Тридевятая Школа или Ever After High: ученический обмен

Какой прекрасный выдался день, если не вдаваться во все эти сокрушительные подробности! Яркое солнце, освещающее школу Евер Афтер, будто специально выглянуло из-за пушистых белых облачков, дабы озарить всех своими полными тепла ко всему живому лучами. При этом свете сказочные герои смотрелись подобающим: воинственным, прекрасным, статным и непревзойденным - образом. Я невольно сбавила темп, забывшись во всей этой красоте. Даже один_из_козлят, с которым я училась в одной школе, был сегодня каким-то особенно гордым. Его папа, достаточно высокий персонаж в очках и рубашке, присел и обнял сына, а затем потрепал его по голове, как шкодного пацана. Вздернув головой, я быстрым шагом прошла к кабинету Яги. Выдохнув, резко распахнула двери-ворота кабинета. Баба Яга сидела за своим столом и что-то подписывала. Приподняв голову, посмотрела на меня. Я несколько опешила и осмотрелась слева направо. - А где… Яга жестом показала мне быстро удалиться с ее глаз. Мол, не мешай, малявка, у меня важные дела. Приподняв бровь, я не спешила покидать кабинет. Хоть на моем лице и читалась растерянность, я все-таки была настроена решительно. Подойдя к злодейке, я положила ладонь на стол и спросила: - Что тут случилось? - Ничего, - спокойно произнесла Яга, - А теперь не мешай. - Но… Злодейка приподняла на меня голову вновь и, щелкнув пальцами, сделала круговой жест указательным пальцем, махнула ладонью и сжала руку в кулак. Я почувствовала, как какой-то неведомой силой меня тянет к дверям. Попытавшись стоять на месте, я услышала, как туфли сильно скребут деревянный паркет кабинета, отчего создавался очень неприятный звук. Фыркнув, я поняла, что сопротивление – бесполезно. Скрестив руки, подождала, пока заклинание полностью выдворит меня из кабинета. Дверь закрылась сразу же после моего изгнания. Как мило. Вздохнув, я постояла где-то пару секунд, смотря в пол. Что делать? Куда идти? Свиристель приземлился ко мне на плечо. Я, отреагировав на это, была окликнута птицей, после чего направилась в сторону ее полета. К моему глубочайшему сожалению, птица проводила меня не к Артуру, а к моим ближайшим родственникам.Мама сидела на расписной скамейке в холле, скрестила руки и выжидающе уставилась на меня, в то время, как папа незаметно улыбнулся, заметив мое присутствие. Царевна Лягушка неодобрительно прищурила глаза. - Мам… - уже было вставила я, как она плавным и серьезным голосом перебила: - Света, дочь моя, я понимаю всю твою юношескую непосредственность, но на кону наша история, наш род. Предки бы… - Мам, - на сей раз я не дала договорить своей матери. Рамки приличия? Не думаю, что стоит отмалчиваться в данном случае… Я знаю, что нужно перебить свою родительницу и именно в этот момент. - Сказки никогда не могут быть идеально стабильными. По шаблону можно, разве что, решить какую-нибудь задачку по сказочной арифметике, да и то, в каждом правиле, обычно, бывает парочка-другая исключений. Разве наша сказка всегда была такой, какая она предстает перед нами сейчас? Разве наши предки пользовались зеркалофонами и непоколебимыми особняками стояли на каноне? Отнюдь, мама! Они жили. Жили своими историями. Поступали так, как считали нужным! Они вершили свой канон, рассказывали мораль и передавали ее будущим поколениям! В этом и заключается смысл сказок! Нужно передать посыл истории! Не наигранно улыбаться, ожидая своего принца в башне или спускаться с витиеватой лестницы на бал, а доказывать то, что ты достоин всего этого! Достоин своих предков, своих богатств… своего счастья! Мама, разве есть смысл в том, чтобы просто рассказывать свою легенду, даже не осознавая ее истинного посыла?.. Царевна Лягушка пыталась вставить свою точку зрения, но я