Средимирье: Башни

― Сегодня был суп из креветок в сливках, не поверишь, но хоть и выглядело это не очень, было очень вкусно, ― послышался голос. Сон медленно отступал от моего сознания, возвращая в реальность. ― А какой был салат! Вообще, там много было салатов, но этот! Если нам вновь будут давать морское меню, то бери "Гарсун", не знаю, как они его делают, но это божественно, ― жрать что-то захотелось. ― Ещё там был травяной чай, он отлично утоляет жажду, я даже сюда взял немного. ― А ещё чего-нибудь поесть не взял? ― шепотом поинтересовался я, с трудом подавляя урчание живота. Парень что-то хотел было сказать, но опешил. Судя по его молчанию, я его как минимум напугал. Пришлось приподнять голову и повернуть её в сторону, где, по всем вероятностям, и стоял мой сосед. ― Доброе утро, ― поздоровался я. ― Вечер, ― на выдохе поправил меня он. ― Ты спал три дня, сейчас вечер. Я думал, что ты сдох. ― Увы, но нет, ― с трудом переваривая информацию о том, сколько я провалялся на этой кровати, я всё же вспомнил о главном. ― Есть что поесть? Я голоден, как дикий буйвол. ― Кто? ― мальчишка всё же выпал в осадок. ― Не важно, так есть чего? Парень стоял у своей кровати и смотрел в мою сторону. ― Ну, вообще только чай, я не особо-то едок. Но столовая ещё открыта, так что ты можешь сходить поесть. Этот план был хорош лишь для тех, кто спал меньше трех дней, а соответственно и не мылся. Мне бы в порядок себя привести не мешало. Волосня и так висит черт знает как, что частично застилает обзор. Мне уже страшно подумать, что творится с моей одеждой. ― Меня зовут Риогалл, можно просто Рио, ― решил я начать с простого. ― Буду учиться на факультете Миротворцев. ― Ух ты! ― воскликнул пацан и подлетел ко мне, как в попу укушенный. ― Ты будешь учиться на Миротворца? Это же самая дорогая и сложная специальность, вероятно, ты из весьма благородной семьи. ― Да нет, я простой парень, вообще из другого мира, меня сюда магия вытянула наследная, ― а чего правдой-то и не прикрыться? ― Здорово! А чего наследуешь? ― Ещё скажи, что поверил, ― удивился я. ― Не, ну, Средимирье дело такое, тут всякое бывает, ― пожал плечами собеседник. ― Не могу я сказать, что я там наследую, клятва крови на мне о неразглашении. ― У-у… сочувствую. Ясненько. А я Брамр, буду учиться на факультете Человекологии. Люди — моя любовь и страсть, хочу получше их понять. ― Заня-я-ятно… ― говорить ли мне, что такую страсть я ни капли не разделял? Не понимаю, за что вообще можно любить людей? Это же самые мерзкие существа, которые умеют только портить и разрушать. И я, кстати, в их числе. Хочу есть. Мой живот меня поддержал. ― А, точно, ты же голоден. Если хочешь, могу принести чего сюда, но это будет первый и последний раз, ― строго уточнил он, видимо, опасаясь, что я сяду на шею. ― Ты бы был моим спасителем! ― улыбнулся я. Парень ответил мне тем же и умотал, оставив наедине с самим собой. Хотя он верно делает, что не дает собой помыкать, особенно в моей компании. Я слишком люблю халяву. Покувыркавшись на кровати для придания телу большей подвижности, моя персона всё же изволила встать и удалиться в ванную комнату. Судя по всему, денег у этой Академии предостаточно. Огромные комнаты, ванные в каждом номере, гардеробные, хорошая деревянная мебель: иногда даже с резными рисунками. Вспоминая мой вуз, я чувствую, что нахожусь в параллельной вселенной. Черт, а ведь оно так и есть. Гениально. Отлежавшись в джакузи до мятой кожи, я неохотно выполз в комнату, надеясь, что еда уже прибыла. Собственно, в этом смысле я не ошибся. ― Не знаю, что ты любишь, но взял всего понемногу, ― улыбнулся Брамр, кивнув на поднос с едой на столе. ― Я всеяден, ― постарался