Средимирье: Башни

Утречком на плацу я вновь почувствовал себя обычным работягой без мании величия и ощущения, что за мою голову назначена награда. Не смотря на предсказание долгих лет жизни, да и твердой уверенности в охранных способностях башни, я всё же ужасно нервничал из-за этого покушения. В связи с чем, скорее всего, нервничали мои гаремники, а когда первый в королевстве принц нервничает, знаете что происходит? Правильно: огромный такой внушительный трындец всему, что криво легло, под руку попалось или невовремя чихнуло. Мило, да? Вот и меня забавляло всё это, особенно при условии, что вокруг меня это исчадие ада крутилось вьюнком и боялось лишний раз дышать. Парни на плацу после разминки подойти ко мне откровенно говоря побоялись, ибо рядом был Рок, который теперь решил невзначай сопровождать меня, от греха подальше. Хотя по мне так этот самый грех он только ближе пододвинул, провоцируя мою нервозность. Я не люблю выделяться, просто потому что не ощущаю себя никем, круче обычного кадета этой самой академии. Если бы за всеми шастали наги в роли телохранителя, я может быть так и не волновался, но блин… Зато вот Рэсу присутствие нага очень даже пришлось по душе, он даже попросил составить мне пару в очередном тренировочной поединке. И не важно, что Рок в нём пользовался только защитой и ни разу не сошел с места, потому что я получил очередную похвалу своего учителя и сразу же забыл обо всем, что меня не устраивало. ― Риогалл, повтори, пожалуйста все тридцать атакующих заклятий огня, ― неожиданно попросил рэс Сануар. ― Хорошо, ― пожал я плечами и встал в центр защитного круга, защищающего всё, что находится по ту сторону. Учитель и Рок что-то обсуждали, но разумеется, я не мог их слышать, повторяя взрывающиеся и пылающие заклятья. Хоть и хотелось, а, тем не менее, я не хотел разочаровать своего наставника. Благо хоть огонь, в отличие от остальных стихий давался мне охотно, буквально выскакивая, стоило сложить очередное плетение. Сануар говорил, что это потому что во мне таится огонь, подобный драконьим. У каждого стихийника свои особенности в связи с их стихией, но такую, как моя, обычно наблюдают только у драконов и фантастических сущностей, вроде фениксов. Закончив с тридцатью заклятиями первого уровня, я решил не мешать им разговаривать и перешел в режим накопления энергии, окружив себя коконом из огня. Задумавшись, я, видно, не услышал, как они закончили, очнулся я, когда чужие губы вдруг коснулись моих, а руки осторожно обняли за плечи. ― В морду хочешь? ― сходу спросил я у Рока, ибо а кто ещё мог безболезненно пройти завесу из огненных плетей? ― Тебя было не дозваться. Твой учитель волнуется. ― Мог бы просто аннулировать, как всегда. ― Ой, ну и у меня же могут быть некоторые слабости? ― усмехнулся наг, опуская руки и отходя на пару шагов назад. ― К тому же, когда ты сконцентрирован на огне, я не могу потушить его… Эти слова заставили меня мысленно возликовать. Это значит, что всё же во мне есть такая магия, что не поддается чужой силе аннуляции. Круто! Я медленно взялся за ручки своих плетей и заставил прекратить движение шара вокруг себя. Твердая кожа под руками исчезла, стоило только захотеть, после чего я встал на ноги и подошел к своему преподавателю, который объявил о том, что на сегодня наш урок закончен. Я поблагодарил его и вместе с Роком пошел обратно в наши покои. ― О чем вы говорили? ― поинтересовался я. ― О тебе, ― улыбнулся наг. ― Это я догадался. О чём конкретно? Или это тайна? ― Нет, это не тайна. Тем более, что я всё равно хотел тебе заметить странный интерес твоего преподавателя к тебе. ― В смысле? ― сразу насторожился я. ― Ничего серьезного, что заставило бы волноваться, но он крайне внимателен к тебе и заставил меня тоже обратить внимание на некоторые такие вещи, что ты вряд ли поймешь. Он сказал, что ты не являясь стихийником обладаешь невероятным даром к укрощею огня. ― Почему я не являюсь стихийником? ― это меня даже обидело, что ли? ― Скажем так: понятие стихийника обычно складывается из двух составляющих: из умения управляться с определенной стихией и предрасположенностью к этому. Обычно все смотрят по первому, и тут нет никаких нареканий, но по предрасположенности ты скорее маг света, созидатель, если упрощать. Такие, как ты всегда долго раскрываются и обычно достигают невероятных глубин понимания бытия, но поверх этого в тебе живет огонь, который пока что перекрывает твой свет, а потому ты и кажешься