьму все внимание на себя, вы скроетесь…       - Даже не смей этого делать, - шикнул на меня мужчина. - Тебя убьют или снова возьмут в плен.       - Уж лучше я одна, чем мы все! – я посмотрела на них. - Так больше шансов выжить, и ты это прекрасно понимаешь. Тем более, с тобой Лея протянет куда дольше, чем со мной, - тихо добавила я.       - Мама! – девочка захныкала.       - Тшшш… - я быстро опустилась к ней на колени. - Все будет хорошо, я позже к вам присоединюсь. Ты же мне веришь?       Она кивнула.       - Инхен, это слишком рискованно, - Баки покачал головой.       - Уже поздно думать, идите! – я кивнула в сторону выхода, слыша, как к нам приближаются агенты ГИДРЫ.       Еще раз, взглянув на меня, Баки, подхватив Лею на руки, побежал к двери, быстро вымолвив:       - Обещай мне, что выживешь.       - Ты сам знаешь весь расклад, - я качнула головой, и, выстрелив в воздух, побежала назад по коридору, на агентов ГИДРЫ, нашаривая в кармане тройку взрывных устройств Барнса, которые успела взять из дома, пока собирала Лею. Мощный взрыв – почему бы и да. Самое главное – выиграть время.       Мелькнув буквально перед носом у агентов, я побежала назад: ровно туда, откуда мы и пришли.       Чуть ли не кубарем скатившись по лестнице вниз, я, отстреливаясь, забежала в какую-то комнатушку, по пути готовя взрывные устройства, кидая их на пол.       Небольшие бомбочки замигали и запищали, оповещая меня о готовности. Быстро пробежавшись по комнате взглядом, я поняла, что ни мне, ни агентам, забежавшим за мной, не выжить. Как минимум приличная часть завода будет отсутствовать.       Когда последний взрыв раздался в комнате, я зажмурила глаза, понимая, что от взрыва даже Альтрон не выжил бы, что уж говорить обо мне.       Мне не было страшно или обидно. Я просто понимала, что так надо…

***

      (POV Баки)       Выбежав на улицу, я быстро огляделся.       Прятаться одному было бы куда проще, но когда с тобой ребенок, чье состояние граничит с истерикой, особо не побегаешь. В этом Инхен была права, беря почти весь огонь на себя. Из нас двоих это кто-то должен был сделать, и девушка оказалась куда шустрее меня.       Забежав за какой-то гараж, я прислушался – тихо. Только выстрелы на заводе раскатывались эхом.       Подумав, я развернул Лею к себе и промолвил:       - Вот что, сиди здесь и не высовывайся. Даже не думай об этом. Я пойду помогать маме…       - Папа, не надо, не оставляй меня, - Лея впервые за все время заплакала, перебивая меня, - мне страшно!       Я хотел ей что-то сказать, как тут на всю округу прогремел мощный взрыв, озарив яркой вспышкой ночное небо. Я накрыл девочку собой, прячась за гараж.       - Мама! – Лея забилась у меня в руках, пытаясь вырваться.       Громкий плач перерастал в истерику.       - Не надо, не смотри! – я все прижимал ребенка к себе, видя алое зарево и огонь, поглощающий часть завода. Вторая часть была разнесена в щепки.       - Инхен, - выдохнул я, понимая, что в таком пламени даже андроиду было не спастись…