Средимирье: Башни

― Как он вообще может тебя удовлетворить? ― обволакивающий шёпот скользил по грани моего сознания, вызывая дрожь во всем теле. Я стоически пытался увернуться от его поцелуев, но меня зажали в углу между стеной и шкафом, а потому пространства на побег просто не оставалось. Его ласки сводили с ума, переворачивали что-то внутри, делая ненасытным. Я старался скинуть это на магию взаимности, но не был настолько уверен, что действительно хочу отказаться от таких чувств. Это всё-таки были мои эмоции, а значит, и чувства были правдивыми и искренними. ― Тебе бы тоже не помешало иногда чуть больше нежничать, ― ответил я вместе с выдохом. Я разлепил веки и посмотрел на Каина, который хищно наблюдал за каждым моим движением. Он, словно охотник, готов был кинуться в любую секунду, прекрасно зная, что его жертва пусть и сопротивляется, но уже никуда от него не денется. И отчасти мне нравилось напряжение между нами. ― Ты так думаешь? ― коварно улыбнулся дроу, блеснув клыками, и подобрался совсем близко. Его рука обняла меня за талию, а дыхание опалило кожу лица. ― Думаешь, надо больше нежных поцелуев? ― его губы коснулись моей щеки и съехали на уголок рта. Как же хотелось врезаться в них поцелуем и заставить, наконец, заткнуться! ― Или ты думаешь, что нам не хватает объятий? ― его пальцы проскользили по моим ребрам едва ощутимо, но в этом была уверенность его цепкой хватки. Мнимость свободы. ― Или приятных слов? ― зашептал он мне на ухо. ― Я тебя люблю. ― А-а-а-а! ― заорал я беспомощно и долбанулся затылком о стену. Ну, за что он так? Почему в нём столько секса? Почему даже когда он пытается быть милым, это выглядит так, словно он соблазняет тут всех и каждого? Я не могу, прямо проклятье какое-то! Каин вдруг рассмеялся и крепко обнял меня, пряча своё лицо на моём плече. Придурок. Я запустил пятерню в его волосы и помацал их немного, так сказать, для собственного успокоения. Они действительно были в корне разные. Что Филл, что Вута, что этот беспокойный ходячий секс-символ. И по правде сказать, сравнивать их для меня было чем-то сложным. С каждым из них у нас была своя взаимность и свои чувства, даже когда я видел в других что-то похожее, я совершенно не мог воспринимать это так же, как успокаивающие объятья Вуты, например. Каждый из них имел свой почерк, и они настолько разительно отличались друг от друга, что попытка перенять что-то от другого заканчивалась у меня разрывом шаблона и криками умирающего тюленя. Их, правда, невозможно сравнивать. ― Но мне на самом деле интересно, ― задумчиво прошептал Каин. ― Ты же не обсуждаешь кровать? ― напомнил я его принцип. ― С другими не обсуждаю, но с тобой-то можно. Я не могу представить, как вы двое боретесь с твоим темпераментом. Ну, здрасте, приплыли, теперь ещё и мой темперамент не угодил. Сначала он развратил меня так, что я, кажется, теперь вообще на всё горазд, а теперь он чем-то недоволен? Пожинай плоды своей работы, сокровище, ты сам к этому пришел. ― Каин, ― тихо позвал я его, концентрируя внимание на своих словах, а не на пятой точке, которую беспалевно мял дроу. ― Мой темперамент обычно раскрывается только с тобой. Я почувствовал плечом, как муж улыбнулся моим словам. Кажется, именно этого он и добивался, чтобы я признался ему, что только он способен полностью вытрясти мою душу. ― Значит, я был прав, говоря, что Вута тебя не удовлетворяет, ― мурлыкнул он. Приехали. На колу мочало, начинай сначала. ― Он меня удовлетворяет, ― возразил я. ― Просто для этого требуются другие действия. К тому же мы ведь меняемся позициями, а значит, я могу свой темперамент и как верхний полностью проявить. ― Не могу себе этого представить, ― признался