всем стихийником. ― Живет? ― Да, как в драконе, например. Все огнедышащие не обязательно являются огневиками. Многие стихийники земли и воздуха также являются огнедышащими, а почему? Потому что в них живет огонь. ― И это плохо? ― Нет, не ты первый, не ты последний. В людях тоже нередко встречаются такие аномалии, но это позволило мне понять, что если и обучать тебя чему-то, то исходить надо из другой твоей натуры. Ты взрывоопасен, но с таким же успехом можешь быть спокойным, как вода. Я стихийник воды, я знаю, что говорю. Мне сложно игнорировать знакомые ноты. И потому я так был удивлен твоими скачками настроения, ты будто бы не всегда имеешь заземление. Теперь-то я хотя бы знаю почему. ― Что-то всё это больно непонятно. Во всяком случае неясно чем это мне грозит… ― Ничем, Рио, ― улыбнулся Рокшар. ― Просто способ тебя понять, не более того. Ага, сейчас, я так и поверил… После обеда я сбежал из-под надзора нага и, расправив крылья, взлетел над замком, наслаждаясь теплым весенним ветром и ярким палящим солнцем. Всё небо было в моих руках, я парил, скользил и кувыркался у самых облаков, готовый в любой момент встретить ветер лицом и буквально упасть к земле, всегда зная, что птица меня вовремя выведет из пике. И в один из виражей, когда прямо у меня под руками уплывали башни замка, я увидел тоскливый взгляд, направленный прямо на меня. Взгляд зверя, познавшего радость и свободу полета, но более не имевший возможности ощутить на своей шерсти мощь встречного потока. Я сделал крутой разворот и направился прямо на балкон безумного в своих мечтах котобира по имени Снежок. ― Ладно, парень, я могу сделать так, что ты вновь почувствуешь себя парящим, но… ― тут я понял, что говорил ни на языке людей, ни на языке дроу, а на чем-то смешанном, непонятном, словно одновременно говоря, как зверь, а в то же время и как дроу. И судя по морде зверя он тоже не ожидал такого поворота. Огромная махина мышц сначала попятилась назад, а потом начала скалиться. ― Вижу вы не привыкли так хорошо понимать, что говорят. Я хочу дать тебе полетать на своих крыльях. Вы бы видели что с ним случилось после этого! Он сначала обрадовался и аж подскочил на месте, а потом рассудил, что этого просто не может быть, потому что уже отбирал чужие крылья, но приделать себе их не получалось. Всё это полуобразами в моей голове дополняло его нетипичное поведение. ― Спокойно, знакомься: это синяя птица - мой фамильяр, ― я позволил маленькой птичке ярко-синего окраса опуститься мне на ладонь и показал её своему новому знакомому. ― Именно она является моими крыльями. Я могу дать тебе её на время, но после этого ты больше никогда не будешь нападать на других обладателей крыльев, ладно? Медвежатина кивнула мне и бухнулась задницей на пыльный пол. Я улыбнулся и посмотрел в сторону солнца, прижав к лицу руку, с которой слетела синяя птица, послушавшись моей просьбы. Котобир подобно мне, посмотрел в сторону неба, не заметив, как к его спине медленно приросли два огромных и сильных крыла. ― Взлетай, ― улыбнулся я ему, посмотрев на это немного странное зрелище. Снежок сразу и не понял, что я от него хотел, но потом, стоило ему пошевелиться, как он заметил покрывало из перьев, пристроевшееся у него на спине. Он вскочил на все четыре лапы и закружил, обнюхивая новинку, мне же не терпелось увидеть результат. Я подал сигнал птице и она взмахнула мощными крыльями котобира, под ним проявился круг левитации, после чего вся эта композиция рывком поднялась в небо. Мне оставалось лишь пройти к перилам, чтобы с улыбкой наблюдать за ними, а заодно и контролировать птицу, если медведь решит на ней умотать за горизонт. Ветер трепал мои красные волосы, затрудняя обзор, солнце слепило, стоило повернуться в его сторону, но само наблюдение за ликующим бело-черным зверем, что дорвался до своей мечты, было достаточной наградой за риск. Пусть он и чуть не убил меня, но я старался понять его страсть. Первые десять минут его полета прошли в тишине из отголосков жизни замка, но постепенно гул голосов становится всё громче, я отвлекся от котобира и заметил, что многие окна замка были распахнуты и из них высовывались заинтересованные лица, которые удивлялись и радовались тому, что видели. Символ замка наконец был в небе, как и мечтал всю свою жизнь. Даже на полигонах внизу приостановили занятия, чтобы посмотреть на это чудо. Медведь заправски управлялся с моими крыльями (хотя боги, я сам ими с первой попытки с легкостью