Халява, приди!

— Ангелина! Ты так на защиту курсовой своей опоздаешь! — Да знаю я! — Знает она… Тебе ещё подписи собрать, а прежде — поймать преподавателей. — Киря, не фырчи, я знаю-помню! Чёрт… Так, ручка, флешка… Ты мне на диск записал программу и курсовую? — Записал. — Хорошо-хорошо. А… — Да всё нормально! Иди уже! Приду на защиту, и только посмей мне не ответить хоть на один вопрос — придушу. — Л-ладно… Я побежала. — Давай. Удачи. Получив напоследок от брюнета крепкий поцелуй в губы, я бегом помчалась прочь из квартиры, оставив ключ своему парню с указом закрыть за собой дверь и отдать мне ключи после защиты в институте. Как видишь, дорогой читатель, утро у меня сумасшедшее в связи с этой курсовой работой. Пусть это была не первая защита серьёзной работы, но волнение было. Внутри всю меня колотило от переживаний, даже пот холодный выступил. Уже не помню, когда в последний раз я шла спокойно на учёбу. Вновь и вновь я летела в учебное заведение, не помня себя, а уже оказавшись внутри здания, сломя голову летела на нужные этажи с этой курсовой работой. Вот и сегодня, в очередной раз, оказавшись на третьем этаже, я отыскала аудиторию 317 и с осторожностью зашла внутрь. В кабинете уже собрался народ. К слову, защищалась первая половина группы, у второй группы защита должна наступить послезавтра, в чём я маленько завидовала. «Более менее сделают курсовую без особых хлопот», — думала я, вспоминая с ужасом вчерашний день и не веря, что всё происходило со мной: эта беготня, истерика… Было в то же время удивление, что теперь, в это мгновенье, я сижу за партой и смотрю, как носятся другие, шумно разговаривают, смеются. Создавалось ощущение, что я здесь чужая. Совсем. И почему это не последний год моего обучения, думалось мне. Я была бы рада, случись так. Конечно, группой мы были неплохой, дружной, но скучать особо ни по кому я не собиралась. Всё мимолётно. Люди приходят в нашу жизнь и уходят. «Так случилось и с Любой, — заметила я, глядя на брюнетку. Та о чём-то весело говорила с Аней и не смотрела в мою сторону. — Кто б мог подумать, что так случится?..» Зевнув, я посмотрела на время: вот-вот должна начаться защита. И действительно, стоило об этом подумать, и зашла куратор вместе с Инной Николаевной. Объявив, что пора рассаживаться по местам, женщины сели за первую парту возле компьютера, на который были загружены все презентации, курсовые, готовые программы нашей группы. Почти сразу же за ними зашёл Кирилл. Филиппович. Улыбнувшись всем и поприветствовав, брюнет сел за компьютер, и началось. Куратор сказала пару вступительных слов, пожелала удачи и затем принялась вызывать каждого по списку к проекционной доске. Я была почему-то четвёртой в списке, ну что ж, зато не первой. «Но лучше бы первая пошла, — тут же навевала мысль. — Отстрелялся и всё! Больше ничего для счастья не надо. Ой, кажись моя очередь подошла…» Вдох-выдох. Поднявшись с места, я прошла к доске, где уже была включена моя презентация. Замявшись, я вспомнила, что не готовила речь и даже примерно не думала, что да как можно представить. «Вот чёрт!» — Всем добрый день, — я нервно улыбнулась, и взгляд мой метнулся по всей аудитории. — Я представляю вам презентацию на тему «Создание текстового редактора». Почему я выбрала эту тему? Ну, потому что… — заминка. Я не знала, что говорить дальше. И тут мой взгляд упал на Кирилла. Парень прикрыл нижнюю часть лица ладонью и сосредоточенно смотрел на меня. По тому, как опускались и поднимались его широкие плечи, я понимала, что он тоже переживает. «Смотри, актуальность твоей темы состоит в том, что пакет Office платный, и компаниям необходимо