Assassin's creed: Война роз.

*** За окном уже темнело. Старик медленно, короткими шагами двинулся к лестнице на второй этаж. В дрожащей руке у него была только что зажженная свеча. В старом деревянном доме не было никого кроме самого старца. И лишь отголоски последнего пения птиц доносились извне, отражаясь от старых полусгнивших деревянных стен. Поднявшись на второй этаж, он двинулся в просторную комнату, стены которой были почти полностью заставлены книгами. Старик поставил свечу на стол, и достал из кармана чернильницу, купленную утром. Он глубоко вздохнул, оглядел свою библиотеку, которая казалась бесконечной, в тусклом свете свечи, сел на кресло и подвинул его ближе к столу. Во всей комнате был сплошной беспорядок. Большая часть книг лежала на полу, а те, то находились на полках, давно покрылись пылью. На полу валялись оторванные страницы книг и скомканные листы пергамента. Но на столе не находилось ничего лишнего: чернильница, свеча, перо, и огромная книга с пустыми страницами. Старец с большим усилием отделил деревянную пробку от склянки с чернилами, и поставил ее на стол. Он еще раз оглядел книгу, и перелистнул ее на самое начало. В этой книге не было написано ровным счетом ничего. Лишь на корешке была короткая запись "Я сделал то, чего не напишут в учебниках. Меня не увековечат в монументе, а история скоро забудет мое имя. Но вы должны знать истину. Подлинную историю минувшей войны." Его дрожащая рука потянулась к перу, на этот раз ничто не мешает наконец закончить эту книгу. Он макнул перо в чернила, и начал писать. *** ГЛАВА 1. Детство Начало моей жизни не стоит даже упоминания в этой книге. Моя мать была простой торговкой, а отца у меня не было. Мать говорила, что он был солдатом, и что он погиб на войне. Мы жили в маленьком тесном домике. На окраине большого города. Я частенько залезал на крыши домов, и наблюдал за возвышающимся замком. Представляя, как я разгуливаю по огромному дворцу. Правда долго мне там находится не давали. На крыши почему-то запрещено было залезать, и стража с луками очень часто там находилась. Но не стоит говорить что я был совсем бестолковым ребенком. Я очень часто бегал к местному кузнецу - Тайлеру. Он разрешал находится рядом, когда он работает. Я часами мог смотреть за ним. Меня завораживал процесс изготовления оружия. Как из обычного куска металла получаются красивейшие мечи, кинжалы, топоры. Тайлер очень любил свою работу, и гордился ей. Мы целыми часами разговаривали, шутили. Иногда я ему даже помогал. Этот кузнец в какой-то степени заменил мне отца. Однажды он даже пообещал, что поможет мне изготовить свой собственный кинжал. Мне тогда было около 15 лет. - Эй, Оливер! - Окликнул он меня, когда я собирался уходить - знаешь, на рынке, где работает твоя мама, есть много очень плохих людей. Если хочешь, я помогу тебе выковать собственный кинжал, чтобы ты смог ее защитить. Тогда моей радости не было предела я бежал домой по полю с улыбкой до ушей, а потом долго не мог заснуть, представляя, каким красивым он будет... Всего через пару дней Тайлер отдал мне мой первый клинок. Небольшое лезвие, немного меньше моего локтя, с желобом по середине, завершалось слегка закругленным острием. Цельная рукоять с деревянной вставкой, ножны с небольшим кованым узором. Лучшего подарка я не мог представить. Тайлер также дал мне пару уроков обращения с подобным оружием: стойка, хват, колющие и режущие удары. Я был еще не то, что молод, я был мал, и мне было бы сложно серьезно сражаться. Но еще сложнее мне было представить насколько эти уроки пригодятся мне в моей дальнейшей жизни. Мое детство пришлось как раз на окончание войны с Францией. Множество людей в нашем городе, работали на содержание армии, а не только на собственное существование. В их число часто попадала моя мать, но еще чаще попадал Тайлер. А жили мы тогда, к