смог управлять). ― Риогалл! ― позвал меня знакомый голос из-за спины. Позади меня появились два близнеца, нёсших безумную ответственность за народ этого королевства. Я лишь улыбнулся им. Каин и Силь прошли ко мне и встали по обе стороны, с таким же интересом начав высматривать в небе парящего котобира. ― Я так и знал, что ты что-то подобное выкинешь, ― усмехнулся Каиномар, приобняв меня по дружески и прижав к себе. Только поцелуй в затылок не вязался с дружбой как-то. ― Ну, он хотел, а я мог дать, так почему нет? ― не стал вдаваться в подробности я. ― Потрясающе, ― прошептал Кансиль, широко улыбаясь. ― Ты подарил символу замка крылья! И пусть они синего цвета, но я всё же попрошу переписать замковый герб. ― Снежок даже на гербе отражен? ― удивился я. ― Да, ты разве не знал? ― спросил Каин. ― До этого на гербе был обычный котобир, как знак того, что здесь издавна обитали эти потрясающие звери. Морда красномордого показалась у плеча принца. Огромный недомедведь плюхнулся на задницу и также обратил свой взгляд в небо. Немного позади так же сидел его брат. ― Замечательный день, чтобы сбывшаяся мечта одного жителя нашей страны осчастливила и вселила надежду! ― улыбнулся Кансиль. На взмах его руки, флаги на всех башнях сменили расцветку на более праздничную. Золотой свет солнца и новые яркие краски вмиг преобразили замок, заставив лишний раз улыбнулся. Это был тот самый момент, когда находишь себя именно там, где ты есть на самом деле. Я стоял на смотровой площадке лётной башни и любовался потрясающим видом вместе с близнецами дроу, один из которых был королем огромной страны, что раскинулась на многие километры вокруг этого места. Я был по-настоящему счастлив. Всё же у любых поступков, даже самых обдуманных, зачастую бывает весьма неожиданная отдача. Да, Снежок больше не пытался покататься на дроу, да и в башне его стали реже видеть, но лишь потому что эта большая гора меха стала преследовать меня! Он не требовал от меня крыльев, он их клянчил, строя умильную моську всякий раз, как я смотрел в его сторону. Первые разы это было ещё нормально, но потом стало раздражать. ― Как мы и думали, это дело рук именно моей семьи, ― вздохнул Каин, когда в узком кругу королевского совета мы все сидели в одной из специальных защищенных от прослушки гостиных. ― Значит, отравить меня пытаются ваши многочисленные родственники? ― понял я. ― Да. Им лучше всего было известно решение Домира, к тому же немало среди тех, кто считает, что фактор истинности можно иной раз и опустить. ― В столице найдется немало последователей той же мысли, ― добавил один из старших дроу. ― Истинность, конечно, популярна, но таковых пар столь мало, что многие просто не видят смысл всю жизнь чего-то ждать и разочаровываются, теряя всякую веру. Они забывают все положительные черты подобных союзов, вследствии чего и вовсе не понимают, зачем вокруг этого распускается столько разговоров. Отсюда появляются и ярые противники подобных пар. ― А уж королевская семья и вовсе наиболее редкий случай истинных пар, ― вздохнул ещё один, более молодой советник Его Величества. ― Пожалуй, за всю историю насчитывается не больше трех истинных, кто принадлежал к нашему роду, ― согласился король. ― Но проблема не в этом. Риогалл, ты уверен, что нам действительно не стоит приставлять к тебе охрану? Попытки тебя убить могут выйти за рамки отравленной еды. ― Не стоит, ― сказал я, кивнув Року. ― Так как на самом Рио лежит вето, то за него объяснять буду я, ― начал он. ― Башня обладает невероятной мощью, одной из задач реализации которой стоит сохранность жизни хранителя, будь то наследник или уже нет. Методы у неё весьма резкие, но быть может оно и к лучшему. Как многие из вас сами могли видеть, даже просто бокал в руках Риогалла, куда пытаются налить отраву, самоуничтожится, не дав возможности и капле напитка коснуться губ обладателя защиты. Лишь в одном башня не может дать идеальной защиты: магические удары. Она не даст умереть, но не сможет защитить сосуд, что содержит душу хранителя. Только от умений самого наследника будет зависит его здоровье в подобных поединках. Однажды мы уже сталкивались с этим: в Рио попала магическая молния, опалив большинство внутренностей, он выжил, как видите, но восстановление его так же заняло какое-то время. Нет смысла приставлять к нему охрану, даже при условии, что его защита слаба к магии. Убить его невозможно. ― Стоит ещё заметить, что на самом деле в момент атаки на