Средимирье: Башни

Стоило сразу уточнить, что к набору персонала сами Хранители были меньше всего причастны, на самом деле работой в Башне лишь на пятьдесят процентов руководили сами Хранители или их представители, вторую половину ответственности несла сама Башня с её интеллектом и многозадачностью. И когда Брамр закономерно спросил, насколько сильно я повлиял на то, чтобы его взяли сюда работать, я честно признался, что моей руки тут не было и быть не могло, Башня себе в убыток работать точно не будет. А значит, его оценили по достоинству и взяли в штат не за красивые глаза. Правда, вот сам я в это верил не до конца. У меня создавалось смутное ощущение, что Брамра Башня одобрила только потому, что у меня было на то большое желание. По отзывам руководителей отделов, маленький лис не отличался высокими показателями, и стрессоустойчивость у парня была так себе, а когда ты каждый день имеешь дело с сотнями существ – это очень важный пунктик. ― Спасибо, если оно действительно так, ― вздохнул я, обращаясь к Башне. Вокруг была тишина и хорошо освещенный коридор, ведущий к внешней галерее. Никто мне так и не ответил. Впрочем, стоило бы удивляться обратному. Поначалу я приглядывал за своим бывшем соседом, за тем, как у него появляются друзья в отделе. И отчасти я ему завидовал: нормированный рабочий день, три выходных в неделю, ты теряешься среди других белых мантий... а я как бельмо на глазу, только что кроваво-красное. Подружиться со служащими – за гранью фантастики, все смотрят с благоговением и обожанием, и если ты обращаешь внимание на человека, то это либо ступор, либо желание прыгнуть в твою кровать. Плавали, знаем. ― Мне так нравится здесь, ― улыбнулся Брамр искренне и беззаботно. ― Мои родители счастливы, как никто, да и я рад. Знаешь, мне ведь с такой зарплатой даже откладывать удается. Может, скоро и прикуплю себе домик где-нибудь за третьим кругом. Боги, как это было бы здорово! Я стоял и смотрел на его улыбку и тихо завидовал житейским радостям. Своё дело нашло своё трудолюбие – просто здорово. ― Я могу подарить тебе домик, ― пожал я плечами. ― Что? ― опешил лис. ― Нет, Рио, не надо! Я сам накоплю… ― Почему? Брамр замялся и упёрся взглядом в пол. Я ведь и правда мог сделать такой подарок, денежные ресурсы Башни огромны, у нас даже сокровищница есть во всей красе, а ведь многие из вещей в ней лежат там без дела и действительно никому не нужны, как и говорил Блок. При всем при том, что Столица облагает налогами весь честный заработок, Башня от этого ни капельки не страдает. У нас нет конкурентов, а цены услуг фиксированы, плюс гибкая система штрафов, налоги на опасность, да и так далее, уж с чем-чем, а с деньгами проблем нет. ― Я не хочу пользоваться нашей дружбой, ― пояснил лис. ― Я же вроде сам предлагаю… ― Просто не надо, Рио. Я всего добьюсь сам. ― Ну ладно, если что, как говорится, где я живу, ты знаешь. Брамр явно чувствовал себя не в своей тарелке. Он отводил взгляд и прятал руки в карманах белоснежной мантии. Я отвык не чувствовать, что ощущает собеседник, всё же общение с гаремом вырабатывает привычку слышать на чистую, а не гадать. ― Я всё ещё не до конца осознаю, что ты оказался наследником Башни, ― признался Брамр, когда мы уже возвращались к его рабочему месту. ― Подумать только, я жил с тобой в одной маленькой комнатушке и заставлял тебя собирать носки по полу. Жесть… ― Хранители такие же люди, так что не заморачивайся. Мне совсем не надо, чтобы ты относился ко мне, как к Хранителю, ― отмахнулся я. ― Мне достаточно тех, кто считает меня чуть ли не богом во плоти. ― Ну, насколько я знаю, Хранители ведь обладают такими силами, что впору было бы считать вас именно богами. ― Всё относительно, Брамр, у настоящих богов не всегда есть могущество и сила, а у таких, как я, тоже есть свои секреты. Башня ведь особенное сооружение, её сама Дева возводила, стоит ли удивляться. Работай усердно, получай доверие Башни, и я с радостью познакомлю тебя с библиотеками этого величественного сооружения. Жалко, что на ваш этаж я ничего спустить не могу. ― Да