Школа. Научи меня умирать

Солнце припекало, что было уже удивительно. Сегодня был последний день импровизированных каникул, воскресенье, а завтра снова в школу. Скоро конец учебного года и необходимо готовиться к экзаменам. Оказывается, столько надо учить, что с ужасом поняла, сколько я просрала!!! Вместо того, чтобы отдыхать я занималась с Джином, иногда с Тэхёном. Но с последним это было выше моих сил, потому что наедине его голос вдруг становился глуше и глубже и все что он говорил, приобретало двусмысленность. Та поездка на остров Чеджу изменила нас. По крайней мере, кто-то определился, а кто-то запутался ещё больше. Юнас после этого все не могла успокоиться, а Юнги её избегал. Это нервировало всех, пока, наконец, Шуга серьезно не поговорил с девушкой. Моя кузина проплакала всю ночь, а на следующее утро уехала. Так просто ничего не сказав, дядя был в бешенстве. Все-таки мы были родственниками, хоть и не были близки. Но и парень, все мои вопросы стукались об его пофигизм и, я бросила это дело. И мы вроде с Ви были вместе, почти вместе. Я даже не знаю, как это назвать. Будто нам лет по пятнадцать и мы даже нормально не целовались! Он дарит шоколадки, приносит диски с фильмами. Мы сидим рядом, смотрим фильм, когда я прикасаюсь к его ладони, он мягко улыбается, но не больше. Когда я говорю, что мне холодно, он идет за пледом, а потом укутывает меня в него! Если честно чувствую себя извращенкой, которая пытается растлить невинного школьника. Все шло медленно, но я была счастлива. Когда он рядом, я вдруг понимаю, что этого вполне достаточно. - Арон! Арон, ты меня слушаешь? - А? Да, Джин, я поняла, сделаю все примеры и тебе покажу! – он сдержался, чтобы не покрутить пальцем у виска. - Ты не заболела? Ты странная, рассеянная. - Да, так. - Из-за Тэхёна? Он что-то сделал? - Знаешь, я была бы не против, если бы он, наконец, что-то сделал! В том-то и проблема, что он ничего не делает? - В смысле? - А вдруг я ему не нужна совсем? - Ты с ума сошла!? – я очумела от реакции старосты. Он был таким возмущенным, словно оскорбили его честь.- да он готов на все ради тебя! Он только и говорит о том, что он счастлив! Он тебя бережет, и заботиться о тебе! Разве большего доказательства любви тебе мало? После этого я совсем скисла. Ви пришел вечером с пакетом пирожных, чмокнул в щеку и побежал ставить чайник. Я побрела за ним. Я усиленно старалась слушать о чем он говорит. Рассказывал что-то о Хосоке, кажется, точно не уверена, потому что дальше я не слушала. Он смеялся, я тоже улыбалась. Он не замечал, что я летаю где-то в облаках. - Ну, и как это понимать? – возмутился он, я пожала плечами. – Вот и я думаю, что ты должна жить со мной! – кивнул Тэхён. Я промолчала, но мозги тут же заскрипели. - Что!? - Ты меня слушала? – я виновато опустила голову. - Что-то про бешеных кроликов Хосока? – обычно прокатывает, но сегодня нет. - Нет, о том, что, почему бы тебе не переехать ко мне? Мы же вместе, значит, нам нельзя расставаться, - тепло разлилось по венам, в результате появилась глупая улыбка и покалывание в кончиках пальцев. - Нет!- воскликнула я, отряхиваясь от сладкой неги. – по нам даже не видно, что мы пара! Мы как партизаны-первоклашки! Я хочу нормальных объятий и поцелуев! Джин сказал, это все потому что, ты меня бережешь, но для чего Тэхён, скажи! Я не понимаю, просто! - Я не хочу, чтобы ты думала о прошлом! Чтобы, целуя меня ты представляла меня, а не кого-то ещё! - Он закрыл глаза, успокаиваясь. Как ему должно быть больно. ОН начал тереть переносицу, выкидывая всю свою беспечность. - Ну, и дурак, - я встала из-за стола и подошла к нему, запуская пальцы в его мягкие локоны. Он открыл глаза, - Как ты мог такое себе надумать? У меня есть ты, что ещё нужно? – он поднял и поцеловал меня. Обе ладони положил на мой затылок, придвигая ближе. Как можно быть ещё ближе? Он был страстен, чересчур, у меня чуть искры из глаз не посыпались! Он целовал и целовал, просовывая свой язык в мой рот. Иногда покусывал губу, но продолжал целовать, будто мы прощаемся, честное слово. Я старалась держаться за его плечи, потому что от такого напора у меня уже ноги подгибались. Он перешел к шее, стал целовать, прикусывать, мне казалось, что он дорвался. И что это не я все это время пыталась сдерживаться, а он! Тэ развернулся меня к себе спиной и прижал к себе, в меня уже упиралось достоинство, и он вжимался ещё сильнее, судорожно глотая воздух. И вообще воздуха стало катастрофически мало, он был горячим, липким, он буквально прилипал к коже и от этого было труднее дышать. Ви дышал мне в ухо, пальцами гладя мой живот. Сердце отбивало рваный ритм, но хотелось быть ближе. Вдруг его левая рука отодвинула резинку моих спортивных серых брюк и проскользнула внутрь. Я вздрогнула, но он прижался сильнее своим пахом, а его пальцы были уже там, где было мокро. Он умело двигал пальцами и терся своим пахом. Я думаю, выглядели мы ужасно пошло, но в этот момент все перестало иметь значение. Все стеснение и смущение ушло, я закинула голову назад, чтобы он целовал меня дольше. Он высунул руку из моих брюк и отстранился, потом заставил нагнуться к столу. Я дышала слишком громко, а он уже стягивал с меня брюки вместе с бельем. Кожа тут же покрылась мурашками. От вновь нахлынувшего смущения я ткнулась лбом в холодную поверхность стола. Горячее дыхание там, его руки, которые мягко оглаживают оголенные участки. Положение было ужасно неудобное, стол холодный и твердый, но все это было ничем по сравнению с тем, что дарил Тэхён. Как бы нелепо это ни звучало, но мне кажется, меня никогда так не любили, как он и вряд ли будут. И пусть наш первый раз будет на столе в моей кухне. - Я люблю тебя, - прошептал он, копошась со своей одеждой. Он вошел резко и глубоко, я вскрикнула от неожиданности и дискомфорта. Но он тут же нагнулся и поцеловал меня в шею. Он ждал, пока я привыкну. Пока мы оба привыкнем к этой близости. И он начал двигаться, задавая нужный темп, нагибаясь, чтобы поцеловать и прошептать что-то глупое, но приятное. Мне было больно из-за стола, он упирался мне в пояс, пальцы скользили по ровной поверхности, стараясь за что-то уцепиться. Я все время чуть ли не шмякалась на пол, но Ви меня держал, так сильно, что будут синяки. Я сбила рукой пустую чашку Тэ, потом пальцы оказались в десерте, и я бросила это дело. Я царапала ногтями стол, пока мне было хорошо. Когда я уже не могла себя сдерживать и стонала, Тэхён ускорился. Я кончила, глухо простонав и обессиленно расползаясь лужицей по столу. Тэхён вышел, и кончил мне на поясницу. Он лег на меня, его тяжесть приятно давила и внутри была пустота, когда он вышел. - Я тоже, - прошептала я, - тебя люблю…