тратить большие суммы на него, — вспоминались мне слова Кирилла, — твой же — бесплатный, и его можно распространять так же в учебных заведениях… Я уже устал! Не могу нормально объяснить! Но суть примерно такова… Ты поняла?..» — «Точно. Актуальность!» — Давайте посмотрим. Пакет Office в нынешние дни стоит недешево, а многие с учебных заведений и прочих организаций требуют лицензий. Данная программа бесплатна в распространении, лицензионная, её преимущества… — всё чаще поглядывая на Кирилла, я приобретала уверенность. Теперь я свободно говорила о своей программе, излагала её суть, как она была сделана и прочие детали. Все сидели и с удивлением слушали меня, преподавателям нравилось то, как ясно я излагаю информацию, а брюнет, прикрывшись ото всех, одобрительно мне улыбался и легонько кивал головой. Пять-семь минут представления презентации пролетели быстро. — Итак, на этом благодарю вас за внимание. Задавайте вопросы, — сложив руки за спиной, я приготовилась к вопросам. — Хорошо. А продемонстрируйте нам свою программу, — с улыбкой попросила Инна Николаевна, я кивнула и подошла к компьютеру, у которого сидел Кирилл. Брюнет нехотя уступил мне место. Уже в который раз ему приходилось так делать. Как бы случайно задев коленкой ногу моего преподавателя, я миленько улыбнулась ему, словно этого действия не было. Брюнет нахмурился, прикрыв нижнюю часть лица ладонью, хотя что-то было эдакое в его глазах, словно искорки от фейерверка. Откашлявшись, как бы для вида, я открыла программу и стала показывать её действие жюри. Если честно, мне до сих пор не верилось, что я создала что-то своими руками. Не без помощи, конечно, но всё-таки. Это ведь так здорово видеть плюсы своей кропотливой долгой работы, а потом сидеть и усмехаться, вспоминая, как ты ругался, когда не получалось, как психовал, когда что-то шло не так, а в итоге, всё то не было зря. «Оно того стоило!» — мелькнуло в моей голове, когда моё выступление подошло к концу. Поблагодарив всех за уделённое внимание, я пересела на другое место рядом с Кириллом и с чувством выполненного долга откинулась на спинку стула, сложив руки на груди. — Молодец. Хорошо, — услышала я шёпот со стороны. Взглянув на своего парня я довольно улыбнулась и кивнула. — Спасибо. Так прошло ещё около двух часов. Ну, может и меньше, я времени не наблюдала, так как до сих пор отходила от вчерашнего суматошного дня. Выступления все закончились, и теперь народ сидел в ожидании, думая, что же там поставили в зачётную книжку? — Итак, а теперь мы объявим вам оценки, дорогие наши студенты, — начала куратор, взяв в руки одну из зачёток. Студенты напряглись, и женщина громко стала объявлять результаты. — Ангелина, оценка «отлично»… — донеслось до меня, и я резко дёрнулась на стуле, а когда осознала, что сейчас звучало моё имя, то была обрадована. — Фу-ух… — выдохнула я облегчёно и взглянула на Кирилла, последний же одобрительно кивнул, тепло улыбаясь. Довольная, я окинула взглядом аудиторию и случайно заметила на себе взгляд некогда моей лучшей подруги. Она с горечью смотрела в мою сторону, и мне было не понять: то ли это от того, что я рядом с брюнетом сидела, то ли от стыда (всё-таки должна ж была хоть на миг проснуться в ней совесть, после того, как я застукала её с Вовой за одним нескромным делом), то ли ещё от чего. В любом случае я вновь посмотрела на Кирилла, откинув прочь все дурные мысли, что лезли мне в голову из-за Любы. — Спасибо всем! Теперь забирайте свои зачётки и можете с чистой совестью отправляться домой, отдыхать от учёбы, — говорила Инна Николаевна. — Ну, остальным же, кому предстоит ещё защитить курсовую, желаю удачи. После