Нет причин для паники. Я за хлебушком.

- Поверить не могу. Ты четыре раза за один час чуть не нарвалась на крупные неприятности, - ворчал седовласый проводник в мою сторону, пока я страдальчески пыталась изобразить сожаление. Он одним единственным глазом, пытался прожечь во мне дырку, под хихиканье Гая. А что я могу сопоставить ему в свою защиту? Ничего. Талант – не пропьёшь! Зайти по пояс в траву, найдя взрывные печати, которые не нашёл шаринган? Запросто. Отстать от надзирателей, найдя разбойников с большой дороги? Проще простого. И это всё крайне злило седого пирата. Парень в очередной раз, что-то рыкнул, и, сложив печати, прокусил себе палец. С хлопком, около него из призывного контура, появился пёс. Вид у собаки был такой, что невольно, хотелось выписать ему отпуск на годика четыре. На мой скромный и невинный вопрос на бумаге, отреагировали слишком бурно. Гай отправил Какаши вперёд, доложить, что мы уже близко, и, что как только отметимся на контрольном пункте, явимся к Хокаге. Дважды просить не пришлось, Какаши испарился за долю секунды. Через минуту, после исчезновения напарника, зелёный зверь Конохи, рассмеялся во весь голос. Затем, утерев выступившие слёзы смеха, он повернулся ко мне, широко улыбаясь. - Скажи, зачем ты доводишь его? Он вроде бы ещё ничего не успел натворить, - лукаво подмигнул мужчина, следя за моей реакцией. Я задумалась. А, правда, что? Ну, мужик, ну в маске, ну извращенец каких поискать среди поклонников рукописей Джи-чана. Подумаешь, фигня какая. А то, что он опаздывает, так это ничего, это один сплошной чернослив среди тазика оливье, вместо колбасы. - Мне нравится сам процесс. Быть может – это любовь, - коварная улыбка сама собой нарисовалась на моём лице, а маска услужливо скрыла эту маленькую деталь. Он опять рассмеялся, и, совсем не так глупо и преувеличено, как показывали в аниме. Мужчина стриженый под горшок, был совсем не так прост, как мы привыкли его видеть. Что-то мне подсказывает, что здесь всё совсем не так, как мы привыкли считать «правдой». - Ты, наконец, заговорила, - расплылся он в доброй улыбке. Я отчётливо видела вопрос в его глазах, мол, почему я не говорю в присутствии его напарника. Впрочем, он так же читающий взгляды, понял всё без слов. Закрыв глаза, он шёл, о чём то думая. Мы шли не торопясь. Птицы приятно и ненавязчиво для слуха, щебетали среди крон зелени. Наконец, он остановился, и я, повинуясь его действию, останавливаюсь через два шага. Собака, что семенила за нами, остановилась и села около моей левой ноги, недовольно уставившись на Гая. - Кикё! Я предлагаю тебе стать моей ученицей! – торжественно поставили меня перед фактом. Это был даже не вопрос. Он уже решил – я уже его ученица. - Право, вы как предложение руки и сердца делаете, не давая и шанса на отказ, - флегматично пошутила я. За последнее время, со мной, чего только не происходило. Жизнь не давала и минуты на слабость, а мне попросту некому было жаловаться. - Вот и договорились! Ты не пожалеешь. Я познакомлю тебя со своей командой! – пропустил он мимо ушей мой сарказм, притворившись дурачком. Эй, мы так не договаривались… Что ж, придётся отрываться на Какаши, у него бесподобная реакция на мои выходки. Он бодренько зашагал вперёд, а я, глядя ему в спину, печально покачала головой. Чувствую, что я пожалею об этом. Сжав в руке кунай скрытый под длинным рукавом, шагаю вслед за зелёным тираном Конохи. Догнав будущего наставника почти у самых ворот деревни, ровняюсь с ним, и иду к стражам порядка. На посту был только один шиноби – Изумо, он с улыбкой встретил Гая, о чём-то его спрашивая. Я жадно вперилась взглядом в окружение. Столько людей… Беззаботная атмосфера, улыбающиеся люди. Даже дико. Гай быстро оформил документы, и мы отправились к главному зданию Хокаге. Идя по довольно просторным шумным улочкам, я невольно начала сравнивать улицы