Средимирье: Башни

Время назад не отмотаешь. Я медитировал в небольшом зале для фехтования, паря в метре над полом в огромном огненном шаре, который то и дело увеличивался и затем медленно возвращался в привычную форму. Башня до сих пор не оправилась, да и я не спешил снимать браслеты, однако резерв мой от таких тренировок не иссушался, а, скорее, наоборот. Огонь ел мои страхи, мою ненависть и боль, а энергия в теле медленно приходила в норму. “Бесчестно, выходит, что я обязан мучить хороших ребят просто потому, что через меня идет какая-то чудная магия! Бред и кошмар. Я не должен с ними пересекаться, чтобы им было не так плохо, я не знаю, что делать…” Меня терзали подобные мысли, делая самого меня главным злодеем сегодняшнего дня. Я прятался ото всех, чтобы только понять, где мне быть и что стоит в связи с этим делать. И как же тоскливо было по тем прошедшим денькам, когда всё было просто и не было никакой пресловутой магии. Когда я был всего лишь студентом не самого престижного вуза города, когда рядом была семья, пусть я с ними и ругался время от времени, но всё же там, по крайней мере, всё было предельно ясно и просто. Здесь же я окончательно запутался. ― Рио! Вот ты где! ― голос Каина я теперь, наверное, не мог бы спутать ни с чем. Через пелену огненных волн я увидел дроу, который вошел в комнату с улыбкой на лице. ― Давай, вылезай из этой фигни и пошли завтракать, ― выдал он, как ни в чем не бывало. Шар опять начал нарастать. ― Ого! Это ты специально делаешь? ― затем уменьшаться. ― Рио, ну ты чего? Что за лицо такое безжизненное? Я не хотел ему отвечать, да и молчание будто склеило мне губы, я лишь наблюдал за тем, как в такт моим мыслям огненный шар то растет, то сужается, словно огромное сердце без точного ритма. Мне совершенно не хотелось покидать свою защиту. ― Рио, ответь мне, ― настроению Каина явно можно было позавидовать. Таблетки от депрессий, что ли, принимает? Я не понимаю. Будущий посол расы попытался развеять шар аннуляцией, но лопнул только большой пузырь, оставив мой обычный защитный кокон на своём месте. ― Ты что там, хандришь, что ли? А ну вылезай! Давай-давай, а то у тебя вся энергия почернеет, и заметь, я не стану тебе помогать её очищать, вот из принципа. Опять шар надулся. Всё, что касалось больных тем, засевших в моей голове, вызывало цепную реакцию и на защите. Я чувствовал себя большим грибом, отращивающим себе всё новые и новые ростки. ― Ты меня вообще слышишь? Ты хоть зенками хлопни два раза для моего спокойствия, а? Все слова плыли мимо меня. Он улыбался и шутил, а я лишь задавался вопросом, как он так может? Чувство вины погребло моё сознание под собой. Каин тяжело вздохнул и пошел прямо ко мне. Я испугался, что он может пораниться, хотел сказать, чтобы он этого не делал, потому что я не регулировал температуру, я не хотел, чтобы он обжёгся, как уже однажды, однако он без проблем добрался до меня и схватил в объятья, крепко прижимая к себе. Я слышал стук его сердца. ― Ну, ты чего грустишь? ― спросил он, а я лишь боялся, как бы он не опалил себе ноги. ― Из-за нас, что ли, расстроился? Рио, ты пугаешь меня своим молчанием, ответь что-нибудь? А то сейчас Мане позову. Не хочу Мане, он опять не даст мне побыть самим собой, развеет магию и оставит как есть, или по мозгам скатается. Через силу я всё же кивнул, лишь бы он отстал. ― Значит, всё же из-за нас? ― И из-за вас и за вас… ― прошептал я, чувствуя себя маленьким нерадивым ребенком. Мужчинам не положено проявлять слабость, они должны быть сильными, а я как дно, ничего сам не могу. Даже злость не могу в себе победить. ― Каин, оставь меня, пожалуйста… ― Нет уж, ты только хуже себе сделаешь такими вещами. Идем, поговорим, ― он запросто вытащил меня из моего шара и понес в сторону двери. ― Отпусти меня на пол, ― краснея, аки мак, велел я. Сейчас, так он и отпустил. Держал меня на руках, как ребенка, и нёс себе спокойно по коридору, в опасности быть застуканным. Боги, как же это стремно-то! ― Каин, ну прошу тебя, спусти меня на землю, ― взмолился я, увидев, что мы идем к саду, где всегда кто-то есть. ― Этим я и занимаюсь. ― В