Халява, приди!

На улице стояла солнечная, обманчиво тёплая погода. Почему обманчиво? Да потому что попробуй только пройтись хотя бы немного в куртке нараспашку, довольствуясь прекрасной весенней погодой, как если не на следующий день, то через два-три дня точно свалишься с ног с температурой. И будешь завидовать тем, кто ходит здоровый и дышит ароматом наступающей весны. Чтобы такого не случилось, я приподняла ворот куртки до носа, вжав голову в плечи, и так брела к институту. По дороге мне встретился мужик в летних оранжевых широких шортах, сандалиях, что были надеты поверх носков, но главное не это. Главное то, что он был в куртке! И шапке. Я вот так и не поняла, что это вообще было. Может, он там себе закалял чего? Усмехнувшись своим мыслям, я шагнула в высокое здание, являющееся образовательным учреждением, и побрела через холл направо к лестнице. Сегодня у меня был первый день практики и, честно признаться, я волновалась. Нет, конечно, я уже проходила прежде практику, но переживала я так, словно в первый раз иду на неё. Так странно, и так забавно. И вот, я наконец на четвёртом этаже, осторожно шагаю по коридору и всматриваюсь в его конец, где напротив серверной стоят три фигуры. В них я сразу узнала Любочку, Олега и Антона. Махнув ребятам, я улыбнулась, видя как радостно мчится, а иначе не скажешь, моя ненормальная подруга. — Ге-елик! — визжит она, кидаясь мне на шею, из-за чего я едва не теряю равновесие, но благо стенка рядом, и именно об неё хорошенько прикладываюсь плечом. Грозно зашипев от болезненного столкновения со стеной, я вцепилась в плечи брюнетки и стала трясти её, приговаривая: — Ты! Создание неадекватное! У тебя тормоза вообще есть? Ты хоть представляешь, как плечо теперь болит? — как бы ни старалась я говорить всё с серьёзной миной, а вид подруги выбивал из колеи, заставляя широко улыбнуться. Не, ну серьёзно, я её тут трясу со всей дури, значит, а она опустила руки по швам, чуть прикрыла глаза и глупо улыбалась, издавая странные звуки, словно кайф получает от этого. — Люба-а! Приём! — окликнула я её. — Ня-я-я, — услышала я в ответ и тут же прыснула со смеху: ну как в ней сочетается дурость и милость? Уму непостижимо. Успокоившись, Любочка взяла меня под руку, словно я парень, и гордо потащила за собой к парням, которые обсуждали о том, какое программное обеспечение, или проще — программу, выбрать для выполнения курсовой работы. В данный разговор влились и мы с подружкой. Вскоре спокойный разговор перерос в обсуждение скоропостижно приближающегося дня защиты этой злосчастной курсовой. В самый разгар наших жарких прерий дверь серверной открылась, и оттуда показалась темная кучерявая голова молодого парня. Мы тут всё дружно стихли и захлопали глазками. Он внимательно окинул нас взглядом. — Практиканты? — только и спросил кучерявый. Кто-то из нас кивнул, кто-то пробормотал согласием в ответ. – Ну, так чего стоим? Заходите давайте. Руководитель скоро подойдет. Переглянувшись, мы, словно пингвины, сплотились друг к другу поближе и мелкими шажками двинули к серверной, неуверенно заглядывая вовнутрь. Наверное, это выглядело со стороны смешно, но в данном кабинете мы были впервые. Ну как, иногда искали здесь нужного преподавателя, и то, открыли дверь и дальше порога не шли. А тут! Мы да и проходим здесь практику! Это же… Здорово! Указав нам на свободное место за одной партой в углу возле стеллажа, кучерявый уселся за стол рядом и принялся что-то печатать на ноутбуке. Мы же в это время расположились на свободных стульях возле указанной нам парты и, боясь что-либо сказать, стали осматриваться в месте, где с сегодняшнего дня начиналась наша практика. Вот Любочка, например, сразу же принялась считать, сколько здесь компьютеров всего вместе с ноутбуками, после чего стала отдельно считать системники, а увидев кучу висящих на стеллаже