Попытка быть друзьями

Тао не особо нравился людям, вокруг себя он держал только настоящих друзей и людей, которые могли его понять. Но даже они порой затруднялись общаться с Хуаном, особенно когда у Тао наступал период, когда он полностью скатывался с катушек и крушил все вокруг. С каждым годом это случалось все реже, но предугадать этот момент не мог никто, даже Минсок. Цзы Тао разный: наглый, самоуверенный, беспардонный, умный, хитрый, порой жестокий. Можно добавить еще много прилагательных, точно описывающих характер и повадки брюнета, но есть одна черта, совершенно несвойственная темпераменту Тао, но именно она делала его особенным. Тао верный. Верный себе, своим принципам, друзьям и работе. В современном мире все подстраиваются под рамки мнения остальных, забив на настоящего себя. Люди по собственной воле запирают себя в клетке, ключи от которой постоянно держат в руке, но сами же боятся ими воспользоваться. Многие даже не осознают своего жалкого положения, утешая себя мыслями, что это пройдет. Но ведь не пройдет же. Тао это знал. Чен тоже. Цзы Тао встречал много людей, иных он принимал, а других опускал ниже плинтуса. Не потому что они ему не нравились, а потому что он не подстраивался под них. Совсем другое дело Чен, сумевший одним лишь предложением, взглядом и взмахом руки доказать Тао, что есть еще люди, способные оставаться собой. Такие люди, как Тао и Чен, словно два положительных заряда, но они не то что не могут притянуться, они даже не могут соприкоснуться. И в этом весь шарм и несвойственное очарование, которые трудно встретить. - Позволь узнать, почему мы стоим на крыше здания совершенно мокрые и созерцаем грозу? Ты хочешь быть убитым ударом молнии или ищешь очередное вдохновение для своей операции? – Чен стоял, скрестив руки на груди, и со скепсисом смотрел на Тао, который сидел на перилах, опасно балансируя на них. Он вглядывался вниз, пытаясь что-то отыскать в каплях дождя. - Я не Минсок и не ищу вдохновения где попало. Я думаю о том, почему мы тут стоим и почему ты все еще не ушел восвояси, – Тао говорил, а взгляд не отрывал от того места, куда продолжал смотреть накануне. Чен хмыкнул, но не ушел. Он еще раз взглянул на Тао, уже с другого ракурса. Это длилось не больше полуминуты. Его изучающий взгляд скользнул по фигуре брюнета и в конце концов остановился на пейзаже. - Потому что тут красиво. Даже при такой хреновой погоде. А еще тут тихо, а в участке сегодня очень громко, - Чен подошел к Тао и сел напротив него, он тоже глянул вниз, уже прекрасно зная, что там искал брюнет. - Именно. Считай эту вылазку подарком от меня. Мозг иногда должен отдыхать от бестолковой болтовни и гама глупых людей. Чен не особо любил говорить. Долгое общение с людьми делало его еще более угрюмым, чем обычно. Он любил свою работу по одной простой причине – его «подопечные» молчали и не задавали глупых вопросов. А маленький факт, что они были мертвы, не только не смущал его, но еще давал возможность изучить на работе не только трупы, но и что-то другое. Чен любил не только свою работу. Он любил своего сына. Брюнет был хорошим отцом, несмотря на болезненный развод и больную на всю голову бывшую жену. Он сумел обрести этот баланс жизни, за которым все гнались как гончие, спотыкаясь по дороге не один раз, но все равно так и не достигая заветного финиша. Достиг ли Чен своего, он не знал, но в определенном смысле был доволен своей жизнью. Появление Тао особо не изменило ее, но однозначно внесло коррективы. Почему Тао, почему не Минсок или Бекхён? Все трое странные, непредсказуемые и совершенно неконтролируемые. Чен не любил хаос, а они являлись его эпицентром. Но вопреки этим значительным для Чена минусам он все же с интересом наблюдал за развитием отношений между