не возись ты со мной. ― Тебе разве не интересно? ― Очень интересно, ― улыбнулся лис. ― Но ведь ты тоже занят. За полчаса обеденного перерыва ты уже семь раз прерывался, чтобы что-то решить или кого-то проконсультировать. А ведь как я знаю, у Хранителей не бывает выходных. На это я мог лишь тяжело вздохнуть. Что правда, то правда. Мане открыл мне доступ к информационному полю Башни и с тех пор покоя не было никому из нас. Я только успевал перехватывать гаремников и раскидывать им задания, а где рук не находилось – брался сам. И это при том-то, что Каин теперь большую часть дня проводил в посольстве и занимался своими делами. Даже приходя в Башню вечером, он вынужден был в чем-то помогать. Иной раз мне начинало казаться, что мы задохнёмся разруливать все навалившиеся проблемы, мозги скрипели от ежедневной нагрузки, так Икзар ещё и план светских выходов притащил, чтобы я понимал, где и когда мне следует появиться. Думал, что убью его. Помимо проблем Башни теперь были мучения с тем, чтобы выбрать и подготовить гаремника для выхода в свет. На праздники конкретных рас, разумеется, предпочтительно было брать гаремника той же расы, как показатель, что Хранители благосклонны ко всем. ― Так, кто есть свободный на этот четверг? Едем в оперу, ― спросил я за ужином, не расставаясь со своим планом. Время пораскинуть мозгами было только сейчас. ― Я явно к четвергу не разберусь, ― тяжело вздохнула Руру. ― У меня встреча, ― сразу признался Каин. ― Ненавижу оперы, ― фыркнул Лекхоб. Кто бы сомневался в полубоге, отрицающем все земные радости жизни, ему лишь бы сидеть в научном отделе и влезать в каждый второй проект. Его вообще сталкивать с гостями было бессмысленно, поэтому в основном на нём лежали вопросы технического характера. ― У меня по четвергам обучение с Икзаром, ― известил Дэмир, едва остановившись от принятия пищи. Мне бы его аппетит, а то стресс и постоянное напряжение даже поесть нормально не дают. ― Занята, ― пожала плечами Миракл. Вот уж кто добился своего. С её страстью взламывать все и всех, она уже сейчас была на руководящем посту в отделе разведки. Взломщик оказался очень полезным кадром, даже гаремники Мане её приняли и общались на равных. ― Я, наверное, тоже к тому моменту ещё не освобожусь, ― тихо проговорила Иль. Дриада мало того, что взяла на себя все сады Башни, так и была занята в отделе переправ. Она помогала существам переправлять диковинные растения между мирами, иногда и зверей тоже. Вообще Башня предоставляла самые разнообразные услуги. Насколько я мог вспомнить, сейчас как раз разрабатывался проект по переправе вместе с эльфами части их леса, так что сомнений быть не могло – Сильвелет будет занята. ― Я пока что свободен, ― сообщил Рокшар. ― Я тоже, ― согласилась Филл. ― Я ещё не знаю, но, наверное, да, ― признался Дефаурен, подкармливая своего мерзкого ворона, сидящего у него на плече. ― У меня тоже планов нет, ― вздохнул Никс. ― Что у тебя? ― спросил я Вуту, зависшего перед тарелкой. ― А? А, что у меня? Да, вроде, ничего нет. Но я оперы не очень, сам знаешь. Скуку наводит завывания слушать, ― отозвался феникс. ― Вута, ― позвал я его. ― Я вроде бы просил не работать за обеденным столом. ― Да, прости, я и не работаю. Я просто задумался кое о чём. По работе… ― тише добавил мифический оборотень. Мне на это оставалось только усмехнуться. У нас были установленные правила, позволяющие хоть когда-то видеть друг друга. Мы всегда обедали вместе (ужин и завтрак были необязательными для присутствия в нашей столовой), за столом запрещалось откликаться на зов Башни, даже если дело было срочное – для этого Мане найдёт своих людей, на крайний случай сами как-нибудь разберутся. Не так уж часто по-настоящему требовалось присутствие вышестоящего руководства. Многие белые не хотели брать на себя ответственность, поэтому и взывали к старшим, да и Башня всегда присматривала за тем, где не помешало бы вмешательство, почему нас и мотало на вызовы. Каждый гаремник занимался тем, что ему было больше понятно и близко, и если узкие специалисты, как Руру, Миракл, Лекхоб