компьютерных мышек обомлела и прошептала мне: — Да ну! Не буду я это считать всё… — А тебя никто и не заставлял, не просил, — с улыбкой ответила я и тут же повернулась к кареглазому брюнету, которого звали Антоном. Парень просто случайно задел меня локтём, а я испугалась и резко повернулась в его сторону, чем напугала и самого парнишку. — Извини, — замахал он руками и улыбнулся, на что я тоже в ответ улыбнулась и кивнула. — Всё прекрасно. Не переживай, — сказав это, я пихнула легонько парня в бок. — Жених и невеста… — хотел было вставить свою лепту Олежа, но моментально получил хороший подзатыльник от довольно ухмыляющегося Антона. — Заткнись! — шикнул он. Дальше мы по большей части сидели в тишине. Так и прошло полчаса. А затем в серверную влетела — иначе не скажешь — симпатичная женщина с короткой стрижкой. Светло-коричневое платье с чёрным поясом на ней мне сразу бросилось в глаза. Давненько я себе хотела подобное, чтобы и с такими же длинными рукавами, да и цвета похожего. Однажды я видела такое почти, оно мне жуть как в душу запало, но мама сказала, что у меня и так одежды полно. Обойдусь. Эх! Как же это печально. — О, ребята, вот и вы, — улыбнулась женщина и подошла поближе к нам. — Здравствуйте! — бодро отозвался первым рыжик и лучезарно улыбнулся. Вот же, чудо конопатое. Следом за ним уже и мы поприветствовали начальницу этого кабинета. — Так, Владимир, сходи-ка в аудиторию пятьсот девять. Там у них с проектором какие-то неполадки. И сразу на занятия! — обратилась шатенка к парню. Он же так шумно и грустно выдохнул, что его даже жалко стало. Вскоре кучерявый поднялся со своего места и, шаркая, пошёл прочь из серверной выполнять задание. — А с вами мы сейчас… — начала было женщина, как вдруг в кабинет вошёл Кирилл Филиппович. Кошмар моих снов. Ой… И чего это мне так стыдно стало перед ним? Почему моё лицо горит? А-а-а! Мамочка! Неуверенно подняв свой взгляд на молодого преподавателя, я слушала, как он приветливо здоровается со своей начальницей, говоря о какой-то схеме, что она почти готова. Шатенка на это одобрительно кивнула головой и затем спросила его, до какого времени он здесь будет. — Ну, по расписанию должен быть до одиннадцати, но мне ещё консультацию проводить у пятого курса, заочников, — задумчиво отвечал брюнет, снимая со своей шеи шарф. Довольно-таки красивый и длинный, с кисточками на обоих концах. А расцветка: тонкие чёрные полосы, синие и голубые потолще, а посреди широкая белая. Хочу примерить этот шарф. — Ты до часу управишься? — Да, конечно, - ой, а чего это он на меня смотрит? Собственно, а чего только на меня? Тут же нас четверо практикантов, вот, наверное, и смотрит на всех. Ну точно! Что-то я себе тут понавыдумывала… — Отлично, — шатенка кивает головой и поджимает губы, хмурясь, словно размышляя, над тем, что сказать дальше. — Сегодня с часу до двух собрание преподавателей, касательно одной группы, которая очень сильно погрязла в долгах. — Кого-то на отчисление? — осведомился Орда, и начальница вновь кивнула головой. — Так… Пары у нас с половины десятого заканчиваются… Посидишь пока с ребятами? — Да, конечно, — Кирилл Филиппович вновь посмотрел на нас и улыбнулся. Люба заметно выпрямилась и захлопала глазками. Так, подруга, я не поняла? — Тогда оставляю вас, — улыбнувшись, начальница покинула кабинет, а брюнет проводил её взглядом, после чего снова посмотрел на нас. — Ну, голубчики, вы меня наверняка помните, но представлюсь ещё раз: Орда Кирилл Филиппович. Возможно, на время практики по большей части вы будете выполнять мои приказы. М-м-м… Сложного ничего не будет, а если и будет — будем справляться вместе. — Здорово же, — сказала Любовь, и, знаете, мне либо кажется, либо она и впрямь вся светится. Услышав такое, преподаватель кивнул, улыбаясь. — Итак, в первый день практики обычно всегда изучают, повторяют, закрепляют