слову в городке Ладлоу, что недалеко от Бирменгема. Мать имела небольшой участок земли и какое-то количество скота. Иногда взращенное ей не давало нам умереть с голоду, иногда мать несла продавать собранное на рынок. На рынке она всегда занимала одно и то же место. Почти на краю остальных рядов, она либо встречала тех, кто только пришел, либо пыталась продать что-то тем, кто уже собирался уходить. Визг скота, крики торгующихся фермеров, споры хмельных с самого утра мужиков, песни бродячих музыкантов, аромат специй вперемешку с запахом овощей и сырого мяса, вечно куда-то и зачем-то идущие люди, немного разбогатевшие и совсем нищие - рынок нашего города по истине был местом, где можно почувствовать как жизнь течет по улицам, вытекая даже за пределы города. Еще в самом своем отрочестве, и именно на рынке, я обнаружил в себе странный дар. Его сложно описать словами. При должной концентрации я мог подметить какие-то детали, которые могли много сказать мне о человеке. Взгляд, походка, жесты, голос, все это каким-то образом складывалось в моей голове так, что казалось будто я знаю куда этот человек идет и зачем. В дальнейшей своей жизни я не раз прибегал к использованию этого дара, в абсолютно невообразимых, казалось бы, ситуациях. *** -Что-то я погрузился в воспоминания - пробормотал тихо себе под нос старик. Опустив перо в чернильницу, старик взглянул в окно. Лунный свет на пару со светом свечи освещал исписанный мелким, слегка дрожащим почерком лист. Старик перевернул страницу, стряхнул каплю с пера и продолжил... *** Сидя на крыше, я мечтал, размышлял... У меня было много мыслей, связанных с новым подарком от мамы, это была книга. Несмотря на то, что я не умел читать, мать знала, что мне нравиться изучать записи. Я делал это с большим интересом и даже понимал о чем там говорилось. С тех пор эта книга всегда со мной. Посидев на крыше, я побежал к Тайлеру, он, как обычно, занимался своим ремеслом, но трудился усерднее. При виде меня он улыбнулся и поздоровался. Я ответил тем же. Было такое ощущение, что он не отдыхал с самого начала работы, а был уже почти вечер. На его лице виднелась усталость и грусть. Я спросил его: - Что случилось? - В стране тяжелое время, сейчас у всех проблемы, Оливер, не обращай внимания. Покажи свой клинок. Ударив последний раз по мечу, он отложил сделанное и посмотрел на клинок. Кузнец заточил оружие, попутно показывая мне как это делается и, дав на будущее приборы, он сказал: - К сожалению, тебе, возможно, скоро придется им воспользоваться, Оливер. Будь осторожен. Я был очень испуган. Может он шутит? Но Тайлер не любил шутить по поводу оружия, меня он за это хлестанул пару раз в прошлом году.Что-же случилось? - А сейчас иди домой, уже поздно. - Тайлер, о чем ты? - спросил я с испугом в глазах. - Оливер - произнес он, положив мне руку на плечо, - ты уже взрослый мужчина и будь готов ко всему, береги свою мать. А сейчас ступай домой, быстро! Я кивнул и пошел домой, оглядываясь на старого друга. В моей голове вертелись непонятные мысли. Почему я должен быть готов к опасности, что может произойти с моей матерью? Я был в замешательстве, поэтому, придя домой, лег спать, но не сомкнул глаз до самого утра. На улице уже было слышно крики петухов, первые солнечные лучи заглянули ко мне в окно. В полдень я уже гулял с друзьями, хвастаясь перед всеми своим новым приобретением и показывая свои умения ом орудовать. Несмотря на то, что мои друзья были одного со мной возраста, они имели более детский характер, нежели мой. Я обычно старался не выделятся, дабы не быть предметом насмешек, зависти или чего либо еще, что могло сильно повлиять на мнение других обо мне, но не в этот день. Тогда мне хотелось что бы все и каждый смотрели на меня с восхищением и даже завистью, такую гордыню как тогда я испытывал впервые. - И что же такого особенного