смысле? ― Говорю, я пришел прочистить тебе мозги. А на пол не спущу, пока до твоей комнаты не донесу. Ты не такой уж и тяжелый, скажу я тебе. ― Каин! Ну смотрят же. ― И пусть, какая разница? Я твой гаремник, Рио, делаю, что хочу, со своим будущим Хранителем. ― Наглости тебе не занимать… ― Кто бы мне об этом говорил. Не рыпайся, почти дошли. В шоке от его слов я так и затих у него на руках, думая, то ли съязвить, то ли стукнуть его, что ли. Через минут десять мы уже спокойно завтракали у окна с видом на внутренний садик. Рокс и Малин услужливо суетились рядом, один подавал блюда, а второй убирал комнату, перестилал кровать, пылесосил, а потом ушел в ванную комнату, откуда стали доноситься звуки, словно он там каждую плитку от стены отрывал, чтобы промыть хорошенько. ― Мда, мой брат за такой шум убил бы, ― усмехнулся Каин, допивая чай. ― Почему вы не могли это сделать после того, как мы придем? ― Мы первые пришли, ― пожал плечами Малин, поднося чайник, чтобы вновь наполнить чашку. ― Господин Риогалл сказал, что не стоит прятаться от него, он может и потерпеть шум, тем более, что у нас полно и другой работы. ― Ты слишком к ним лоялен, Рио, ― укорил меня мой собеседник. ― Когда поедем ко мне, даже не думай давать поблажки королевским слугам, перевоспитывать их потом будет муторно. ― Ты так спокойно об этом говоришь, словно это произойдет в ближайшем будущем, ― вздохнул я, не поднимая взгляда. ― Этим летом, если точнее. Я уже даже с Мане договорился. Хотел тебя вчера спросить, ну всё же, мало ли ты будешь против, но диалога не получилось. Да и Рокшар был злой, как тысяча гадюк. ― А я ведь действительно не очень хочу туда ехать. ― Чего это? Вроде в посольстве тебе понравилось, так почему бы не увидеть настоящее королевство? Ты же только Столицу и видел, а летом всё равно каникулы. ― Это да, но… Каин, как ты так можешь? Почему ты ко мне так по-доброму? Сам же сказал, что я вами пользуюсь, и ты… так себя ведешь, странно, ― я боялся посмотреть на него, но всё же поднял взгляд и встретился с красными знакомыми уже второй год глазами. Теми, которые всегда смотрели в душу. ― Глупый ты, Рио, прости, конечно. У меня даже обижаться на тебя не получается, Рока задевает твоё поведение, поэтому он и дуется, а мне… я, видимо, тебя лучше знаю. И знаешь, я понимаю, почему Икзару было так весело, он видел абсурд ситуации, когда натуралу подсовывают двух гаремников-парней, которые всё это время думали, что помогали по доброте душевной недалёкому наследнику земель. Я бы тоже смеялся, если бы не был одним из этой троицы. Нам поздно рыпаться, мы все в одной связке. Всё, поздно. Так что, почему бы просто не наслаждаться чаем, сидя в комнате с прелестным видом в самом охраняемом здании мира? ― И тебя совсем не смущает, что я вами откровенно буду вынужден пользоваться? ― в душе буря утихла. Если он на меня не злится, то, быть может, и не надо так себя корить? ― “Буду” ты уже, причем давно. Но не думай, мы тобой тоже успевали пользоваться. Знаешь, чем выше чин, тем меньше в существе человечности. Не зря ребята говорят, что мы не останемся друзьями по выпуску, всё потому, что все мы друг на друге выезжаем, тихонько прикрываемся чужими спинами, пытаясь выехать вперед. Ты даже не представляешь, как каждый был рад, стоило тебе оказаться в паре с ним. Потому что ты мог найти главное в любой задаче, ты был тем читом, который был на руку каждому, с тобой всегда можно было получить лучшие оценки, потому что завалить миссию было нереально. Ты сам не понимаешь своей уникальности, хотя… нет, ты не понимаешь, насколько твои хронометр и синяя птица уникальны! С их помощью ты можешь добывать любую информацию и путешествовать даже в низком магическом фоне - это правда на грани реальности, да за такими артефактами гоняются мирами, а тут у тебя сразу два. И при этом ты так спокойно ведёшься на самые простые уловки. Так что если хочешь попросить прощение, то ни к чему, потому что мы все тогда устанем друг перед другом извиняться. Я почесал висок и посмотрел в сторону. Если в его словах есть зерно истины, но получается… что я зря себе