Семейные ценности. Начиная с нуля

      Елена уверена, что для вампиров время искажается. Сколько дней прошло до того, как она снова стала собой? Месяц? Два? На самом деле, для нее это были секунды. За то время, что прошло от съезда машины в реку до сего дня случилось не мало: она умерла, боролась с жаждой крови, потеряла брата, отключила чувства, подружилась с Ребеккой, поругалась с Бонни и Кэролайн, почти нашла лекарство от бессмертия, заново обрела способность чувствовать. В конце концов, она почти закончила школу. И не скажешь, что все это случилось за месяц или два.       Сейчас девушка сидела на диване с пакетом крови в руках. Смотря на него, она думала о том, как бы сложилась её жизнь, если бы она не встретила Стефана. Или Деймона. Вообще-то, причём тут братья Сальваторе, если в ее жизни постоянно что-то происходило. Начиная со смерти родителей и заканчивая смертью Джереми... Милый младший брат расплатился своей жизнью за то, чтобы Елена снова стала человеком. И что в итоге? Братишка мёртв, а лекарство – у Кэтрин. Отлично сработано, друзья!       От мыслей девушку отвлек настойчивый стук в дверь. Да так, что Гилберт даже вздрогнула.       - Открыто, – крикнула Елена. В поместье Сальваторе вошел тот, кого она вообще не ожидала увидеть ближайшее столетие. А то и вечность, – Зачем ты пришёл? – слегка приубавив свой страх перед этим человеком, спросила брюнетка.       - Так встречать гостя, – ухмыльнулся Клаус, - По-моему, ты немного грубовата.       - А по-моему, в самый раз. – сухо произнесла двойник, – Так ты ответишь на мой вопрос? Или, погоди, не отвечай, я попробую догадаться, – произнесла она. Майклсон с интересом посмотрел на девушку. Она уже, казалось, не боится совсем, – Хочешь мести за Кола?       - С чего же ты подумала, что я пришёл мстить? – слегка смеётся Клаус, – Неужели, у меня настолько плохая репутация?       «Нет, – мысленно отвечает Елена, – не настолько плохая. Твоя репутация хуже некуда».       – Мне не нужна месть, – уже серьёзно отвечает гибрид, – С тебя хватит смерти твоего брата, – эти слова глубоко задели душу вампирши, но язвить в ответ она не стала. – Вообще-то, я уезжаю в Новый Орлеан и, наверное, не вернусь...       После этих слов Елена сначала с удивлением посмотрела на блондина, а затем, все еще немного опасаясь, подошла к нему на расстоянии вытянутой руки. Зачем ей эта информация? Неуж-то, захотел попрощаться?       - Хорошо, – смотря гибриду в глаза, сказала девушка. – На самом деле – это единственная хорошая новость в последнее время, – заметила Елена, - Если ты пришёл к Стефану, то…       - Я вообще не знаю, зачем пришёл именно в это поместье, – перебил Майклсон. – Понятия не имею, почему, но я хочу попрощаться с тобой, – подходя ближе, ответил он, – В Мистик-Фоллс, не так уж и много людей, с которыми я должен был прощаться, но меня что-то тянуло сюда. Так странно…       - Ты прав. Это странно, – медленно, она стала еще ближе к первородному. Зачем, девушка сама не знала, – Почему не с Кэролайн, например? – уже вполголоса, подходя еще на один шаг ближе, спросила Елена. Первородный делает шаг назад. Неужели, сам себя боится?       - Ах, да. Кэролайн. – снова ухмыльнулся гибрид, – Я бы пошёл к ней, но она вряд ли захочет меня видеть. Сейчас речь не о ней. Я слышал, ты вернула человечность? – они уже стоят так близко, что ближе, казалось, уже некуда. И ведь это никого из них не смущает, – И как ты себя теперь чувствуешь? – брюнетка молчит. Что бы еще сказать ему, чтобы не выглядеть жалко? – Хотя, – добавляет Клаус, – до сих пор не понимаю, как можно было добровольно отказаться от чувств.       - Господи, и это говоришь мне ты? Ты, – уже не боясь его, начала «Петрова-младшая». «Будь что будет», - думала она, - «хоть, наконец, выскажусь», – так уверенно проповедуешь, как это плохо, что я сама пожелала отказаться от чувств. А что насчет тебя, Клаус? – обстановка накаляется, напряжение растет. Она снова сокращает расстояние между ними, – Ты убил стольких людей… Порой мне кажется, что трупы ты видишь чаще, чем живых. Разве для тебя это не плохо – отключить человечность?       - А кто тебе сказал, что я её отключил? – он, следуя её примеру, подходит слишком близко. – Все, что я делаю – во благо моей семьи, а не потому, что я якобы ничего не чувствую. Если мне нужно, я пойду по головам, чтобы защитить тех, кто мне дорог. И так поступит каждый. Так могла поступить бы ты. – говорит первородный. Не выдержав больше зрительного контакта, Елена опустила глаза, и заговорила:       - У меня был выбор: выпить кровь и стать вампиром либо умереть. Моя проблема в том, что я выбрала неправильно.       - Как всегда, милая и добрая Елена готова принести себя в жертву. Разве не это называется человечностью? – повернув ее лицо к своему, гибрид заглянул в карие глаза. А казалось, смотрит в душу.       - Какая теперь разница? Джереми не вернуть, – говорит девушка.       - Так и есть, дорогуша. Ты должна это отпустить. Как и всё, что было или будет между нами, – после этой фразы он невесомо коснулся губ двойника своими. Елена на секунду опешила от его действия и хотела было оттолкнуть первородного, но что-то ее останавливало. Не давало прекратить это безумие. Тем временем, Клаус воспользовался ее замешательством и проник языком в рот девушки. Спустя несколько секунд Елена ответила на поцелуй. Может, неосознанно, а может и наоборот. Ей это нравилось. Воздуха стало катастрофически не хватать, поэтому древний перешел с губ на шею.       - Я могу остановиться, если ты не хочешь этого. – страстно прошептал он. Его дыхание обжигало, а сам он то нежно поцелует, то игриво прикусит кожу на шее.       - Хочу... – с легким стоном выдыхает она, – прошу, продолжай...       Елена, конечно, могла бы остановить его, но хотелось ли ей? Она понимает, что это безумие, но не старается закончить его. По сути, вся ее жизнь - сплошное безумие. Как без него? Что будет дальше ни Елена, ни Клаус не могли предугадать. Безусловно, сегодня они проведут ночь вместе, а завтра это забудется, как странный сон...

