ДНК

Джо нервно кусала губы, сидя на невысоком барном стуле в кухне отцовского дома, глядя, как меряет помещение шагами Адам. Отец стоял у двери, загораживая проход, скрестив руки на груди. Сидящая рядом с подругой Дебби, держала ее за руку и пыталась приободрить. — Милая, правда. Расскажи нам. Откуда ты знаешь этих детей? — Я что, на допросе? — в который раз вскинулась Джо. — Почему вы не спросили самих детей? — Ты шутишь? — остановился Адам. — У кого спрашивать? У того карапуза, который тогда назвал тебя «мамой»? — Я не знаю, что на уме у младенцев, — парировала Джо, закинув ногу на ногу и облокотившись о спинку. — Я вообще не понимаю, к чему этот разговор именно сейчас? Почему вам не спрашивалось об этом раньше? — Когда вообще не было времени из — за папиной выставки? Когда семьи ребят, вместе, опять — таки, с детьми, были здесь? Тебе все весело? — снова вскипел Адам. — Во что ты вляпалась? — Как видишь, ни во что, раз моя голова все ещё на плечах, а не в коробке… — Прекратите! — воскликнул отец, подходя к дочери и присаживаясь перед ней на корточки. — Милая, скажи честно, этот малыш — правда твой сын? Джо поджала губы. Она никогда не думала, что правда — это так тяжело. Даже несмотря на свою прямолинейность, такая правда была для неё очень больной и, в то же время, не понятной. — Ответ: положительный, — вырвалось у Джоанны, прежде чем ее мозг был бы съеден сомнениями окончательно. Дебби резко разжала ее ладонь. — Как? … — вырвалось у девушки. — Прости, дорогая, но мне весь процесс описать? — вскочила со стула Джо, ловко обходя отца, скидывая туфли и оставаясь босиком. Отец сел на стул вместо дочери и провёл ладонями по лицу. — Так вот, милая, раз такая пьянка, то, как это было: мы потрахались, и вот что получилось… — И все ради того, чтобы спасти меня? — тихо сказал мужчина, не обращая внимания на нелестную реплику дочери, и теперь уже Джо опустилась перед ним на корточки, наплевав на платье. — Пап, вы совсем ничего не знаете… И я очень кстати потеряла память… — Но теперь ты все вспомнила, сестричка! — Адам тоже сел на корточки рядом с сестрой, но уже перед Дебби. — Посвяти нас, пожалуйста, что произошло… Джоанна вздохнула, и, поняв, что выбора нет, рассказала все без утайки. — Пиздец, — не сдержался в самом конце Адам, тут же хлопнув себя по губам. — Извини, пап, но говорю, как есть… — То есть, Тэхён дал тебе деньги? — невпопад уточнила блондинка, пребывая в легком шоке. — Не давал он мне деньги, Дебби! Он сразу перевёл их в больницу! — Джо, в точности как и отец, провела рукой по лицу. — Что будешь делать теперь? — резко спросил отец, осторожно взяв дочь за руку. Мужчина, действительно, не знал как реагировать на такую ситуацию, в которой оказалась Джо. — А что ей делать, мистер Меллор? — ответила за подругу Дебби, глядя, как Джоанна поднялась на ноги, и запустила пятерню в волосы. — Вы видели, как он на неё смотрит? Если контракт и был, то сейчас от него ничего не осталось… — Дебби, не начинай эту розовую… — сказала Джо. — Нет, я начну! И продолжу! — перебила подругу Дебби, тоже вставая, обходя Адама и подходя к Джоанне. — Поверь, если ты глаза по утрам чаем не промываешь, то зрячим, в отличие от тебя, людям со стороны виднее! У вас с Тэхёном «контрактом», — она выделила пальцами воздушные кавычки. — Не пахнет и в помине! Вы смотрите друг на друга, прямо как мы с Адамом, как мистер Меллор на Ханну! У вас нихрена не контракт, Джоанна! Очнись! Ты умела всегда мыслить здраво, но неужели ты так сильно треснулась башкой, что не видишь элементарных вещей? Таких, например, что