облегчить я его сомнения и тотчас же накинулся на предоставленное угощение. ― Кстати, парень… ― Брамр. ― Брамр, а кто ты по расе? ― вдруг тот, кого я не знаю. Мой новый сосед тихо усмехнулся и сел на свою кровать разбирать сумку. Его светлые кудри в лучах садящегося солнца горели золотом, а карие глаза блестели, не скажу, что мальчишка отличался заоблачной красотой, но был однозначно недурен собой. Никогда не любил милых мальчиков, больно уж они на юных дев похожи, а педофилией я не увлекаюсь. ― В «Лозе» не принято говорить о том, кто ты по расе. Тут из года в год проходит что-то вроде соревнования, цель которого не дать другим узнать, кто ты, и при этом разоблачить как можно больше остальных однокурсников. Вряд ли ты знал об этом, явившись из другого мира. ― О-о, ― я ведь действительно не знал, хотя мне предлагалась вся информация по Академии. ― А ведь точно, в Столице ведь все должны выглядеть как люди. Но погоди, Брамр, а как же магические занятия и полигоны? Там же разрешается принимать истинную форму. ― Это да, но, например, у нашего факультета магических занятий почти нет. Говорю же, что именно ваш факультет самый дорогой в этой академии, а значит, самое большое количество магии будет изучаться именно у вас. Ну, а полигон, даже в человеческом обличье можно сражаться на равных с королевской гвардией, если есть достаточный навык владения оружием. От того, как быстро тебя раскусят, будет зависеть, как будут к тебе относиться обитатели Академии. Если ты остался человеком до самого конца курса, то ты просто подобен Богу. Тебя никто не посмеет тронуть лишний раз, да и многие почтут за честь угодить и помочь. Это очень удобно. Ну-у, да, вероятно. «Остался человеком до конца курса», сложно им не остаться, когда ты и есть человек. ― А люди здесь разве не учатся? ― вроде, по статистике сюда поступают и такие. ― Учатся, но, как правило, на факультетах не выше моего. «Прикладная магия», «Бытовая магия», «Следопыты», «Мифические звери», «Естественные науки», вот на этих факультетах они часто появляются, но их довольно быстро вычисляют. Как можно предположить, только Миротворцы будут по-настоящему ввязаны в эту битву за уважение и почет. Обычно у них двое-трое до самого конца остаются загадками. Отлично. Вот, значит, что имел в виду Мане, говоря о том, чтобы я держал в строгой тайне, что я человек. Если тут принято заблуждение о том, что на Миротворцев не учатся люди, то надо это поддерживать. ― Прикольное это место. Совсем не такое, как в моем прежнем мире. Там мы учились по несколько часов, приезжали каждое утро на метро или автобусе до вуза, а по окончанию занятий уезжали обратно. Не было и зачатка роскоши в университетских помещениях и осенью и зимой осадок был довольно печальный. А тут… ― Средимирье вообще мало похоже на другие миры, ― заметил мой собеседник. ― Я родился тут, но Столица тоже стала для меня открытием. Нигде более нет такой структуры, ни в одном другом городе нет порталов во все миры, нет защитников правопорядка, способных отыскать саму Деву и призвать её для решения конфликта, это место наполненное магией. ― А ты сам хороший маг? ― Нет, куда там. В моей деревне нет ни древних библиотек, ни многовековых летописей, магия передается только по одному роду, и конечно же моя семья в него не вхожа. Я знаю только бытовуху, а в остальном полный ноль. Хотя мой лучший друг Саприль смог поступить в «Венценос», ту академию, что считается первой во всем Средимирье. Он выходец из того самого рода, что имеет родовую магию. ― «Венценос»? ― впервые слышу. Я знал, что «Лоза» лишь третья по счету, но о первых двух ничего ранее мне не было известно. Доев последний салатик, я взялся за