Минсоком и его лучшим другом, за сумасшедшим Бекхёнм, за поразительно спокойным Сехуном и за опасным не только на первый взгляд Тао. Чен не испытывал к нему гнева, отчасти он был зол, но интерес в результате победил. И еще упорство. Медэксперт и по сей день не понимал, почему этот пугающий всех брюнет обратил на него свое внимание, и по сей день Чену это все еще интересно. Поэтому он и спросил у Тао об этом напрямую. И пока вразумительного ответа он все еще не получил. Сидя в открытом кафе, созерцая великолепный пейзаж реки, Чен крутил в руках ручку. Напротив него лежал отчет, и мужчина скрупулезно подбирал нужные слова, чтобы побыстрее его закончить. Тао как всегда появился незаметно, но эффектно. Все так же сплошь в черном одеянии, он изящно сел напротив Чена и одним взглядом подозвал к себе официанта. Тот дернулся и чуть не споткнулся, будто Тао не взглянул на него, а физически толкнул. - Добрый вечер. Что вы желаете? – голос не дрогнул, но дыхание сбилось. Официант старался даже не смотреть на нового клиента, как и на старого тоже. Чен тоже оставил о себе не особо хорошее впечатление. Аура этих двоих в одном месте могла легко смести всех остальных без особого труда, поэтому только что вошедшая пара сменила свое направление к другому столику, не решаясь составить соседство двум брюнетам. - Вода. Стакан сока. Вишневый, – Тао даже не взял меню, он сложил руки в замок и выставил их вперед, упираясь локтями в стол. – И еще салат, который вы готовите для помешанных на диете девиц и стареющих дам, которым он все равно не поможет. Чен чуть усмехнулся и отложил ручку. - А разве ты не тот, кто советует им этот салат и заодно перекраивает лицо? – брюнет прикрыл ручку отчетом и спрятал все в сумку, лежавшую на соседнем стуле. - Верно. И, пожалуй, впервые в жизни я решил последовать своему совету, – Тао едва заметно мотнул головой, и официант тут же исчез, позабыв проверить заказ. Тао все также продолжал сидеть: руки в замок, спина ровная, и на лице привычная улыбка-ухмылка. - О, вижу, у вас плохое настроение, мистер Чен. Не поэтому ли вы пригласили меня в это прекрасное заведение, чтобы я помог вам обрести ваш хваленый баланс, – Тао говорил как всегда лениво, но взгляд оставался серьезным. - Мой хваленый баланс – это единственная вещь, которая тебе не под силу, что не может не радовать, – Чен чуть откинулся назад. Вот-вот должно было зайти солнце, и он ждал этого момента, чтобы насладиться сияющим диском, скрывающемся за горизонтом. – Мистер Тао, вы сегодня не так наблюдательны, как обычно. У меня прекрасное настроение, чего не скажешь о вас. Чен попал в точку, хотя Тао это не показал ничем. Но брюнет это понял еще раньше, когда звонил хирургу. Единственное, что могло выдать его – это голос. Сейчас Тао его контролировал, но ошибка уже была допущена, поэтому, в конце концов, ухмылка пропала с лица брюнета. - Отец. Сегодня он приезжал ко мне, – ответил Тао. Чен молчал, Тао тоже больше ничего не сказал. И вот наступил момент, который так ждал Чен. Мужчины в унисон повернулись и молча наблюдали эту великолепную картину. Через пару часов - Не люблю быть в долгу, – сказал позднее Чен. Они сидели у него в квартире и попивали вино, украденное из запасов Минсока не без помощи Сехуна, Зело и Джексона. Сына забрала бывшая жена, поэтому сегодня у Чена выдался выходной. Тао развалился на диване, на котором Чен латал Лухана. - Я уже заметил, – он подложил под голову подушку, снял дорогущий пиджак и обувь, оставаясь в одной футболке и джинсах. Чен сидел в кресле, одетый во все светлое. Штаны и легкая рубашка, на шее подарок сына - кулон который он сделал сам. Контраст был поразительным. В маленькой холостяцкой квартире оба мужчины были ее эпицентром, энергией, и куда не глянь, везде