в этом твоем кинжале? - неожиданно прервал мое торжество более взрослый парень, - через год я смогу завербоваться в армию, где мне выдадут настоящее оружие! - А через 2 года мы все будем молиться на твоих похоронах! - выкрикнул кто-то из детей, после чего последовал дружный смех. И только один мальчик не смеялся, его звали Роберт. Он видел собственными глазами, что такое смерть. Однажды его пьяница-отец просто взял и забил свою жену до смерти, после чего перешел на сына, которого уже успели спасти от жестокой судьбы стражники. С тех пор он живет на улице, сирота. - Эй, дети! - Окликнул нас какой-то незнакомец, прервав всеобщий вздор, - не видели ли вы мужчину средних лет, с длинными кудрями и с культей вместо руки? Он подозревается в шпионаже и должен сидеть в тюрьме. Все дети неожиданно оцепенели от такого странного вопроса. - Нет, не видели - быстро среагировав, ответил самый старший из нас - Хорошо, но если кто-нибудь его увидит, сразу же обратитесь к первому стражнику поблизости. Все дружно кивнули в знак одобрения. Незнакомец развернулся и пошел в обратном от нас направлении. - Ты знаешь его, того, которого ищут? - спросил я у парня, что ответил незнакомцу. - Да, знаю. И он не тот за кого его принимают эти люди, он честный человек, любящий свою родину, он не может быть шпионом! После этих выкриков он вырвался из толпы и убежал. Это заставило нас всех еще больше взволноваться по этому вопросу, но мы не обсуждали этого в дальнейшем. Отгуляв оставшийся день ,я снова зашел к Тайлеру вечером, рассказав о своих сегодняшних переживаниях и о том, что произошло. По его реакции было видно, что он взволнован. - Что это за человек, Тайлер? - К сожалению я не могу тебе этого рассказать, мальчик мой, для твоего же блага лучше забудь о том, что ты сегодня видел и слышал. Расскажи мне как поживает твоя мать? - Если честно, пробегая сегодня мимо рынка, я ее не видел, но мне кажется она могла просто отойти ненадолго так, что мы разминулись. Я думаю все в порядке. Но на лице кузнеца возникла совсем не спокойная гримаса. - Пойдем, нужно поторопиться - сказал он мне, оставив незаконченную работу прямо на наковальне. Мы шли в направлении моего дома. И я бы не сказал что эта прогулка была весёлой. В воздухе чувствовалось напряжение, словно разом весь город притаился в ожидании опасности. В этот момент, как ни странно, у меня не было ни единой мысли, я даже не переживал о случившимся и о том что меня может ожидать, а был лишь странный гул, который набирал с каждым шагом мучительное звучание. Даже город стал для меня тусклым, он больше походил в данный момент на груду камней и всяческого мусора. Подойдя к рынку я заметил странное, еле заметное, свечение на мощённой дороге. Указав на это Тайлеру, который к слову сразу придал этому значение, я увидел как резко поменялось его лицо с состояние тревожного ожидания на животный ужас и страх, так как в отличии от меня он увидел там кровь. Тяжело вздохнув, попросил меня оставаться на месте, а сам тем временем быстро побежал к моему дому. Я долго стоял в одиночестве, а все мои действия сводились к покручиванию в руках кинжала, да к ходьбе из стороны в сторону. Мыслей так же не было, хотя может и пробегали какие-то, однако все они сводили к тому как же меня достал этот чудовищный гул. Ожидание было быстрым,но не менее мучительным, чем у арестанта перед казнью. И тогда оно закончилось,но лучше бы длилось вечно. Смотря через густой туман, заметил медленно приближавшуюся фигуру,в её сторону медленно направилась рука с кинжалом. Я, с дрожью в голосе спросил: - Тайлер, это ты? - Нет, это не он, Оливер...- с улыбкой ответил незнакомец. - Как мама? Что с ней?- я даже не понимал почему я спросил его об этом. - С ней всё нормально ,малыш, ну почти всё. Знаешь, вот что я тебе скажу, никогда не гонись за местью. Единственное что она тебе даст- это боль и разочарование.