странноватого привкуса чай и развернулся к своему соседу всем телом, выражая полную свою заинтересованность. ― Ты о них не слышал? Как же ты в «Лозу»-то поступил? ― Не я выбирал, меня сюда без ведома записали. ― А, ну да, ты же наследник. Ну, в общем-то, о первой академии ходят слухи, что там обучаются все вельможи и принцы нашего Средимирья. Насколько уж это правда, никто не знает, но пафоса из этого раздувают немерено. Туда можно поступить только с большим магическим потенциалом. В основном там учат магии и всяким интересным наукам, связанными с ней. Мой друг вот будет учиться на «Защитного бытовика», довольно прибыльное дело по выпуску. Они освоят все защитные чары, которыми можно обезопасить свой дом. ― Никак не могу привыкнуть, что мир магии никак не уравнивает существ, а лишь добавляет разницы, ― тяжело вздохнул я. ― Даже если ты хочешь учиться, довольно сложно найти достойного учителя, а ведь есть же и настоящие монстры, которые могут разорить город или убить сразу половину царства, ― я видел таких в Башне. ― Не всем достаточно качеств, чтобы научиться магии того или иного типа. Знать всё невозможно, но защитить себя - это, конечно, важно. Мне доступна только базовая защита, от порчи там, от низкоуровневого проклятья. Конечно, если я встречу некроманта, то все мы тут поляжем. Некроманта? Точно же, некромант, вот что мне снилось! Я видел группу, готовящую какой-то ритуал. Брр, как вспомню, так в дрожь бросает. ― Ты чего-то побледнел, ― неуверенно диагностировал Брамр. ― Не люблю некромантов. ― Да кто их любит-то? Они много крови попортили простым людям. Опасные уроды. Говорят, что, чтобы стать таковым, надо отдать душу Богине Смерти и упросить её при этом оставить в живых. Хотя вампиры и так мертвы, им проще. ― А демоны? ― в последнее время они мне очень часто снятся, пожалуй, даже слишком. И каждый раз это подготовка к войне, заговоры, тайные убийства. Неприятный осадок. ― Тут я не в курсе, это же единственная человекоподобная раса, которая не произошла от людей. У них там все как-то по-особенному. Но я будущий знаток людей, а не демонов, так что помочь не могу. ― Жаль. В последнее время они меня все больше интересуют… До первого дня занятий оставалось совсем немного времени, но и то я предпочел провести во сне. Максимум, куда я выползал — это на ужин и на завтрак, и обязательно в обществе своего нового друга, который, в отличие от меня, уже успел осмотреть всю территорию Академии и познакомился с кучей народу. ― Завтра первый день, ― перед сном, содрогаясь от возбуждения, прошептал Брамр. ― Хорошо, что не последний, ― неохотно ответил я ему, вновь пытаясь заснуть. Через легкий тюль выглядывала яркая серебряная луна, озарявшая своим светом всю комнату. ― Ты волнуешься? ― Из-за чего? ― Ну, завтра ты познакомишься со своими одногруппниками, разве не волнительно? Примут ли они тебя? ― Брамр, ты что, изгоем был в школе? Откуда такие странные мысли? ― Да нет, не был. Но я всегда нервничаю перед знакомством с новым коллективом. ― У тебя комплекс аутсайдера, ты бы был попроще, брат. Совсем не обязательно понравиться всем, я вот вообще собираюсь знакомство проспать, говорят, что тут весьма удобные для этого парты. ― Ты странный, ― усмехнулся мой сосед, но более не говорил на эту тему. Надеюсь, что он успокоился. Утром в девять часов я оказался в большом круглом помещении с амфитеатром где-то под крышей южного крыла главного здания. Местечко было занимательным, поэтому половину речи я пропустил, пялясь по сторонам. Остальные студенты меня волновали меньше всего, а вот препод, который был нашим куратором, меня заинтересовал. Он сразу назвался высокородным дроу и тем самым привлек мое внимание