страны Тумана и улицы страны Огня. И, нет, отличия, конечно же, были, но лично я особой разницы не почувствовала. Поделившись своей мыслью с мужчиной, тот в свою очередь сказал, что моя душа в этом мире новая, и что она ещё не успела обзавестись своим якорем, который помог бы мне стабильно удерживаться в теле сосуда. Я поникла. Такими темпами, я умру раньше, чем мне в лоб прилетит кунай. То есть, при любом моменте сильной душевной тревоги, была вероятность того, что связь сосуда и души лопнет как мыльный пузырь и душа вытечет из тела подобно воде. Весьма напрягает эта нестабильность. Мне не хочется проститься с жизнью в самый не подходящий момент, когда… Когда что? Когда от меня потребуется помощь? Кому? Кому, чёрт меня раздери, может понадобиться помощь странного ребёнка в лисьей маске, одной ногой ступающего в объятья смерти? Вот и я думаю, что никому. Дойдя до нужного здания и преодолев лестничный коридор, мы обошли ровно половину пути по часовой стрелке, остановившись около обычной деревянной двери. По ту сторону двери слышались крики, смех, рычание и клятва кого-то придушить. Уши горят, значит - обо мне речь ведут. Гай постучал в дверь, и мы торжественно ввалились в комнату, где столпились несколько человек, Хокаге и свора псов. Хирузен кашлянул в кулак, и мужчины с животными встали по бокам от его стола. - Приветствую тебя в нашей деревне, - с улыбкой начал старик. Он тщательно осматривал стоящего перед ним ребёнка. Его, конечно, предупреждали, что девочка выглядит странно, несколько отталкивающе, но когда сталкиваешься с тёмными глазницами «лисы» воочию – это принимает несколько иной смысл и чувства. Я скромно поклонилась, дав понять, что слушаю старика, и благодарна за тёплый приём. Дураку понятно, что он не так рад нашей встрече, что дел у главы Конохи, больше чем блох на шкурах псов Хатаке. - Кикё, если не ошибаюсь? – после краткого кивка, он продолжил: - Так вот. Я не знаю, кто, выдавая себя за Сачико, отправил тебя под начало Конохи, но, с учётом того, кем ты являешься, я сделаю вид, что ничего не произошло. Не выдержав подобного отношения к себе, я молча зашуршала карандашом на остатках бумаги. Гай сначала удивлённо, а потом с некоторым пониманием окинул взглядом полного решимости ребёнка. Сердце подпрыгивало, рычало и требовало справедливости. Но, так как этот старик умеет вести нечестные бои даже с аристократами этого времени, придётся играть по его правилам, но со своим сценарием. Поэтому, вылив текст на бумагу, поворачиваю надпись к «зрителям». - «Я благодарна за личную встречу, господин Хокаге. Однако я не понимаю ту вашу часть, про ненастоящую Сачико. Я год жила под крышей дома с этой женщиной, и если бы госпожа начала вести себя иначе, заметили бы эту «замену» не только я, но и все девушки обитавшие под её крышей. Прошу, не стоит сгоряча рубить дерево, которое всё ещё может быть здоровым», - чуть склонив на бок голову, я ждала реакции старика. Добрая маска упала к ногам актёра, и сейчас на меня смотрел матёрый пёс, который выигрывал ни одну битву. Мы оба знали правду, как мне показалось, но ни ему, ни мне, от этого не принесёт достатка и выгоды. Он жалел лишь об одном своём прошлом проступке, а я, кажется, не зная этого, прошлась по только зажившей мозоли. - Какаши. Я назначаю тебя следить за ней. Если я узнаю, что она замешана в шпионаже или кто-то доложит, что она как-то связана с нашими врагами, можешь убить её, - сказал старик, сверля меня убийственным взглядом. По коже проползла многоножка, спина взмокла, и, что удивительно, пульс остался прежним. - Легенда для вас двоих: ты её двоюродный брат, по линии её матери. На этом всё. Кикё, ты уж постарайся. Не хотелось бы прибегать к плохим вещам. После этих слов мы покинули общество Хокаге. Осадок остался пренеприятнейший. Да и, перспектива жить под одной крышей с этим извращенцем была ни