Рио молнией, защита Башни была слаба, ― решил дополнить Каин. ― Резервы Башни в тот день были истощены и быть может именно поэтому она позволила Риогаллу оказаться на краю забвения. Как показала практика, по-настоящему ранить его очень сложно, потому что защитное поле из чистой энергии то и дело вмешивается в любую его даже самую слабую защиту. Я однозначно против того, чтобы ему приставили телохранителей. ― Невесть что тогда подумают те, кто задумал погубить его, ― заметил один из советников. ― Да, как минимум это будет странно, ― согласился другой. ― Семья может что-то заподозрить. Зачем допускать лишние вопросы и слухи? ― Можно пустить дезинформацию о том, что якобы преступник, пытавшийся лишить жизни избранника Его Высочества пойман и отдан в камеру смертников по суду Его Величества, ― предложил тот, что был самым молодым. ― Только Семья вряд ли на это купится. Или же надо действительно судить заказчика. ― Не волнуйтесь об этом, ― кровожадно улыбнулся сам король, ― тот, кто виновен в отравленном вине, уже наказан по всем правилам. Он в ссылке за государственную измену. Как-никак членов Семьи я не могу приговорить к смерти, но выслать из страны - всегда пожалуйста. Была бы моя воля и весомая причина для этого, я бы выдворил большую часть этого клубка змей, что носят имена моей Семьи, что впрочем всем присутствующим и так хорошо известно. Советники в большинстве своём либо понимающе улыбнулись, либо остались достаточно сдержанны, чтобы не показать своего одобрения. В тот момент мне действительно стало понятно, что Кансиль давно уже знает этих дроу и очень доверяем им, не первый год руководя огромной страной с их поддержкой. Мне никогда не было понятно, как можно чем-то руководить и брать такую огромную ответственность на свои плечи, когда есть риск предательства самых близких. Я бы точно не смог кому-то поверить, когда распоряжаешься такими рессурсами, впрочем, у меня и так с доверием всё плохо. Но когда перед глазами есть живой пример доверия, позволяющий королю быть просто дроу с этими людьми, тут невольно понимаешь, что быть может, иногда просто нужно немного больше веры? Ну и регулярная проверка на лживость. Каждый из нас не идеален, именно на этом сыграла Дева, когда создавала расы, но есть нормы допуска, когда ради общего дела можно отставить разность подходов и оставить общую цель. Магия невероятно усложняла и упрощала жизнь одновременно! В тот же вечер Каиномар впервые вывел нас в свет. На помпезной церемонии мы втроем были словно спец-гости, с которыми тотчас хотелось познакомиться всем. Приходилось изрядно попотеть, чтобы оставить благоприятное впечатление на публике. Когда бесконечный поток знакомств чуть поутих, я всё же смог найти себя во всей этой великосветской вечеринке, безостановочно став звать на паркет для танца самых милых представительниц слабого пола. Танцевать в паре под приятную музыку, когда можно было поговорить без лишних ушей, меня очень радовало. Хотя Рок и Каин моей радости явно не разделяли, потому что сами на паркет вышли от силы раза два, и то, чисто для формальности позвав в пару взрослых дам. Им эти встречи были привычны. На лицах застыли маски с улыбками, тела были неестественно вытянуты по струнке, ни одного лишнего движения, словно идеал, выточенный из смеси правил и норм. И я, такой нелепый, вечно что-то делающий не по канону, но притом до чертиков довольный проведенным временем. Я переходил от одних ласковых рук к другим, крал улыбки и блеск чужих глаз, заставлял сиять даже самых наутюженных леди, что старались не уступать принцу и остальным лицам высшего света. Все те, кто попадал в мои возрастную категорию, легко воспламенялись вместе со мной и далее уже горели сами, получая удовольствие от происходящего не меньше моего, ну а матерых визитеров было зажечь порой сложновато, а потому я не спешил браться за каждую встречную. ― Вижу, ты развлекаешься, ― улыбнулся Каин, подойдя ко мне с бокалами шампанского. Перепуганная птичка, которую я смог изловить на балконе в полном одиночестве, тотчас выпорхнула у меня из рук и с поклоном брату короля, скрылась в шумном зале. ― Ну что ты натворил? Как мне её теперь искать? ― вздохнул я, впрочем, не став отказываться от предложенного напитка. ― Ты, конечно, волен делать всё, что заблагорассудится, пока это не выходит за рамки приличия, но всё же хочу тебя предупредить: завтра все газеты будут писать о тебе. И я бы не был уверен, что тебе понравится