Вальс на осколках воспоминаний

Генерал-майор, занесшийся в ИВЦ больше напоминал маленькое смертоносное торнадо. Во всяком случае ошалелые глаза, бегающие от одного сотрудника к другому, пугали. Причем настолько, что привыкшая уже почти ко всему Мура даже подавилась кофе. — Где? — Пригов широко махнул рукой. — Что? — осторожно поинтересовалась Мурашова и на всякий случай вжалась в кресло. Владимир Викторович возмущенно запыхтел, глядя на перепуганных подчиненных. Вообще-то, задавая вопрос, он был уверен, что его поймут и без лишних слов. Новость-то на сегодняшний день была только одна. Хотя и не сегодняшняя она вовсе, вчерашняя. Просто накануне его срочно дернули «наверх», и заезжать обратно в КТЦ генерал не стал, будучи уверенным в том, что там все под контролем. Черта с два! — Кошкина, говорю, где? Мура, поймав на себе заинтересованные взгляды аналитиков, расправила плечи. Не хватало еще ей, боевому офицеру, упасть в глазах штабных. — Товарищ генерал-майор… — Дома она, — продолжил за нее Бизон, зашедший только для того, чтобы поздороваться. — Как дома? — рявкнул генерал и угрожающе двинулся на Тарасова. Правда, разницу в силе понял сразу и решил особо не рисковать. В конце концов, орать и топать ногами можно и на расстоянии. — Кто отпустил?! Была, конечно, версия, что Рита сама сбежала, но ведь в таком случае «Смерч» бы не сидел сложа руки, и Женя с утра пораньше вместо того, чтобы попивать кофеек, наверняка бы рыла носом землю и искала Багиру. И Тарасов слишком спокоен, и это бесит. — Что здесь, черт возьми, происходит?! — А что случилось? — раздалось за его спиной. Женя второй раз за утро поперхнулась горячим кофе. Прямо за Бизоном в сопровождении Бати стояла Багира. В штабной форме, с уже привычной им всем прической и такой знакомой улыбкой. — А-а-а, — нечленораздельно промычал Пригов и поочередно ткнул пальцем в Риту, Женю и, наконец, в Ивана. — Э-э-э… — Пригов, ты чего? — тут же забеспокоилась Кошкина, — с тобой все в порядке? Его глаза из орбит вылезли еще больше, хотя до этого казалось, что дальше уже некуда. Бизон вопросительно изогнул бровь, на что Батя лишь едва заметно улыбнулся и качнул головой. Тарасов, в отличие от Пригова понял все сразу. Потом, так потом. А вот генерал, судя по тому, что от нетерпения он аж подпрыгивал на месте, мог лопнуть от любопытства в любую секунду, и не факт, что в результате взрыва уцелели бы все сотрудники. Мужчина переводил взгляд с Бати на Багиру и обратно, и все время барабанил пальцами по столу. Вроде и негромко, но на третьей минуте полнейшего молчания Булатов все же не выдержал. — Пригов! — Чего? — насупился генерал. Вообще-то своим показательным молчанием он собирался продемонстрировать свою обиду и негодование по поводу того, что делается за его спиной и без его ведома. Но «смерчи» вели себя как ни в чем не бывало и, кажется, даже не заметили глубокого подтекста. Поняв, что оправдываться и извиняться перед ним никто не собирается, Владимир Викторович решил действовать в лоб, но не успел. — Анри переправляет медикаменты в страны Африки под видом гуманитарной помощи, — начал Булатов, но его тут же перебили. — Это нам уже давно известно, Бать. Новая информация есть? — Есть, — вместо Ивана ответила Рита. — У Анри имеется нелегальная лаборатория, я сама узнала о ней случайно. Подслушала разговор с его начальником охраны. Генерал, уже давно позабывший о своих обидах, воодушевился. Батя, заметив изменения, позволил себе улыбнуться. — Ты уверена? — Да. Анри объяснил мне, что в этой лаборатории работают над вирусами. Точнее, создают антидоты к ним. Но… Пригов заерзал на стуле еще энергичнее. — Но его помощник в разговоре обмолвился, что один из подопытных отправился к праотцам, а другому осталось совсем чуть-чуть. Анри просил доработать… Багира запнулась, но тут же взяла себя в руки. Глубоко вдохнула и, заручившись молчаливым кивком Булатова, продолжила: — Тогда я подумала, что он просит доработать антидот. — А он имел в виду вирус, — задумчиво закончил за нее Владимир. — Что думаешь, Бать? Булатов пожал плечами, а что тут думать-то? Анри — владелец крупной фармацевтической компании. Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, чем именно он сейчас занимается. Продажа антидотов для созданных им самим же вирусов — дело весьма прибыльное. Только в общую картину как-то не вписывалась торговля оружием. Вряд ли он бы стал так рисковать своим бизнесом из-за каких-то пары сотен тысяч зеленых. Кошкина торговлю оружием объяснить тоже не могла по той простой причине, что об этом ничего не слышала. Да, препараты из лабораторий вывозили, да, некоторую их часть отправляли нелегально, какую-то часть перепрятывали, но на этом все. — У него этих лабораторий, — махнул рукой Пригов, — пруд пруди. И как прикажешь искать нужную? Проводить обыски без ордера нам никто не позволит. Будет скандал, причем, — он поднял вверх указательный палец, — международный. И потом, пока мы будем шерстить одну лабораторию, нужную нам уже уничтожат. — Сомневаюсь, что вирус разрабатывают в законном месте, — наконец взял слово Булатов, — думаю, нужно искать некую недвижимость, зарегистрированную на его имя или же на фирму. Владимир Викторович скривился. У этого француза недвижимости… И не только в России и Франции, между прочим. — Думаю, что это где-то на территории Северного Кавказа. — С чего ты взяла? — Да так, — женщина передернула плечами, — просто его помощник оправдывал свою задержку обвалом в горах. Генерал довольно потер руки. Вечер, а точнее утро, как говорится, переставало быть томным. А еще говорят, что утро добрым не бывает. Еще как бывает! Вон сколько хороших новостей в течение часа. Сначала Багира, точнее, ее привычное состояние, а теперь такая зацепка. Надо будет в срочном порядке напрячь Мурашову, пусть ищет недвижимость Анри на Северном Кавказе вместо того, чтобы распивать кофе с утра пораньше. — С твоего разрешения, я займусь этим, Пригов? — А? — он удивленно выпучил глаза, — а, да, конечно! Кресло, с которого так энергично вскочил генерал, отлетело к стене и грохотом о нее стукнулось. Багира даже вздрогнула от неожиданности, а Батя лишь устало закатил глаза. Что говорить об импульсивности некоторых членов группы, если сам генерал не может усидеть на месте. — Конечно! Конечно займись, Багира! — он сжал поднявшуюся подчиненную в таких крепких объятиях, что она грозила задохнуться в них. — Рад, что ты вернулась! — Пока еще не совсем, — усмехнулась Кошкина. — Не понял? — Потом, Пригов, потом, — Батя подтолкнул Риту к двери. — А-а… Но контр-адмирал лишь отмахнулся от него, как от назойливой мухи. Пригов печально вздохнул, вот так всегда. Утро у Умы началось непривычно, хотя она была не против. Вчера вечером, обнаружив Бизона спящим на диване, она только собиралась укрыть его, но мужчина решил иначе. Не открывая глаз, он схватил ее за запястье и потянул на себя, заставляя улечься рядом. Леся особо не возражала, тем более, было очень тепло и очень уютно. Только уже засыпая, девушка успела подумать, что утром ей наверняка будет очень стыдно, но ничего подобного. Пробуждение вообще оказалось весьма и весьма приятным. И пусть они оба со сна не особо разобрались в том, кого именно решили разбудить трепетным поцелуем, осознав, передумывать не стали. Так что, как результат, настроение у обоих было весьма и весьма приподнятое, чего не скажешь о не выспавшемся Физике. Его, кстати, вместе с Котом Бизон погнал в тир. — Леся, — в комнату отдыха вошла Багира. Девушка непроизвольно вздрогнула, что, правда, осталось незамеченным. Борис сказал, что ночью Рита звонила, но вот зачем именно, он не знал. — Умка… Вид у Багиры был такой потерянный, что Олеся мигом позабыла все страхи. В несколько шагов оказалась рядом. — Девочка моя! Ее сжали в крепких объятиях, и вот тут эмоции вырвались наружу. Всхлипами, слезами, подрагивающими плечиками. — Девочка моя, прости меня. Багира тоже плакала. Плакала, совершенно не стесняясь своих слез. — Рита! Булатов, сунувшийся было в комнату отдыха, осторожно прикрыл дверь. Двух плачущих женщин ему не осилить, уж лучше отряд террористов.