За гранью сна

Просыпаюсь от того, что Деймон, крепко прижимающий меня к себе, начинает ворочаться. Открываю глаза, сонно смотрю на него и с трудом сдерживаюсь, чтобы не закричать. Осторожно выпутываюсь из его рук, слезаю с кровати, поднимаю с пола его футболку, натягиваю на себя и на цыпочках подхожу к двери. - Там заперто, - тихо замечет Деймон у меня за спиной, когда я касаюсь ручки дрожащими пальцами, - решила сбежать? Злобно стискиваю зубы, недовольно глядя на него. - Решила. - Чего так? – Деймон поднимается с кровати, подходит ближе и хмуро смотрит на меня. - Ты уже поиздевался надо мной, - скрещиваю руки на груди, - теперь отпустишь? - Нет, - Деймон продолжает хмуриться, берет меня за плечо, отодвигает в сторону, отпирает дверь и выходит из комнаты. В замке поворачивается ключ, и с лестницы раздаются его удаляющиеся шаги. Вот черт. Сначала я остервенело стучась в дверь, потом мечусь из стороны в сторону по комнате, потом, наконец, сдаюсь, опускаюсь на кровать и откидываюсь на гору подушек. Сама не замечаю, как засыпаю, но, когда снова открываю глаза, на краю кровати сидит Деймон и пристально смотрит на меня. - Привет, - он очень мрачный, и я инстинктивно напрягаюсь. - Ну, привет… - осторожно отползаю подальше от него, боязливо глядя в бешено синие глаза. - Хочешь есть? - Что? – недоверчиво наклоняю голову и хмурюсь от его такого странного и непривычного поведения. - Я спрашиваю, ты голодная? – Деймон недовольно сводит брови, словно его что-то тяготит. Это очень странно. - Ну… - я неуверенно сглатываю, - да… немного. - Пойдем вниз, - его голос тихий, хрипловатый, непривычно спокойный. - А, можно? – затравленно смотрю на него, и он слабо кивает. - Можно. Мы спускаемся на первый этаж, я, под пристальным, сверлящим взглядом Деймона, прохожу на кухню и забираюсь с ногами на стул. - Скажи, пожалуйста, сколько времени? – осторожно прошу я, совершенно не ожидая, что он ответит. - Половина девятого вечера, - неохотно отзывается Деймон, продолжая беспорядочно перемещаться по кухне. Как ни странно, здесь уютно и очень просторно. Я часто бывала тут, когда приходила к Стефану. Он готовил, а я, вот так же, как и сейчас, сидела с ногами на стуле и смотрела на него. Какая ирония. Стефан всегда готовил для меня много всего разного и вкусного. Он делал роллы, печеную говядину, под каким-то сумасшедшим соусом, мои любимые пирожные безе, смешивал удивительные коктейли, делал экзотические салаты. - Есть остатки вчерашней пиццы, - Деймон мрачно смотрит на меня, - будешь? - Да… - я ежусь от его голоса, - если можно. Он молча ставит на стол открытую коробку, в которой лежат три с половиной куска пиццы, рассеянно оглядывается вокруг и недовольно бурчит себе под нос. - Подожди. Принесу попить. Он выходит в коридор и скрывается за дверью винного погреба, где, очевидно, хранятся все напитки, а я в панике вскакиваю на ноги и бросаюсь через гостиную к входной двери. Перемена в его поведении пугает меня еще больше, чем его обычные психи. Но это уже не важно, если только мне повезет, и тут окажется открыто… Входная дверь распахивается и на пороге появляется Стефан. - Стеф… - я не верю своим глазам, - Стефан!!! Бросаюсь к нему, обнимаю руками за шею, утыкаюсь носом в плечо. Он здесь, он рядом, он пришел за мной. Все хорошо. Теперь все будет хорошо. Чуть меньше суток кошмара, и этот бред закончился. Стефан в первый момент крепко прижимает меня к себе, но