Неразделимые

Лили вскрикнула и села в кровати. Слабый лунный свет лился через окно. Гермиона мирно посапывала на соседней кровати. «О, ужас!», — подумала она, зарываясь в подушку. Но сон не шел. «Снятся тут всякие змееподобные. Может это и есть та самая опасность, о которой мне говорил Дамблдор? Мне будет сниться Тот-Кого-Нельзя-Называть до тех пор, пока я не сойду с ума?». Взяв с прикроватного столика волшебную палочку, Лили направила её на будильник Гермионы и тихонько прошептала: - Акцио, часы! Красный будильник с изображением гриффиндорского льва и золотыми стрелками (Лили подарила Гермионе его на Рождество) прилетел прямо к ней в руки. – Люмос! - желтый огонек загорелся на конце палочки. Часы показывали половину шестого утра. «Я ведь могла еще спать как минимум два часа!», - подумала она, осторожно ставя часы на место. Стараясь не шуметь, Лили оделась, взмахом волшебной палочки заправила кровать и решила пойти умыться, а потом полистать в гостиной учебник. Спускаясь по лестнице, она услышала громкий шепот: - Фред, может не стоит её будить? - Ой, Джордж, ну она же тебе нравится, и ты ей нравишься! Ничего страшного не будет. Просто зайди к ней в комнату и там уже сообразишь! Только Грейнджер не разбуди! - Это кто это кого собрался здесь будить? — притворно грозным шепотом сказала Лили, оглядывая гостиную. Возле камина стояли Фред и Джордж. - Фу, вот напугала! — выдохнул Фред и уселся в кресло. Джордж улыбнулся. - Ну, я жду объяснений? Зачем вы собирались ворваться в спальню к беззащитным девушкам и наглым образом разбудить одну из них? — сказала Лили, стараясь не рассмеяться. Фред закрыл лицо руками, чтобы не заржать во весь голос. - Мы просто хотели показать тебе кое-что. Точнее, я хотел, - оправдывался Джордж, глядя на брата. - В пять утра? Надеюсь это действительно что-то важное, Джордж Уизли! - Блин, Лили, ты напоминаешь мне маму, оставь этот тон, ты меня пугаешь. Лили смягчилась: - Ладно, я пошутила, но вам все равно придется показать, то, что хотели, вы меня заинтриговали. Глаза Джорджа загорелись. - Жди здесь, никуда не уходи, я вернусь через пять минут, — пробормотал он и побежал наверх. Фред с улыбкой смотрел на них. - Ну, может, ты мне объяснишь, что вы задумали? Он потянулся: - Вообще, это задумал Джордж, я просто ему помог немного. Лили стало еще больше любопытно: - А с чем помог? - О господи, Лили, ну как ты не понимаешь, что это сюрприз! Вернулся Джордж, держащий в руках мантию-невидимку Гарри. - Ого, мы будем шалить? - Можно и так сказать, — кивнул он, подходя ближе и накидывая на неё и себя мантию - Ну ладно, не в первый раз нарушать школьные правила. Фред только усмехнулся. Стараясь не упасть, они вышли к большой лестнице. Джордж достал Карту Мародеров. - Торжественно клянусь, что замышляю только шалость,— сказал он, коснувшись пергамента волшебной палочкой. - Так, прекрасно, Филч далеко, учителя еще спят. Никто нам не помешает, пошли! — он обнял её за талию и повел по тёмным тихим коридорам замка. - Джордж, может, ты скажешь, куда мы идем? — Лили буквально подпрыгивала от любопытства. Ей было безумно приятно находиться вот так просто, рядом с ним в шаге от очередного приключения. Он лишь приложил палец к губам, и Лили пришлось покорно умирать от нетерпения, пока они не остановились возле статуи одноглазой ведьмы. Джордж высвободил руку из-под мантии и прошептал: - Диссендиум! Горб старухи открылся, и Лили увидела потайной ход. - Подожди, это ведь та самая дорога, которой Гарри ходил в Хогсмид, да? - Да, поторопись, а то как бы не прилетел Пивз и не перебудил весь замок. Лили вылезла из-под мантии и зашла в проход, Джордж зашел следом, запечатав горб статуи