знания по безопасности. Сейчас я принесу вам книжки, они тонкие, парни, — обратился Кирилл Филиппович к одногруппникам, которых, видимо, пугало то, что читать нужно, — мозг не взорвётся. — А вдруг? — всполошился рыжик и настороженно посмотрел на брюнета исподтишка. — От чтения ещё никто не помирал, — заметил преподаватель. — А если это будет первый случай? — Это будет многим служить примером того, что читать нужно, дабы не было таких последствий. Очаровательно улыбнувшись, Кирилл Филиппович повесил на спинку одного из стульев свою кожаную куртку, небрежно кинул шарфик, положил на сиденье свой портфель и вышел из серверной. Я тут же воспользовалась его уходом и дёрнула подругу за руку, приблизившись к её ушку: — Люба, что с тобой? — А? Да всё нормально, — сложно представить, какой наивной она сейчас казалась. Ещё и эта улыбка и незамутнённое счастье в глазах. Кажется, мы это уже проходили, когда ей кто-то нравится. — Любочка, только не говори, что ты… — договорить, увы, я не смогла, так как в серверную вернулся Кирилл Филиппович. В его руках были тонкие белые книжки, каждая носила своё название по безопасности. — Ой, а давайте я возьму, — моя подруга, словно окрылённая, подлетела к моему соседушке и приняла из его рук эти книжонки. Чует моя интуиция, что влюбилась моя несчастная в этого деспота-извращенца. Если обычно я действительно читаю всё, что только глазам не попадётся, то в этот раз я всё чаще смотрела на брюнетку, которая изредка в свою очередь поглядывала на Кирилла Филипповича. Последний же сидел за компьютером и что-то печатал с серьёзным видом. А Люба как-то странно вздыхала. Ой, девочка моя-я! Что же ты за глупая такая? Собственно, чего это я? Я же должна радоваться, что моя подруга испытывает такое прекрасное чувство, называемое «любовью». Должна, но почему-то мне нехорошо от этого. Может, потому что преподаватель и ученица или студентка — это неправильно? Но ведь есть случаи, когда такие пары женятся и идут вместе дальше рука об руку, не обращая внимания на окружающих, так? Так. Ну-у… Остаётся мне только вздохнуть и смотреть на мою влюблённую дурочку. Впрочем, я сама тоже ведь неравнодушна к Вовчику… «Ой, точно!» — едва сдержавшись, чтобы не треснуть по старой привычке себя по лбу, я достала свой телефон, где залезла в Интернет, а оттуда в великую социальную сеть «Вконтакте». Зашла, кстати, вовремя. Как раз обнаружила сообщение от этого Вовы и, отметив про себя, что он ещё не покинул просторы Интернета, быстренько ответила ему приветом на его такой же привет. А дальше понеслась! Мы спрашивали друг о друга о том, как у каждого из нас дела, кто чем занимается. Вовочка, например, сидел дома — у него практика начиналась со следующей недели. «Слушай, а может сегодня вечером прогуляемся?» — я резко хлопнула себя по губам и после словила на себе удивлённо-испуганные взоры присутствующих. — Эхе-ей! — ляпнула я, помахав ладошкой всем им, и уткнулась вновь в дисплей телефона. Ну вот такая я эмоциональная. Просто, чтобы не завизжать от радости, я вот так предотвратила данное действие, чтобы не оглушить ребят и соседушку. «Ну, думаю можно! — писала я ответ. — К тому же, погода тёплая и классная!». «Тогда давай часиков в шесть?» — предлагал дальше боксёр, а я покорно и радостно соглашалась. Вдруг надо мной нависла тень. Я медленно подняла голову и увидела стоящего рядом Кирилла Филипповича, собственной персоной. — А ты, Виноградова, уже и выучить, наверное, успела? — ехидно отметил он и кивнул в сторону книжонок по безопасности. — Ну, элементарное-то я знаю! — попыталась как-то защититься я, а вообще, почему мне так везёт на моего соседушку? — Ну вот и проверим на практике, — усмехнулся он, после чего положил на парту передо мною что-то похожее на фотоальбом в коричнево-бордовой обложке, но разве что внутри этого альбома нужно