Каменное сердце

Прошло уже два дня, с тех пор как он и Моджин сосредоточили свои силы на очищении обломков Повелителя ветров от зловещих «украшений», и хоть он старался выглядеть бодрым, чтобы не вгонять Моджин в депрессию, Прутик не мог помочь, чувствуя себя совершенно беспомощным. Он лежал, уставившись на гнилую древесину над тем местом, где устроил себе ночлег. Паруса были хуже, чем он думал, и хоть они и пребывали в лучшем состоянии, чем канаты, работа предстояла немалая. Прутик вздохнул и повернулся на бок, разглядывая изогнутую стену. Мысли о произошедшем недавно не отступали: почти вся его команда потеряла рассудок под чарами Сумрачных лесов… внезапная смерть Буля от ужасных внутренних повреждений… жуткий поединок со Скридом… и после – небольшое утешение. Моджин. Он улыбнулся и, перевернувшись на спину, скинул кожаные сапоги из телячьей кожи. Он был в шоке, когда Каменный Пилот отстегнул капюшон и снял перчатки – нет, он ожидал увидеть что-то вроде монстра получеловека. Беднягу с каким-нибудь ужасным увечьем. Но как же сильно он ошибался. Когда капюшон исчез, стала видна бледная и тонкая шея; комок встал в его горле. Тогда длинные огненно-рыжие пряди опутали талию Каменного Пилота. И еще это тонкое овальное лицо с фарфоровой кожей, такой бледной, почти невидимой во мраке. Каменный пилот – девушка! Легкие Прутика были не в состоянии функционировать должным образом. Не в силах вдохнуть или выдохнуть, он никак не мог оправиться от шока. Пытаясь прийти в себя, он уставился на нее: она говорила, но он не особо вслушивался – нежный мелодичный голос звучал лишь фоном. Ее волосы казались такими мягкими и блестящими, что так и хотелось к ним прикоснуться. Кожа и скулы, бледные с едва заметным бледно-розовым румянцем, выглядели, словно белый бархат, и на ощупь наверняка были еще лучше, подумал Прутик. Однако приятнее всего выглядели ее глаза. Большие и круглые, они, казались слишком большими для ее лица; серебряно-серые – такими они были, когда лучи света украдкой прокладывали свой путь на обломки крушения, леденящие в темноте сердце. Длинные темные ресницы казались неимоверно длинными по сравнению с верхней частью скул и изгибом ее тонких бровей. Путик дважды моргнул и выпалил. - Ты… ты… - Девушка, - спокойно ответила она. - Ты удивлен? — Еще бы! Конечно, удивлен! — взорвался Прутик. — Такое я меньше всего предполагал! Я думал, что увижу какое-нибудь… чудовище… Каменный Пилот помрачнела и посмотрела в сторону. — Наверное, было бы лучше, если бы я была чудовищем, — спокойно сказала она. — Самое уродливое и отвратительное существо в Дремучих Лесах не может быть таким же потерянным и одиноким, как я теперь, когда потеряла Облачного Волка и свой корабль. Это единственное место, где я чувствовала себя в безопасности, хотя даже там мне все это было нужно. Она подняла тяжелый капюшон, лежащий на полу, и прижала его к груди. Выглядела она очень несчастной. Как же Прутику хотелось ее утешить, чтобы прекрасное лицо Моджин озарила улыбка. И способ был только один. Отремонтировать «Повелитель ветров» и вернуться обратно в Санктафракс. Он знал, сегодняшний день был только началом изнурительной работы, дабы вновь сделать «Повелителя ветров» хоть наполовину пригодным к полетам. Он положил огрубевшую от работы руку на лицо и тяжело вздохнул. По крайне мере, есть одно обстоятельство, заставляющее его продолжать. Прутик приложил свою голову к скрипящей стене позади него и прислушался – достаточно хорошо, чтобы услышать это «нечто» - мягкое, спокойное дыхание, которое говорило о том, что она отложила решение до утра, сейчас находясь в блаженном неведении о молодом человеке, стоящего за дверью, и его мыслях.