неожиданно замирает, отстраняется и неуверенно смотрит на меня. Я в футболке Деймона. Черт. - Стеф, это… - Что, это? – он сжимает зубы, - это футболка моего брата. С которым ты провела ночь. Очевидно, не в соседних спальнях. - Стефан… - в ужасе смотрю на него, отказываясь верить тому, что происходит. - Что? – его голос становится ледяным, - ну, что? - Дай мне все объяснить… - у меня на глазах появляются слезы. - Ладно, - он пожимает плечами, - объясняй. - Мы… - Уже «мы»? - Стефан… - Что? – он грустно усмехается, - что ты хочешь объяснить мне, Елена? Скажешь, между вами ничего не было? Это становится последней каплей. Ревнивый придурок! - Было! – злобно сверкаю глазами, и по его лицо проходит черная тень, - он изнасиловал меня!!! Он мучил меня, издевался! А, где все это время был ты?! Где был ты, Стефан?! Ты же знал, что я у него!!! Почему не пришел? Почему не спас меня раньше?! - Я был в Атланте, - тихо отзывается он, - Деймон вырубил меня, запихнул к кому-то в машину и меня увезли. Я пришел в себя только сегодня днем. С трудом нашел свои документы и телефон, разобрался где я, приехал сюда… - Он… - это похоже на дурной сон, - он чудовище… - Да, - Стефан грустно смотрит на меня, - и с этим чудовищем ты спала. - Я же сказала… - не выдерживаю и начинаю плакать, - он изнасиловал меня! - Серьезно? – губ Стефана касается легкая улыбка, - поэтому ты в его футболке? - Я… И тут я понимаю, что мне, действительно нечего сказать. Мы проснулись в одной постели, и, пока он еще не окончательно очухался, я решила сбежать, а, так как я спала голой, мне надо было во что-то одеться, а его футболка лежала рядом на полу. Как только я даже мысленно произношу эту фразу, мне сразу же становится настолько мерзко, стыдно и обидно за себя, что слез становится еще больше. - Вот! – истерически стягиваю с себя эту чертову футболку и бросаю ее Стефану в лицо, - вот, забери! Забери ее к чертям собачьим! Стефан, я… что за бред? Твой ненормальный брат похитил меня, изнасиловал, унизил. А теперь приходишь ты и делаешь то же самое! - То же самое..? – его голос хрипнет, и я ужасаюсь тому, как много боли в его глазах. - Ты унижаешь меня. - Чем же? - Ты не понимаешь? – я продолжаю плакать, - не понимаешь, чем? Этим допросом. Недоверием. Тем, что смог допустить мысль, что Деймон и я… - Прости, Елена, - он смотрит на меня невидящими глазами, - но я такой. И с этим ничего не поделаешь. Я верный, ты знаешь это, но я ревнивый. - Но я не изменяла тебе! - Знаю… - он, наконец, ловит мой взгляд, - мне нужно время, чтобы осознать все это. - Что..? – мне становится холодно, - время? - Да. - И много? - Я не знаю. Я не могу тебя винить, но… - Уходи… - меня начинает трясти. - Елена… - Уходи. Он испуганно смотрит на меня, и я отступаю на шаг. - Я не хочу тебя видеть сейчас, Стефан. Я не хочу, чтобы еще и ты унижал меня. - Я тебя не унижаю… - он испуганно смотрит на меня, - Елена… - Знаешь, что делал твой брат? – изо всех сил стараюсь выровнять дыхание, - он показывал мне на огромном экране наши с тобой фотографии и насиловал! – у меня начинает дрожать голос, - а потом он заставил меня кончить, произнося его имя!!! – на лице Стефана начинают ходить желваки, - так вот… - я шумно выдыхаю, - твое недоверие… твои слова… все это сейчас унижает меня гораздо больше, чем то, что было ночью! Уходи. Деймон отпустит меня. Может быть. Или ты сам осознаешь, что тебе больше не нужно никакое время. Но