накручивал всю ночь? Кто бы мог дать ответ, боги. Рокс включил пылесос в ванной, поэтому я не стал об этом спрашивать у Каина, я просто решил подумать те недолгие пару минут. Допустим, что я не виноват в том, что пользуюсь людьми, пускай это моя человеческая натура дает о себе знать, как мы помним, людей я не люблю, значит, и себя местами могу ненавидеть. Если рассуждать так, то пользоваться я парнями могу, ну, хотя бы для того, чтобы не подыхать от недостатка энергии, впрочем, это временная мера, скоро Башня вернется на прежний уровень передачи и суть этой зависимости исчезнет. Что мне надо от этой парочки? Поддержки, да, пожалуй, что её, ну и хотя бы мизерной дружбы, ибо иначе мне просто будет скучно в полном одиночестве. ― И… что нам тогда делать? ― спросил я, так и не решив сказать то, что думал. ― Плыть по течению, ― пожал плечами Каин и отпил из кружки. ― На данный момент я не вижу другого способа разобраться как-то с происходящим. Ни я, ни Рок не могли такого ожидать, да и, признаться честно, до сих пор с трудом верим в происходящее. Ты ведь даже не представляешь, насколько это круто, как почетно, нет... тебе этого не понять, потому что ты не жил по ту сторону. Сложно спорить с тем, что мы уже родились непростыми существами, всё же быть членом королевской семьи - это что-то, но Башня… Как бы тебе объяснить, для всех нас Башня - это запретный плод, это вершина, на которую не забраться даже при огромном желании, это место, где сбываются мечты, Рио… Судя по тому, как он замолчал, посмотрев на меня, он понял по моему лицу, что я не понимаю. Я был ошарашен таким заявлением и смог выдавить только один жалкий вопрос: ― Чьи мечты? Казалось, Каин уже не решится ответить, но я всё же услышал его через несколько секунд. ― Риогалл, ты не знаешь, что такое Башня? ― Эм… ну, как бы большой дом с огромным числом порталов, вход во все миры, плюс она живая и сосет и перенаправляет энергию, нет? Дроу улыбнулся мне так, словно я был маленьким непонятливым существом. Впрочем, я действительно мало что понимал, видимо. Для меня все эти месяцы в Башне были чем-то из разряда “живы - и ладно”, я изучал Средимирье, полагаясь на свою фантазию и сталкиваясь со многими новшествами, но куда там за недо два года увидеть весь мир в целом. На это было нужно явно больше времени. ― Хех, забавно, ― глаза Каина блеснули от сдерживаемого веселья. ― Никогда прежде мне не доводилось беседовать с человеком, который бы так отзывался о Башнях. Впрочем, в Средимирье немало людей, которые либо не знают о них вовсе, либо сильно заблуждаются о том, зачем они нужны. Башни - это не только порталы во все миры, в первую очередь это залог мира. Хранители - это четыре существа, которые, будучи простыми смертными, подобны Богам по своей силе. Сейчас я знаю, как оно происходит, но поверь мне, даже в эту минуту я отдаю себе отчет о том, сколь значимую роль играют Хранители в жизни миров. Ты не просто местный директор какой-то корпорации, ты даже не спаситель, ты действительно подобен Богу, и это именно так. А мы с Роком оказались на самой верхушке, рядом с тобой, да ещё и влюбленные по уши в столь значимое существо. О! Это невероятно выгодно не только нашим государствам, ибо теперь они будут под защитой самой невероятной системы безопасности, но и нам самим, лично нам, а знаешь, почему? Потому что теперь и мы подобны Богам, рядом с тобой мы будем столь же сильны и могущественны, даже если эта власть нам и не нужна вовсе. Поверь мне, всегда куда приятнее знать, что ты устроен и никогда не будешь голодать, да и магия… вечный запас поддерживающей энергии, я даже чуть было в истерику от счастья не впал. Это джек-пот! ― он поднял чашку, словно бокал, и отпил из неё, будто бы в ней было лучшее шампанское, коим можно отпраздновать “повышение”. Всё, что я смог понять из этой тирады - это то, что быть в числе тех, кто живет в Башне - это очень престижно. Здорово, конечно, но я так и не мог понять, что тут делаю я. Ещё полдня я слонялся без дела, всё пытаясь понять, в какую штуку вляпался. Меня уже даже не столько волновали мои гаремники, сколько то, что я