и Иль, достаточно быстро нашли себя в конкретных отделах, то остальные были что-то вроде мастеров на все руки, а потому каждый день приходилось разгребать самые разнообразные сложности и сходу вникать во все тонкости. Благо хоть отделы встречающих и отправляющих перекрывались Никсом и Дефауреном, у которых языки хорошо были подвешены, а терпению их можно было позавидовать. Вот уж где, а в двух самых больших отделах я ненавидел появляться. Слишком много народу, мгновенно сотни взглядов, обращенных к тебе. Дэмира пока что чаще всего брали в отдел доставок, его чисто физически было опасно оставлять наедине с посетителями. Рокшар, Филл и Вута были примерно в том же, что и я, положении, только вот Рока скоро должны были назначить, а это грозилось дополнительной нагрузкой. А ещё меня раздражало, что Башня так осторожничает и лишний раз не давала белым и шагу ступить. Мане со смехом рекомендовал игнорировать её просьбы о помощи, но я до сих пор не мог наверняка понять, где дело пустяковое, а где не очень. Для Хранителя-то это дело опыта, а я пока только осваивал все свои обязанности. Ещё и этот высший свет… ― Риогалл! ― прилетел ментальный посыл с наводкой. Я тотчас поднял голову и встретился взглядом с красными глазами вампира. На губах расцвела улыбка. Филл, стоящая со мной под руку, вовремя заметила обращённый к нам взгляд хозяина бала и потянула меня в нужную сторону. С ней я не боялся ударить в грязь лицом, ведьма умела вовремя заметить неладное и предупредить несчастье. Шумные мероприятия она не то, чтобы любила, но, во всяком случае, не упиралась от того, чтобы на них появляться (Лекхоба на аркане фиг вытащишь в высший свет). Официальная часть с лобызанием и взаимным разбрасыванием комплиментов осталась позади и мы поспешили в зал, где нас ждал Вигор. ― Привет! ― улыбнулся он и кинулся нас обнимать. Филл на это только улыбалась и поглядывала на меня. ― Какими судьбами? ― спросил я, поёжившись под тонной взглядов. ― Приехали с дядей заключать соглашение, а тут приглашение. А я чуть было не отказался, не зря - не зря… Погляжу, вы теперь в свет выходите регулярно? Не устал ещё? ― вампир улыбался во все свои клыки, придерживая бокал с вином. ― Твой дядя здесь? ― аж мурашки по спине побежали. Вроде и рад, а страшно. Жуть. Вигор блеснул глазами и не стал ничего отвечать, лишь перевёл взгляд на Филл и улыбнулся ей. ― Ты прекрасно выглядишь, ― сказал он, а девушка присела в реверансе и с улыбкой поблагодарила за комплимент. ― Мне положено выглядеть под стать мужу, ― призналась она, смело отвечая на пристальный взгляд. ― Филл, я оставлю тебя Вигору ненадолго? ― спросил я её, понимая, что если сейчас же не встречусь лично с Роаном, то меня сожрёт ожидание. ― Ладно, ― всё же расстроилась девушка. ― Я скоро, ― я поцеловал её в щеку и отдал ее руку своему другу, как бы передавая опеку над ней ему. С ним, я уверен, скучать ей не придётся, а вот Роану показывать её не обязательно. Да и фиг его знает, что он может выкинуть. Вообще короля Бальзариума я всё ещё слегка побаивался, но, с другой стороны, в Столице я фигура видная, ему будет приятно, что Наследник о нём не забыл в высшем свете. Найти его ничего не стоило, всё же Башня своих подопечных всегда держит под наблюдением, поэтому тут даже Хронометр был не нужен. Роана я нашёл в окружении других вампиров, они о чём-то увлечённо беседовали, но, судя по мимике и динамике разговора, знакомство состоялось недавно. Понять это было не так уж и сложно. Привлекать к себе внимание я не стал, лишь встал так, чтобы Роан меня заметил, и лишь когда его глаза расширились от удивления, а на устах заиграла улыбка, я подошёл ближе и поприветствовал его. ― Риогалл, я не ожидал тебя увидеть здесь! ― признался он, склоняя свою голову в ответ на мой жест. Другие вампиры заинтересованно притихли. ― Признаться, я тоже, ― усмехнулся я. ― Но я рад нашей встрече. Дать существу право знакомить меня со своими друзьями – подарить ему дополнительное внимание и ценность. Пока свет ещё не так хорошо меня знал, такими вещами можно было играть