Сломанная...

      Утро. Это дождливое утро, в которое так не хочется выходить на улицу. Но сегодня особый день — подготовка к вылазке, ибо хитрожопый Эрвин решил скоротать время ДО отправки на эту игру на выживание. Видите ли, пока они просиживаются в разведке, такие тупые твари, как титаны, могут ещё раз проломить стену. Каким способом? С помощью мистера колоссального титана! Постучишь деревьями по стене — и он появится! Прямо, как мистер Проппер... И именно в это утро тренировка будет адской в прямом смысле этого слова...       Подъём у кадетов на этот раз был в четыре утра. Да-да. В этих грёбанных четыре утра, когда мозг в отключке. А если проснуться в такое время, при том, что поздно лёг спать... Попытка пройтись сделает вас похожим на алкаша или алкашку, которые всю ночь лишь пили и сейчас пытаются нормально ходить... Ибо засыпать на ходу, чуть ли не падая — это уже не сильно на трезвоту смахивает. Если бы капрал, который смело разбудит ребят, был простым новобранцем... То Лейн вместе с Салли, Микасой и Мисой сделали из него бы фарш а-ля «Жрать можно, но не рекомендуется! Печень отравите, он вам её доместосом вымоет!». И в эти проклятые четыре утра начнётся пробежка, которая будет продлена на полтора часа. За это капрала тоже бы пошинковали, но не в этой жизни, хе-хе. Эта хитрожопая, как и Эрвин, сволочь имеет мандат (ну или как там в их время называли?). Короче, бить этого злобного недоростка категорически запрещено (горе-печаль). Но вернёмся-таки к этим адским четырём утра, в которые ребята самого Сатану проклинали.       На часах 4:00. Тихое посапывание, сладкие сны и тёплая постель. Лучшего утром не пожелаешь. Однако не в этот день. И не на этой неделе. Капрал с чистой совестью испоганит это чудесное утро как только можно. Ибо подготовка к вылазке — не пикник за стенами, где вы жуёте бутерброд, а титан жуёт вас. Это серьёзное мероприятие. Но и на нём кто-то облажается. Без этого никак! Традиция ж, ёмаё...       Шум ударившейся об стену распахнутой двери, которую нещадно толкнули ногой. Недовольный взгляд, что уже осмотрел каждого. И нет, нельзя как нормальные люди нормально разбудить. Надо проорать так, что можно разбудить титана, спящего на Марсе! И откуда у него такой громкий и зычный голос? Видно, и тут без Хогвартса не обошлось.       Пройдя в женскую казарму, капрал Леви осмотрел ещё раз всех «ничтожеств» по его мнению.       — Подъём, жалкое подобие на воинов! Шмотьё одели, и на пробежку! ЖИВО!!! — от этого крика все вскочили как ошпаренные утюгом. Сначала девушки подумали, что проспали. Однако, увидев время на часах, у некоторых сразу же зачесались кулаки. Желание врезать этой фасолине превышало все границы, перегибало все палки и передушивало всех людей. Однако, как выше сказано — у этого недомерка что-то на пример мандата.       А теперь! Внимание! При виде сонных, злющих и недовольных лиц девчонок капрал улыбнулся! Эх, редкий кадр... Жаль запечатлеть нельзя.       Прокляв Сатану и всех его приспешников, в том числе и самого Ривая, сонные мухи начали переодеваться. Леви вышел из казармы, держа путь к точно такому же зданию, только для противоположного пола.       — Как же я хочу ему врезать!       — Мика, держись! Вот состарится он — тогда бей! Его смерть на инфаркт списать можно будет, — Салли как могла успокаивала сестру Эрена.       — Не уверенна, что у расчленённого трупа причина смерти — сердечный приступ, — Лейн одела куртку и начала поправлять ремни. Ножницы она и в этот раз взяла, ибо это был подарок от матери на семилетие.       