этих слов студенты с шумом поднялись с мест. Каждый забрал свою зачётку и радостный уходил прочь из учебного заведения. Впереди теперь было только летние беззаботные каникулы. Я вышла в компании своих одногруппников из института. Смеялась с ними, говорила о том, какое счастье быть свободной от учёбы на целых два месяца. — Думал, не успею к сроку сделать всё, — признался Олежа, ероша свои волосы и широко улыбаясь. — А тут — опа! — сдал! — У меня вообще веселье безудержное было, — с улыбкой произнесла я. — Чего? — кивнул Олег, с интересом посмотрев на меня. — Вирусняк попал, хорошо пустил корни, и плакала моя программа… Повезло, что нашёлся человек, который помог всё восстановить, — невольно мне вспомнилось, как серьёзно, почти без перерыва крутился возле меня сутки Кирилл. Перед глазами вырисовывалось его уставшее лицо, красные и сонные глаза. — За один день всё было исправлено. Правда, пришлось сидеть допоздна. — Них… Кхм! О-бал-деть, — в изумлении выговорил Олег. — Наро-од! Айда отмечать! — крикнул кто-то из группы. — О-о-о! Дядя Олег одобряет! Ха-ха! — рыжик заливисто засмеялся, показывая кому-то большой палец. — Что, Ангелин, идём? — парень кивнул в сторону одногруппников, которые решали, куда идти, я же посмотрела на их спины, затем снова на Олега и замотала головой. — Нет, не могу, обещала после сдачи сразу домой, — врала я, спрятав руки за спиной. — Да ты что? Да пошли, развеемся! — закинув руку мне на плечо, рыжик приобнял меня и потёрся щетинистой щекой о мою. Я недовольно поморщилась и кое-как упёрла руку в его подбородок, с великим усилием подвела ладонь между его щекой и моей, после чего начала с силой отталкивать лицо Олега от своего. — Не хочу я, не могу, — процедила я в ответ беззлобно. В моих руках было слишком мало сил, чтоб оттолкнуть эту наглую морду, а тот, видя мою беспомощность, ещё больше стал прижиматься ко мне, довольно улыбаясь. — Пошли, — тянул он слово. — Нет. Пусти ты, гад! — О! Люба! Твой Вовчик приехал! Заслышав весёлый крик Ани, я обернулась и увидела знакомого шатена, который сидел на своём мотоцикле и со своей хитрой улыбкой смотрел на окружающих. — О, Геля, вы ж встречались? — вдруг задал вопрос Олег, продолжая обнимать меня. — И? — я повернулась вновь к нему лицом и недовольно заглянула в глаза. — Ну, это, что случилось-то? Чего это Люба с ним? — с любопытством тот смотрел на меня, выжидая, какую реакцию я покажу. — Поняла, что не люблю, — на полном серьёзе отвечала я. — Чего с ним Люба делает — без понятия. Спроси сам, если так интересно. — Прошлое в прошлом? — Да. А теперь ты меня пустишь? — Эх, злюка, ладно, — с наигранной неохотой парень выпустил меня из своих оков, и я вздохнула с облегчением: свобода попугаям! Откинув растрепавшиеся волосы назад, я обернулась и в этот миг поймала на себе взгляд Вовы. Он с серьёзным выражением смотрел на меня, пока Люба рассказывала что-то весёлое одногруппницам. Я мягко улыбнулась шатену, и на его лице появилась гримаса удивления. Вздохнув, парень словно хотел что-то мне сказать, но внезапно к нему обернулась брюнетка и с радостным воплем «любимый!» кинулась ему на шею. Вова сперва ничего не понял, но немного погодя улыбнулся и поцеловал девушку в макушку. Тут же, чего-то испугавшись, он взглянул на меня. А что я? Я сложила руки у живота, кивнула ему и развернулась, крикнув всем напоследок: «Меня дома ждут! Всем пока!» Я не знаю, смотрел мне вслед бывший парень или нет, но знала одно я наверняка: сердце не отозвалось, а значит, я всё правильно сделала. Не успела я отойти подальше от своих одногруппников, как вдруг на крыльцо института выбежал Кирилл. Отчего-то