на политических полях. Закрепим его положение в Столице, пожалуй. Тем более что гость он здесь нечастый. Часок болтовни с вампирами высшего света Столицы и у короля минимум десяток полезных знакомств за такой короткий срок. Очень забавно наблюдать за существами, которые по статусу вроде бы одного ранга, но, не зная точно таких деталей, как мощь армии, размеры страны или же её местоположение, они будут хорохориться и ходить кругами, пуша свои хвосты, как павлины. Прощупывая почву. Для меня, перед кем всегда и все склоняли голову в почтении, это выглядело фарсом, но на самом деле только так можно было избежать неожиданностей или случайного оскорбления. Союзников лучше иметь везде. ― Мне было очень приятно увидеть тебя, да и всё остальное, ― едва слышно сказал Роан, глуша свои слова бокалом с красным напитком. Мы стояли у границы танцевального паркета и наблюдали за парящими над ним парами, среди которых были и Вигор с Филл, моя жена любила танцевать, пожалуй, только ради этого она и выходила в свет. ― Не стоит благодарности, мы же всё же друзья, ― улыбнулся я сам себе. ― Мне самому приятно пока что выделять своим вниманием людей, это совсем просто, а так высоко ценится, что даже страшно. Вы надолго в Столице, не желаете заглянуть в Башню? ― У нас мало времени, но предложение более чем заманчивое. Твой наставник не будет против? ― Нет, Мане полностью мне доверяет, да и почему я не могу привести своих друзей в собственный дом? Король лишь согласно хмыкнул и вновь обратил всё своё внимание на танцующих. Филл смеялась, скользя в великолепном древнем танце, ведомая моим другом – чудесная картина, надо будет забрать её и тоже потанцевать. Заодно, может, узнаю, чем же вампир так её рассмешил. ― Если я приглашу тебя… ― Я откажу сразу же, не постеснявшись лишних ушей, ― перебил я его, даже не повернув головы. ― Мои принципы нерушимы, Роан, я не танцую с мужчинами. ― Как жаль, что ты такой же упрямый. ― Кому как. ― Из-за этого ещё больше хочется тебя сломать и подчинить своей воле, ― прошептал вампир, а у меня мурашки по спине побежали. Я бросил на него разгневанный взгляд и столкнулся с глазами, в которых искрился смех. Ему смешно… Я бы посчитал его смертником, если бы он не был мне так хорошо знаком. Смеяться над Хранителем не каждый мог себе позволить, впрочем, я вроде бы и сам хотел дружеского к себе отношения, а не глухого обожания или страха. Мне хватало уже того, что чуть ли не каждый третий новый знакомый пытался либо забраться в мой гарем, либо пропихнуть туда своего родственника. Фатализм на грани наглости. До чего же странным может оказаться желание быть под крылом нерушимой защиты. Тот вечер, в целом, мне понравился. Мы с Филл провели его в чудесной компании и даже согласились на ночную прогулку с Вигором, который жаждал рассмотреть Столицу, ну или хотя бы центральный её район. Ведьма была рада и совершенно свободно общалась с вампиром на самые разные темы, но так же трепетно держалась за меня, нуждаясь в прикосновениях и моём внимании. Тогда я чувствовал себя невероятно уютно и хотелось, чтобы ночь никогда не кончалась. ― Так, выходит, Каин наконец-то добился своего? ― удивился Вигор. ― Я уж было думал, что вы никогда не найдёте сладу друг с другом. Я на это лишь улыбнулся. ― Истинная любовь Башни не позволяет никому остаться в стороне. Может отсрочить, да, но однажды чувства нахлынут, когда не ждали, ― рассудительно произнесла Филл. ― Когда они пробудились к одному из нас – это было ударом по всем. Хотелось взаимности здесь и сейчас, не смотря на то, что мы не можем ревновать Рио друг к другу, это было больно. Зависть и обида поглощали души, а мы ощущали это в общих нитях и страшились. Благо, радости Вуты хватило, чтобы поддержать равновесие. Версия ведьмы была для меня откровением. Тёмная сущность, которая вырабатывала невероятное количество негативной энергии, казалось, просто не могла ощущать светлое чувство любви, но Филл была влюблена, вместе с тем ко мне был обращён её взор. Эта девушка знала очень много таинств и читала этот мир подобно