заклинанием. - Ну что, идем? — он положил ей руку на плечо. Потолок был слишком низкий, и ему пришлось стоять, наклонившись совсем близко к её лицу. Она чувствовала его горячее дыхание, в коридоре было довольно холодно и ей вдруг захотелось прижаться к нему, как к спасительному очагу. - Идем, я думаю, будет лучше, если ты пойдешь первым, а то я запнусь и обрушу весь потайной ход. Джордж хохотнул: - Да, ты права. Не хотелось бы потом вместе с Фредом копать новый. Коридор петлял довольно долго, словно кротовая нора. Лили едва поспевала за Джорджем, то и дело спотыкаясь и врезаясь в его широкую спину. - Лили, ну ступай аккуратнее, ты же меня сейчас с ног собьешь. - Ага, верзилу такого, - проворчала она. Шли они слишком долго, как ей показалось, что даже ее интерес понемногу начал таять. Но туннель резко пошел вверх, и Джордж остановился, повернувшись к Лили, которая уже понемногу начала терять терпение. - Эта дверь ведет в… Ну, в общем, неважно, сама увидишь, — сказал он, - там тебя ждет сюрприз и не злись, пожалуйста, - улыбнулся он и потрепал её по щеке как пятилетнюю девочку. Пошарив руками по стене, Джордж дернул за большое железное кольцо и открыл довольно тяжелую деревянную дверь. - Ступай осторожно! — предупредил он, подавая Лили руку. Они оказались в подвале. Вцепившись в его большую и теплую ладонь, она почувствовала, как голова начинает кружиться от переполнявших её чувств. - А теперь, извини, я должен сделать это,— заговорщически прошептал он ей на ухо, и на глаза опустилась довольно тугая повязка. - Чёрт, что ты делаешь, Джордж, что за шутки, - Лили попыталась поймать его за руки. - Тихо, Роуз, успокойся, я не сделаю тебе ничего плохого, доверься мне. «Затащил черт знает куда!». - Куда ты меня тащишь? Ой, отпусти! — взвизгнула она, почувствовав, что ноги отрываются от земли – Джордж взял её на руки. - Какая же ты истеричка, Лили Роуз!— засмеялся он, — мы почти на месте. Скрипнула, открываясь, дверь, и Лили вновь ощутила твердую почву под ногами и запах ванили. Джордж снял с её глаз повязку, и она, оглянувшись, поняла, что они находятся в «Сладком королевстве». - И что мы здесь делаем, Джордж Уизли? — грозно спросила она, хотя больше всего ей хотелось обнять этого радостно улыбающегося балбеса, теребившего в руках гриффиндорский шарф. - У нас здесь свидание, Лили Роуз! – передразнивая, ответил он, поворачивая её лицом в зал, где прямо рядом с шоколадным фонтаном стоял столик, на котором стояли две чашки дымящегося кофе и две тарелочки с аппетитными кусками торта. В воздухе парил большой бумажный фонарик, матовым светом озаряя абсолютно преобразившееся помещение магазина сладостей. Лили улыбнулась, не зная, что сказать. - Пойдем, — улыбнулся Джордж, беря её за руку и подводя к столику. Сев на стул, она почувствовала, что бабочки в животе достигли пика своей активности. Ей казалось, что немного и у неё вырастут крылья, и она взлетит к потолку от счастья. - Джордж, а нас здесь не застукают? — ляпнула она первое, что пришло в голову. - Ну, мы же ничего плохого не делаем, — улыбнулся он. - Да, наверно. Это так мило, Джордж, правда, очень мило. - Спасибо… Лили взяла его за руку и посмотрела на него, готовая утонуть в его глазах. Казалось, внешний мир перестал существовать: осталось только уютное кафе и ОН, сидящий напротив, такой солнечный и теплый, который смотрит на неё сейчас как на королеву. - Не ешь меня взглядом, делай это лучше с тортом. Она улыбнулась и, взяв ложечку, отломила кусок бисквита и положила его в рот. «Боже мой, как вкусно, откуда он узнал, что я люблю с орехами и карамелью?». Джордж смотрел на нее так, что казалось, он пытается запечатлеть в памяти каждую секунду того