Попытка быть друзьями

Тао не любил тишину, а Чен не любил шума. Это стало камнем преткновения. Мужчины искали компромисс долго, пока Сок Дже не предпринял свои попытки поделить их. Он просто предложил провести черту, где можно слушать музыку громко и где — нет. Кухню отвоевал Чен, а балкон достался Тао. В этих местах они могли делать что угодно. Тао любил крепкие напитки, Чен любил вино и ликер. Их первый поход в магазин закончился скандалом. Если при выборе еды они еще готовы были уступить, то с напитками разгорелась война. И снова помощь пришла извне в виде продавца. Он просто молча указал пальцем на текилу и отошел. Тао любил ванну, а Чен — душ. Спустя неделю после переезда пришлось установить правила, которые соблюдали все, даже малыш Сок Дже. Это отчасти раздражало, но уже стало привычкой. Они были разными, но все же смогли жить вместе. В этом и заключался парадокс. Многие задавались вопросом, но никто кроме Чена и Тао не знал точного ответа. Предположения не брались в счет за неимением фактов, буучи лишь сплетнями. Каждый день стал для Чена другим. Он приобрел новые краски, и все благодаря Тао. Хуан был разным, его настроение менялось чаще чем погода за окном, но это не пугало, а даже восхищало. Эмоциональный диапазон Чена был ограничен, он не привык попусту тратить свои эмоции и силы на вещи, которые считал глупыми и ненужными. Тао изменил его мнение. Они не сидели дома, заперевшись каждый в своей комнате. Тао, бывало, часто не ночевал дома то из-за работы, то просто вляпавшись в очередную авантюру Минсока. Чен тоже по ночам оставался на работе, пытаясь найти зацепки. Исключением становились те дни, когда Сок Дже находился дома. Двое мужчин всегда оставались дома с малышом. Они не могли себе позволить лишить его общения с ним. Почему-то Тао любил мальчонку так, будто тот был его сыном. Но даже находясь в других местах, они все равно находили время увидеться. Это случалось сначала спонтанно, потом регулярно. Первый раз вляпался Тао, когда перепил с одной из клиенток, и Чену пришлось забирать его из участка. Они тогда вернулись домой под утро. Тао захотелось пройтись на новый мост, Чен не возражал. Второй раз стал знаменательным для Чена. Минсок и Лухан взялись за очень странное дело, и Чену пришлось приехать на место убийства и проторчать там до самого вечера. Он буквально собирал труп по кусочкам, что заняло довольно много времени. И все бы ничего, если бы не странная соседка и ее огнетушитель. Тао примчался сразу, и даже не сказал ни слова, когда увидел синяк Чена и ревущую женщину. Чен пожал плечами, вызвал стажера и вместе с Тао ушел восвояси. Никто не собирался ничего объяснять, да и успокаивать тоже. Они тогда провели полночи и полдня в аквапарке, пытаясь определить, насколько смертельный заряд тока ската и почему акулы не реагируют на пот. Странные темы, странные разговоры, странные отношения. И отношения ли? Чен стал чаще задумываться об этом, когда прошло больше времени с момента его переезда. Тао же продолжал делать то, что и раньше. Он становился неотъемлемой частью жизни Чена, стал уже больше чем другом, он стал… Чен и сам не понял, кем. Впервые в жизни у него не нашлось ответа, и не у него одного. Тао терялся в догадках. Только Минсок и Лухан все знали. Тао был зол. Нет, он был взбешен. Брюнет не отдавал себе отчета в своих действиях, он просто мчался по встречке, пытаясь сократить путь. Один чертов звонок заставил его перестать дышать. Он не боялся, это был не страх. Его переполняло непередаваемое чувство, когда не можешь дышать и хочешь просто закрыть глаза и больше не открывать их. Хуан не винил себя, его бесил факт, что он просто не знал. Не знал того, что его брат умирал. Не знал, что все в курсе, а он — нет. Не знал, что отец и мать бросили Шивона, оставив его справляться с этим самостоятельно. Он не знал, что его может настигнуть этот кошмар, когда оказываешься бессильным. Ему нужно увидеть брата. Но тот просто уехал, оставив его одного справляться со всем. Шивон исчез, будто и не было его. Через Минсока он оставил письмо Тао и на долгие месяцы это стало единственной весточкой от него. Тао резко затормозил и просто опустил голову на руль. Ему сигналили, но он ничего не слышал. Он даже не заметил, как открылась его дверь и кто-то силой его встряхнул. - Вставай. Пересядь, – Чен спокойно кивнул на переднее сиденье. Тао поднял голову, но попытки передвинуться не предпринял. – Живо! Чен еще раз его встряхнул, потом просто схватил за шкирку и пересадил сам. Хуан был словно тряпичная кукла, но даже такому всем было страшно подойди кроме Чена. Они ехали долго. Часа три. Чен молчал. Тао думал, сколько его бросали и сколько еще бросит. Он никогда не размышлял об этом, боясь принять правду. До нынешнего момента это успешно удавалось, но сейчас все пошло наперекосяк, и Тао не видел выхода из этой ситуации. Хуан пока не знал, что его «выход» сидел рядом с ним. Парни приехали к морю, безгранично голубому, которому все равно, кто его новый собеседник. Оно выслушает всех, у него нет выбора. Как, впрочем, и у Тао. Чен остановил машину, открыл дверь и вышел на улицу. Он кинул взгляд на Тао, подошел к его двери и снова вытолкал из машины. А потом Тао очнулся. Он огляделся и понял, что они стояли по пояс в море, все еще одетые. Чен держал его за руку и смотрел на голубое небо, жмурясь от солнца. Брюнет крепко сжимал его ладонь, не отпуская. Тао тоже перевел взгляд на небо, и все мысли исчезли. Остались только небо и вода, а еще теплая рука Чена. Прошел час, может, больше. Тао смог наконец заговорить, и первая его фраза заставила Чена фыркнуть и закатить глаза. - Эти джинсы стоят дороже, чем твоя старая квартира. Они мокрые, я мокрый и… Это море, – Тао осмотрелся. Кроме них не было ни души. Чен продолжал держать его за руку. Тао был не против. Но вдруг у него возник вопрос. - Почему я? Почему ты мне разрешил прийти сюда? Чен ответил не сразу. Он все стоял и любовался небом. - Потому что здесь я нашел свою Веру. Ты мне помог найти ее. Хуан Цзы Тао, ты — моя Вера. Чен признался Тао, но сначала признался самому себе; в тот самый момент, когда он увидел брюнета в машине: разбитого и сломленного, - он понял, что они не друзья больше. Они нечто другое. Пара. Тао освободил свою руку, повернулся к Чену и тихо спросил. - Можно твоя Вера побудет сегодня немного слабой? Чен притянул к себе Тао и обнял. Они все еще стояли по пояс в воде, не замечая ничего. Только шум прибоя мешал этой идиллии. А мешал ли?