На этот раз Шепард решила выпустить чёлку из крабика. И решила она это сделать перед зеркалом (тоже редкий кадр, ведь у Лейн нет привычки вертеться перед куском стекла, что показывает ваше отражение в нём). И в этот момент казарма наполнилась криком блондинки. Да, именно блондинки. Волос зеленоглазки выгорел на солнце (утром пробежка всегда проходила под палящими лучами разжаренной звезды.), и до такой степени, что из русых они стали блондинистыми. Лишь кончики и корни остались прежними. Ведь по этой жаре кадеты ходили не один день, а несколько недель (да, не удивляемся. Новобранцы там уже несколько недель, описаны лишь некоторые дни из их жизни). Однако, чаще всего весь развед-корпус сидел по домам, казармам и т.д. А кое-кому на одном месте не сиделось (думаю, понятно, две подруги). Но у Салли он выгореть не смог, больно уж тёмный каштановый оттенок волос ей достался. А самое странное, что сама обладательница с недавней поры светлых волос этого не замечала. Либо она была слепа, либо особого интереса к этому не имела. В общем, Лейн постигло состояние шока.       — Что случилось? — Хистория обеспокоенно смотрела на свою подругу, у которой уже начал глаз дёргаться.       — Мои волосы... Они... Они... — Шепард презрительно дёрнула прядь волос.       — Они светлые и немного отросли, — и тут Ленз поняла, что сболтнула лишнего.       Отчаявшись, и думая, что хуже быть не может, зеленоглазка вышла на улицу в компании с Салли, Микасой, Мисой и Хисторией. Остальные ещё собирались. И в этот момент произошло то, что больше вогнало Лейн в агонию.       На улице были не только девчонки, но и уже почти все парни. Кто матерился, кто проклинал капрала, кто хотел к маме. У каждого была причина поныть и пожаловаться другому, который делал тоже самое.       — О, ну наконец-то вышли! А другие где? Кстати, Лейн, красивый градиент цвета волос! Русо-блондинистый тебе к лицу!       — Господи, Рен... Когда же ты уже сдохнешь?! — Шепард готова была его зажарить и преподнести титанам в качестве подарка. Она уже обдумывала, какие специи будет использовать.       Салли объяснила парню всё от «Господи, Рен...» до «Сдохнешь?!» и рассказала причину грубого ответа. Тот сказал, что это — не самое худшее в мире, за что получил в спину коленом, а также пощечину и с размаху в нос. К неудаче Рен кашлянул кровью. Ой, зря... Салли попыталась закрыть Лейн глаза, однако тщетно. Та уже была без сознания. Минута, две, и перед ребятами стоит Анна. Теперь эта вторая Лейн могла и без нашатыря просыпаться.       — Что, опять допрашивать будете? Вы мне имена не назвали, кстати!       — Я — Салли, блондин — Армин, брюнет — Эрен, а этот парень — Рен. А вон там Микаса, Хистория, Миса, Имир, Луиза, Артурия и Саша. Запомнила?       — Вроде, да. А где мы?       — К пробежке готовимся.       — Ты кто? — Рен недоверчиво осмотрел Шепард.       — Анна. Скажу прямо, познакомиться не рада. Ещё вопросы? Хотя, у меня нет желания на них отвечать.       — Типичная вторая Лейн...       — Чего не бегаем? Я вас не для разговоров в такое время поднял!!! Бегом!!! МАРШ!!!       И опять, как ошпаренные утюгом, ребята побежали вокруг леса. На втором кругу все выдохлись и замедлили темп. Ибо кадеты — простые смертные, не дано им силы вечной да жизни беспечной. Почему не дано? Опять же таки мировой закон подлости бутера с маслом. И не спрашивайте, каким огурцом этот святой бутер с маслом правит миром, устанавливая законы подлости, давая им своё имя. Видно, выжил в игре на выживание с дневником бутерброда, или «Как не быть съеденным: пошаговая инструкция для хавчика онлайн и без регистрации» и стал Богом. В подробностях не барахталась, утонуть ведь можно.       — Ну же, слабаки! Чего как черепахи ползёте?! — Анна вырвалась вперёд и уже бежала, развернувшись к «черепахам» лицом.       — Чтоб ты споткнулась!       — Язык прикуси! — Салли врезала Рену по лицу.       — Господи, Салли! Да я тебя обожаю! Вот это замах! — Шепард восторженно захлопала в ладоши.       — Поспешные выводы, но спасибо.       А Куширо тем временем лежал на земле, держась за щёку. Ну почему за малейшую омолвку или грубёж его бьют? Может, он девчонкам грушу для отбивания ударов напоминает? Только чем?.. А может, у девушек свой взгляд на мир и на вещи? Фиг знает, главное одно — бьют, чёрт бы их побрал, как натренированные годами боксёрши. Хотя, их жизнь тренировала, не удивительно.       Прошло полтора часа. Осталось ровно два часа пробежки. Однако на этом тренировка не закончится. Потом три часа на УПМ, рукопашка за два часа и экзамен перед вылазкой. Она через день. Один день на подготовку физически, второй на подготовку морально и сбор вещей. В общем, Эрвин с Риваем решили нагрузить и убить кадетов в хлам, а потом отправить за стены. Типичные Смитт и Аккерман. Но, что поделать?       После того, как ребята добежали... А нет, по-другому. После того, как ребята еле-еле доползли до места начала забега, Ривай отправил их на УПМ. Теперь у кадетов была задача посложнее. Воскреснуть из мёртвых и выдержать три часа полётов. Только вот Анна в УПМ полный ноль.       — Что это?       — Устройство Пространственного Маневрирования. Нажимаешь на рукояти и взлетаешь. А когда летишь, чувствуешь себя горной птицей, парящей над землёй. Попробуй! — Салли поправила ремни.       Первая попытка не увенчалась успехом. Разодранная в фарш щека, стёртая в мясо спина и ушиб локтя — это последствия падения с высоты Шепард. Однако второй раз был намного лучше, чем первый. Анна уже летела с Салли наперегонки. Брюнетка показала Анне, как правильно использовать привод. И вот они мчались по лесу, громко смеясь. Да. Она смеялась. Нет, не редкость. Смеялась Анна, а не Лейн. Эту пессимистичную особу заставить улыбнуться — создать восьмое чудо света. А его создать трудно. Если трудно, значит вы на правильном пути. Но правильный путь — тупик. Чёртов замкнутый круг. Пока другие летали на УПМ, словно трупы, две подруги веселились на полную. Перевороты, вырваться вверх и уйти вниз, облетать деревья, рассекать лицом воздух, представлять себя птицей, врезаться в дерево... Да, Шепард снова сумела всё обломать. Хотя... При чём тут она? Это всё дерево виновато! Стоит где попало! Беспредел! В тюремную камеру это кустище недобревна! И Анне положено выдать адвоката на суд! Я всё сказала!       В общем. Птицей Щепард себя представить может... Но не простой, а побитой жизнью и деревом-маньяком.       Полетев вниз, не понимая сути происшедшего с ней, девушка уже мысленно писала предсмертную записку. Ибо высота, с которой она сейчас летела в объятия к земле — 30 метров. Но кадеты ж просто так не дадут товарищу умереть. А иначе потом совесть чайной ложкой ночью выест вам мозг. На месте, где должна была упасть Анна, уже собралась кучка людей, что готовилась ловить блондинку. Но Луиза нашла другой подход. С разбегу рыжевласка нажала на рукояти и взлетела в воздух, подхватив на лету, как она считала, Лейн. Благополучно приземлившись на землю, Руно поставила на ноги Анну.       — Ты Луиза?       — Лейн, ты что, не узнаёшь?       — Лейн? Я Анна, Анна Шепард.       Девушка удивлённо посмотрела на Шепард. Салли в тот же миг подлетела к ним и шёпотом объяснила Луизе всю суть происходящего. Та ничего не поняла, но сказала, что поняла. Потом до неё всё-таки дошло. Время тренировки с приводом вышло. Теперь — рукопашка. И пофиг, что человек для титана — как букашка ростом. И пофиг, что рукопашные навыки против этих тварей — как суп вилкой есть. Это всё неважно. Просто, если тренера рукопашного боя уволят — то ему нечем будет кормить своих шестилетних спиногрызов, оторые толще, чем их отец. Вот и вся логика.       