минут на пятнадцать. Высокий, темнокожий, с белоснежными волосами и яркими глазами неопределенного цвета. По сравнению с другими человекоподобными тварями этот выглядел реально непривычно. ― Моё имя Оста Безариус, я ваш куратор на ближайшие шесть лет. Буду вести у вас курс истории Средимирья. На своих парах я не потерплю разговоров и отлынивания, информации много, а от вас в будущем зависит столь многое, что я надеюсь на вашу сознательность, адепты, ― он обвел взглядом аудиторию и вызвал одного из парней, сидящих на третьем ряду. ― Представься, пожалуйста. Юноша неохотно встал и, повернувшись вполоборота к нам, людям, сидящим выше, сообщил: ― Моё имя Рокшар, ― он запнулся, явно с трудом не дав себе произнести своё полное имя. В Академии запрещалось использовать родовые имена, только те, что даны по рождению и, возможно, присвоены народом за какие-то заслуги. Никто не должен был знать, кто ты. ― Отлично, ты станешь старостой группы. Старосты, в отличие от того, что принято под этим на Земле, в Академии были лишь доносчиками до верхнего руководства, но никак не посыльными или воспитателями группы. Хех, даже смешно было бы представить, как этот парень, явно страдающий альбинизмом, стал бы усмирять ватагу накаченных парней численностью 17 человек. Хотя… его взгляд прошелся по каждому из нас и лично у меня по спине побежали мурашки от его красных глаз. Видно, серьезным альбинизмом он страдает. Кошмарчик какой. Брр. Всё, что нам объясняли в дальнейшем, было и так описано в брошюрах, которые нам выдали еще в первый день, поэтому я предпочел задремать. Академия кипела жизнью, с парами или без, а тут всегда было много шума и разных существ, не скажу, что энергия этого места поглотила меня, напротив, казалось, что я смотрю за всем этим со стороны, даже когда на тех же занятиях выполнял упражнения или учился по вечерам. Единственное, что осталось неизменным с момента моего здесь появления, это моё общение с Брамром, который как раз стал полноценным членом огромной семьи студентов. ― Слушай, Рио, ты реально становишься знаменитостью! ― заявил мне тут с порога он. Я неохотно оторвал взгляд от учебника по высшей защитной магии и дожевал печеньку. ― О чем ты? ― О том, что никто не может даже предположить, кто ты такой по своей сущности, ― сообщил мне сосед, раскидывая вещи по своей кровати. Он только прилетел с семинара и явно собирался умчаться в ближайшее время ещё куда-то. ― Сегодня сидел с ребятами с параллели: демонологи, будущие специалисты по полузверям, оборотневеды и прочие изучающие существ Средимирья, так вот, мы с ними сегодня тебя обсуждали, никто не может даже приблизительно вычислить твою сущность. Скрывать особенности своей расы целое искусство, это известно, но всё же магов всегда выдают детали. ― Вот как, ― ухмылка сама собой всегда вылезает на лицо, стоит зайти разговору о том, как проходит игра на распознание. ― Кого сегодня распознали, специалисты? ― Ну… вряд ли ты их знаешь, мы же были на семинаре по значимости таких профессий, как наши. Нам внушали, что без нас мир просто падет, смешно, конечно. «Вы связующие звенья, знатоки традиций и темпераментов, на вас лежит бремя переводчиков между мирами…» ― Хорошо сказано. ― Да, хорошо, но больно пафосно. Я не тешу себя надеждой, что смогу устроиться на работу с первой попытки, но такие разговоры действительно подстегивают к учебе. Нда, а у Миротворцев нет подобных семинаров. Мы вообще какие-то странные, больше всех пар имеем, очень мало из которых общие для нескольких групп, мы всегда одни, нас ровно 17 человек и это несколько угнетает. Потихоньку мои одногруппники стали объединяться в подгруппы, все эти серьезные парни, прожившие, по