вообще здесь делаю и должен буду делать. Судя по описанию, я должен был контролировать порталы во все миры и играть роль защитника слабых, однако из меня был никудышный воин, я слабый маг, который обладает двумя редкими штуковинами. Здорово. Просто потрясающе. Это никак не вязалось ни с тем, кем я себя ощущал, ни с тем, кем уже поневоле стал. Да, я уже не был простым смертным, бесспорно, но, черт подери, я был слабее многих, и это много раз наглядно мне повторяли все, кому не лень. Ерунда какая-то. Плутая по коридорам, я невольно вошел в галерею портретов, куда раньше совался с опаской - галерея была бесконечной и дверей в другие помещения в ней не наблюдалось. Оглядевшись по сторонам, я всё же решил прогуляться по ней метров сто, не больше, но образы завораживали с каждый шагом всё больше. Это были не просто портреты, скорее сценки, которые в красках отражали прошлое. Множество лиц, большинство из которых было мне абсолютно незнакомо, но Мане, Акселя и своё собственное лицо я выделял сразу. Я остановился у большого холста, который был выше меня, даже если смотреть по ширине. Дева. Она сидела на краю скамейки, такая юная, словно ей тогда было не больше двенадцати, а рядом, на той же скамейке, стояли три мальчика: с алыми волосами, с черными и рыже-русыми, все трое явно ей уже поднадоели, но она лукаво смотрела на них, не поворачивая головы, и в этой улыбке было всё: от любви до холодного расчета. Рождение истины не всегда подвластно размышлениям. Имя Риогалл действительно было столь древним, что успело пережить самые разные его воплощения. Мои прошлые перерождения или же просто мои предшественники были отображены на десятках картин в полный рост то с гаремом, то с другими Хранителями и наследниками. Алые волосы были то собраны в длинный хвост, то совсем короткие, зелено-желтые глаза цвета желтого текстовыделителя чаще всего обращались к камере напрямую, даже если тот Рио и не собирался позировать. Но всякий раз от картины разило статью, мощью и гордостью, прошедшие жизни уже не раз обрывались и начинались снова, и каждый раз я выживал там, будучи немного другим, чем сейчас. Но сейчас. Я медленно шел по длинной, бесконечно длинной галерее и, восхищаясь былыми образами, с трудом представлял себя таким же. Я не имел перед собой цели, не знал, к чему мне стремиться, ведь вокруг всё и так было уже отлажено. Чем я мог здесь запомниться? Бессмыслица какая-то… ― Рио! Мать твою, где ты пропадал? ― заверещал Икзар, стоило мне вернуться в сад. ― Спросил бы у Башни, это так сложно? ― буркнул я в ответ и хотел, было, уже удалиться, но этого мне не дали. ― В том-то и дело, что она не ответила, ― дракончик отнял руку от моего живота, коей остановил меня, и внимательно пригляделся. ― Так где ты был? ― В галерее портретов, ― пожал плечами я. ― И так скоро вышел? Надо же. Иной раз там можно заблудиться надолго. Постарайся туда не соваться, если не сложно. Когда у тебя будет пара месяцев без дела, то иди и гуляй там, быть может, после этого Башне надоест терять там людей. ― А туда было нельзя ходить? ― меня как всегда забыли об этом предупредить, видимо. ― Можно, но нежелательно. Там искаженное пространство и можно навечно остаться там блуждать без цели. Короче, лучше туда не ходить, если тебе дорог рассудок и нервы. ― Ладно. Дракончик шумно выдохнул и потер лоб. Я же молча ждал распоряжений. ― Я на самом деле хотел тебе посоветовать пойти поучиться. Сессия всё же. Мне передали документы по поводу твоей успеваемости, половина документов у тебя в комнате, можешь посмотреть. ― Ты занимаешься моими документами? ― удивился я. ― Ты только понял? Ты вообще моя прямая работа. Последний гаремник всегда занимается наследником. ― А, ясно, ― вечный негатив в моей голове был сейчас мало уместен, поэтому я помалкивал. ― Это всё? Я могу уйти? ― Да, иди. От нечего делать я действительно занялся приближающейся сессией. Тот перечень задач, что стоял передо мной, был не настолько сложным, чтобы я тотчас кинулся к одному из своих друзей, но парочку вопросов я заведомо отложил в надежде, что когда-нибудь я всё же решусь подойти к одному