полубогу, разве что не столько интуитивно, сколько благодаря обрядам. Тихая, покорная и внимательная снаружи, она открывала свою сущность, только чтобы подчинить себе потоки жизненной энергии, она танцевала босыми ногами в пустом зале и кричала странные песни, восхваляя дары природы и звёзды, несущие память веков. В такие моменты она была красива, как никогда. Сильная, чарующая, неукротимая. Её тёмные волосы взлетали и опускались, пронзительные глаза блестели, отражая тень мироздания, изящные руки и ноги белели на фоне тёмного платья, а тело изгибалось во власти магических движений. Иногда мне хотелось присоединиться к ней и понять суть обряда, но я каждый раз останавливал себя, боясь нарушить гармонию. ― Выходит, сейчас взаимные чувства пробудились к двоим? ― спросил Вигор. Мы медленно шли по аллее, разглядывая светящиеся витрины магазинчиков. ― Да, к Вуте, фениксу, и Каину, ― вздохнул я. ― Кстати, знаешь, чувства, которые я к ним испытываю, так непохожи, что иной раз я вообще сомневаюсь, что это именно любовь. Филл чему-то улыбнулась и тотчас спрятала свою улыбку, отвернувшись в сторону света. ― А ты думал, что всех будешь любить одинаково? ― спросил вампир с иронией. ― Я не уверен, что найдётся хотя бы несколько пар, чьи чувства будут одинаковыми. Все мы разные, у всех нас есть достоинства и недостатки, так что каждый из нас любит в другом только что-то такое, что близко его сущности и желаниям. Я не удивлюсь, если ты скажешь, что ваши с Каином отношения строятся на страсти и сексе, поверь, это было бы очевидно… ― Хех, отчасти, наверное, это так, ― задумался я. ― Каин и правда меня привлекает в сексуальном плане, пожалуй, сильнее, чем Вута, но всё же тут другое. ― И что же? ― Сложно объяснить. Первой моей мыслью, когда пробудилась взаимность, было желание защищать его ото всех врагов. Я тогда понял, что ради его благополучия всё что угодно сделаю, только бы всё было хорошо, и он был доволен мной и своим положением. Нечто похожее на самопожертвование, словно бы от его благополучия зависит и моё душевное спокойствие. Хотя, может, так оно и есть. Вампир задумался над моими словами, да я и сам был склонен проверить свои ощущения, чтобы удостовериться, что так оно и есть, но неожиданно ведьма спросила меня о том, что же тогда я ощущаю к Вуте. ― Мы ведь тоже ощущаем различия в том, какие эмоции поступают к нам через общий фон, ― пояснила она. ― Мне интересно было бы разобраться в твоих чувствах. ― С Вутой у нас отношения скорее близко-родственные. Я могу подойти к нему с любой проблемой и пожаловаться на жизнь, плюс мы разделяем общий огонь, что делает нас ближе. Он словно мой брат, родственник, возлюбленный, всё это разом в одном флаконе. Не уверен, что это можно представить по такому странному описанию. ― Насколько мне это ощущается, вы словно братья-близнецы, помешанные друг на друге и на телесном контакте, способные урезонить второго и желающие контролировать всё, что происходит вокруг половинки, ― сказала ведьма, рассматривая звёзды. ― Красивые чувства, спокойные, гладкие, бескорыстные, наверное, о такой любви стоит мечтать. ― Филл, а как ты любишь? ― спросил Вигор. Вопрос ударил в самую точку. Я на мгновение замер, опешив от того, что он сказал, да и ведьма не сразу собралась с мыслями. На секунду я ощущал её колебание, не хотела открываться вампиру или же мне? ― А я просто люблю, ― пожала она плечами. ― Скажем, мне непонятны замашки Каина или взаимосвязь Вуты, я могу найти тысячу причин, чтобы любить, могу объяснить каждую грань этого чувства, но оно не настолько сильно, чтобы сводить меня с ума, как других. Не знаю, плохо это или нет. Я не готова падать ниц и молиться на светлый образ Хранителя, но меня очень даже устраивает жить под крылом Башни. Это стойкое ощущение, что я не хочу терять то, что имею, и всеобъемлющая благодарность с того самого момента, как мы вообще встретились. Меня спасли, мне дали дом и свободу, и я настолько этому рада, что готова расцеловать того, кто мне в этом помог. Так что, Рио, моя любовь банальна и символична. Я смотрел