сердце взволновалось, когда я увидела его встревоженное выражение лица. — Виноградова! Быстро ко мне! — строго командовал он, и если в другое время меня такой тон взбесил бы, то сейчас я поспешила к нему, махнув рукой на этот повелительный и слишком строгий тон. — Да? Что случилось? — я обеспокоенно взглянула на преподавателя, склонив голову в сторону. — Приехали твои родители, — полушёпотом отвечал он, уперев одну руку в бок, а в моей груди что-то кольнуло и откуда-то, будто из глубин, зародился страх. — Они знакомы с моими. Мои родители рассказали им, что за отношения между нами. — И… И что… Они сказали? — постепенно я стала ощущать дрожь от страха по телу. Меня пугал напряжённый вид Кирилла, его серьёзный взгляд. — Одну тебя я не пущу домой, — сказал он, и в моей голове пролетела мысль: «Только не это… Они против?» — И как быть? — Пойдём, — брюнет указал мне рукой на институт. Покорно я последовала обратно в здание следом за Кириллом. «Ох ты ж, там ребята ведь были! — вспомнила я вдруг. — Надеюсь, они ничего не слышали? Вроде не должны были». Нахмурившись, я зашла в одну из аудиторий, в которой оставил меня брюнет. Парень попросил меня никуда отсюда не уходить, пока он вернётся, и ушёл — в конце-концов, сегодня у него рабочий день и его необходимо было доработать. А я сидела за партой. Подперев руками щёки, я старалась думать ясно, но ничего не получалось, в голове была каша. Я боялась возвращаться домой, я не хотела туда идти, не хотела слушать криков родителей, не хотела услышать: «Мы против!» Больше всего на свете я страшилась этих слов. Ещё давно, когда я была классе в девятом, мне нравился один мальчик. Мама была тогда очень строга ко мне, она сразу сказала «нет», мол, не мой вариант. И теперь, когда я разобралась в себе, своих чувствах, когда нашла того, кто мне так дорог, я надеялась до последнего, что мама скажет: «Главное, что ты счастлива с ним, и он тебя не обижает. Я за вас рада!» А тут — всё в пух и прах разлетелось в один миг. «Но ведь маме был симпатичен Кирилл! — хотелось крикнуть мне во всё горло. — Она ведь была к нему добра! Она оставляла на него заботу обо мне! Так что теперь?» — Твою мать, — прошептала я, положив голову на парту и прикрыв глаза. Прохлада от стола приятно остужала лоб, и я в полной мере ощутила как раскалывается моя голова от волнений. Прошло уже достаточно много времени. Тревога на сердце только больше усиливалась, а меня всю колотило от страха внутри. Наверное, я сошла бы с ума, если б не вернулся Кирилл, такой уставший, напряжённый, серьёзный. Он закрыл за собой дверь, молча подошёл ко мне и сел за ту же парту, где сидела я. — А когда приехали мои родители? — тихо спросила я. Парень склонил голову набок и взглянул на меня. — Примерно в то время, когда ты защищала курсовую работу, — ответил он и коснулся моих волос. Намотав на палец локон моих волнистых волос, брюнет осторожно распустил его и мягко окунул свои пальцы в волосы, коснувшись шеи. — Что делать будем? — я неосознанно уткнулась носом в грудь Кирилла, тот же крепко обнял меня и коснулся моего лба губами. — Не знаю. Посидев так недолго, Кирилл сказал мне идти на выход первой и ждать на автостоянке, что я и сделала. По дороге туда я всё больше осознавала, что не хочу домой, но понимала — нужно. Я очень надеялась, что родители немного поругают, а затем согласятся дать нам добро на наши отношения. Да, надеется надеялась, но сердце ёкало, а предчувствие было дурным. Почти сразу же, стоило мне оказаться у нужной машины, пришёл Кирилл. Парень усадил меня в салон авто и уселся сам за руль. Я находилась в некоторой прострации и лишь отдалённо слышала, как