меньшей мере, пару сотен лет, с каждым днем всё спокойнее позволяют себе типичное юношеское поведение. Даже те, кто особенно не желал стягивать с лица маску высокомерности, стали потихоньку спускаться за землю. Однако меня это не касалось. ― Хех, мне больше всего интересно, как вы друг с другом-то общаетесь? Вы же все разных рас и должно быть жутко интересно, когда перед тобой оказывается тот, чью национальность ты изучаешь. Брамр весело усмехнулся: ― Ты даже не представляешь насколько! Кстати, я сейчас иду на встречу с парнем, который изучает демонов, ты там что-то говорил про интерес к ним, не хочешь с нами? Демоны? Хм, в последнее время они мне часто снятся, но и к этому можно привыкнуть. ― Не, лисёнок, спасибо, но я обойдусь, ― протянул я, прекрасно зная, что он сейчас начнет психовать. ― Ах ты! Я же просил тебя не говорить так! Ну узнал ты случайно, кто я такой, чего светить козырями-то? Не смей так меня называть! ― выкрикнул он напоследок и умотал в неизвестном направлении, вновь оставив меня наедине с книгой и печеньками. Один раз, когда мы утром собирались на пары, я случайно зашел в ванную комнату, где увидел три лисьих хвоста, виляющих под музыку из динамика телефона. Брамр не сразу заметил меня, поэтому я успел насмотреться и на его ушки, и на хвосты, и на несколько измененное телосложение. Он был очень милым оборотнем, совсем ещё дитём по меркам многохвостых лис. В тот день ему пришлось мне рассказать о себе, в противном случае я угрожал рассказать о том, кто он такой. Брамр родился в небольшой деревеньке в месте, которое мне мало известно по каким-либо опознавательным признакам. Он был третьим в семье и должен был стать помощником местного лекаря, но, вовремя спохватившись, он лихо перевернул свою жизнь, умотав в ближайший человеческий город. Жил там он около 18 лет, прислуживая в доме мэра, пока его родичи не нашли. Увезти обратно не получилось, поэтому семья стала дружно искать ему более приличное место в большом мире. Ну и нашли, отправили сюда. Здорово иметь подобную семью, хоть он и говорил, что всё это сопровождалось скандалами и криками, но они реально заботятся о нём, это видно невооруженным глазом. Ему писали, звонили, интересовались его успехами, а я смотрел на все это и думал, как же хорошо мне сейчас быть одному. В моём мире мама меня постоянно донимала расспросами обо всем на свете, она вытягивала из меня самое сокровенное, и казалось, что я постоянно хожу с душой нараспашку. Теперь же меня никто не трогал, совсем, никому не было дела, ни как я учусь, ни что у меня на душе. ― Привет! ― прозвучал знакомый голос, отвлекая от мыслей и видимости чтения. ― Блядь, ― стоило мне понять, кому этот голос принадлежит. Такой раскатистый, с вибрациями на рычащих звуках. ― Как нелестно. ― Не дуйся, Икзар, чего пришел? ― я неохотно развернулся к нему. Парень стоял у двери и выглядел даже более тускло, чем обычно, явно чтобы не привлекать к себе внимание. ― Передать тебе письмо от Мане, для чего же еще? Неужели ты не соскучился по нам? ― По вам нереально соскучиться, я всё ещё сплю больше положенной нормы, чтоб ты знал. Это всё вы виноваты. ― К Мане претензии, ― легко отмахнулся он. Передо мной на стол плавно опустилось письмо, судя по звуку, содержащее в себе нечто более листка бумаги. ― А мы вот без тебя соскучились. В наших рядах черно-белых мантий явно не хватает кроваво-красной. ― Витиевато, друг мой, в жизни не поверю в это, ― я вспорол бумагу по правому краю и осторожно вытащил оттуда золотые карманные часы, к ним прилагалась инструкция. Это уже интересно. ― Хорошая комнатка, ― Икзар обошел её по периметру и даже нагло заглянул во все двери. ― Я в своё время