на неё и думал об этом. Возможно ли любить в благодарность? По выбору? Из-за качеств и результата сделки? Не слишком ли это прагматично? ― Знаешь, а я вот могу это понять... ― кивнул Вигор. ― Наверное, даже понимаю. Я ведь, может, и друг, а тоже благодарен Рио и по-дружески люблю. По-дружески, ― повторил он, увидев моё удивлённое выражение лица. ― Вообще, мне понятен принцип любви в благодарность, всё же среди аристократов браки по расчету не редкость, и ведь как-то же супруги находят общий язык, начинают друг друга любить, пусть и не так пылко, как те, кого свела страсть. И по мне, так это самая взвешенная любовь, пусть и опасная тем, что на дороге может появиться любовь страстная, которая снесёт голову и заставит здравый смысл капитулировать. Впрочем, вам с Рио это не грозит… Прагма? Любовь как благодарность за то, что есть и было сделано? Что-то подобное я ощущал к Рокшару и Каину за то, что они помогали мне всё то время, пока я беззащитно познавал новый мир. Я мог позволить им всё, что угодно, лишь бы они были со мной. Сейчас дроу я воспринимал иначе, более чувственно, желая быть защитой ему и воплощать его желания по своим силам. Из тех чувств благодарности выросло нечто иное. Что же я ощущал к Филл? К прекрасной тёмноволосой ведьме с потрясающим, таким сексуальным и соблазнительным телом, и разумом, затмевающим мои опасения. Благоразумие и красота – чудесное сочетание. Наверное, это были те самые качества, которые я бы предпочёл увидеть в своей избраннице. Только как отличить благодарность от любви? По прошествии нескольких дней, когда представитель власти вампиров посетил Башню, да и назначение Рокшара состоялось, я всё ещё обдумывал мысль о такой форме любви. Я бесконечно сравнивал свои ощущения и внимательно наблюдал за ведьмой, которая, казалось бы, не обращала внимания на мои метания. И, быть может, это бы не зацепило меня так сильно, если бы не один-единственный фактор: между нами больше не было стены. Её мысли скользили в моём подсознании вполне обыденно, да и читал я её с первой попытки, в то время как большинство гаремников оставались для меня головоломками. Однажды звёзды сошлись на небе так, что я невольно выбрал не самый короткий путь к своей спальне. Тогда я думал лишь о том, что мне стоило подумать ещё, быть может, поискать ответы в памяти Башни, но вместо четкого решения я лишь упёрся взглядом в белоснежную приоткрытую дверь, ведущую в зал для физической подготовки. Это было большое светлое помещение без окон, в котором нередко проводились занятия по рукопашному бою или же дуэли на мечах, но сегодня его высокий потолок ловил не тяжелое дыхание и отзвуки ударов, а песнь, срывающуюся на крик. Я даже не сразу признал в этом голосе Фил, ибо он отличался повышенным диапазоном. Она полуголая, в облегающем топе и длинной юбке, скакала по помещению в древнем как эта земля танце, и чем дольше я наблюдал за ней, тем прекраснее она мне казалась. Её длинные каштановые волосы то взлетали, то обрушивались, нередко закрывая обзор, а все движения, столь плавные по большей части, в стратегический момент расставляли акценты резкостью и динамичностью. Она рисовала узор своим телом и своей песнью. Истинный облик ведьмы, который удавалось увидеть столь редко, что я не смог заставить себя отступить. Но не только я наблюдал за ней, её взгляд проникал в меня десятки раз, прежде чем в моей голове возникло предложение присоединиться, явно отправленное девушкой. Я хотел было отказаться, но отчего-то казалось, что ей я сейчас необходим. По правде, танцевать я практически не умел, бальные танцы не в счет, ибо тут науки особой не надо, заучил последовательность и гоняешь по кругу с разной степенью выразительности. Танец ведьм отличался свободой, хоть стриптиз танцуй, впрочем, если припомнить, то духи не любили одежду, поэтому я обнулил одежды Башни до нижних штанов, после чего поймал одобрительный взгляд Филл и взял её за протянутую руку. Ведьмовство было делом трепетным. Из поколения в поколение ведьмы собирали секреты и тайны своего дела, но всё равно всё решали