Помоги мне очнуться.

POV Кагура.       Я стояла перед красноволосым мужчиной, облаченным в одежды каге. Тот, в свою очередь, внимательно вглядывался в меня и очевидно думал, что со мной делать. Не помня ничего, я все же понимала, что для меня единственный шанс выжить — это понравиться ему любой ценой. Да, за все было нужно платить, но я была готова на любую цену, хотя и не понимала, что может предложить 5-летний ребенок вроде меня. Знания барьеров имелись, вот только весьма посредственные. — Значит, Узумаки, да? — задумчиво обратился ко мне мужчина, словно нарочно игнорируя первую часть моей фамилии. — У тебя довольно неплохие запасы чакры для твоего возраста.       Я же задумалась, что хотел этим сказать мужчина. Впрочем, никаких вариантов в голову не приходило, а потому я просто вежливо кивнула. Было страшно оказаться ненужной и брошенной, а этому мужчине, кажется, был важен мой ответ. — Тебя обучали? — тем же тоном поинтересовался каге, расхаживая по кабинету взад вперед. — Я не помню… Но знаю немного фуина, — тихо шепчу, боясь поднять глаза. Слишком уж велико было давлении ауры этого красноволосого.       Мужчина молчал, а я тихонько села в кресло в уголке и испуганно замерла. Похоже, я ему не понравилась, и он меня выгонит. Но куда же мне идти? Что делать? По щеке сползла маленькая слезинка, и я быстро стерла ее с лица. Еще не хватало показаться плаксой. Этот мужчина ведь был шиноби, а они таких не любят. В конце-концов, мужчина перестал наматывать круги по кабинету и сел за стол, сложив руки в замок перед собой. — Чтож, Кагура… Я возьму тебя под свою опеку, как приемного ребенка. Взамен ты пройдешь спец-обучение, согласна?       Тяжелый взгляд мужчины заставил меня крепко стиснуть руки на подлокотнике слишком большого для детского тела кресла и утвердительно кивнуть. Я поняла, что мое согласие не имело для него значения, он уже решил мою дальнейшую судьбу самостоятельно. Но разве ж это такая большая плата за крышу над головой для той, что ничего не помнит?       Стоило мне кивнуть, как по малейшему жесту казекаге в кабинете появился АНБУ в маске сокола. Получив какое-то распоряжение, которое я удачно прослушала, мужчина в маске взял меня за руку и куда-то повел. Особо озираться по сторонам мне не позволили, надев на глаза повязку перед одним из коридоров. Дальше меня вели вслепую и я честно пыталась поспевать за ведущим меня мужчиной, как можно меньше спотыкаясь. Дорога была долгой, а температура вокруг существенно понизилась. В конце-концов, заведя в какую-то комнатку, с меня сняли повязку. — Это твоя комната на ближайшие 10 лет. Выходить без сопровождения — запрещено. Нарушишь правила — умрешь, — без эмоций произнес АНБУшник и вышел, закрыв дверь.       Услышав сухой щелчок замка, опустилась на одиноко лежащий на полу футон и задумалась. Меня не щадили и четко обрисовали рамки, в которых я могу существовать. Не знаю, где было страшнее, в деревне или здесь. Но для того, кто дал мне возможность жить, я собиралась сделать все, что было в моих силах. На глаза упала бурая прядь челки. Что-то было неправильным в этом цвете и вскоре я поняла, что. Это была засохшая кровь, плотным слоем покрывающая правую сторону лица и волосы. Подскочив и с ужасом уставившись на себя, огляделась по сторонам. В смежной комнатке оказался пристроен примитивный душ, но как же я была ему рада…       Сбросив одежду, я залезла под ледяные струи воды и начала с остервенением отскабливать присохшую кровь, протирая кожу едва ли не до дыр. Боли не чувствовалось, слишком уж велико было желание избавиться от преследующего металлического запаха. Казалось, что он въелся под кожу, заставляя прилагать еще большие усилия. Будучи увлеченной, не сразу заметила, что уже не одна. Незнакомый АНБУшник собирал мои вещи в пакет, положив чистую стопку рядом.       Игнорируя мое испуганно застывшее тело, мужчина закончил свои дела и удалился. Услышав щелчок замка, я аккуратно вышла из душа и подняла оставленную одежду, коей оказались простые штаны и балахонистая футболка. Споро облачившись, зашла в комнату и присела на футоне. Что же ждет меня дальше?  