Вальс на осколках воспоминаний

Первым из вертолета выбрался Ионов. Парень вдохнул горный воздух полной грудью и огляделся по сторонам. Красота! Вылезшая следом Ума его восторга почему-то не разделяла. Может, потому что больше любила воду, а может, потому, что в горах ей не везло. То сорвется, то валуном придавит, то обвал, то еще какая-нибудь неприятность приключится. В общем, как говорится, ничего хорошего. — М-м-м, красиво. Правда, Жень? Может, конечно, Лесе и показалось, но невинный вопрос каплейта девушку смутил настолько, что нежные щечки залил предательский румянец. — Шумит что-то. Слышите? Физик отчаянно завертел головой, пытаясь определить, с какой стороны доносится звук. Правда, рассмотреть с этой точки ничего не удалось. — Шумит, — кивнул Тарасов, — или река, или водопад. Мура поспешно отвернулась и принялась перекладывать рюкзак во второй раз, Леся же мысленно поставила галочку, отметив, что было бы неплохо поинтересоваться у подруги о причинах столь странного поведения и всех этих загадочных улыбок. — Может, на обратном пути искупнемся? На этот раз Женя пусть и незаметно, но все же весьма ощутимо пнула Кота, отчего тот возмущенно ойкнул и изумленно вытаращил глаза. Бизон усмехнулся. — Правильно, Женька. Дома пусть купается. Багира ерзала в кресле. Большое, мягкое, очень удобное сегодня оно не позволяло усесться нормально. И даже присутствие рядом Булатова вместо того, чтобы успокаивать отчего-то нервировало. Все происходящее между ними отчего-то стало казаться неправильным. А вот что именно было не так, женщина все никак не могла понять. Точнее, вспомнить. Им оказалось чертовски хорошо вместе, они с Батей понимали друг друга чуть ли не с полуслова и с полу-жеста. И эта идиллия не то, чтобы пугала, но как минимум заставляла задуматься над тем, почему же раньше между ними ничего не было? И имела ли она право начинать эти отношения сейчас, когда память чиста как белый лист? Может, в прошлом были причины оставаться просто друзьями? Тонкие пальцы вновь забарабанили по столу. Опять неосознанное действие, но наблюдательный Булатов заметил. — Не волнуйся. Они уже на месте, все идет по плану. Рита рассеянно кивнула и благодарно сжала его ладонь на своем плече. Какое-то дурное предчувствие с самого утра. Как будто ребят отправили в западню, из которой нет выхода. Только кроме интуиции и предъявить-то нечего, ее ведь не пришьешь к делу. Оставалось только ерзать в кресле, привлекая внимание излишне наблюдательных сотрудников и не менее напряженного Бати. — Центр, у нас… — послышался тяжелый вздох. Багира напряглась еще больше, выпрямилась так, что позвоночник отдался болью во всем теле. Иван Михайлович тоже моментально подобрался. - Что у вас, Бизон? — Операция завершена, лабораторию уничтожить не успели. По ИВЦ пронесся вздох облегчения, на лицах сотрудников, наконец, появились улыбки. — Среди наших потерь нет, только… Расслабившийся было контр-адмирал на этот раз напрягся еще больше. На его памяти Борис тянул кота за хвост только в самых крайних случаях. — Что только, Бизон? — рявкнул в микрофон так не вовремя заглянувший в ИВЦ Пригов. Багира от неожиданности даже подпрыгнула. — Мура неудачно упала. — Ранена? — Нет. Возможно инфицирована. Повисла пауза. Батя с Багирой переглянулись, но так и не проронили ни слова. На заднем плане что-то энергично выспрашивал генерал-майор, на что Борис отвечал довольно бодро и без особой паники в голосе, но вникнуть в суть слов Рита все никак не могла, а в голове противно стучала одна-единственная мысль — вот тебе и интуиция. Они были напуганы. Все до единого, хотя и старались доказать обратное. Но ведь вся группа понимала, насколько призрачны шансы найти антидот до того момента, как вирус погубит их всех. Женя шмыгнула носом и с удивлением обнаружила на лице кровь. Дрожащими руками вытерла капельку и потянулась за носовым платком. Физик, мучающийся от дикой головной боли попытался ободряюще улыбнуться. — Держись, все будет хорошо. Бизон тут же поддержал товарища. — Конечно, будет. А пока держите вот. Ребята недоверчиво переглянулись, но Тарасов поспешил уверить: — Медики сказали, что это замедлит… — Понятно. Давай сюда. У Багиры, заглянувшей в комнату отдыха, сжалось сердце, а заодно и кулаки. Захотелось придушить этого гребанного профессора с его разработками «Солдата будущего». И если с ребятами что-то случится, она ведь обязательно так поступит. Женщина порывисто обняла каждого, не то прощаясь, не то давая поддержку. — Как там Кот? — В реанимации, — она спрятала глаза, которые уже готовы были наполниться слезами, — но все будет хорошо. И с ним, и с вами. Я в вас верю. Мы все верим. Ее осторожно потрясли за плечо и аккуратно разжали побелевшие пальчики, намертво вцепившиеся в крышку стола. — Ты как? Все хорошо? Она кивнула. Пригов, уже собиравшийся покинуть ИВЦ, теперь топтался за спиной Булатова и