настойчиво не давала ей этого сделать. В конце концов, я закончила, а мама тщательно следила за моими жестами и интонацией. Дабы, в случае чего, упрекнуть меня в чрезмерно высоком тоне. Но этого не случилось, к великому счастью. - Дочь моя, твои слова полны мудрости, - кивнула мама, а в ее голосе я услышала искреннюю похвалу и гордость, хоть и внешне Царевна пыталась казаться холодной, - Кажется, ты окружена хорошими и умными людьми, но с чего ты взяла, что Айболит достоин того, чтобы называться твоим супругом? Отец еле заметно вздохнул и, наконец-то, вставил и свое слово: - Милая, разве мы настолько отдалились, что теперь не доверяем нашей дочери? - Она еще совсем ребенок!.. - воскликнула было мама, но отец взял ее руку и, сделав паузу, дабы взять ситуацию под контроль, произнес: - В ее возрасте ты рассказала свою историю. Мама замялась, отведя взгляд в сторону. Уже более тихо она сказала: - Я слишком люблю Свету, чтобы отдавать ее… Какому-то… Айболиту… Она достойна называться супругой мифического героя! Достойна всех богатств мира!.. - мама сорвалась и кашлянула в кулак, после чего промолчала. Отец улыбнулся, смотря на нее и, переведя взгляд на меня, сказал: - Я слишком люблю тебя, Света, чтобы отказывать тебе в твоих чувствах, - но, дабы спустить меня с небес на землю, добавил: - В любом случае, решение за твоей матерью. И я поддержу ее выбор, каким бы он ни был. Я кивнула. Свиристель Артура, тем временем, упорхнул куда-то. Мой взгляд ненароком остановился на Премудрой. Почему Марина сидела, поджав голову, для меня стало крайне странным открытием. - Я отойду, - бросила родителям я, и удалилась прямиком к флейтистке «Тридесятого Трио». Подсев к ней рядом, была удивлена ее реакцией, а точнее полным ее отсутствием. - Марина? - негромко произнесла я. Собеседница не отреагировала. У меня кольнуло сердце. Видеть еще одного человека в подавленном состоянии в данный момент было просто нестерпимо. Я грустно улыбнулась, поняв, что Премудрая не станет сейчас делиться со мной своей неприятностью. - Марин, а у тебя есть лучшая-прелучшая подруга? - внезапно вставила я и вздохнула. Благо, со мной судьба не прогадала в этом смысле. Катя с Валей были для меня лучиками света, а я была для них их верной Светой. - Умно, Царевна, - хмыкнула Премудрая. Видимо, я настолько мастерски перевожу тему, что все окружающие сразу же это понимают. Хотя, вроде как, делаю я это ненавязчиво. В любом случае, Марина была не из простых персонажей. - М-м? - протянула я, продолжая беседу. - С чего ты так доверяешь своему Айболиту? - вставила она. Для меня этот вопрос был скорее еще одной каплей в общий котел упреков. - Потому что я его люблю, - просто ответила я. Марина нахмурилась, но, отведя взгляд, выражение ее лица вновь приобрело грусть. - Где он сейчас, можешь ответить? Что он делает? - К чему ты клонишь? - все-таки поинтересовалась я. Премудрая будто ждала этого вопроса. Она вздохнула. - К тому, - произнесла Марина и добавила более тихо: - Может он тебе неверен, а ты бегаешь возле него как… глупая девочка. Я, поняв в чем суть проблемы, улыбнулась, положив ей на плечо руку. - Что сделал Мирон? - Это прозвучит очень опрометчиво, но ничего. Точнее, я не знаю. Скорее всего что-то сделал… - путано ответила Премудрая. Я неслышно хохотнула и, подняв Марину со скамьи, повела куда глаза глядят. - Вот сейчас и посмотрим, чем он занимается. Надо же, чего удумала! Я ожидала такого от кого угодно, но только не от тебя, уважаемая! Ха-ха! Премудрая ревнует без обоснований! Дожили! Что потом? Бармалей станет лучшим учеником Тридевятки? Не-ет, моя психика точно на этом сломается… - Тише ты, - настоятельно фыркнула Марина. - Где он может быть? М-м? - вертела головой я, лихорадочно размышляя. - Пошел