Переплетенные

       — Прошу, помогите мне, — было видно, что слова даются ей с трудом. Кончики ушей, выглядывающие из-под волос, ярко алели, а сама Минори сжалась, будто коря себя за то, что позволяет себе просить.        Гаара яростно сжал кулаки, смотря, как Тэкеши Симидзу* за волосы оттянул девушку назад и с размаху ударил её об стену-окно, через которое Гаара наблюдал за происходящим. Но даже тогда она, с разбитой головой и залитым кровью лицом, поднялась.        А когда Тэкеши приставил к горлу девушки кунай, Гаара наблюдал, как из глаз девушки исчезают те искры, которые так его завораживали. Обречённость и смирение плескалось в прикрытых глазах, а потом ярко-бирюзовые и зелено-голубые глаза пересеклись. Хоть это и не могло быть возможным, ведь комната, в которой сейчас собрались старейшины во главе с Баки и Гаара, была полностью незаметна снаружи, ничем не отличаясь от остальных трёх стен.        Глаза девушки, на секунду замершие, скользнули дальше, будто выискивая что-то. «Она не видит, а скорее чувствует…»        — Неужели вы позволите ему убить её? — Гаара медленно повернул голову к группке старейшин, которые испуганно сжались у дальней стенки. — Баки?!        — Успокойся, Гаара.        — Зачем было это устраивать? — даже Баки неуверенно сглотнул, когда Гаара окатил его ледяным взглядом. — С чего вы решили, что она вообще обладает какими-то способностями?        Старейшины были на грани обморока, смотря на стоящего у окна молодого человека с горящими глазами и искренне восхищаясь Баки. Тот устало вздохнул, всё же решился подойти ближе и упасть на стоящий в углу диванчик.        - Он представился как Изао**, фамилии называть не стал, но это и не показалось нам важным. Он поведал нашим ребятам, что является одним из тех, кто работает над неким… экспериментом. Как ты знаешь, с рождения у каждого шиноби есть предрасположенность к какому-то одному виду чакры, но с возрастом, если конечно появляется в этом необходимость, мы становимся способны развивать и другие её виды, — Он выразительно посмотрел на девушку, — Так вот… Изао и компания же работали над тем, чтобы у подопытного оставалась только один изначальный вид чакры, к которой он предрасположен, и развитие остальных было невозможным.        Гаара непонимающе уставился на него.        — Мне сказали, что Изао также упоминал, что она — парень мельком взглянул на девушку, — то самое оружие, о котором говорилось. Но если это так, то какой смысл оставлять ей только один вид чакры?        — Ты не дослушал, — Баки, чуть ли не под восторженные взгляды остальных старейшин, с укором посмотрел на Гаару, — отнимая у человека возможность развития других видов, они достигали того, что управление одним видом становилось чем-то естественным. То есть они начинали использовать чакру неосознанно. Так же обыденно, как дышать. Управление стихиями без печатей — вот к чему они стремились. Однако здесь у них возникла трудность. Один человек не мог вместить в себе больше чем возможность управления одной стихией. Все эксперименты заканчивались одним — смерть. И вот, наконец, у них получилось создать то оружие, к которому они стремились.        — Не очень-то похоже на идеальное оружие, — хмыкнул Гаара, обращая внимание на окно, — Но если это так, то имея при себе нечто подобное, деревня сможет не иметь равных себе по боевой мощи.        Ярость не собиралась покидать парня так просто, но привыкший скрывать свои эмоции, он ничем это не показывал, внешне оставаясь лишь чуть заинтересованным в этом сомнительном мероприятии. Однако все его старания чуть было не пошли прахом, когда он боковым зрением уловил резкое движение за окном и едва слышный звук упавшего тела.        Похоже, девушка поборола себя и не собиралась сдаваться.        Минори заметив задержку парня, понадеявшись на его самоуверенность, резко поднялась, головой ударяя его в челюсть. Не ожидавший этого парень завалился на спину и, зло рыкнув, почти сразу поднялся на ноги, рукой стирая струйку крови с уголка рта.        