времени, когда они вдвоем. - Так все-таки, зачем ты меня сюда привел? - Тебе не нравится? - Нет, что ты, мне все очень и очень нравится. Просто, это, наверное, не просто так? - Ну почему же, я решил сделать тебе приятно. Ты мне нравишься, Лили. - Ты мне тоже. «Ну, скажи, скажи что-нибудь еще, пожалуйста, Джордж!». Но он молча взмахнул палочкой, и прямо над ними выросла красивая арка, увитая нежно розовыми цветами, и послышалось щебетание невидимых птиц. Казалось, Лили забыла, как моргать и дышать от восхищения. - Не думала, что ты умеешь делать такую красивую магию. - Конечно, волшебные вредилки это еще не все, на что я способен, - усмехнулся он. - А, а на что ты еще способен? — тихо спросила она. Джордж наклонился к ней близко-близко и прошептал: - Ради тебя на что угодно. Лили погладила его по щеке: - Ты такой славный. Честно говоря, я даже раньше не замечала насколько ты хороший. - Если честно, я всегда считал тебя маленьким мышонком, еще одной младшей сестрой, но ты выросла, а я, кажется, потерял голову. Спустя полчаса, когда Лили была уже готова сойти с ума, Джордж осторожно взял её руку: - Не думай, что я привел тебя сюда только ради этого, я скажу только тебе. Нас не будет с Фредом два дня в школе, не волнуйся и никому не говори, если будут спрашивать. - Хорошо, ты потом расскажешь мне, где вы были и почему всё так таинственно? - Конечно, расскажу и, ты знаешь, боюсь нам пора, а то еще немного и в школе обнаружат, что нас нет. «Вот так всегда». - Хорошо, — Лили заметно расстроилась, — ты прав, нам наверно, действительно пора. Джордж махнул палочкой и посуда, фонарик и арка исчезли. «Жаль, что он так ничего и не сказал мне. Ничего большего. Может, я все себе напридумывала. А он относится ко мне как к другу…. Эх, Лили… Ты даже не можешь разобраться в себе!».

***

В Гостиной они появились как раз вовремя. Гермиона уже спускалась по лестнице из спальни девочек. - Лили, опять ты сбегаешь, ну я же волнуюсь! — накинулась она на нее. Лили улыбнулась и обняла подругу. - Герми, ты такая хорошая! Она опешила: - Что с тобой? - Со мной все хорошо, пошли завтракать? — сказала Лили, позвала Фреда и Джорджа, и они вместе пошли в Большой зал. Следующие два дня Лили провела, словно в полусне. Близнецы, как и обещали, пропали, а на неё обрушился шквал вопросов, на которые она отвечала совершенно невпопад. Она много времени проводила в спальне девочек, а на попытки друзей разговорить её во время обеда или ужина, когда они были все вместе, не реагировала. Более того, в первый раз в жизни Лили не смогла ответить на банальный вопрос по Зельеварению, и страшно удивленный Снейп снял с Гриффиндора десять баллов. Ей было даже все равно, что он перебирал её мысли весь остаток урока. Лишь пятничный урок Защиты от темных искусств вывел её из коматозного состояния. Профессор Грюм зашел в класс, громко лязгая своей железной ногой. Остановившись возле учительского стола, он оглядел класс в полной тишине. Его волшебный глаз отчаянно вертелся, казалось, он вот-вот выпрыгнет из глазницы и покатится по полу. - Аластор Грюм, - представился он, - бывший мракоборец. Буду с вами только один учебный год. - Почему? - вдруг спросил Рон. Грюм навис над ним: - Ты ведь Уизли? Рон сглотнул и кивнул. В глазах его читался неописуемый ужас. Неожиданно лицо Грюма, исполосованное шрамами вдоль и поперек, озарила улыбка: - Я знаком с твоим отцом. Я пробуду в Хогвартсе ровно год, так захотел Дамблдор. Кстати, кто-нибудь скажет, где мистер Малфой? Я вижу, его место пустует. Несколько гриффиндорцев захихикали. - О-он в больничном крыле, профессор, - заикаясь, пробормотала Пэнси Паркинсон. - Вот и прекрасно, одним хорьком больше, одним