встречать родителей… По крайней мере, сказал так полчаса, если не более, назад! - неохотно произнесла Премудрая, поправив очки. - Значит, идет прямиком к стоянке экипажей! Вперед-вперед, мой верный друг! Стоило нам выйти за стены школы, взору открылась интересная (и немного пугающая) картина: Егор сидел на земле, в то время, как Мирон и Артур оказывали ему первую помощь. Не то, чтобы я была напугана, ведь ребята вели себя что-то слишком уж спокойно, но заинтриговали они меня страх как! Ненароком взор упал на родителей Егора: отец сидел неподалеку, подперев голову рукой, и выглядел крайне уставшим и хмурым, а мама подошла к ребятам и вздохнула, положив руку на лоб сына. Мы с Мариной переглянулись, точнее, наши скептические взгляды встретились. Подойдя, мы заметили, что у Королевича одежда запачкана чем-то красным, а Артур делает какие-то манипуляции с грудной клеткой. - Боже! - ахнула Марина. Прекрасный, Айболит и Мертвая Царевна повернули головы в нашу сторону. У ребят промелькнуло что-то наподобие улыбки, но они были слишком заняты делом, чтобы уделить нам более пары мгновений. - Что слу… - уже было произнесла я, как заметила рядом окровавленный меч и просто застыла не в силах произнести ни слова. - Плачу по счетам, - хмыкнул Егор, услышав меня, и резко нахмурился. - Заткнись, - резко кинул Артур. Только сейчас я поняла, что Айболит держит место пореза, дабы снизить возможную потерю крови. - Ну что, увидела, где он шастает? - усмехнулась я. - Ч-ш! - приставила она палец к губам, а Прекрасный кинул взор на нас, из-за чего Премудрая резко прекратила это действие. Тем не менее, Мирон успел это заметить и ненавязчиво улыбнулся, отрицательно помотав головой. Свиристель Артура приземлился мне на плечо, в то время, как до нас донеслись наставления местных докторов. - Ох уж этот родительский день! В прошлом году Дровосек дрался с Серым Волком, так вообще еле собрали обоих по кусочкам! - сплюнул какой-то мужчина в белом халате. Его черты лица показались мне уж слишком знакомыми… - Прошу прощения, а из какой вы истории? У вас достаточно опыта? - волнение Мертвой Царевны было столь велико, что руки ее несколько подрагивали, когда она прикасалась ими к сыну, будто бы отстраняя от незнакомого врача. - Вы, несомненно, слышали обо мне… - уже начал свое представление медик, но что-то его остановило. Артур, повернув голову, внезапно переменился в лице. - Отец?! - Артур?! - той же интонацией откликнулся доктор. Возникла маленькая пауза, которую прервал другой подошедший медик: - Быстрее, Айболит. Пациенты сами себя не вылечат! - Ты и без меня справишься, - отвел взгляд от сына доктор, а в его голосе теперь вместо задорного тембра, чувствовалась какая-то мрачность. - Три кубика живой воды? - кивнул второй врач. - Внутривенно, доктор Сьюворд, - кивком на кивок ответил Айболит. Егора в присутствии матери положили на носилки. Королевич Елисей в тот момент подошел к сыну и шепнул ему: - Я ошибался в тебе. Ошибался в себе. Ошибался во всех. Эту рану я с той же силой нанес и самому себе, только с одним отличием: моя никогда не заживет. Сын мой, знаю, что это будет слишком большой роскошью для меня, после всего содеянного, но я хочу попросить у тебя прощения. - Все хорошо, отец. Считай, что ты получил эту роскошь, - тем же сказочным говором ответил Егор. Королевич Елисей отстранился от сына и, посмотрев на бывшую супругу, прислонил ладонь к груди и, преклонив голову, ушел. Тем временем, Егора унесли доктор с вызвавшимся Мироном, а мы с внезапно воссоединившейся семьей Айболитов остались. Руки Артура были запачканы кровью, а взгляд был устремлен на родителя с непоколебимой уверенностью. У меня пробежали мурашки. Старший Айболит сделал серьезное лицо и, убрав руки за спину, выпрямился.