я не половая тряпка. Об меня нельзя вытирать ноги. - Елена… - Уходи. - Елена. - Уходи! Захлопываю дверь, и меня моментально душат слезы. Я сползаю на пол и закрываю голову руками. Стоп. Что я делаю? Со Стефаном или без, дверь открыта. Вскакиваю на ноги, бросаюсь к дивану, хватаю плед, оборачиваю его вокруг себя, как банное полотенце, пулей возвращаюсь к двери, берусь за ручку и чуть ни вскрикиваю, когда мне на запястье ложатся пальцы Деймона. - Куда? - Отпусти меня… - мой голос начинает дрожать, - Деймон, отпусти меня… - Нет. Он берет меня за локоть и втаскивает в гостиную. - Хочешь выпить? - Хочу… - обессиленно опускаюсь на диван и безразлично смотрю на него, - почему ты это делаешь? - Что? – он слегка приподнимет бровь, - что я делаю? - Вчера ты был таким… - я ежусь, - ужасным. А сегодня… - Я был неправ вчера, - он неохотно переводит на меня глаза, - я не должен был делать всего этого с тобой. - Ты серьезно? – наверное, удивление больше моих глаз. - Да. - Деймон… - неуверенно слежу глазами за тем, как он уходит в кухню, затем возвращается с бутылкой вина, двумя бокалами и коробкой пиццы, - почему ты такой? - Какой? – он ставит все на маленький журнальный столик и опускается на диван рядом со мной. - Не знаю, как объяснить, - неуверенно пожимаю плечами, - неуравновешенный. - Ты ведь знаешь, - Деймон спокойно пожимает плечам, откусывая кусок пиццы, - я болен. - И это выражается вот так? – с ужасом осознаю, что мне становится интересно, - в таких переменах настроения? - Не совсем, - он слегка качает головой, - в приступе ярости я могу натворить много всего, но потом успокаиваюсь, раскаиваюсь. Это паршиво,если честно. - То, что можешь натворить? - То, что раскаиваюсь. - А, как называется твоя болезнь? – я осторожно беру кусок пиццы из коробки. - Эпилептоидная психопатия. - Вау… - замираю с открытым ртом так и не откусив еду, - ничего себе. - Да уж, - он слабо улыбается, - только это совсем не весело. - Ты всегда был таким? – ловлю себя на том, что стараюсь говорить потише, словно, чтобы не спугнуть его. - Да, нет… - он пожимает плечами, - болезнь прогрессирует. - Сильно? - Ты ночью не заметила? Не понимаю, почему, но я заливаюсь краской. - Вина налить? – Деймон берет в руки бутылку. - Да. Спасибо. Он разливает вино по нашим бокалам, выпивает свое, практически, залпом, наливает еще и делает несколько больших глотков. - Ты чего сидишь? Пей. - Пью… Какое-то время сидим молча. Не могу передать свои чувства. Я боюсь его. Боюсь безумно, до дрожи. Но, вместе с тем, внезапно я понимаю, что мне вдруг становится интересно… даже не понятно, с ним, или рядом с ним. В нем есть что-то… запретное, что ли. - Может, фильм посмотрим? – тихо спрашивает Деймон, и я вздрагиваю. - Давай… а какой? - Я люблю комедии. - Я тоже. Деймон поднимается на ноги, подходит к комоду, открывает дверцу и заглядывает внутрь. - Что скажешь насчет «Ловушки для родителей»? - Что? – против воли, я улыбаюсь, - это же детский фильм! - Ну, и что? – Деймон пожимает плечами, - один из моих любимых. - Серьезно? – неуверенно смотрю на него, - моих тоже. - Ставлю? - Давай. Он включает фильм, возвращается на диван, бросает быстрый взгляд на мой, практически, полный бокал и недовольно хмурится. - Почему ты не пьешь? - Пью… - я испуганно сглатываю, уловив нехорошие нотки в его голосе, - потихоньку. - Я же сказал тебе выпить, - он стискивает зубы. - Деймон, я… - Пей. - Деймон… - Пей!!!