- заметно погрустнев сказал он,- Я вот свою даже закончить не смог. Иди к матери, и ничего никогда не бойся. Однако я ни капельки не успокоился, ничего не понимая ,и без какой-либо цели, я побежал домой, а в голове звучало только одно слово: " Мама". Дом казался пустым и громоздким одновременно.Со страхом медленно открылась дверь. Проходя по коридору, я ощущал висевшую тяжёлую атмосферу печали, как в доме, в котором готовят усопшего к похоронам. Поднимаясь по ступенькам на второй этаж, чувствовал что их скрип опускает сердце в пятки всё сильнее и глубже, на сколько это возможно. Открыл дверь в её комнату... Кинжал упал глухим отзвуком на пол, а сам я тихо стоял на месте. На моём лице не было ни единой эмоции, кроме ужаса. Мама стонала,из-за ножа торчащего у неё из руки, который,в свою очередь, был вбит в стол, а на щеке был кровоточащий порез. Однако она не плакала, и даже наоборот, смеялась. Тайлер сидел подле неё и раздумывал над тем как же достать этот чёртов нож. - Да выдерни ты уже этот ёбаный нож! Блядь, сколько ему ещё прикажешь торчать из моей грёбанной руки!- не сдерживаясь в словах закричала она, что не удивительно, я бы уж точно показал более лучшее знание мата, если бы со мной случилось такое. После этого, Тайлер ,словно очнувшись, резко выдернул нож, а мать после этого долго материлась и огрела его буханкой хлеба. Я испугался и отпрянул. Из-за этого доска подо мной еле заскрипела, но этого хватило им, чтобы наконец-таки меня заметить. - О дорогой, не надо было тебе это видеть, да и слышать тем более - улыбнувшись сказала она. - Оливер, твою мать, кому я сказал стоять на месте и ждать меня, ух остолоп, жаль у меня нет ремня, так бы я тебе всыпал- с ехидной ухмылкой начал ругаться Тайлер. - А ну ка притихни, он и так увидел больше чем следует, тут ещё и ты- приструнила его мама,- а и в правду, ты почему ослушался? - Ко мне подошёл незнакомец, и...- не успел договорить я, так как она меня перебила. - Ах этот, эх, как был он размазнёй так и остался. Сколько лет он меня искал, Тайлер?- но она сама же и ответила на свой вопрос,- почти двадцать лет, ужас, как много времени уже прошло. - Ну да.- только и смог добавить он. Далее он резко облил ладонь матери спиртом, на что она так же заматерилась и ещё сильнее его одарила затрещиной. - Ты, хоть бы предупредил что ли, индюк ты эдакий, тащи какую-нибудь ткань пока ещё сильнее не огрела.- угрожающе произнесла она. Тайлер нашёл тряпьё в нашем шкафу и пока он обвязывал ими рану, мама бормотала себе под нос. - Ни что не истинно! Глупец. Кучка тупых фанатиков, как было так и осталось. Он даже не смог завершить свой план, только порезал мне щеку на рынке, да воткнул эту тупую железяку мне в и как Христа к столу прибил...- не договорила она, ведь тут я уже перебил её. - Кто это? Что ему нужно? Почему искал? Какого хрена тут вообще происходит?- на нервной почве закричал я. - Ну ка полегче, юноша!- величаво сказала она,- я ещё не умерла, чтоб ты при мне выражался как сапожник, а что до остального, то всему своё время, тебе ещё рано это знать. А пока что ложись на кровать, и успокойся.-перекинув взгляд на Тайлера она проговорила- А тебе пожалуй можно идти, нам уже ничего не грозит... Молча он вышел из комнаты словно обидевшись,тихо захлопнув за собой дверь. Я прилёг на кровать, а мать вышла на улицу подышать свежим воздухом. Мне хотелось было окликнуть её, однако мысли о произошедшем так сильно засели в мой мозг, что даже ртом не смог шевельнуть. Не знаю сколько лежал так размышляя, но в последствии я впал в беспамятство и даже не помню, когда вернулся в чувства. Наступило утро. Когда я встал, дома никого не было, из-за чего я сильно испугался. Поспешно одевшись, я направился к выходу, как вдруг меня чуть не пришибло дверью. - Прости, Оли,- небрежно сказала