из них. “Детский смех” ― эта мысль поразила меня до глубины души. Откуда он мог быть в Башне? Я понял голову от собственных записей и посмотрел на зеленый сад. Взгляд бежал по знакомым дорожкам, но в них не было ничего нового. Так, глюки, это хорошо. Всяко лучше, чем если бы я реально сейчас увидел здесь детей. Я вновь посмотрел на страницы учебника и нахмурился. Смех вновь повторился в моей голове, а потом бах - и я чуть не рухнул в коридоре, запутавшись в собственных кроваво-красных шмотках. Да твою налево? Что за… Ребенок? Напротив меня, преграждая путь вперед по коридору, замерла девочка лет трех. В легком платье и с застывшей улыбкой на губах. Абзац. Я попытался было осмотреться, но дитятко прищурилась и недовольно фыркнула, словно лошадь. ― Что? ― не люблю детей, от них всегда не знаешь, чего ждать. ― Ты странный. ― Говорит мне ребенок, который каким-то чудом оказался на седьмом этаже внешнего радиуса. Ты откуда здесь? Где твои родители? Вместо ответа она драпанула в обратную от меня сторону. Черти, пришлось совершить ультра-прыжок, чтобы схватить её. Ненавижу скоростную левитацию, от неё всегда потом подташнивает. Покачиваясь, я всё же восстановил справедливость, перехватив ребенка так, чтобы можно было видеть её лицо. Девочка мне улыбнулась и расслабилась, словно привыкла, что её таскали на руках. ― Ну и как тебя зовут? ― поинтересовался я. ― Харизон, ― выдала та без промедления. ― И я вампир, ― она блеснула красными глазами и показала клыки. Я же с трудом сдержался, чтобы не скинуть её. Так вот, что было не так! Эта маленькая зараза пыталась подавить мою волю. Чертовы вампиры. Я только усмехнулся на это. Не в Башне, малышка, тут меня охраняют такие ментальные чары, что можно сдохнуть, попытавшись залезть мне в голову. ― Здорово. И ты одна? ― Нет, с родителями. Но те ловят моего старшего брата Садо, тот сбежал в момент оформления бумажек. ― Как и ты… ― Нет, я раньше убежала. ― Потрясающе. Я свернул в сторону лифта, продолжая тащить на себе ребенка. Безмерно болтливого и очень холодного по ощущениям ребенка. Я с трудом сдерживал дрожь, когда она клала мне на шею свои ледяные руки. Слава богам, что мне никогда не приходила на ум мысль обняться с Вигором, я бы, наверное, повел себя весьма недостойно, отпрыгнув от него со страху. ― Икзар, у меня тут находочка для тебя, ― сообщил я в тишину, надеясь, что послание дойдет. ― Для меня? Это важно? ― Ну, если сбежавший вампир тебя не волнует, то могу отпустить её. ― О! Тащи на третий этаж, мы ждем тебя. Когда я всё же оказался там, куда меня направили, Харизон была на грани истерики, ибо у неё не получалось заставить меня не идти туда ни ментальной магией, ни простыми просьбами и нытьем. Наивное дитя. Вампиры в истинной форме мало отличаются от людей, кроме как неестественной белизной кожи, вызванной малокровием и нереальной тонкостью. Красные глаза и клыки можно было увидеть много у кого, но такая кожа была присуща только им. И это хорошо, что малышка не успела найти внешнюю галерею, потому что солнце было бы беспощадно к ней. ― Не это ли потеряли? ― спросил я у собравшихся здесь. Я тряхнул мелкую, чтобы она прекратила заливаться слезами, и в очередной раз предотвратил попытку меня укусить. ― Я же говорил, что вы нам поможете, ― усмехнулся Мане. ― Что? ― Как ты её нашел? ― поинтересовался помощник хранителя. ― У Башни спросите, она меня перекинула к ней, ― я так и не понял утверждение Мане, но с радостью попытался сдать ребенка, правда, та меня не отпускала. ― Мы его привели, ― сообщил Каин, заводя в помещение мальчика приблизительно того же возраста, что и Харизон. За вторую руку упыря держал Рок. ― Отлично, ― воскликнул гаремник Мане. Всё, что происходило дальше, меня не сильно волновало, потому что, встретившись глазами с Рокшаром, я застрял между страхом за свою жизнь и удивлением. Впору было бы подумать, что моё сознание кто-то всё же поработил, но это вряд ли могло быть так. Очнулся я, когда беловолосый наг, выпустив свой хвост, держал меня в объятьях и целовал со всей страстью, беспардонно лапая. Хорошо хоть, что дело было уже в коридоре.