POV. Четвертый Казекаге, Раса       Я сидел в кабинете, перебирая бумаги, когда меня прервали. В кабинет ворвался один из членов отряда, отправленных в Узушио с целью заключения договора на обновление охранных печатей. На посыльном не было лица, и это заставило меня напрячься. Разумеется, на внешнем виде это никак не отразилось, все же стоило держать лицо при подчиненных. — Докладывай, — отдав указание вошедшему, я продолжил просмотр очередного предложения законопроекта от старейшин. Однако заметив, как бывалый джонин испуганно сглотнул, отложил бумагу и приготовился к плохим новостям. — Казекаге — сама, Узушио полностью уничтожено. Мы пришли на едва остывшее пепелище деревни, — мужчина покорно склонил голову, ожидая моей реакции. А я думал. В голове не укладывалось, что кто-то мог уничтожить защиту Узушио, состоящую из невероятно сильных Узумаки. Но не это было сейчас важно. Судя по всему, мой отряд побывал там первый и следовательно мог наткнуться на какие-нибудь занятные артефакты. Ну не верилось мне, что мои люди не попытаются провернуть все на благо нашей деревни. — Есть какие-либо находки? — задаю вопрос спокойным голосом, хотя душа дрожит от предвкушения в надежде на что-то крупное. Мужчина разогнулся и отрицательно покачал головой, убивая проснувшуюся было надежу. — Ничего, казекаге-сама. Огонь уничтожил все, включая большинство тел защитников. Однако, мы нашли ребенка. Утверждает, что ничего не помнит кроме своего имени. Это и неудивительно, учитывая, что ей пришлось увидеть. Думаю, психика девочки просто не выдержала подобного зрелища, — в глазах мужчины промелькнул ужас, заставив меня удивиться. Что же творится в водовороте, что даже бывалых шиноби проняло? Хотя, об этом у меня будет возможность прочитать в отчетах. Новость о ребенке показалась интересной, но для начала следовало прояснить ряд вопросов. — Имя? Возраст? Психологическое состояние? — выдав вопросы в том порядке, в котором они имели значение для зародившейся у меня идеи, пристально взглянул на информатора, заставляя поторопиться с ответом. — Назвалась Кагурой Мацураси-Узумаки. Возраст неизвестен, но предположу, что 4-5 лет, совсем еще малышка, — не кстати расчувствовался мужчина. Выпустив немного Ки, заставил того отвлечься и продолжить доклад. — Очень напугана потерей памяти и окружающей обстановкой. Думаю, что она легко поддастся воспитанию в нужном вам русле, — коротко закончил доклад джонин, быстро смекнув о моих планах на ребенка. — Приведите ее ко мне, — джонин коротко кивнул и исчез шуншином, а я начал ждать и планировать. И планы у меня были воистину великими и долгоиграющими. Осталось лишь проверить некоторые нюансы и самому взглянуть на ребенка. Все таки будет неприятно, если все усилия, которые планируется затратить на этого ребенка, будут потрачены впустую из-за какой-нибудь неучтенной мелочи.       Дверь отворилась и в комнату завели маленького пепельноволосого заморыша, иначе не скажешь. Волосы и большая часть тела девочки были покрыты запекшейся кровью и мне стоило большого труда не скривиться от отвращения. Да уж, на Узумаки это существо было похоже разве что ярко-зелеными глазами, внимательно следящими за каждым моим движением. В целом, ребенок производил впечатление зверька, которого загнали в западню. Неужели планы накроются медным тазом? Похоже слишком много всего эта пигалица взяла у своего второго родителя. Наверное и со способностями полный швах. Однако нет, быстро просканировав ребенка, отметил, что чакра присутствует уже в столь юном возрасте и вполне могла равняться запасу среднего генина. Конечно, не то, что могло бы быть у чистокровного Узумаки, но с этим можно было работать.       Задав несколько уточняющих вопросов про потерю памяти и знания фуина, внутренне возликовал. Все складывалось даже лучше, чем я думал. Расположенность к Фуину есть, а уж найти описание техник для дальнейшего изучения — мои заботы. Девочка с ногами сидела в кресле, оставляя на дорогой обивке разводы грязи и бросала на меня взгляды, полные надежды. Прикинув, что ее внешнее отличие от Узумаки только в плюс, ибо можно скрыть такое интересное пополнение от других деревень, сообщил, что возьму над ней опеку. Наградой стал благодарный взгляд, и я понял, что получить ее преданность — лишь вопрос времени, а уж пара вовремя поставленных закладок…       Отослав ребенка с одним из своих личных АНБУ, предварительно выдав указания, вернулся к составлениям планов. Все складывалось как нельзя лучше. У деревни было мощнейшее оружие — биджу, джинчурики которого был мой двухлетний сын. А как известно, у каждого оружия должен быть предохранитель. Пока таковым являлся Яшамару, но я понимал, что рано или поздно мне придется принести его в жертву. Следовательно, понадобится замена столь хрупкого механизма и подвернувшееся дитя Узумаки, оставшееся без родственников и памяти, оказалось весьма кстати. Все таки лучшей гарантией контроля над биджу, чем обученный мастер фуина, нет и никогда не было. Исходный материал имелся, оставалось лишь привить ему верность деревни и взрастить силу, а уж с этим я как-нибудь справлюсь.       Более того, я решил принять эту девочку в семью, дабы в полной мере пользоваться благодарностью и добиться неограниченной верности по отношению к себе. И все-таки, жизнь умеет преподносить сюрпризы.