парень влюблён в тебя по уши, равно, как и ты в него?! Джо отшатнулась от блондинки, как от прокаженной. О чем она говорит? Какая… — Нет, — вырвалось у Меллор — младшей. — Да, — разбила ее мировоззрение блондинка. — Дебби, не… — Джо, да! Да, твою налево! Я права! Блин, сделай выводы сама! Стал бы он организовывать тебе день рождения, выкупив парк аттракционов… — Он был не один, — возразила Джо. — Стал бы он следить за твоим состоянием? — Он так следил, что я не выходила из больницы, — съязвила девушка. — Тратил бы он на тебя кучу денег?! — Я не просила, — фыркнула шатенка. — Стал бы он отправлять тебя в отпуск? — Стал бы, поскольку на тот момент, рождение сына его тоже напрямую касалось… — Ты его не видела! — взорвалась Дебби. — Ты не видела, как он на тебя смотрел! Он будто в аду горел, Джо! И не только он, откровенно говоря… — Юнги тоже досталось… — поддержал невесту Адам. — Братишка, твой Юнги… — Тоже в тебя втюрился? Я знаю, — перебил сестру Адам. — Адам, прошу тебя, — картинно застонала Джо. — Не делай из меня того, кем я никогда не была. Я — не топ — модель, не айдол, или кто они там, я — обычная девочка, которой просто не повезло… — Не повезло с чем? — спросил девушку отец. — Что тебе встретились два хороших человека? — Я бы так не сказала, — хмыкнула Джо. — Но одного из них, ты любишь, пусть и не признаешься в этом вслух, — добавила Дебби. — Пожалуйста, давайте закончим этот разговор… — с мольбой в голосе попросила Джо, зарываясь пальцами в волосы. — Мы — то закончим, — усмехнулся Адам. — Но я хочу увидеть внука. Вместе с его отцом, — твёрдо добавил мужчина, поддерживая сына. — Что? Папа! Ты не понимаешь, о чем меня просишь! — воскликнула Джо. — Я прошу у тебя ничего сверхъестественного, — подмигнул Дебби и Адаму отец. — Всего лишь одна адекватная просьба. И потом, внук мой — очень красивый мальчик. Как ты там выразилась? Благодаря тому, что вы с Тэхёном… — Пап, не продолжай, — остановила отца Джоанна. — Тогда послушай, наконец, не свою забитую голову, а своё сердце, которое лучше всего знает, что тебе нужно, и сделает выбор. Не дави на неё Тэхёном, Дебби, хотя я, дочка, в шоке с твоего поступка… — Но если бы не он, ты бы сейчас рядом со мной не стоял, — перебила отца Джо. Мужчина, вместо ответа, встал, и, подойдя к дочери, крепко ее обнял. — Я не знаю, как благодарить тебя и Тэхёна за это… Но, милая, не думай, что если у тебя ребёнок от Тэхёна, то ты, даже не любя его должна быть с ним. Если сердце твое говорит о том, что не он, а Юнги — твой человек, или кто — то другой — значит, так тому и быть. Послушай себя, а не нас. И будь счастлива, даже если не с Тэхёном… Только сердце полностью поддержало не Джоанну, а ее семью. И, выяснилось, что именно Тэхён и оказался «ее человеком». И ни на какого Юнги, или ещё кого — то смотреть не хотелось вообще. Что уж об отношениях говорить. Воспоминания об этом разговоре с членами семьи и проносились вихрем у неё в голове именно сейчас. Когда Джо, впервые за столько времени вышла позавтракать в любимое кафе. Где подавали ее любимейшие банановые вафли и ежевичный раф. Спешить, в кои — то веки было некуда, вот она и сидела за своим столиком, поедая по крошечному кусочку раз в десять минут вкуснейшие вафли, запивая их рафом, и, одновременно, тыкая пальцами в обклеенный наклейками ноутбук, переводя очередную порцию иероглифов, успевая при этом, делать пометки в своём блокноте. Только мозг упрямо отказывался переводить иероглифы майя, вместо этого, пытаясь перевести то, что творилось у неё в голове. И на сердце тоже.