хотел поступить в «Лозу», но Мане настиг меня раньше. О, тебе подарили хронометр — это очень круто. Полезная вещичка, ― и вновь он был около меня. ― Это что-то вроде коммуникатора, но не так сильно бросается в глаза, плюс тут есть возможность транслировать магию. ― Чего? Парень тяжело вздохнул, постучал по инструкции и сложил руки на груди. ― Как тебе свои одногруппники? Ты живешь с одним из них? ― Что? ― я рассматривал свой подарок, поэтому не сразу смог понять, о чем он. ― Нет, я живу с оборотнем с более низкого факультета. Заводной мальчишка, славный во всех смыслах. А одногруппники меня не интересуют, больно уж напыщенные типы. Иной раз зубы чешутся от того, как они отшивают своих «поклонников». ― О… Я внимательно посмотрел на своего собеседника, но тот всё так же пялился в окно, видимо, не торопясь рассказывать, что у него на уме. Мне это не нравилось. Он явно что-то недоговаривает. Они все мне что-то недоговаривают. ― Что? ― Что «что»? ― удивился Икзар, даже посмотрев на меня. ― Что ты там знаешь? Стоишь тут такой напыщенный, давай, делись тайнами, коли кровь у тебя от этого не вскипит. Дракон вздрогнул от одного упоминания и тяжело вздохнул. Видимо, я угадал с тем, что сведения от меня эти не засекречены. ― Все твои одногруппники… все они либо будущие послы мира от своих рас, либо будущие короли. В твоей новой побрякушке есть программа под названием «Башня», если ты откроешь её, то сможешь войти в сеть самой Башни, она-то и сможет поднять архив на любого из твоих новых друзей. Пользуйся этим с умом, всё же не зря столько тысячелетий в «Лозе» учатся такие, как ты. Хм. Это значит, что игру на распознание тут задумали не просто так, верно? И именно у меня во всей этой игре есть главный козырь. Чудесно. Просто чудесно. Грех этим не воспользоваться! На следующее утро я раньше всех оказался в нашем привычном классе под самой крышей. Амфитеатр человек на 50 казался мне уже привычным и родным, поэтому я как всегда занял пятый, последний ряд и начал настраивать связь с Башней. В итоге вчера вместо того, чтобы читать конспекты, я изучал хронометр, и оказалось, что штука эта весьма и весьма крутая. По своему значению эти часики считались артефактом, отобрать их у меня было нереально, они были на меня завязаны, ну, а на черном рынке их можно было купить минимум за небольшое поместье на окраинах Столицы. Ко всему прочему они в комбинации с подарком Лепрекона делали меня порядочным всезнайкой. ― Доброе утро, ― поздоровались со мной первые пятеро ребят. Они жили в одном общежитии и приходили, как правило, самыми первыми. ― И вам того же, ― невзрачно отозвался я из соображений чистой дисциплины. Итак, что тут у нас? Третий наследный принц светлых эльфов, племянник бездетного короля вампиров, сын покровителя мегаполиса, наследный принц темных эльфов, наследник дара Вожака. Последнее потребовало некоторых пояснений, с чем Башня мне как всегда помогла: Вожак — один из видов Повелителей, они способны вставать во главе любой стаи оборотней, несмотря на то, что не имеют звериной ипостаси. По расе больше похожи на людей, но по факту очень сильные маги, их ментальные способности настолько обширны, что могут запросто скрутить неподготовленное существо. Ик, так, ясно, от этого парня мы выставим сильнейшие щиты, ибо нефиг. В свою голову лезть не позволю. После этого я успел просканировать еще лишь двоих парней, после чего началась пара. Учиться в академии было не так уж и сложно, главное было вникать в то, что делаешь. Так как большую часть теории я легко подкреплял своими знаниями, то многие теоретические курсы сложности вообще не вызывали, на практиках же дела обстояли по-разному. Иногда я запросто