меньше. Роуз! — вдруг рявкнул он. Лили молча поднялась. - Что вы знаете о непростительных заклятиях, Роуз? Мозги с трудом, словно застарелый механизм, приходили в движение. Как часы, которые давно остановились. Она тихо ответила, с трудом ворочая ватным языком: - Применение этих заклятий грозит заключением в Азкабан на очень и очень долгий срок. - Верно, пять баллов Гриффиндору, - Грюм подошел к доске и взял мел, -кто-нибудь назовет мне первое непростительное заклятие? В классе поднялось несколько рук. Волшебный глаз завертелся в глазнице и остановился на Гермионе: - Мисс, вы, кажется Грэйнджер, да? Отвечайте! - Заклятие называется Империус. Лили почти не слушала, что говорила подруга. Взгляд её приковало множество диковинных предметов, которых не было в этом кабинете, когда ЗОТИ преподавал профессор Люпин. Больше всего Лили поразилась огромному количеству всевозможных склянок и баночек, наполненных разными насекомыми: пауками, червями, жуками. Вся эта живая масса шевелилась и вызывала нестерпимое отвращение. «Ужас, что будет, если все эти стеклянные сосуды разобьются!». Из размышлений её вытянул голос Грюма: - А сейчас вы собственными глазами увидите, как Империус парализует волю, делает послушными и покладистыми, - с этими словами Грюм подошел к одной из склянок и достал довольно злобного на вид паука, который тут же попытался сбежать. – Энгоргио! — он навел на насекомое палочку, и паук стал размером с котенка. Рон слабо застонал и отодвинулся подальше – он ненавидел пауков. – Империо! — паук замер. Грюм махнул палочкой, и он взлетел, словно марионетка на невидимых нитях. Лили вспомнила свой последний кошмар. - Что желаете? Заставить его станцевать? - паук оказался над головой Рона и зашевелил лапами, словно отбивая чечетку. Рон схватился за волосы, казалось, что он сейчас с криками выбежит из кабинета, - или, может, ему лучше утопиться? — паук уже перелетел и замер над ведром с водой, стоящим на окне. – А может, ну его, на улицу выкинем? - насекомое уже висело за окном, отчаянно трепыхая мохнатыми клешнями. - Ладно, - смилостивился Грюм и вернул паука в нормальное состояние, – сотни волшебников уверяли, что подверглись заклятию Империус, когда Сами-Знаете-Кто был у власти. Они уверяли, что он подчинил себе их волю, но вот только как узнать, кто из них говорит правду? Класс потрясенно молчал. Лили окончательно пришла в себя. «Он не такой безумный, как говорила бабушка. Он может быть кем угодно, но не психом, ведь говорит такие серьезные вещи!». - Ладно, с первым заклятием разобрались, второе? Кто знает? Ну не спите, Хогвартс. Поднялось еще меньше рук. Лили удивилась - среди поднявших был Невилл Лонгботтом. Вообще, он был очень милым мальчиком, хотя очень рассеянным. Лили было ужасно жаль его, особенно на Зельеварении, где Снейп откровенно издевался над ним. Она помогала ему как могла. Невилл, как и она, жил с бабушкой. Пару раз она пыталась выяснить, что случилось с его родителями, но он бледнел и отмалчивался. На занятиях Невилл всегда заикался, когда отвечал и старался помалкивать, только на Травологии он проявлял довольно приличные знания и постоянно зарабатывал хорошие баллы для факультета. Оказалось, что не только Лили была удивлена. Гермиона и Гарри тоже смотрели на одногруппника с удивлением. - Да, Лонгботтом? - волшебный глаз Грюма на этот раз изучал Невилла. - Заклятие Круциатус, профессор. - Да, да, верно, - кивнул Грозный глаз. И тут совсем неожиданно сказал: - Профессор Стебель говорила, что ты делаешь успехи в травологии, молодец. Невилл покраснел, его вообще редко кто-либо хвалил. Прихрамывая, Грюм вернулся к своим склянкам и достал другого паука, еще более жуткого, и снова