Что же делать?

Она тогда сказала, что не сможет больше без него. Он ещё раньше неё сказал, что она нужна ему. Это же правда. Кожа, на которой ещё не зажили багровые пятна — это подтвердит. Его сообщения о том, что он соскучился — тоже. Но…

Любовь ли это?

Джо отложила в сторону ручку и прикрыла глаза, слушая своё сердце. Которое, кажется, тряхануло не по — детски, стоило только в уме произнести его имя. Ким Тэхён.

Любовь ли это?

Походу, да. То, чего она так боялась. После стольких неудачных отношений, изнасилования, той боли, которую это чувство ей принесло. Только сердце и слушать ничего не хотело, сделав свой выбор. Его сердце тоже. Он стоял около окна, глядя на ее силуэт, сидящий в кафе. Вот она прикрыла глаза, а, через несколько секунд, зарылась пальцами в волосы, ставя локти на стол. О чем она думает? Хоть бы о нем, пожалуйста. Ибо он о ней думает постоянно. Настолько «постоянно», что даже войти в кафе боится. Как — будто в аквариум к пираньям идёт, не иначе. Он чисто интуитивно проходил мимо этого кафе, находящегося прямо напротив ее дома, целенаправленно идя к ней, освободившись с очередных съёмок интервью к предстоящему выходу того самого клипа, пораньше. И вот она там. А он здесь. И чего ты боишься, Тэхён? Вы же все, вроде, решили. «Вроде». Решили. Красавчики, ну. Нифига. Решить только предстояло. Он с силой сжал предмет, лежащий на дне кармана брюк, слушая, как бьется в волнении собственное сердце. Ибо оно все решило. И он решил. Поэтому, собравшись, решительно толкнул дверь кафе, натягивая медицинскую маску на чуть открытый до этого нос. И очки, конечно же. А то менеджер его убьёт. И так чуть не убил, когда, очнувшись от реального обморока, осмотрел переодевавшегося в гримерной своего подопечного. Царапины. Следы от укусов. Засосы. Такое было, когда мужчина вытаскивал Тэхёна с очередной попойки с пьяными девками. Только тогда Тэхён откровенно забавлялся, отшучивался, смеялся, отзывался о них не иначе как с пренебрежением и смотрел так… Отстранённо, пофигистически. Но работе и своим детям отдавался полностью. Здесь низкий поклон и уважение. Теперь же что — то пошло не так. Тэхён светился, словно майский день. Снова стал смеяться, по — детски реагировать на привычные, казалось бы вещи, такие как поход в супермаркет, разговоры с людьми, новая музыка и разные прочие мелочи. А эти следы… Он даже не утруждался убирать тональным кремом, предпочитая носить водолазки, или другую закрытую одежду. А ещё… Он улыбался, глядя на все это. И осторожно оглаживал собственную кожу с этими метками, словно боясь, что они сойдут раньше времени. Вернулся тот самый мальчик из 2014. Интроверт закончился. Заносите экстраверта. Экстраверта, который влюбился. Менеджер это понял. Остальные тоже это поняли. Понял и Юнги. Но о нем, пожалуйста, не сейчас. Сейчас Тэхён направляется в сторону столика, где сидела причина его тахикардии. И бессонницы, и проблемами с психикой тоже. Джо подняла глаза. И оба снова зависли. Она, как раз допила раф и доела последний кусочек вафли, и механически, захлопнув ноутбук, убрала его в рюкзак, вместе с блокнотом и ручкой. Он же кинул на столик несколько купюр, с щедрыми чаевыми, и, схватив вставшую девушку за руку, подхватил ее рюкзак, и вышел вместе с ней на улицу. Надо было срочно поговорить. Без никого.

В ее квартире.

Опять.

Никто не задавал никаких вопросов. Ни сейчас, ни когда Тэхён отпер дверь ее квартиры, пропуская девушку вперёд и опуская ее рюкзак на пол. Ни тогда, когда входная дверь оградила их от внешнего мира. Очки и маска упали с его лица, а с ее волос небрежно была стянута резинка, державшая маленький неаккуратный, но такой милый пучок. Снова губы на губах, дыхание одно на двоих, равно, как и сердцебиение. Одно на двоих. С обоими такое впервые. И в последний раз. Тэхён, нехотя отстраняется от ее губ, пытаясь прийти в себя от этой сладкой ежевично- банановой смеси. А она — от этих карамельных. Тэхён резко прижал ее к себе, крепко обнимая. Но… Резко отстраняясь и рассматривая ее. Джо сначала непонимающе моргнула, и опустила взгляд вниз. Сердце тут же пропустило удар. На нем — чёрный свитшот. На котором надпись из их же песни: «ДНК в моей крови говорит мне, что ты то, что я так долго ищу. Все мое ДНК хочет тебя с самого начала». * На ней — тоже чёрный свитшот. И эта же надпись. Как…

Откуда?

Это возможно?

— Откуда это у тебя? — спросили они одновременно. — Это вышло случайно… — снова в один голос. — Я сделал его на заказ для себя, когда был в… — Я нашла его в одном из магазинов, в…

Том самом торговом центре…

Кровь по венам обоим, казалось, начала бежать быстрее. Они оба были владельцами одинаковых свитшотов. И не договариваясь, надели их. Именно сегодня. С такой фразой. И… Это что? Парная вещь? А парная вещь в Корее… Тэхён обнял ее за талию правой рукой, а она вцепилась в его плечи, боясь рухнуть на пол. Потому что тахикардия — очень вредна и опасна. А сейчас так вообще. — Ты ничего не хочешь мне сказать? — снова в унисон. — Хочу… — начала Джо. — И я хочу… — ответил Тэхён. — Кто первый? — Хочешь в камень-ножницы- бумага? — Нет. Давай вместе. — Но, если мы не услышим друг друга… — Тогда я первый. — Уверен? — Да. — Начинай. — Я хочу сказать, что я… — он нервно сглотнул. — Давай по очереди. — И я хочу тебе сказать, — подхватила Джо, удивляясь тому, что мозг и язык ещё функционировали. — Я… — продолжил Тэхён, глядя прямо ей в глаза, утопая в этом зелёном омуте, равно, как и она в его — чёрном. — Я… — повторила Джо, опуская правую руку, и случайно, попадая на левую сторону его груди. Снова. Он же наоборот, поднял руку вверх, касаясь ее тела. Там, где рёбра. Прямо под левой грудью. Ладони парня и девушки чуть надавили на грудины друг друга, тем самым… Ломая все барьеры нахрен, пробивая грудные клетки, ломая рёбра и выпуская то, что держать в себе уже не мог ни один ни другой. Это больше, чем «просто». Это, действительно, было там. Внутри. До боли глубоко. В душе, в органах, в венах, в крови, в ДНК… Глаза в глаза. Губы в губы. И одновременный шёпот охрипших от непонятно чего голосов: — Люблю тебя…