резервы. Чтобы усовершенствовать формулы затрат энергии, потребовались многие века, поэтому даже в сфере, где, казалось бы, вся магия зависит только от собственных желаний и умений, знания и навыки играли большую роль. У Филл были отличные учителя и возможность изучать редчайшие книги по её природному дару, плюс она была уникумом, поэтому я не сомневался в том, что стал замешан в каком-то древнем ритуале. На моё удивление, как мне казалось, моё же деревянное тело вдруг стало легко раскрываться в танце, с подачи девушки. Её рука, держащая мою почти невесомо, вела в неосознанный мир танца-обряда. Её крик и яркие слова-вспышки с каждым новым движением открывали всё больше оттенков этого мира. Я слышал, как души звёзд откликались на наш зов, как они перешептывались между собой и шептали что-то в ответ. Но их было сложно расслышать. Постепенно мир вокруг стал преображаться, приоткрывая завесу. “Принимая мою жертву, полуночные духи убитых безжалостным врагом откройте источник вашей погибели, укажите направление, где таятся те, кто надругался над вашими телами и лишил будущего…” Духи начали метаться, а вокруг нас вспышками разлетались картины их смертей, их последний ужас, от такого и замутить-то могло за здрасьте, но активный танец не давал сосредоточиться только на одном видении, они пролетали мимо. “Слейтесь воедино, чтобы открыть путь...” Во всем этом было что-то очень нехорошее, но процесс мчался всё быстрее, распутывая загадку. Тело горело, словно в огне, но такового не было. Мы то взлетали над полом, то падали, то кружились, то стремительно бежали куда-то. Я мог лишь читать эти жесты, даже не представляя, как ведьма успевает понять, какими движениями указать направление своих поисков духам, откликающимся на её слова. Это был обряд, цель которого мне была смутно понятна. Спустя какое-то время и, наверное, литр пота, выступившего на моём только теле, мы замерли перед огромной картой миров, где перед нами висела большая планета, окутанная несколькими слоями эфирных параллелей. Казалось, что она вся была покрыта опухолями непривычного цвета. “Здесь. Здесь,” ― шипели с разных сторон духи. ― Ближе они подобраться уже не смогут, ― вдруг заговорила ведьма, тяжело дыша. Она всё ещё сжимала мою руку. ― По этому миру придется искать местные души, вовлечённые в конфликт. ― Он такой странный, ― признался я, рассматривая неравномерность эллипсоида, сияющую дополнительными альтернативами. ― Кажется, девятикамерный мир. Восемь побочных параллелей. На радость, таких миров найдётся не больше миллиона в нашей Системе. Будем верить, что я потрачу меньше времени на его поиски. Чтобы найти эти души, я проводила обряды больше года, кстати, хорошо, что ты пришёл, я боялась, что моей энергии хватит лишь на то, что они покажут направление. А они даже мир нашли. Чудесно, ― улыбнулась мне шатенка и сжала свои пальцы на моём запястье. Только после этих слов я спохватился и стал ощупывать собственные резервы. А сожрало-то это дело неслабо! Неужели духам надо столько сил, чтобы совершать поиск? ― Погоди, я сотворю запечатление, ― опомнился я. ― Думаешь, так будет проще? ― Филл, что именно ты ищешь? ― спросил я, когда образ вокруг нас стал растворяться, возвращая нас в реальность. Девушка поёжилась. Видимо, отсутствие движений и прохладный воздух начали давать свои плоды. Я щелкнул пальцами и на нас обоих вспыхнули одежды Башни. Хотя всё равно хотелось в душ. ― Я ищу того, кто развязал всю эту войну с демонами, ― призналась она, медленно оседая на пол. Всё-таки она сильно устала, пускай резервы и восполнялись с должной скоростью. ― Этот демон хорошо себя защитил, поэтому единственный подход к нему это духи тех, кого он убил своими приказами и действиями. Надеюсь, что найдутся те, кого он убил лично, чтобы я смогла увидеть его лицо. Мой учитель посоветовал мне попробовать найти его, да и Мане признался, что это будет хорошо. Если мы поймём, кто именно всё это затеял, то сможем заглянуть в саму суть конфликта. ― Подожди, то есть ты хочешь сказать, что до тебя его поисками никто не