ощущалось их присутствие. - Тебе надо сделать ремонт, – заметил Тао, чуть приподнимая голову. Его взгляд остановился на правой стене, где не было обоев. - Надо. Но не мне. Я съезжаю отсюда через месяц, – Чен отставил бокал и пошел на кухню. Он дал время для раздумий - новость ошарашила Тао, и Чен это знал. Брюнет вернулся в комнату с бутылкой водки и закуской. - После всего, что здесь произошло, я не позволю сыну оставаться здесь. Он толком не понял, кто были те люди, но страх у него остался. А я не хочу, чтобы мой ребенок жил в страхе, – Чен поставил перед Тао все содержимое и сам сел на диван. Тао и так понял причину переезда, но не ожидал, что все произойдет так скоро. Хуан мотнул головой, безумная идея из ниоткуда появилась в его голове, и он не задумываясь ее ляпнул. - Переезжайте ко мне, – сказал он и выжидающе посмотрел на медэкперта. - Зачем? – на лице Чена лишь на секунду отразилось удивление, а потом он снова стал собой. - Потому что я все еще не оставил попытки стать с тобой друзьями, – снова Тао ответил на вопрос фразой, которую Чен готов уже цитировать. Он даже мог сымитировать интонацию хирурга, так часто эти слова звучали из уст брюнета. - Зачем? – Чен решил в этот раз не сдаваться. Может, Тао наконец-то уступит и объяснит причину своих поступков. Тао усмехнулся, взял бутылку водки и плеснул жидкость в свой бокал от вина. Чен молчал, но свой бокал тоже протянул. - Потому что я устал жить один. Тишина заставляет вспоминать прошлое, а оно может меня убить. Это в лучшем случае, а в худшем я стану тем Тао, которого спас когда-то Минсок, – слова были произнесены легко, будто Тао рассказывал о своей операции, но Чен видел, что гордому брюнету это далось ох как нелегко. Получил ли он ответ на свой вопрос? Нет, но Чен понял кое-что. Тао не шутил, он действительно пытался стать ему другом. Почему Чен так подумал? Потому что только друзьям показывают свои слабости. - Хорошо. Мы переедем через неделю. Но при одном условии, - Чен, даже не стукнувшись бокалами, осушил свой в секунду. Водка не была его любимым напитком, но сейчас ему хотелось именно ее. - Догадываюсь, какое… Я поговорю с твоей бывшей женой. Она мне точно не откажет, иначе ей придется долго искать новую работу, – Тао тоже выпил залпом, поморщившись. - А вот за это я даже чокнусь, – Чен сам схватил бутылку и потянулся за бокалами. Обитель Тао была простой. По-другому Чен не смог ее описать. Он ожидал другого: черные стены, дорогой декор, минимализм и тому подобное, но получил в итоге обычную квартиру совсем необычного мужчины. Оказывается, Хуан любил цветы и даже оборудовал специальное место для них на балконе. Сок Дже был в восторге и почти три дня провел среди горшков с зеленью. Помимо шикарного сада у Тао там еще имелась собственная библиотека комиксов. Собственно, поэтому мальчика нельзя было вывести оттуда даже на час, чтобы сделать уроки и покушать. Но, как оказалось, у дяди Тао нашлись свои способы уговаривать, Чен их так и не узнал, хотя прожил в квартире хирурга уже больше двух месяцев. У Тао в квартире было четыре комнаты: одна его, кабинет и две для гостей. Лет восемь назад он перебрался сюда и не стал менять планировку бывших хозяев. И сейчас это сыграло ему на руку, ведь Хуан без труда разместил своих новых соседей. Комната Тао была светлой, даже чересчур, но Чену понравилось. Это стало сюрпризом для него, увидеть другую сторону Тао. Он уже столько времени пытался его разгадать, но не мог. Тао умел удивлять, причем делал это не специально, по крайней мере, с Ченом. Просто он был таким, каков есть в не общепринятом смысле, а в ином, неизведанном для остальных. И только Чену удалось заглянуть в щель его «скрытой» двери, за которой скрывался настоящий Тао. Возможно, Минсок уже заглядывал за нее, но увиденным там не поделился ни с кем. И правильно сделал. Некоторые вещи лучше не говорить. - Женщины странные. Их необузданная жажда быть красивее губит настоящую красоту, – заметил Тао, садясь за кухонный стол. Он только вернулся с работы. Сок Дже остался у матери, и он с Ченом остался вдвоем. - В этом их слабость. Но ведь ты пользуешься этой слабостью без зазрений совести. Отсюда возникает вопрос: зачем ты жалуешься?