мужчина. ― Ты же так стонешь, словно… ― Заткнись, ― тряхнул я его, понимая, что краснею. Каин отлип от меня и гаденько так усмехнулся. Ну, правильно, ему страсть как нравится смущать меня и заставлять признаваться в таких вещах, о чём я и думать не хочу. ― Ты же идеальный нижний. Я ещё понимаю с девушками, тут природа берёт своё, но с другим мужчиной… просто не представляю. Я судорожно выдохнул, проглатывая своё раздражение, которое готово было вылиться в желание доказать обратное и попытку нагнуть посла расы дроу. Которая, несомненно, обернулась бы для меня очередным сексом в принимающей позиции. Плавали, знаем. Чем больше я распалялся, тем проще становилось Каину мной манипулировать. ― И не представляй, не надо. Не трави себе душу мыслями о моих постельных радостях с Вутой. И вообще с чего мы это обсуждаем? Ты вообще сегодня странный какой-то, такие вопросы задаёшь… Разгадку на это поведение я мог дать достаточно простую: он опять пытался вывести меня, чтобы оторваться. И я вроде бы был не против, ибо секс на эмоциях всегда приносил большее расслабление, чем обыкновенная страсть, но… тут сыграл фактор того, что для меня сравнивать гаремников муторно и неприятно. Каиномар почесал переносицу и посмотрел куда-то в сторону, выдавая наличие диковинной мысли в его голове. ― Что ты задумал? ― спросил я в лоб. Муж улыбнулся мне и крепко прижал к себе, доказывая, что догадка моя верна, как день. ― Я хочу попробовать втроём, ― прошептал он мне в шею. “Странное желание,” ― подумалось мне сперва, а потом я только представил, и меня накрыло. Я понял, чего он хочет, и по правде сказать, в этом было что-то такое, от чего мурашки бежали по коже. Оказаться меж двух огней? Попытаться смешать две взаимности? ― Надо же показать мальчику, как развлекаться по-взрослому, ― усмехнулся Каин, так и не услышав моего вердикта, что уже говорило о многом. ― Мне очень хочется тебе сказать “нет”, ― признался я. ― Просто потому что это явно будет странным экспериментом для всех нас, но… ― Но? ― Я не знаю. ― То есть ты этого хочешь, ― понял он. А мне уже всё равно терять было нечего. Каин и Рокшар много раз устраивали тройнички со мной, поэтому сама мысль о двух партнёрах была мне не нова, но это два моих первых мужа, самые старшие и самые опытные. Больше всего меня пугала мысль о том, как же отнесётся к этому сам Вута, ибо вспоминая наш первый раз, он вообще стеснялся многих вещей. С появлением взаимности его чувства были пропорциональны вниманию и интересу, он позволял себе откровенные сцены и даже публичные поцелуи, но допустит ли он кого-либо на наше ложе – вот был вопрос, на который я не знал правильного ответа. ― В любом случае ты его Хранитель, и если тебе этого хочется - он не сможет отказать, ― напомнил мне дроу. Иногда мне начинало казаться, что пока я в его руках, он мог уговорить меня даже на самый сумасшедший шаг. Он придавал мне уверенности и сил, а потому я сам не заметил, как согласился на авантюру. Притащить Вуту в спальню ничего не стоило, всё же он был первым, к кому у меня проснулись чувства, и сейчас мы очень хорошо знали привычки и желания друг друга. Наличие в спальне Каина несколько охладило пыл феникса, и я не стал пытаться к нему лезть с порога. В таком деле надо было заключить союз, доказать эффект от подобной жертвы, а не пытаться вспугнуть. ― Вы меня пугаете, ребят, ― признался феникс, когда я уронил его на кровать. Мы с Каином переглянулись и осторожно присели с двух сторон от юноши. Смута бушевала в душе младшего, но предположений он пока что не строил. ― Знаешь, Вута, ― пораскинув мозгами и остудив в себе пламя до минимума, начал я. ― Каин тут выразился, что, мол, ты меня