мама. Это было странно, ведь она редко меня так называла - В чем дело, где ты была? - На рынке. Когда я проснулась, на улице был какой-то шум. Я и решила пойти посмотреть что там. Оказывается кто-то ночью устроил погром, представляешь? После этой нелепой сцены она накормила меня завтраком и отпустила на улицу. В моей голове крутилось множество мыслей. Я не мог понять поведение матери, да и почему она вообще уходила? Такое ощущение, что ничего и не было этой ночью. Мама вела себя через чур ласково, да и, как я потом узнал, не вышла больше ни разу из дому за весь день. Она так никогда не делала. Взяв кинжал, я ушел, осторожно закрыв за собой дверь. Необходимо было поговорить с Тайлером - он один мог хоть что-то объяснить. На улице был на удивление хороший день: чистое небо, яркое солнце, свежий воздух. Это огромная редкость для Англии, тем более для здешних мест. Пройдя несколько метров, я стал свидетелем странного диалога двух стражников. Они говорили о ночном погроме: - Помнишь того мужика без кисти?- сказал один. - Которого нам поручили найти два дня назад?- ответил ему второй. - Да. Думаю, что это он устроил ночной беспорядок. Одна старуха, страдающая бессонницей... - Стоп, я не хочу слушать о твоих любовных похождениях, Ди,- раздался смех. - Очень смешно, и не называй меня так, я же просил. - Прости, я не не удержался, ну продолжай. - Эээх. На чем я остановился? Ах да, та старуха видела как странный человек, крепкого телосложения, в капюшоне, из которого торчала кудрявая челка, проходил по этой улице сегодня позно ночью. У него было 2 кисти, но одна была в выпрямленном состоянии и не шевелилась вовсе. Он шел в сторону рынка. После этого она услышала крики и шум бьющихся клинков... - Это точно он!- снова бесцеремонно прервал второй стражник первого, - я лично видел его деревянную руку... - Так что же ты молчал?! - Да я только сейчас вспомнил, честно! - Ладно, Джош, будем считать, что я ничего не слышал, но с тебя причитается. Пошли, мы опаздываем на сбор. Я решил проследить за ними, но ничего ценного более не узнал. Я осознал, что они говорят о вчерашнем госте, который, между прочим, в розыске. К тому же его скорее всего знает Том, самый старший из моих друзей. Это он днем ранее отмазывал его от сыщика. Я решил сменить свой курс и отправился на поиски Тома. Я знал дом в котором он живет и знал, что в это время его там нет. Все это вскружило мне голову, и я даже не заметил, что бегу по крышам домов. Я резко остановился. "Уже полдень", - мелькнуло у меня в голове. Сев на уступ, я начал размышлять, о странном поведении матери, о таинственном незнакомце в капюшоне, о том почему на маму вообще напали? Я только сейчас осознал все, что со мной произошло. Погода начала портиться, усилился ветер, я начал бояться, сам не знаю чего. Через несколько секунд я был уже возле дома Тома, несмотря на то, что хотел его искать в других местах. На земле, у входа в здание, стояло 4 солдата. Это было странно, ведь солдаты редко посещали эти места, тем более они не охраняли дома нищих людей. Они были в полной амуниции, тяжелой броне, с крестами на груди. У двоих по середине были алебарды, а у двух других - мечи. Их лица были прикрыты шлемами, в которых были вырезы для лиц в форме креста. Эти солдаты напомнили мне крестоносцев, точнее тамплиеров или госпитальеров, о которых мне раньше часто рассказывал Тайлер. Тем не менее я не передумал попасть в дом. Я закрыл глаза и сосредоточился: все погрузилось во мрак, через некоторое время я начало снова все видеть с закрытыми глазами. Было темно, но я видел людей, чувствовал, кто из них желает мне добро, кто зло, а кому на меня наплевать. И тут проявился Том, от которого исходила некая другая аура, по которой я сразу почувствовал его. Я только слегка напрягся, и все пропало, но я знал где мне искать своего друга, и я его