содержание. ― Каин, искренне: мне всё равно. Я тут чтобы получать удовольствие от происходящего. Чего мне бояться чужого мнения? Я не могу держаться столь же уверенно, что и вы, а потому даже пытаться не буду. ― Покоритель сердец, ― вдруг мурлыкнул принц, поцеловав меня в макушку. Этот жест по-своему стал мне приятен и уже прочно ассоциировался у меня именно с Каином, который хотел выразить свою поддержку и любовь. ― Мне так хочется пригласить тебя на танец, но я почему-то более, чем уверен, что ты взорвешь высший свет отказом мне. ― И правильно! ― кивнул я. ― Танец на паркете подразумевает мужчину и женщину, и мне не хочется портить своё сознание тем, что это далеко не так в вашем мире. Я буду смешно смотреться в твоих руках. ― Ты будешь очень соблазнительно смотреться в моих руках, ― многозначительно сказал он прежде чем отпить из бокала. Настроение было слишком хорошим, чтобы злиться, а потому я только улыбнулся и щелкнул пальцами: рука принца прилипла к бокалу. ― Пойду искать свою голубку, ― помахал я ему рукой и унёс себя в шумный зал, после чего вокруг меня вновь закружился высший свет. Рокшара я то и дело видел в компании каких-то статных мужчин, что не подойду - вечно болтают на непонятные мне темы, ну а принц и подавно не был обделен вниманием. После очередного танца с милой девушкой, я вдруг почувствовал на себе недоброжелательный взгляд. Сигналы защиты я понимал достаточно быстро, чтобы прикрыть собой свою спутницу, в надежде, что её не заденет, если магическая атака всё же последует. Словно камень ударился о каменную кладку - кто-то безуспешно запустил в меня ментальный кошмар. Вот в какой защите Башне не было равных - так это в защите моего сознания! ― Ой, только что… ― забеспокоилась девушка. ― Чшш, ― я оборвал её, приложив палец к её губам. ― Оставим это без внимания, хорошо? ― Но как же? ― Прошу. ― Ну, хорошо, ― ошарашенно ответила она, а я за это увел её в другую часть зала, желая станцевать с ней ещё один танец. Мне было не до того, чтобы искать несостоявшегося убийцу, но про себя я это всё же отметил. И когда мне подсунули бокал, который разбился прямо у меня в руке, я лишь стал вести счет того, сколько раз за один прием меня решат убрать. Всё равно все их попытки весьма бессмысленны. Девушки то и дело обращали моё внимание на очередную попытку, они волновались, но мне удавалось подавить это в них всеми доступными способами. Как назло несколько раз и мужчины пытались завоевать моё внимание, в том числе и приглашениями на танец. И я выкручивался, как мог, врал, что уже занят, уверял, что не умеею быть ведомым, что не люблю танцевать и прочий бред, который можно было развеять сразу же. Но отдадим честь Року, который пару раз всё же отвел от меня подобную атаку. Как будущий муж, он мог не дать кому-то меня в пару, что несказанно радовало. Ночь сгущалась, время утекало сквозь пальцы, а я только больше расходился, откровенно подсев на энергетики местного разлива. Завтра надо было быть в форме и показать рэсу всё, что я мог, но что-то мне подсказывало, что после всего этого я буду не лучше поджаренного маршмеллоу. Утро было весьма утомительным. Я кое как отработал у учителя, даже ни разу не получил нагоняй, что конечно же радовало, но всё же я мечтал лишь о мягенькой кровати, что стояла в моих покоях. Рокшар нагло отсыпался всё это время, а Каин, как я понял, спать сегодня не хотел вовсе. Странные всё же эти дроу. Никакого режима, одна анархия! Когда рэс был уже готов меня отпустить, на полигоне неожиданно произошел инцидент. У юного мага, который занимался неподалеку, сорвалось заклятье, и о надо же: в мою сторону. Среагировать я не успел, как и мой наставник, лишь потому что нас снёс Снежок, который сразу после этого вскочил на лапы и заревел в сторону балкона второго этажа, где скрылась неизвестная нам тень. Судя по всему в лице бело-черного засранца я нашел неплохого такого защитника, цель которого была лишь в одном: выклянчить у меня крылья. И пока я отсыпался должные 6 часов, он вволю налетался по всей академии, дав возможность всем кому не лень проспойлерить прессе фотки и видео с прямой трансляции. Жизнь моя снова стала напоминать аляповатую мазню накуренного художника. Утром я посвящал себя убойным занятиям, днем отсыпался, а вечер и ночь проводил на приемах и выездах, охотно флиртуя со всем, что воспринимал, как женщину. А ещё я просто в упор игнорировал всё, что касалось прессы. Каин и Рок только ухмылялись, читая газеты, а