Взгляд до того сосредоточенный сменился безумным, и парень кинулся на девушку, безуспешно пытающуюся отползти. Взяв её за горло, он поднял лёгкое тело в воздух, мерзко ухмыляясь и прижал её к окну. Тэкеши с упоением сжимал тонкую шейку девушки. Казалось, сожми чуть сильнее, и он просто-напросто сломает её. Но он сдерживал себя, сжимая не так сильно, чтобы позволить ей задохнуться, но и не достаточно слабо, чтобы та смогла нормально дышать. Её хрипы ласкали слух, а гневные молнии, которые она метала из своих необычных глаз, пронзали насквозь, даря невероятные ощущения. Но хотелось большего.        Свободная рука парня скользнула по талии и сильно сжала грудь, комкая чёрную ткань. Невероятные глаза расширились в ужасе, а парень упивался эмоциями, плескающимися в них. Страх, ненависть, стыд, вина…        Но ни звука не вырвалось из её чудесного ротика и это жутко бесило. Парень сжимал и разжимал руку с каждым разом сильнее, но это не приносило результатов, и тогда рука двинулась под футболку. Скинув мешающий ремень, он прикоснулся к податливой коже плоского живота и начал не спеша подниматься выше, оставляя багряные отметины.        Тэкеши победно ухмыльнулся, когда с губ Минори слетел стон боли. Тихо рассмеявшись, он разорвал футболку, и та повисла на одном плече, открывая грудь девушки.        «За что?» — едва не плача, думала девушка, стараясь отстраниться от чужих рук и прижимаясь к стене.        — Я слышал, Сабакуно поручился за тебя, — мерзкий смех прямо в губы, — Ну и как? Повеселилась с ним ночью, да? И какого это, отдаться чудовищу?        Девушка опешила от эмоций, накрывших её. Неудержимая ярость стукнула в голову и за пульсировала с одной мыслью: «Уничтожь его, как он смеет…»        Такое странное сочетание ощущения безграничной силы и желания убить будоражило девушку. Волна дрожи прошла по позвоночнику, и девушка будто открыла глаза. Она больше не задыхалась, а боль от прикосновений отошла на второй план. Казалось, что время замедлилось, а окружающее стало невероятно чётким.        Минори вдруг поняла — этот парень не представляет угрозы. Нужно просто уничтожить его.        Тэкеши упивался своим положением. Он был сильным, а она слабой. Он был хозяином положения. Но вдруг всё изменилось. Девчонка замерла, повиснув безвольной куклой, а парень вскинул голову, отрывая взгляд от её груди.        На него сверху-вниз смотрели холодные, высокомерные, голубые, будто горящие изнутри ярким пламенем, глаза. Но самым пугающим был зрачок. Вертикальный, словно у кошки.        Глаза смотрели пристально, примораживая к месту, пожирая.        Девушка с наслаждением ударила его ногой в солнечное сплетение, и парень вновь упал на спину, выпустив горло Минори. Девушка мягко приземлилась и подняла остатки футболки, завязав их на груди.        «Роли поменялись. Теперь я хищник, а ты добыча», — Минори со звериным оскалом повернулась к парню, всё ещё валяющемуся на полу.        Девушка чувствовала силу, бегущую по венам, и эта сила опьяняла. «Уничтожу. Я его уничтожу. Больше никому не позволю причинять мне боль. Больше никто не посмеет оскорбить его…»        Минори увернулась от удара уже вставшего парня и, схватив его руку, резким ударом колена сломала её в локте, пинком отправив шипевшего от боли парня к противоположной стенке. Стена треснула, проминаясь под тело.        — Ах ты, мразь! — крякнув, отойдя от стены и покачиваясь, он плюнул в её сторону и метнул кунаи.        Девушка подняла руку, и перед ней вырос ледяной купол. Кунаи, ударившись, со звоном попадали на пол. Ещё взмах тонкого запястья и купол растаял, а вода, следуя за рукой, щёлкнула, словно кнут, и оставила алую полосу на торсе парня. Снова взмах, и рассечённой оказывается правая бровь.        — Убей его, — разнёсся голос по всему помещению из динамиков, развешанных по углам.        Девушка шагнула к парню с непроницаемым лицом, а тот всерьёз испугался за свою жизнь. Встав в боевую стойку, он начал складывать печати.        Пол задрожал и по нему пошли трещины, но девушка не останавливалась и не отрывала взгляда от противника, вводя того в ещё большую панику. Когда девушка шагнула в разлом, вместо того чтобы упасть, она наступила на появившуюся под ногами воду, которая мгновенно застыла превратившись в лёд. Минори усмехнулась.        