нашел... *** За окном стоял полный мрак и тишина. Из открытого окна доносился гул старой повозки, которая колесила от одного города до другого. "Видимо, купцы" - подумал старик и решил продолжить перекладывать свои воспоминания на лист бумаги... *** Я знал, что просто так стража не будет ведаться в дом к обнищавшему Тому. Можно сказать, он жил практически один, от чего и воодушевлял всех ребят на самостоятельность. О его матери не было известно вообще ничего, его отец был пьяницей, разгильдяем и аморалом. Его тело давно висело на виселице нашего города, тем самым унижая достоинство Тома. Но, кажется, он был и не против такой расправы над его отцом, ибо тот бил его, что воспитало в Томе чувства жестокости, хладнокровия и рассудительности. Стоит в большей мере взглянуть на Тома. Этот парнишка, друг моего детства, очень сильно повлиял на становление моей личности. Он еще не один раз будет упомянут в моих мемуарах. Том никогда не любил раскрывать свою личность, от чего это придавало ему загадочности. В компании друзей он как неожиданно появлялся, так неожиданно и исчезал. Создавалось ощущение того, что он спешит на очень срочное дело, что ему постоянно надо куда-то уйти. Одно непонятно, что может тревожить 17-летнего крестьянского парня? Том был среднего телосложения, чуть мускулист, но не более - признаки того, что в свое время он занимался тяжелой работой. Я лишь знал то, что некогда он работал на соседней пашне за кусок хлеба, который он отдавал своему больному деду, с которым, кстати, он и проживал в этом доме. Физиономия тома была так же неясна, как и его поведение. Его радостное лицо могло тут же смениться грозной миной. Том был белокур, с длинными, чуть ветвистыми волосами. Его глаза пусть и выглядели, как у младенца - голубые, невинные, но в них горела какая-то целеустремленность. В них уже виднелись отблески истинного лидера и героя. Он носил свободную одежду, его тряпичные штаны, которые он носил уже длительное время, доживали свой век. Протертые в коленях, испачканные в грязи и крови. То ли от драк, то ли от того, что он помогал в работе мяснику? Том всегда был босым, он не признавал обуви. Свои действия он подтверждал словами: "Мне так удобнее.. Меня не слышно. Я в любой момент могу придти куда захочу и так же тихо уйти". Я никогда не понимал его слов. Я не понимал, с какой целью ему нужно приходить и уходить куда-то.. - Именем английского королевства! Откройте двери! - прозвучало грозно от одного из стражников. Я сидел рядом на одной из соседних крыш и прекрасно все это слышал. Одно мне было непонятно - неужели вся загадочность Тома привела к тому, что его поймали за воровством, или еще более страшное - убийством?!... Открывший дверь Том был в шоке от явлению стражи к порогу его дома. - Томас Уилсон, Вы арестованы по подозрению в умышленном взломе, самосуде и убийстве! Пара стражников зашли ему за спину и повязали, Том пытался вырываться из их рук, но все тщетно... - Нет, я не виновен, НЕ ВИНОВЕН!- кричал Том. Я решил проследить куда повезут моего друга, который мог помочь мне... Везли его по узким улицам города, и я не мог понять куда его везут, хотя у нас была всего одно место куда его могли его отправить— тюрьма, при замке Ладлоу, туда его и привезли, я ничего не мог сделать, так как меня тоже могли кинуть за решетку. Дело уже шло к вечеру, и я решил проведать Тома завтра, рано утром. Этой ночью я не спал, все думал как там Тому, одному, в холодной тюремной камере. Как только солнце показалось в утреннем небе я побежал к замку, хоть я и не спал всю ночь, но при этом не чувствовал усталости. На площади перед крепостью доносились крики командующего стражей. Подобравшись ближе, я услышал про Тома, и то, что утром его не было в камере. Я одновременно был рад и огорчен. Том спасся или был спасен, это не имеет значения, но если он знал про