пытался заглянуть ему через плечо. Со стороны нетерпеливо подпрыгивающий на носочках генерал выглядел весьма забавно, но никто не посмел даже улыбнуться. И вовсе не из-за субординации. Просто ситуация не располагала к веселью. Поняв, что от обеспокоенного взгляда ей не укрыться, Рита небрежно махнула рукой. — Вспомнила операцию с «Солдатом будущего». Генерал подпрыгнул на месте и радостно потер руки. — Отлично! Что-то еще? Женщина отрицательно мотнула головой. — Ну ничего, это дело поправимое. Группа уже летит домой, а вы двое пока отдохните, — Владимир Викторович послал Ивану многозначительный взгляд. — Кофейку выпейте, поговорите. Может, еще чего вспомните. Она провела рукой по мягкой обивке диванчика и позволила себе прикрыть глаза. Мимолетные вспышки воспоминаний случались все чаще, но вот парадокс, она ни разу не видела в них Булатова. Словно кто-то неизвестный старательно стер его ластиком из ее памяти. Но зато он по-прежнему присутствовал в ее снах. Точнее, не он, а его голос. Стоило ей только задремать, как мужчина оказывался рядом. И там, в снах, она безоговорочно ему доверяла. — Ты как? На ее плечи опустились тяжелые мужские ладони. Рита нехотя приоткрыла глаза. Виски пульсировали, и немного подташнивало. Скорее всего, таким образом давало о себе знать нервное напряжение. — Голова болит. — Может, таблеточку? На ее лице появилась вымученная улыбка. Надо же, какой он все-таки заботливый. И ведь не играет. Так сыграть невозможно. Женщина подняла руку и медленно приблизила ладошку к его лицу. Пальчики коснулись гладко выбритой скулы. — Не надо, сейчас все пройдет. Спорить он не стал, все равно ведь бесполезно. Вместо этого Иван присел рядом и приобнял Багиру за плечи, привлекая ее к своей груди. Прежняя Рита, может, и удивилась бы, а эта послушно подалась вперед. Он ласково перебирал светлые прядки, радуясь, что сегодня Рита не стала укладывать их в прическу. Ему всегда нравилось, когда она их распускала, а еще больше он любил наблюдать за тем, как с локонами играет ветер. В такие моменты Багира злилась, что-то ворчала, пыхтела и сопела. А ему всегда до одури хотелось заправить непослушные прядки за ушко, а ее саму щелкнуть по носу, чтобы не злилась. Только вот позволить себе такого раньше он не мог. Она еле заметно вздрогнула, когда ее виска коснулись теплые губы. Никаких мурашек на коже, только приятное тепло по всему телу. — Что мы будем делать? Обнимающие ее руки напряглись, но контр-адмирал быстро взял себя в руки. — Для начала убедимся, что ребята паникуют зря, и пара порезов у Мурашовой всего лишь царапины. — А если нет? В ее глазах застыл испуг. — Антидота в лаборатории не было… В лаборатории не оказалось не только антидота, но и лаборантов и «подопытных кроликов». Точнее, они как бы имелись, но представляли собой весьма неразговорчивые трупы, чего не скажешь о перепуганных насмерть охранниках, которым Бизон пригрозил запереть их вместе с зараженными. Они-то и сообщили, что антидот вместе со штаммами вируса в срочном порядке вывезли, а им приказали уничтожить саму лабораторию и ненужных свидетелей. — Но он есть у Анри и его людей. — Да, — кивнул Батя, — есть. Но… — Что? — В центре есть крот. Он шумно выдохнул. Фух, наконец-то сказал. Такая мысль уже давно томилась в его сознании, но контр-адмирал не был до конца в этом уверен, а сегодняшняя операция развеяла все сомнения. Кто-то методично сливает информацию из центра. Причем, довольно давно. Иначе чем объяснить тот факт, что Анри столько времени в разработке, а поймать с поличным его все никак не могут? Багира отстранилась слишком резко. Скинула с себя его руки и даже отсела. Булатов непонимающе моргнул. — Вань, это не я. Она не мигая смотрела ему в глаза. Тут же все встало на свои места. — Да я и не… — командир махнул рукой, а потом вновь привлек женщину к себе, — глупенькая. Даже если мир перевернется с ног на голову, ты останешься одной из тех немногих, кому я доверю свою жизнь. Рита поспешила уткнуться в темную ткань его кителя. В глазах так некстати закипали слезы. — Что будем делать? — Искать Анри! Багира подняла голову, встречаясь с ним взглядом. — Но если в центре крот… — А мы с тобой вдвоем. Тихонечко. — А Бизон? Булатов хмыкнул. Скоро будет впору ревновать Кошкину к Тарасову. Мало того, что его она почти помнила, так еще и доверяла как прежде. — Будем ждать, потеряем время, а если там на самом деле вирус, то… Он поджал губы. О последствиях догадаться было не трудно. И как бы не хотелось думать о хорошем, готовиться всегда нужно к худшему. Багира резво подскочила на ноги, а потом и вовсе бросилась к шкафчику, на котором красовалась табличка с ее позывным. Пара секунд, и китель занял свое место на вешалке, а проворные пальчики уже принялись за пуговички на рубашке. Батя лишь усмехнулся такой прыти. — Пригову что скажем? Он «очнулся». — Правду. Должен же хоть кто-то ее знать.