было расписаться за безопасность. — Вот здесь число сегодняшнее ставите, — объяснял соседушка, — дальше в этой строке пишете свои данные: имя, отчество — инициалы, фамилия — полностью, группа, курс. Здесь подпись. Ясно? Мы все дружно пробубнили что-то типа «угу», кивая при этом, и чуть ли не подрались за ручку. У кого ручка — у того и право заполнять первым. И это право оставалось за Олегом. Рыжик довольный собой принялся было писать, но услышал цоканье языком со стороны деспота-извращенца. — Ты же парень, а значит должен девушкам уступать. — Ну ла-адно, — нехотя, но сразу же сказал Олежка и протянул мне ручку. – На! — Любе дай, я и последняя могу, — фыркнула я, сложив руки на груди; Олег пожал плечами и уже насильно всучил в руки моей залюбовавшейся преподавателем Любочки ручку. Брюнетка опешила, круглыми глазами посмотрела на рыжика. — Любовь! — позвала я её протяжно. – Иди, данные о себе оставь. — А… Да, — улыбнувшись, девушка подошла поближе к Кириллу Филипповичу и, нагнувшись, стала медленно выводить буковки. Как всё серьёзно. Когда же, наконец, Любовь завершила свою писанину, за ручку быстро схватился Олег и обратился ко мне: — Будешь писать сейчас? — Нет. Можешь быть спокойным, — улыбнулась я и махнула рукой. Но больше всего мне понравилось то, как хитро он посмотрел на Орду, словно говоря этим самым, мол, вот видите, я предлагал. Очень быстро и неуклюже он написал всё необходимое и вручил ручку Антону, который проделал всё те же действия и после внезапно взял мою руку, положил ручку на ладонь и прижал своими пальцами мои. — Теперь-то ты не отвертишься — писать придётся, — подмигнул он, и я тихонько рассмеялась, кивнув. — Это да-а. Оставив свои данные на чуть сером листе бумаги журнала, я захлопнула его и положила ручку на него. Оповестив соседушку, что всё заполнено, я только собралась уткнуться в телефон, но Кирилл Филиппович сказал, что мы в общем-то можем отправляться домой, а завтра подходить к восьми вновь. Антон с Олегом тут же ударили кулаками — это у них означало взаимное счастье, радость или же удовольствие от того, что задумка удалась, будь то пакость или доброе дело. Я с усмешкой посмотрела на ребят и подмигнула им, те в ответ широко улыбнулись, а рыжик даже показал мне большой палец исподтишка. После я перевела взгляд на Любашку, которая не совсем была в хорошем настроении. Девушка взяла журнал и ручку и преподнесла их этому деспоту-извращенцу. — Вот, чтобы не бегать вам туда-сюда! — звонко сказала она и широко улыбнулась, стоило Кириллу Филипповичу едва улыбнуться в ответ и сказать: «Спасибо». Нет, мне это не нравится! Схватив свои вещи и вещи подруги я вперёд всех рванула на выход, по пути крикнув преподавателю: «До свидания!» и утаскивая за собой не пришедшую в себя Любочку. — Парни! Чего столбом встали? А ну шагом марш домой! — шутливо обратилась я к ним и захлопнула скорее дверь. То ли мне показалось, то ли впрямь сосед на меня смотрел и так хитро улыбался. Ай! Неважно! Сейчас главное вывести мою мечтательницу из этого учебного заведения и услышать ответ на мучающий меня вопрос. Нет, я, конечно, и так вижу по её внешнему виду, но услышать хочу сама, чтобы не было сомнений. Я не помню, как мы спускались по лестнице, как оказались на улице, зато прекрасно помню удивлённые громадные с блюдце глаза брюнетки, когда я резко обернулась к ней лицом и схватила за плечи. — Люба, что с тобой? — звучало немного грубо и резко, но что поделать, я почему-то волнуюсь и успокоиться не могу. — Т-то есть? — какое искреннее непонимание в её глазах, но, выдохнув, продолжаю спокойнее: — Что за вздохи? Что за выпендрёж перед преподавателем? Ты стоишь и в наглую стреляешь в него своими ясными глазками! — Ну-у… Так получилось… — Что? Люб, договаривай! — недовольно произношу я и в ответ получаю отчаянный крик: — Он мне понравился! Приехали!