я лишь подвергал их тлению, стоило мне попасться экземпляру, пускай тот даже был в чужих руках. Огонь послушно выжигал всё, что касалось там меня. Мои знакомые детки, живущие в стенах замка, с невозможным остервенением пытались меня отловить, чтобы порасспрашивать о балах и просто провести со мной время. Но так как их время зачастую соперничало с возможностью выспаться, сами понимаете, что получалось у них вырвать меня нечасто. И в таком духе прошел целый месяц, полный улыбок, смеха, глупостей и покушений на мою жизнь. Конечно же всех, кого могли, ловили и наказывали, но желающих всё равно было предостаточно. Семья отчаянно не хотела, чтобы Каиномар связывал себя узами с тем, кого посчитали недостойным. И так бы продолжалось в том же духе, если бы очередное приглашение Его Высочества не завело нас в поместье, где воспитывался маленький судья. ― Почему никто не сказал мне, что Каин и Рио приехали? ― возмущался маленький аристократ, подняв на уши всё поместье своих родителей. ― Как это запретили говорить? Кто тут принц, я или мои учителя? Для моего блага надо было сразу сообщить мне. Мои родители тут ни при чем, они меня уже три года не видели, сомневаюсь, что им было дело до моей учебы! Каиномар только усмехнулся, слушая всё это. Мы ждали хозяина дома у парадного входа. ― Да, на пятом периоде уже можно вести себя как подобает, ― усмехнулся он. ― Мы с братом спрашивали ещё серьезнее. ― Даже боюсь представить, ― прошептал я. Рокшар только усмехнулся. Не скрою, у них это действительно под корку заело, не удивлюсь, что командовать и помыкать они начали ещё не вылезая из колыбели. И как можно десятки лет жить с младенцем? Кто подскажет? Маленький судья, чья судьба была весьма сложна и обременена недетскими проблемами был очень гостеприимным хозяином и готов был развлекать нас вечно. Сами мы должны были уехать не позже, чем через три часа, ибо в противном случае опоздали бы на открытие выставки, но и это время у нас была возможность слегка притомиться от неумолимой энергии молодого аристократа. Он очень удивился тому, что мы появились здесь именно за тем, чему так мешало его слово. Зная законы, он авторитетно решил высказать людям об изменении своего решения, где должен был бы заявить, что наличие истинной пары сильно изменило его отношение ко мне. Теперь я в его понимании был достоин идти вместе с принцем Каиномаром по жизни. Пресса заявление не оценила. На разный лад там трактовали происходящее, что находило отражение и в разговорах со мной юных дев, что желали поделиться своими мыслями обо всей этой ситуации. Кто-то нас поддерживал, кто-то считал, что свадьбе не бывать, некоторые требовали от меня правды, которой для них не существовало вовсе. Мне же оставалось терпеть всё это взамен на приятно проведенное время и хорошее отношение ко мне лично. Пресса же говорила, что я чертовский ловелас, соблазнивший большую часть женского представительства высшего света. Кто-то меня обожествлял, кто-то очернял, а мне было несколько всё равно, пока я сам был доволен. Гаремникам было интересно то, о чем говорят, они этим развлекались, хорошо уяснив, что со мной об этом лучше не говорить. Жить в свете софитов было не так легко, но и не настолько сложно, чтобы строить из себя невесть что. Я был собой, и покуда оставалось именно так - волноваться было не о чем. ― Ну что ж, рассказывай, учитель, ― Каин просил рэса Сануара сесть в приготовленное для него кресло, после чего и сам сел напротив. ― Не называйте меня так, мой принц, Вы уже давно не мой ученик. ― Опустим формальности. Мне достаточно помощников и советников, чтобы насытиться чужим уважением. Вы давно меня знаете, и Вы мой учитель. Я хочу знать, зачем Вы просили об аудиенции. ― Так и быть. Каин, я хотел поговорить с тобой о Риогалле. Мне не хочется заставлять вас с братом лишний раз волноваться, но думаю, что эти факты всё же будут интересны. Этот юноша, что обладает скрытым огнем, наделен удивительными способностями. Помимо его редчайших артефактов и способности бесконечного резерва, у него врожденное чувство стихий, уникальная по своим свойствам защита из чистой энергии и скрытый талант лидера. Несколько дней назад я попросил капитана колонны, вместе с которой он проводит разминку, перестать распространять боевой дух, и как я и думал, Риогалл полностью заменил его, даже сам того не замечая. Ему не нужны магия и плетения чтобы воодушевившись самому, поднимать общий дух для всех. Это способности