Протерпев пару часов эту ненужную тренировку (описывать чего интересного там особо нечего, пропустим бой полуживых людишек), кадеты направились сдавать экзамен (там тоже ничего интересного, пролистаем этот момент). Список баллов за тест. Максимум баллов — 60. 30 за рукопашку, 30 за УПМ. Однако возьмут не всех, тот, кто не прошёл останется в разведке, на н.с.       Прошли:       1. Микаса Аккерман — 60/60.       2. Эрен Йегер — 60/60.       3. Салли — 60/60.       4. Лейн (Анна) — 59/60.       5. Жан Кирштейн — 59/60.       6. Саша Брауз — 59/60.       7. Армин Арлерт — 58/60.       8. Хистория Ленз — 57/60.       9. Имир — 57/60.       10. Луиза Руно — 56/60.       11. Миса Вайтер — 55/60.       12. Бертольд Фуббарт — 53/60.       13. Райнер Браун -53/60.       14. Конни Спрингер — 52/60.       15. Рен Куширо — 51/60.       Со спокойной душой и сердцем, что из пятки вернулось на своё нормальное месторасположение, ребята направились кто куда.       — Точно, Анна, тебе надо щёку и спину перевязать! — Салли обеспокоенно глянула на подругу.       — Ну, тогда пошли. Где перевязывать будем?       — Идём в казарму, перевяжу. А потом можно погулять и даже отпраздновать проход экзамена в состоянии полудохлого трупака.       Шепард кивнула, и они вместе пошли к казарме. Однако девчонки кое о чём забыли. И это кое-что, а точнее, кое-кто — Милена. Из-за подготовки к выходу за стену они совсем забыли про кошечку, которая уже во всю хозяйничала в кабинете Ривая. Лучше бы фасолине не видеть то, что она натворила. На рапортах большие пятна чая, кресло потёртое, любимая чашка капрала нещадно разбита от встречи с полом. Видно, самоубийством решила покончить, скинувшись со стола. А кошка ей в этом любезно помогла хвостом. Чернило для пера разлито на столе, заливая всё чернотой. Сама Милена осталась чистой и вовремя покинула кабинет.       И в этот момент входит Леви. Сначала он не заметил всё это, ибо с интересом изучал документы про новобранцев. Капрал никак не мог дойти до прочтения этих бумажек. Тяжело вздохнув, Ривай опустил папку и осмотрел стол. Ой зря... Такого крика ещё никто в развед-корпусе не слышал. Только крик составлял мат, проклятия и рычания. Знал ли сам капрал о том, кто это сделал? Нет. Но выговориться и проклянуть кого-то невиновного ему было просто необходимо! Малость успокоившись, Ривай позвал Эрвина. Эрвин орал ещё громче, проклиная всё, в том числе и Леви, ибо надо купить новое кресло и стол. Поорав и посадив голоса, друзья разошлись. Смитт ушёл в свой кабинет, а Аккерман остался лечить нервы свежезаваренным чаем.

***

      — Салли, я дышать не могу!       — Потерпи.       — Зачем перевязывать всю грудную часть, в том числе и зону живота?! Так ещё и так туго!       — Бинт растянется.       — Я тебя огорчу... МЫ ВЗЯЛИ БИНТ, КОТОРЫЙ НЕ ТЯНЕТСЯ, ДАБЫ С РАНЫ НЕ СЛЕТАЛ! Я помру ещё до выхода за стены. Зачем за них вообще выходить?       — Мы в разведке, за стеной титаны. А вылазка нужна для того, чтобы разведать обстановку за стенами и по возможностям убить этих гуманоидов-имбецилов. На экзамене мы резали их макеты, за стенами же — будем бить настоящих. Ясно?       — Не очень...       — Не нагружай мозг. Теперь промоем тебе щёку.       Анна с надеждой глянула на Салли, мол, может, не надо? Но та отрицательно покачала головой и начала промывать рану. Да, больно. Да, терпеть невозможно. Но куда денешься от этой сестры милосердия? Никуда. Вот и сиди, терпи, скули от боли.       — Готово! Я наложила ещё пластырь, ибо бинтовать неудобно.       — Спасибо... Ну что, пошли?       — Да.       Подруги вышли на улицу. И как раз вовремя. Артурия долго быть паинькой не смогла, и уже показывала своё истинное я другим. На этот раз жертвы — Микаса и Саша.