занимался? ― спросил я удивленно. ― Нет. Я же сказала, что он хорошо себя защитил, ― напомнила мне ведьма, связывая волосы в хвост. ― Найти его напрямую невозможно. Разведчики дальше Владык не уходят, но за всем этим однозначно должно стоять только одно лицо, тот, кому принадлежит сама идея, кто всё это запустил. Его ищут миллионы порученцев, но не у всех есть такие возможности, как у меня… В её глазах блеснул оттенок гордости, и я был волен с ним согласиться. Всё же моя жена много трудилась, чтобы постичь технику призыва и направления. Для таких вещей требовалось много знаний, дабы не дать духам забрать твоё тело, к тому же, чтобы выйти за пределы мира, требовалось так много энергии, что тут и, правда, разве что уникум справится. ― Выходит, ты фактически единственная, кто вообще может найти зачинщика? ― Возможно, ― пожала Филл плечами. ― Но чтобы определить мир, потребуется ещё какое-то время. Потом нужно будет прошерстить доступную нам историю, постараться найти упоминания умерших. Потом провести обряды призыва. Надеюсь, что хоть кто-нибудь застрял ещё в том измерении. Найти как можно больше духов, чтобы потом уже создавать запрос на первый сход, давать им задание, а с новой луной получать результат, как сегодня. Учитывая, что там девять плоскостей, найти его будет непросто. Я шумно вздохнул и нахмурился. ― Сколько ты уже этим занимаешься? ― Два года? ― удивилась она моему вопросу. ― Понятно, ― выдохнул я. ― Мир я тебе найду через сердце Башни, определить его не будет большой сложностью. ― Хорошо бы, ― улыбнулась мне жена, а у меня непроизвольно вырвалась усмешка. Забавно узнавать, что та, о ком в моей голове не прекращают крутиться земные вопросы, занимается тем, что возможно только ей под силу, чтобы остановить войну, захватившую несколько десятков миров, в том числе и наш. И почему мне всегда казалось, что герои и простые люди - это две непересекающиеся прямые? Забавно даже, потому что, судя по тому, что творилось вокруг меня и у меня в душе, это была скорее прочная сеть, где на одной стороне значились низменные глупости, вроде чувств и привязанностей, а на другой расположилась ответственность за миллиарды судеб. Почему для неё всё это было обыденностью, с которой она жила годами, не показывая, каких сил стоил её интерес, подогретый Хранителем и учителем? И почему я сам не замечал, что кто-то в моей семье занимается чем-то подобным? ― А кто-нибудь ещё занимается поисками кроме тебя? ― спросил я на всякий пожарный случай. ― Конечно, ― ошарашила меня ведьма. ― Практически все. Разве что Дэмира ещё не припахали. Просто у всех разные задачи и роли в этих поисках. Я ведь тоже не сама искала тех, кого убили демоны. Да и призвать души без помощи некроманта иной раз весьма сложно, а я, как ты знаешь, некромантию знаю не так глубоко, как Руру. ― Логично. ― Спасибо, что помог сегодня. Это, правда, сильно упростило нам всем жизнь. ― Брось. К тому же я ещё мир поищу по запечатлению. И вообще я здесь не совсем за этим. Ведьма удивленно выгнула бровь и чуть было не отскочила от меня, когда я резко оказался напротив, осторожно прикасаясь рукой в её щеке. В её глазах блестело возбуждение, а в потоке творился полный переполох. ― Филл, что ты чувствуешь ко мне? ― спросил я серьезно. ― Я же уже рассказывала. ― Это ведь похоже на удобство? Тебе удобно быть рядом со мной? В её взгляде проскользнуло понимание, которое мне было так необходимо. Я улыбнулся ей и осторожно поцеловал в губы. Девушка окончательно растерялась, а вот моим мукам, кажется, пришел конец. Не знаю, как давно, а истинность к ней пробудилась во мне, просто это были не опаляющие чувства, которые сложно не заметить, а нечто похожее на то, что испытывают члены семьи друг к другу. Любовь, которая словно сеть притягивает вас друг к другу. Вы не можете обойтись друг без друга, один всегда кинется на помощь другому, но не потому что их связывает страсть, нет, потому что ты должен так поступить, потому что в этом твой долг перед этим человеком. Прагма - практичная любовь, воплощение наших чувств друг к другу.