завелась машина и тронулась с места. Честно, я не сообразила, когда это мы успели приехать, впрочем, путь и пешком был не особо долгим, а тут на автомобиле. — Идём? — за всю дорогу мой парень слова не сказал, поэтому его вопрос звучал весьма неожиданно. — Не хочу. А если дойдёт до расставания? — в горле стоял ком, в глазах щипало от нахлынувших слёз. — А ты этого хочешь? — Кирилл придвинулся ко мне и нежно обнял. — Нет, — замотала я головой. — И я не хочу. Геля? — М? — я вопросительно взглянула на парня. Брюнет нежно коснулся моей щеки и поцеловал в висок, я прикрыла глаза и вытянула шею, тем самым приближая лицо к нему. А мой преподаватель продолжал целовать меня. Сначала в щёку, затем под мочкой уха, за ухом, постепенно спустился к шее, поцеловал в плечо, чуть оттянув ткань одежды. Неожиданно я почувствовала как что-то горячее коснулось моей шеи. Поняла я немного позже, что-то Кирилл провёл языком вверх по моей шее. Не выдержав такого, я тихонько простонала. Брюнет остановился, и я медленно распахнула глаза. Парень с улыбкой смотрел на меня, а в глазах плясали искры. «Прям как при первой встрече», — мелькнуло у меня в голове, прежде чем Кирилл поцеловал меня в губы. Брюнет сперва нежно целовал меня, я едва ль не растаяла от такой нежности, но вскоре он принялся покусывать мои губы, а потом и вовсе проник языком внутрь. Я снова издала тихий стон сквозь жаркий поцелуй и изогнулась в руках парня. Крепкие сильные руки с напором, и в то же время плавно, ласкали моё тело. — Вот чёрт, — прошептал Кирилл, оторвавшись от моих губ и прильнув к шее. — Ангелин, нужно идти, — сказал брюнет, я же была словно под гипнозом от его шёпота. Во мне пробудилось желание. Страстное, требуемое всем телом и душой. — Не хочу, — в тон ему ответила я и, изловчившись, прикусила за ушко. — Там родители, ругань… Я хочу быть с тобой, здесь, — обхватив руками лицо брюнета, я приблизилась и крепко поцеловала его в губы. — Если мы останемся здесь, то за последствия я не отвечаю, — зелёные глаза жадно смотрели на меня, и мне это нравилось. — Я не против, — я снова притянула к себе парня и поцеловала со всей страстью, что рвалась наружу. Не понимая, что со мной творится, я взялась расстёгивать рубашку на Кирилле. Расстегнув до конца, я скользнула руками по его груди. Это было непередаваемое ощущение от касания к мужскому молодому телу. Эти ощущения вызывали у меня восторг, удивление, большую бурю страсти. Изогнувшись дугой, я коснулась своим телом его и провела рукой от живота к груди. Брюнет простонал сквозь поцелуй и сгрёб меня сильнее в свои объятья. Крепкая рука скользнула с талии к ноге и шустро оказалась под юбкой. — Ангелин, ты просто ненормальная, — прорычал Кирилл, перетащив меня к себе на колени. — Да-а? — я хитро улыбнулась и легонько прикусила нижнюю губу парня. — Уж кто бы говорил. Взял, напал первый, раздразнил меня, а теперь я ещё и крайняя! Кирилл Филиппович, будьте добры, возьмите на себя ответственность. — То есть, домой ты теперь вообще не хочешь? — брюнет с шумом выдохнул, притянул к себе и за одно мгновение снял с меня футболку. — Не хочу, — меня вовсе не смущал мой вид перед ним. Сейчас я понимала, чего хочу я и этим желанием был этот деспот. И наши желания совпадали. — И ты предлагаешь прям здесь? — Кирилл вопросительно изогнул брови, ухмыляясь. — А почему бы и нет? — я повела плечиком и вплотную приблизилась к парню. — Только потом тебе жениться на мне. — Я не против, — брюнет окинул меня хищным взглядом и поцеловал над грудью, а немного погодя мы переместились на заднее сиденье автомобиля. И не было никого вокруг. Были только я и он. И наше желание.