человека в капюшоне, то я не смогу расспросить его... *** Старик откинул перо в сторону и прикрыл лицо руками. Было видно, что он плакал, но не хотел этого показывать, хотя в комнате никого не было... *** Том... Бедный Том! Не было ни единой зацепки. Лезть на рожон было абсолютно бессмысленно, поэтому я решил начать свои поиски с того места, откуда Тома и забрали - его жилища. Должно же что-то остаться? Письмо, маленькое послание, хоть что-то, что могло дать ответ хоть на один вопрос? Я старался не мешкать, ведь догадки просто разрывали голову. Придя на место, я обнаружил, что двухэтажный дом охранялся со всех входов. Тут в голове промелькнула мысль - ведь не могут стражники караулить дом какого-то обычного мальчишки просто так, они явно что-то пытались найти. Моё любопытство заставило меня пойти вперёд! Преодолевая густые кусты, сохраняя максимальную бесшумность, мне удалось подобраться к достаточной дистанции, чтобы слышать, о чём говорит стража. -Что-то распогодилось, жара ужасная. Выпить бы, а? -Стой и не раскисай, ведь тебе не просто так платят, а тут ещё чёрт знает что происходит. Говорят, что сюда приходил человек самого графа Шропширского. - Самого графа!? Странные вещи творятся. - Да, но приказ есть приказ. Лишних вопросов задавать нельзя. Далее в их диалоге не было ничего интересного. Послушав ещё минут пять, я наконец стал думать о том, как забраться в этот чертов дом. Все ходы были буквально оцеплены... *** Нехотя старик кинул свой взор на стену своей комнаты и сконцентрировался на том самом кинжале, который висел на стене. - Что бы я тогда делал без тебя? -спросил себя слегка улыбающийся старик. *** В голове у меня проскользнула мысль, что при свете дня рассчитывать на успех не стоит, я решил дождаться темноты и под покровом ночи забраться в жилище. Уже вечерело и я понимал, что ждать осталось недолго. Тем временем вокруг дома началась какая-то суматоха. Все стражники бегали, кричали и размахивали руками, пытаясь что-то объяснить друг другу. Но вдруг из дверей вышел, как я потом понял, их старший и крикнул с такой силой, что меня аж дернуло. - Становись в строй! Никакой болтовни! Был приказ покинуть здание. Через десять минут выдвигаемся. В этот момент я понял, что удача благосклонна ко мне. Дождавшись пока солдаты соберутся и покинут здание, я спокойно вышел из-за кустов, которые так хорошо скрывали меня, и двинулся в направлении дома. Я шел спокойно и, открывая дверь, был уверен, что дом пуст. Как только переступил порог, сразу услышал непонятный шум в нескольких метрах от меня, моя рука рефлекторно схватилась за рукоятку кинжала. На несколько секунд воцарилась гробовая тишина от чего мне стало еще страшнее. Резко с левой стороны я услышал звон тарелки и тут же, выдернув кинжал, ударил им по воздуху, лезвие впилось в что-то твердое. Я ожидал ответного удара, но его не было, все опять погрузилось в тишину. Отряхнувшись, я нащупал на столе свечку, которой, судя по ее величине, пользовались раз или два, и зажег ее. Мой страх превратился в недоумение и легкую улыбку на лице. Возле кинжала сидел черный кот, который уставился мне прямо в глаза. Я понял, что пытался ранить несчастное животное, которое попросту не выпустили из дому. Решив накормить бедолагу, я отыскал на кухне кусочек черствого хлеба и молоко, которое хранилось под полом. Когда закрывал крышку погреба, оттуда донесся шепот: - Оливер, это ты? Я немного испугался, но этот голос не спутал бы никогда. Это был Том. - Господи, Том, что ты там делаешь? Давай руку, они ушли. Я подал ему руку и, когда он схватился за нее, я увидел несколько свежих ран, которые были нанесены чем-то острым. Том вылез из погреба, отряхнулся и как будто ничего не случилось выдернул у меня из руки молоко и кусок хлеба и начал кормить кота. Я уже было открыл рот чтобы задать вопрос, но мой друг опередил