Парень снова начал складывать печати.        — Огненный вихрь!        Пламя взревело и понеслось к девушке. Но не достигло цели. Выставив обе руки вперёд, девушка подняла огромную волну, которая с шипением поглотила пламя, вновь тут же застыв.        — Ты надоел мне, — разнёсся бесцветный голос Минори.        Без капли каких-либо эмоций она подняла руку, и раздался оглушительный треск костей, сменившейся диким криком боли. Тело искалеченного парня поднялось в воздух, повинуясь бледной руке.        Парень захрипел, но ничего не мог сделать. Руки были словно раздавлены, и волны боли окатывали парня с головой, когда тот пытался ими пошевелить. Его резко ударило об стену, Тэкеши почувствовал вкус собственной крови на языке. Кричать не осталось сил, парень молил всех известных ему богов о помиловании. Что угодно лишь бы эта боль закончилась!        Но жизнь жестока, жестоки и люди. Не собираясь останавливаться, словно в бреду, девушка наслаждалась криками противника, наслаждалась его отчаянием. О, этот прекрасный запах страха! Её фигуру окружили огромные ледяные иглы и со свистом помчались к парню, пронзая плоть, вырывая очередной крик. Но это уже надоедало. Решив покончить с ним, Минори подняла руку для решающего удара. «Прощай»        «Убьешь его, Минори?» — мрачно-усталый голос Гаары заставил девушку остановиться, — «Ты убийца, да?»        «Нет… Нет!»        Девушка будто проснувшись, испуганно попятилась, с ужасом смотря на тело своего противника, а потом перевела взгляд на свои руки. По щекам побежали слёзы.        «Что же я наделала?»        Она поражённо смотрела на свои руки, запачканные чужой кровью. Её затошнило от её запаха.        — Убей его, — повторил приказ голос.        — Нет, — она повернулась к противоположной стене, откуда, как ей казалось, он доносился, — Я не сделаю этого.        — Иначе мы будем выну… — его перебил шелест песка, и вот уже за спиной девушки стоял Гаара с безразличным видом и скрещенными на груди руками.        — Достаточно. Мы увидели её возможности. Дальнейшее проведение испытания может привести к плачевным результатам. Я забираю её, — сказал он, обращаясь к группе людей за стеной-окном. — Вставай, — обратился он к девушке.        — Я… Я не могу, — вздрогнув, почти прошептала Минори.        Закатив глаза, Гаара подошёл ближе и резко поднял девушку на руки.        Испуганная таким резким изменением положения своего тела в пространстве, брюнетка вцепилась в одежду Гаары. Затравленно взглянув в его лицо, девушка наткнулась на спокойное выражение лица и, неосознанно, сама успокоилась и прикрыла глаза. Было приятно ощущать его размеренно стучащее сердце и едва заметный запах его шампуня. Будто оказавшись за каменной стеной, она позволила себе расслабиться.        Вдруг девушка поняла, что они уже идут по тихой улице, а яркое солнце заменила бледная луна. Взгляд упал на руки, до сих пор крепко сжимающие его одежду. Девушка ужаснулась и постаралась вырваться из тёплых объятий.        Она чудовище. Она не имеет права чувствовать себя в безопасности рядом с ним.        — Прекрати рыпаться или пойдёшь пешком, — ледяной тон и руки, прижавшие ещё сильнее, заставили остановиться и повиноваться.        — Как Вы можете прикасаться ко мне? Я чуть было не убила человека… — девушка уткнулась ему в грудь, словно провинившейся ребенок. Её голос звучал приглушённо.        — Я убивал, — девушка подняла на него изумлённый взгляд, но парень продолжал смотреть вперёд, — и не один раз.        Парень остановился и опустил взгляд на затихшую девушку.        — Противно? Страшно? — бирюзовые глаза пронзили Минори.        — Ни то и не другое… — тихо ответила она, опустив взгляд и вновь уткнувшись носом ему в грудь. Парень ещё немного постоял, наслаждаясь приятным теплом девушки. Она была такой лёгкой, что казалось, стоит только сжать чуть сильнее, и девушка сломается. Но почему-то чувствовать её хрупкость, сжимающие до побелевших костяшек, руки и размеренное дыхание было приятно, спокойно.        — Гаара-доно, куда мы идём?        — Домой.