разу не радужной. Мы вышли на улицу в полном молчании. Я и Какаши переваривали «легенду», а легенда нас. Гай изо всех сил сдерживал смех, иногда утирая скупые мужские слёзы. Два человека в маске переглянулись, у них были одинаково потерянные взгляды, и они отказывались принимать реальность такой, какой она являлась. - Да ну, быть такого не может… Надо было потерять тебя ещё там, на границе страны Тумана, - не выдержал парень, начав ныть. Я упрямо молчала, сжимая под подмышкой зайца. Плохой сон, обещал быть долгим. Парень всё бормотал и бормотал, пока не вмешалась я со своими записями «сумасшедшего» - «Послушайте. Если мы не придём к общему согласию и миру, то наше сотрудничество не стоит и ломаной монеты. Мне тоже не нравится эта затея, но, спорить с Ним, ни мне, ни Вам не по зубам. Так давайте не будем усложнять себе жизнь ещё больше?». Хатаке, хмыкнул и пошёл вперёд. Я посмотрела на Гая, тот только пожал плечами, и пошёл следом за другом. Эта весёлая жизнь мне определённо не нравится. Где эта сказочность, что так рьяно была описана в фанфиках авторов?! Не пройдя и двух шагов, я была деактивирована «красной пулей», что сшибла меня с ног, кубарем унося нас в левую сторону, а зайца – в правую. Как только мир перестал вращаться, и я приняла лежачее положение, мне в маску упали длинные красные волосы, а позже, перед отверстиями для глаз, нарисовалось возмущённое личико девочки. Красные волосы, мелкая фигурка, глаза цвета корицы в которых плясали черти. Узумаки, - сделала я не утешительный вывод для себя. Мало того, что она лежала на мне, так она ещё и успевала громко молча возмущаться и пыхтеть, стопроцентно обвиняя в нашем падении, конечно же - меня. Стряхнув с себя девочку, я встала и начала отряхиваться. Тут подоспели с запозданием Гай и «брат». При виде этого красноволосого чудища, один закрыл лицо рукой, другой закатил глаза. Белый комок меха воинственно встал передо мной и, подняв уши начал «угрожающе» пыхтеть. Маска, держащаяся на чакре, немного съехала, но лица не открыла. Почему из всего, что могло быть здешнего зла, оказалось – Узумаки? Женщиной Узумаки, что куда хуже, чем эти ваши Акацуки. - Ты ещё кто такая?! – тут же наехала на меня эта катастрофа. Пока я пыталась найти карандаш, ко мне на помощь пришёл Какаши. - Рей-чан, это моя сестра, Кикё. Она немного застенчива, потому, может не отвечать вслух. Для общения, она обычно использует бумагу и карандаши. Ты уж прости её, - вежливо ответил ребёнку старший брат. Как же мне хотелось его пнуть. Ведь она меня специально сбила с ног. - Всё нормально, - смилостивилась Узумаки, и, переведя на меня взгляд, ткнула указательным пальцем в воздух, указывая на меня, - называй меня старшей сестричкой! И умчалась в закат, оставив нас с выпученными глазами, стоять, переваривать информацию. Я повернулась к Хатаке за разъяснениями. - Не спрашивай, я сам её не понимаю. У меня скоро фобия на Узумаки начнётся, - скорчил он скорбную мину и развернулся в сторону своего дома. Дойти до жилища копирующего, оказалось не такой уж и простой задачей. Жил Какаши довольно далеко от центральной площади, ближе к полигонам и мемориалу. Какая ирония. Мне почётно выделили комнатку и ввели в курс дел. Зайца тоже просветили на тему «можно» и «нельзя». С кем общаться можно и с кем нельзя. По глазам, он наверняка догадывался, что я думаю об этих его уставах, и что я сделаю в точность да наоборот. Поэтому, он, вздохнув, отпустил меня погулять по Конохе, разумеется, со своим псом. Заходящее солнце над Конохой, выглядит в точности, как свежая кровь на детских руках, что всплывает в чужой памяти моего нынешнего тела. Кто знает, сколько её придётся пролить, чтобы остаться «свободным» в понятии человека, который уже заперт в чужом измерении и времени. А пока, мимо бежали дети, играющие в шиноби, не подозревая, что играм очень скоро придёт конец.