мог сварить довольно сложное зелье, а порой не мог понять и простейшего плетения. Со временем мне стало ясно, зачем Мане с такой ожесточенностью впихивал в меня знания. Здесь не учили чему-то систематично, это было привычно в средних образовательных учреждениях, здесь скорее бесконечно проверяли знания, выявляли те сферы, где ты был профаном. Дальше уже всё было на твоё личное усмотрение, либо сам учишь, либо так и ходи лохом, ибо экзамены всё покажут. Все промахи и ошибки заносились в реестр и вносились в летопись личных вопросов на экзамены. Лишь по нескольким не теоретическим предметам я прослеживал суровую школьную логику, это были предметы по защитной, боевой и бытовой магии. ― Итак, адепты, сегодня мы будем учиться усмирять, ― громогласно известил нас преподаватель, держа под уздцы огромного ящера, с клыков которого капал розовый яд. В огромном помещении, похожем на оранжерею, таких существ было около десяти, всех их держали Монстроведы четвертых и пятых курсов, а мы тут на первом стоим такие классные, будем усмирять. Местами я очень сомневался в их методе обучения. ― Агразоды, ― с ненавистью прошептал Рокшар, оказавшись у меня за спиной. Я вздрогнул от его голоса. Неизвестно, к кому он обращался, но взгляд его был устремлен ровно на монстра рядом с нашим преподавателем. ― Они сильно ядовиты? ― спросил я у Башни, но вместо неё мне ответил альбинос, буквально впервые одарив меня своим вниманием. ― Чертовски. Один укус и ты будешь медленно умирать в течение двух дней, а он будет ходить по пятам, ожидая твой кончины. Перспектива была не очень. Я заметил, как у него в руках начали материализоваться клинки. Мне сложно было расценить это как-то ещё, кроме как страх и ненависть к этим тварям. А ведь нам предлагали их усмирить и прокатиться на них. ― Риогалл, в прошлый раз Вы показали хорошие результаты в усмирении Калифа, возможно, и теперь хотите рискнуть? ― предложил мне преподаватель. ― Калифы не капают ядом, я, пожалуй, воздержусь, ― покачал я головой и шагнул назад, невольно столкнувшись с нашим старостой, но тот лишь тактично отступил. Они меня совсем за идиота считают? Да, Литера смог научить меня управляться практически со всеми ездовыми тварями, но это же не значит, что я полезу к этим мерзким животным? О нет, в этот раз я постараюсь держаться подальше. ― Верно, адепт. Агразоды появились в Средимирье с планеты нагов. Они их естественные враги, но в отличие от полузмей, люди догадались их оседлать. С этими существами стоит быть всегда начеку, вот уж кто никогда не станет преданной лошадкой, но если потребуется подтвердить статус или же иного средства передвижения не найдется, то знайте, Агразодов тоже можно подчинить. И всё же меня заинтересовал староста. Его я ещё не проверял на наличие титула, но кажется и без того догадывался, кто он такой. «Естественные враги нагов», кажется, все теперь поняли, кто он такой, но когда я посмотрел на лица других ребят, я понял, что, пожалуй, единственный позволяю себе отвлекаться во время столь важного урока. Нам в деталях рассказали и показали, как правильно угомонить ядовитого ящера и взобраться на него. Идея, как по мне, была не очень хорошей с самого начала, но пришлось и самому повторить за инструктором. ― Брамр, ― на сей раз уже я влетел в комнату. Мой сосед открыл дверь ванной комнаты и удивленно уставился на меня. Не привык он к тому, что я проявляю свою эмоциональность и вообще бегаю. ― Что случилось? ― Я узнал, кто такой наш староста! ― Ваш староста? ― парень глянул в потолок, явно пытаясь его припомнить. ― А, альбинос такой? Ну и? ― Он наг, это точно. Мы сегодня проходили Агразодов и он не мог сдержать свой гнев. Я не знаю, заметили