***

22 июня 1992 года       Время близилось к полуночи. Полная луна освещала оскверненное незаконным захоронением чистое поле. Раньше здесь росли цветы. И вот уже более тысячи лет ничего не растет. Мрак, который преобладает в этих местах, казалось бы, не могло развеять даже солнце.       Почти на самой могиле стояла очень красивая девушка, на вид лет двадцати пяти. В кожаной куртке, потрепанных джинсах, а голову с волосами цвета платины, покрывал капюшон. Самой могилы не было видно, и она ничем не обозначена, но девушке хватило просто почувствовать энергию своего, хоть и мертвого, но лидера, которого обожал весь её клан, и которого они потеряли. В её руках находился сосуд, напоминающий древний кувшин.       - Surge, – латынь из уст девушки лилась мягко, её голос был прекрасен. Она начала медленно выливать содержимое кувшина на землю, снова приговаривая: – Veniadnos, – Красная жидкость зашипела, превращаясь в пар, – I giovani vanno guidati.       - Не смей этого делать! – в последний момент из ниоткуда появился рыжий мужчина, и схватив девушку за горло, прижал к себе, – Я не раз предупреждал, что не позволю возродиться этой твари! Твои сестры уже поплатились за попытку, и ты туда же?       Беловолосая смеётся. Ошалело, как сумасшедшая. Отталкивает от себя мужчину, посредством удара того локтем в живот. С ним магия не работает.       - Ты за это ещё ответишь! Недолго осталось! Surge, – выкрикнула она, перед тем, как она проткнула себя острым кинжалом.       - Нет! – кричит мужчина, смотря на то, как из живота девушки капает кровь. В то же место, откуда несколько минут назад испарилась другая жидкость. А рыжий не мог пошевелиться, ничего не смог сделать, кроме как стоять и смотреть на то, как она умирает.       - Марис… – скорбно прошептал он, – Что ты наделала…