прирожденных полководцев, мой принц. Ему прямая дорога в армию Его Величества, такие кадры нельзя упускать. ― Да, о его лидерских качествах, признаюсь, не знал. Это объясняет, почему ему так претит всякое подавление. Однако, что касается определения его в нашу армию, то боюсь, что мы тут не имеем права лишать его его законного наследия. Он ведь тоже не из простых людей, не зря же мы познакомились на факультете миротворцев. ― Вот как. Выходит, его таланту не пропасть. Но как же тогда допустили, что он столь не обучен в магии? ― Его судьба принесла его из мира без магии. Его родовые способности соответствуют ожиданиям, но детство без должного обучения дает свои плоды. Приходится восполнять как попало, чтобы он смог конкурировать с подобными мне. ― Да, нелегко. ― Рэс, я всё же должен просить Вас, ― со вздохом начал принц, ― не давать ему ещё заданий, подразумевающий самому созидать магию. Его прежний учитель положил начало для долгого и утомительного перехода в глубины его сознания, ему ещё рано. ― Я догадывался о чём-то подобном. Хорошо, я учту это. Каин, ты нашёл самородок, я рад, что твоя судьба связана с этим великим мальчиком. Раз уж рок преподнес ему столько даров, я просто уверен, что он станет легендой. ― Он уже легенда, поверьте, ― улыбнулся Каиномаркансиль, посмотрев в точности туда, где висело спящее сознание Рио. ― Риогалл, ты где? ― голос Каина в голове оборвал меня на довольно интересной мысли о тщетности бытия. ― Я? На кладбище, а что? ― ГДЕ? ― На кладбище. И не ори, пожалуйста, а то голова начинает болеть. ― Какого лешего ты забыл на кладбище. И на каком именно? ― Я гулял. Тут не так далеко от замка. ― Как ты вышел за стены замка без моего ведома? ― Меня не выпускала стража, поэтому я трансгрессировал в воздухе. А это плохо? Мне нельзя покидать замок без твоего одобрения? ― Да к черту одобрение! Просто я должен хотя бы отчасти знать, где тебя носит, чтобы если что прийти на помощь. Чего ты на кладбище забыл? ― Гулял, я же сказал, ― я бы тяжело вздохнул мысленно, но так нельзя. ― Вообще я гулял по лесу, но вышел на кладбище, неожиданно. Вы бы хоть оградку поставили, что мол кладбище, а то иду, а тут странные надгробия. ― Так, у меня есть все подозрения полагать, что ты где-то не там, где я думаю. Сейчас буду. Открой, пожалуйста, свои мысли, чтобы я мог определиться с местом. ― Да пожалуйста, ― пожал я плечами и стал осматриваться по сторонам. Через мгновение рядом был Каин, который махом огляделся и схватив меня, трансгрессировал метров на триста назад, вынося нас за пределы кладбища. ― Что? ― спросил я сразу, догадываясь, что сейчас меня самого на распятие посадят. ― Да ничего, рад, что ты вообще цел остался, ― недовольно сказал мне в лицо дроу. ― Тут нередко наши некроманты тренируются, тебе повезло, что сейчас не период практики. Больше не уходи без ведома, ладно? ― М, да. Не буду, постараюсь по крайней мере. ― Вот и хорошо. Неожиданно для меня, принц решил составить мне компанию в прогулке по лесу, он сказал, что сейчас это будет даже на пользу. Лес был достаточно темным, чтобы под кронами деревьев сохранялось полусумрачное освещение даже при том, что было на удивление ясно. Мы не торопясь шли по тропинке, которая вывела меня к кладбищу. ― Рио, скажи мне, пожалуйста, ты волнуешься в связи с тем, что будет через месяц? ― спросил меня принц дроу, бросив в мою сторону взгляд. ― Ты о нашей свадьбе? ― чего он вспомнил-то? ― Да. ― Ну, волнуюсь, правда не сильно. Мне кажется, что тут не мне надо волноваться и переживать. Все и так за нас сделают, всё организуют, здорово же? Или ты не поэтому спросил? Каин кратковременно улыбнулся и вновь посмотрел куда-то вперед. В нём был стержень, заставляющий держать голову поднятой, а глаза широко открытыми. Странно было слышать в его голосе сомнение хоть в чем-то, ведь к нему настолько ладно приклеелась непробиваемая кожа существа, привыкшего нести ответственность и играть правильную роль. Он настолько врос, что это состояние, похожее на робота, стало им самим. Отчасти мне даже было его жаль, потому что он словно фарфоровая кукла, привязанная атласными лентами в стеклянном коробе. Я видел, как бьется сердце этой куклы, сам чувствовал это, а потому не мог смириться с происходящим. ― И тебя не волнует тот факт, что нас свяжут узами брака? Что с тех самых пор мы будем неразлучны духовно? ― Каин, ― вздохнул я, следуя вслед за ним. ― Я давно уже смирился с этими самыми узами. А всё, что нам