ли это остальные, но его поведение говорило лишь об одном: он истинный наг. Лисёныш улыбнулся мне и прошел в комнату. С его волос капала вода и стекала по светлой коже. ― Да, Рио, ты молодец. Хотя обычно миротворцы не принимают участия в разоблачении. Они стараются держать выше этого, но, видно, тебя портит моё общество. ― Да уж. Брамр, давай это открытие ты присвоишь себе, так, словно я лишь рассказал симптомы, а вывод ты уже сделал сам, согласен? ― что-то как-то становиться белой вороной не хотелось, а то мало ли ещё кто обидится. Возможность иметь во врагах будущих покровителей долин и королей как-то не привлекала. В Башне как всегда царила суета. От этажа к этажу кто-то ходил, носил, проводил, даже бегал, но чем выше, тем меньше было людей. В лабиринте коридоров в помещении без окон и всего с одной массивной дверью за большим столом сидели четверо. Все были одеты в пышные темные мантии с круглыми печатями на спинах. Юг, Запад, Север и Восток во главе стола. Это был общий сбор хранителей. ― Количество нарушений возрастает, и во многих случаях аналитики бессильны в определении причины сбоя, это не может не волновать. Статистика говорит об угрозе, большой угрозе. ― Не нагнетай, возможно, это просто Дева вновь творит какую-нибудь взаимосвязанную вселенную. Вспомните погрешность при сотворении южного горизонта, мы тогда тоже предполагали угрозу. ― Мы не можем знать, что делает Дева, ― вздохнул третий хранитель, Хранитель Севера. ― Я пытался связаться, ― признался Восток, ― но она не дает о себе знать. В последний раз, я так понял, её видел мой наследник. Риогалл всегда ходил в её любимчиках. ― Так, может, попросить его вновь связаться с ней? ― хмыкнул Юг, отпивая из бокала красное вино. ― Пока он учится в Академии, нам не положено привлекать его к делам Башен, ― покачал головой Запад. ― К тому же, кто знает, быть может, за всем этим действительно стоит угроза всем нам. Надо разобраться самим. Но пора уже действовать. На днях у меня сорвало пять порталов, причем основательно. Чтобы восстановить связь, пришлось потратить практически весь запас энергии. Я сейчас не потяну ещё срывы, надо что-то предпринимать. Молчание ненадолго воцарило за столом. ― Признаться, у меня тоже чуть было не случился срыв, благо, что ребята вовремя спохватились и я оказался недалеко, ― задумчиво пробормотал Север. ― Мы внимательно изучили эти случаи. Две земли многорасовые, а вот одна чисто заселена людьми. Не похоже это на типичное искажение. Погрешность отошла от нормы на три показателя. Это повод что-то делать. ― Поднимем статистов? Пускай ищут причину, ищут аналогии, дадим доступ для обмена информации? ― Юг, как всегда, не отличался особой нервозностью. Его тоже волновала эта ситуация, но он ни коем образом не показывал это. За последний пару тысяч лет они впервые сели за этот стол под строжайшей секретностью. ― Это поднимет панику. Даже если мы изолируем отделы и не будем давать информации просачиваться, служащие всё равно что-то поймут, а через них что-то может пронюхать и Совет, ― Запад больше всех радел за то, чтобы Совет ничего не знал о том, что происходит в Башнях. ― А там недалеко и до излюбленной песни про то, что нам доверили слишком большую власть и мы с ней не справляемся. Ещё одного затянувшегося процесса я не выдержу, сразу положу руки на камень призыва и пусть разбирается уже следующий. ― Не усугубляй, ― поморщился Восток. ― Но статистов действительно надо поднять на ноги, пускай ищут. Откроем один из каналов связи, пускай ими пользуются верхушки. Будем верить в компетентность наших гаремников. ― Надо максимально быстро понять, к чему эти срывы могут привести. ― Согласен. ― Да, надо бы.