- Чен поставил перед Тао тарелку со спагетти и вишневый сок. - Я не жалуюсь, а констатирую факт. Мне просто интересно, почему они так стремятся себя изуродовать. Разве мужчинам нужны акие полукуклы? – Тао благодарно кивнул и схватил вилку: он не ел с утра. Присутствие Чена в его доме внесло свои коррективы. Теперь всегда в жилище Тао витал запах домашней еды. - Не знаю, что нужно мужчинам, но мне уж точно осторчертело общество женщин. – Чен сел рядом и тоже принялся трапезничать. Тао резко перестал есть и перевел взгляд с тарелки на брюнета. - Ты решил записаться в монахи? – ухмылка автоматически появилась на лице Хуана. - Отнюдь. Скорее, просто разочаровался в дамах и не жажду их общества, – Чен ответил так же просто, как и ранее, поэтому Тао продолжил свой «допрос». - А как же женская ласка и секс? Ты обходишься без него или же прибегаешь к помощи проституток? – Тао чуть отодвинул тарелку и стал внимательно ждать ответа Чена. Тот же спокойно продолжал есть. - Секс – это не главное, а общения мне хватает и так, – ни один мускул не дрогнул на лице Чена, пока он говорил. Эта тема его совершенно не смущала, впрочем, как и Тао. Они уже перешли тот рубеж, когда стоило стесняться. Ни Тао, ни Чена нельзя смутить словами, даже столь провокационными. - А что же тогда ты думаешь об отношениях Минсока и Лухана? – Тао сложил руки в свой излюбленный замок и поставил локти на стол. Он продолжал усмехаться, будто он уже знал, что ответит брюнет. - Они другие, – коротко сказал Чен. И если бы он поднял взгляд, то увидел, что этот ответ явно был иным, чем ожидал услышать Тао. - В каком смысле? – Тао перестал усмехаться, он снова придвинул к себе тарелку и продолжил ужин. – На вечеринке Чанеля ты говорил другое. - Говорил. Но я не говорил, что в это верю. Есть большая разница в наших желаниях и наших возможностях, – Чен наконец-то решил взглянуть на Тао. – Я уже давно не верю, что смогу встретить того человека, который сделает меня… счастливым. А вера – это самое главное. Тао вдруг иначе взглянул на своего собеседника. Где-то появилась отдаленная мысль, как же они похожи. Слова Чена зацепили его. Вера. Это короткое слово всегда вводило его в ступор. - Я верю только в одно, – неожиданно для себя сказал Тао. – Я верю в дружбу. Это меня и держит на плаву. Во что веришь ты? Теперь уже была очередь Чена отодвигать тарелку. Он быстрее Тао справился с ужином, но не спешил ставить пустое блюдо в мойку. - Я верю в сына, – ответил Чен. Их взгляды с Тао пересеклись, и на долгие минуты на кухне наступила тишина. Они просто сидели и смотрели на друг друга, не шевелясь. Казалось, они даже не дышали. - Это неправильно, – тихо сказал Тао. - Это правда, – ответил ему Чен. Мужчины больше не произнесли ни слова, закончили ужин и разошлись по комнатам. Утром Чен нашел на своей прикроватной тумбочке книгу, оставленную Тао. Она была без названия, очень старая, видно, что ее часто держали в руках. Чен с интересом пролистал пару страниц, и уже первые строки захватили его в считанные секунды. Разумеется, Тао уже не было, - он уезжал рано и возвращался поздно. Чен отложил книгу и пошел в душ. Собравшись, он решил не брать книгу на работу, но уже на выходе вернулся и затолкал в сумку. На работе он нашел записку от Тао. «Вера бывает разной, но она есть. Ты просто не нашел еще свою».