меня: - Как ты нашел меня и зачем следишь за мной? - Я видел как тебя забрала стража и решил пойти за ними. - Знаешь, Оливер, в другое время я бы наверное послал тебя подальше, но сейчас я благодарен тебе, что ты ворвался в мой дом, - он улыбнулся и продолжил, - тебя наверное интересует почему стража меня ищет, зачем я вернулся в дом кто был тот незнакомец без руки? Я лишь кивнул головой. - Друг мой, я не могу тебе всего рассказать, это слишком сложно и ненужно для тебя. - Сложно? Ненужно?! - крикнул я - да мою мать вчера ночью пытались убить, она ни черта не хочет объяснять! Тебя караулит стража, куда-то увозит. И я прекрасно знаю что все это как-то связанно: моя мать, ты, человек без руки. Но я не могу понять как, потому что мне никто ничего не говорит! Я понял, что Том ужаснулся от моего вида, у него в глазах виднелся то ли страх, то ли недоумение, но меня в этот момент мало что волновало, все события, которые свалились мне на плечи заставили выйти за рамки мою тихую натуру. - Оливер, я прекрасно понимаю твою мать, но действительно ничего не могу тебе рассказать, как и она, собственно. Могу лишь показать зачем я вернулся сюда. Он полез рукой за спину в небольшую походную сумку и достал оттуда наруч, сделанный из качественной кожи, на обратной стороне которого был сложный металлический механизм. Я потянулся рукой чтобы потрогать эту вещь, но Том резко спрятал ее обратно в сумку. - Том, неужели эта вещь настолько ценная, что ты рискуя жизнью, вернулся в дом, где тебя бы искали в первую очередь? - Тебе будет сложно понять, но это не просто вещь. Нет, она не имеет никаких странных или необычных свойств, но представляет из себя смертоносное оружие и главное - показывает мое причастие к великой силе... Он засмотрелся на свечу и умолк. Я хотел спросить об этой силе, но тут резко отворилась дверь и на пороге стояли двое стражников, тех самых, что караулили дом. - Мы знали, что ты вернешься сюда, сученыш. Но нас больше интересует твой однорукий дружок. Скажешь где он - мы отпустим тебя, не скажешь... ну, сам понимаешь, - стражник засмеялся. - Я быстрее умру, чем в чем-то вам признаюсь! - крикнул Том и схватил свой нож. Я понял, что дело худо, но бежать было некуда. В этот миг я вспомнил слова Тайлера о скором применении моего кинжала. Не знаю как это произошло, но даже сейчас в своем возрасте помню этот душераздирающий крик и смерть Тома. Этот звук, наверное, не забуду никогда. Его тело сползло с лезвия меча и с грохотом упало на землю. Я лишь успел схватить его сумку с наручем, как меня оглушило рукоятью меча второго стражника. Когда я упал на пол, то увидел, что в дверном проеме показался человек в капюшоне, который без труда разобрался с врагами. Я почувствовал как в голове тяжелеет и закрываются глаза. На этом моменте мои воспоминания прерываются. *** За окном раздался ликующий крик предвестника рассвета, призывающий всех пробудиться. Старик остановился, положил перо в чернильницу и выдохнув откинулся на спинку кресла. - неужели рассвет? - сказал он, затем, повернувшись, посмотрел на крохотное окошко находившееся между полками. В окошке был вид на бескрайнее пшеничное поле, простиравшееся до самого горизонта, и из этого поля вот-вот покажутся первые лучи еще красного солнца. Он встал, подошел к окошку, и открыв коробку, лежащую на куче книг, достал трубку. Затем взял из кармана небольшой сверток с табаком и небольшую палочку. Подготовив все, старец зажег палочку о свечу, и вдохнул. Табак отозвался на его действия соответствующим звуком. Комната быстро наполнилась дымом подсвечиваясь оранжевым цветом, от только что попавших в комнату солнечных лучей. Сев обратно в кресло и вдохнув последний раз старик отложил трубку в сторону взял перо, и, мысленно дав самому себе клятву о том, что через несколько страниц он прервется на сон, продолжил писать. ***