предстоит - это быть главными персонами большого шоу для твоих подданных. После чего мы исчезнем здесь и окажемся в совершенно другом месте. Ах, ну да, ещё будет первая брачная ночь, но напоминаю ещё раз: я не дамся. ― И почему ты всегда уходишь к этому? Я уже понял твою позицию, жаль, конечно, но переживу. Просто, это поменяет нашу жизнь? Ты так не думаешь? ― И в самом деле? ― я готов был рассмеяться, но сдерживался. ― А ты не думал, что последние два года я и так словно не в своей тарелке? Эта жизнь идет вразрез с тем, как я жил в родном мире. Она непонятна, полна неожиданностей и ведет неизвестно к чему, хотя вру, ведет она к Башне, тут не поспоришь. Да, из-за меня, тебе придется оставить брата, оставить своих подданных, перебраться в Столицу на постоянку и даже в собственном посольстве ты будешь появляться не так часто, потому что тебя угораздило быть первым моим гаремником, тебе придется разделить ответственность со мной, тебя именно это пугает? Что ж, по крайней мере быть может, теперь ты будешь понимать меня чуть лучше. Из-за прозвучавшей правды, у меня у самого сердце забилось сильнее. Каин остановился и медленно повернулся ко мне. ― Это правда то, что ты чувствуешь? ― спросил он осторожно. Я мысленно профильтровал всё то, что вырвалось у меня изо рта только что и неохотно кивнул, не зная, чего ожидать. ― Значит, ты так и не привык? ― Нет, ― я помотал головой и пошел вперед, опережая своего гаремника. Каин успел схватить меня за руку и крепко обнять. Весь этот мир был мне чужд, жить здесь было страшно до чертиков. Я боялся собственных снов, слишком часто чувствовал себя полным олухом, ненавидел всё то, что было связано с сексом между мужчинами, и пытался научиться магии так, чтобы на меня смотрели не как на жертву недоразумения. Я хотел соответствовать статусу, но до этого было ещё так долго, что приходилось прибегать к самым разнообразным методам выживания и спасения собственной психики. Быть может, я не отказался бы для начала просто пожить в маленьком изолированном мирке или каком-нибудь королевстве, чтобы просто свыкнуться, но такого права мне не предоставили. Приходилось цепляться за знакомые вещи: красивую одежду, флирт с девушками, любовь к городам и изучению архитектуры оных, а также за пресловутую гордость, которая лучше всего позволяла держать себя в состоянии спокойствия. Я не истерил только потому что не мог себе этого позволить. ― Я так боюсь потерять всё это, ― прошептал Каин мне куда-то в основание шеи. ― И правильно. Со мной уже ничего подобного не будет, ни знакомых лиц, ни знакомого города, только неизвестность. ― Это жутко. ― Более чем. И я даже не могу извиниться перед тобой, потому что так же как и ты стою на краю пропасти и жду, как Башня в очередной раз толкнет меня в черную бездну передо мной. Не я вас выбрал, не я виноват во всем этом… ― Я тебя и не виню, ― лишь объятья стали теснее. ― Я вообще не хочу никого винить, просто мне страшно. ― И мне. Мы оба не знаем, что будет. ― И что будем делать? ― Хочешь от меня решений? На самом деле, я не порадую тебя, сказав, что просто плыть по течению. Принимать от Башни её очередные толчки в спину, пытаться хоть как-то увязать это с собственным пониманием мира. Как-то так. Потому что больше ничего не остается. Противиться происходящему бессмысленно, я думаю, ты и сам это понимаешь. ― Да. ― Поэтому надо просто сделать очередной шаг и идти дальше. В любом случае, теперь мы связаны, ― вздохнул я, смотря на блестящую от солнца листву. ― И я очень надеюсь, что вскоре с вас с Роком сойдет панцирь высокого происхождения. Мне куда проще будет понять вас, когда вы будете на моем уровне, а не две фарфоровые куклы. ― Вот, значит, как ты нас видишь. ― Что поделать. ― А мы видим тебя дитем малым, не понимающим азов и основ. ― Тоже хорошо, ― усмехнулся я, ― надеюсь, что мы встретимся где-то посредине. Но до этого ещё долгая и нудная дорога совместных передряг. Каин, мне нравится твоё королевство, но ты сам знаешь, что мне тут не место, я ничего не понимаю в государственном укладе, что мне не внять многим вашим правилам именно потому что мой разум не заточен под это. Я прост, как веник, а меня сватают к королевичам, сам посуди. ― Я знаю, Рио, знаю. Но всё будет хорошо. Столица - не государство, Башни - не королевский дворец, а Хранитель - не король. Мы как-нибудь справимся со всем этим. ― Потому что ничего другого не остается. А теперь пошли назад, а то тебя тоже потеряют. ― Хорошо.