увеличил его. «Господи, где он достал таких чудовищ? Да Арагог по сравнению с ними просто лапочка!». - Круцио! Паук отчаянно запищал. Именно запищал. Звук неприятно резал уши. Все туловище насекомого дергали страшные судороги. Лили отвела глаза. «Ведь так Пожиратели смерти пытали моих родителей. За что? Я ведь ничего, ничего не знаю о них, я ни разу не видела их лиц. Можно сказать, что их никогда не было в этой жизни. Роберт и Эмили Роуз. Кто вы?». - Прекратите, вы же его пугаете! — вскричала сидевшая рядом Гермиона. Невилл, не отрываясь, наблюдал за мучениями паука, губы плотно сжаты, в глазах боль, слезы и …гнев? Грюм ничего не сказал, лишь убрал палочку. Писк прекратился. Он подошел и положил полумертвого паука на парту перед Гермионой. - Может, вы назовете нам последнее Непростительное заклятие? Гермиона покачала головой и спрятала лицо в ладони. Лили погладила её по плечу. - Жаль, - коротко бросил Грюм, - Авада Кедавра! - мелькнула зеленая вспышка, и паук больше не двигался. Тишина стала поистине зловещей. - Убивающее заклятие, - сказал Грозный Глаз, убирая труп паука, – только один человек сумел выжить после него, и он сидит в этом классе. Волшебный глаз сфокусировался на Гарри. Остаток урока, в полной тишине они записывали примечания по каждому заклятию. Гермиону била мелкая дрожь. У Лили было ощущение, что она только что сама побывала на месте несчастных пауков. Но больше всего её испугало состояние Невилла. Он весь урок просидел с отсутствующим взглядом. Внутри Лили еще раз старалась пережить, осознать то, что её родителей пытали таким страшным образом, потом они были убиты и даже не смогли сопротивляться. Но ничего, какое-то страшное безразличие. Она даже не смогла представить их себе. В очередной раз. Её папа и мама – просто миф. - Как он его а! Авадой! - восхищался Рон, когда они шли на уход за магическими существами. - Сделай милость Рон, заткнись! - тихо сказала Лили, глядя на Гарри и Гермиону. Казалось, они оба были в таком же шоке, что и Невилл, который так и остался сидеть за своей партой. Грюму пришлось слегка растормошить его и угостить чаем с успокаивающим зельем. - Как вы думаете, почему Невилл так отреагировал? - вдруг спросила Гермиона, все еще дрожащим голосом. - Не знаю, но мне кажется, что его родители, как и мои, были убиты подобным образом. Только вот, у меня в отличие от Невилла, это не вызывает никаких эмоций. Наверно, Фред прав, и мое место на Слизерине, среди таких же бездушных ублюдков, — Лили не узнала свой голос. - Перестань, - сказал Гарри, - ты не виновата, что не помнишь их, поверь, слышать во сне предсмертные крики своих мамы и папы ничуть не лучше. Вечером Лили сидела в гостиной и доделывала уроки. Рон и Гарри, забросив свои дневники сновидений, обсуждали то, что до сих пор не пришел ответ от Сириуса. Лили прекрасно понимала волнение Гарри и сама беспокоилась о его крестном. Наконец, закончив с рунами, она поняла, что сейчас уснет от усталости прямо здесь возле камина. «Что-то подозрительно тихо. Странно, а где Фред и Джордж?». - Рон, а где твои братья? — спросила Лили, сворачивая свиток с переводом. - Не знаю, похоже, они затеяли что-то из ряда вон выходящее, я их видел сегодня только за завтраком. По-моему они даже на уроки не ходят. - С ума сошли! — сказала Лили, складывая учебники в стопку. «Ведь они должны уже были закончить свои дела!». Гермиона все еще усердно строчила домашнее задание, казалось, что даже если ей на голову упадет навозная бомба, она не прекратит писать. - Спокойной ночи, Гриффиндор, - с трудом обхватив стопку книг, Лили пошла в спальню девочек. - Спокойной ночи, - упавшим голосом отозвались друзья, не отрываясь от тетрадей.