удовлетворить не можешь… Дроу усмехнулся и отвернул лицо, продолжала посмеиваться. Звучит, наверное, нелепо. ― Что? ― опешил феникс. Огонь внутри него пылал. Разгорался. ― Вы вообще о чём? ― О постели, милый, о ней, ― продолжил я. ― Так вот, чуть не поссорившись, мы сошлись на том, что нам необходимо сравнить показатели. ― Чего? ― ещё больше выпал юноша. Каин с трудом подавил в себе приступ смеха и сделал наиболее спокойную мордочку из своего арсенала. Ситуация забавная, и не поспоришь! ― И что вы хотите? ― спросил феникс, поняв, что дело тут нечисто. ― Всё просто, ― улыбнулся старший муж, ― мы хотим устроить тройничок. Взгляд Вуты на мгновение остекленел. На лицо была бурная мозговая деятельность, но даже я не мог точно сказать, какой же вердикт он вынесет. Пламя внутри него могло как поддаться на провокацию, так и поддержать злость. С фениксом всегда так, никогда точно не угадаешь, чем обернётся затея, которая вряд ли придётся ему по душе. ― Это будет полезный опыт, ― закинул ещё одну удочку Каин. ― Тебе же должно быть хоть немного интересно, как это происходит у нас. На самом деле я не был вообще уверен, что Вута хотя бы раз в жизни задумывался о том, что происходит на чужом ложе. Он умел здраво оценивать градус отношений, хорошо чувствовал всю композицию, но постель – это всё-таки очень личное и крайне смущающее тех, кто не привык об этом много думать и говорить. Лицо феникса покраснело, что было не очень хорошим знаком. Я уже было начал побаиваться отрицательной реакции, но тут Вута выдал: ― Мне нужно будет только смотреть? Я с трудом проглотил нервный смешок, чтобы не дай боги не спугнуть мальца, а вот Каин молодец, быстро сориентировался. ― Смотреть слишком скучно, ― улыбнулся змей искуситель внутри моего старшего мужа. ― Куда интереснее принимать непосредственное участие, ― промурлыкал он, медленно наклоняясь к младшему. У меня внутри всё замерло в предвкушении. Этот тембр, нажим, мания, для меня сопротивляться Каину в таком его настроении было чем-то вроде эмоциональной пытки. Он умел затягивать внутри пружину, доводя до точки, когда я отбрасывал все мысли, чтобы только наброситься на него и получить то, о чем страстно палило моё подсознание. Дроу обожал так делать, а я неизменно вёлся на это. Но между гаремниками были иные отношения. Некоторые говорили, что это похоже на братские/сестринские чувства, что каждый из них – ветвь, растущая от одного ствола, но независимая и самостоятельная ветвь, не нуждающаяся в других. Тут была примесь здоровой конкуренции, любви к общему делу и стойкого ощущения семьи, где вообще сложно было разобраться в ролях, ибо то же место собаки почему-то с легкой подачи переходило от Блока к Дэмиру и обратно. Я помню, как меня шокировал поцелуй старших мужей, так что и здесь был готов к чему-то столь же неординарному. Но… Нет. Каин приблизился настолько, что я уже не сомневался в поцелуе, однако того не последовало. Вута опасливо разлепил глаза, поняв, что ничего не происходит, и слегка нахмурился. Дроу, поняв, что всё внимание, наконец-то, сосредоточено на нём, угрожающе-весело промурлыкал: ― Если будешь стесняться меня, то всё удовольствие достанется только нам с Рио… Ащ, ну что за существо такое? И черт его дери, почему я-то так реагирую на эти слова? Почему меня начинает потряхивать от одного только тембра его голоса? Это точно какой-то наркотик! С пару минут я гадал, как же стоит всё-таки поступить. Между Каином и Вутой нарастало напряжение, выход которого был непредсказуем. Я знал, как соблазнить феникса и заставить того расслабиться и забыть обо всем, я представлял, как свести с ума Каина, чтобы у того сорвало тормоза окончательно, но вот хотел ли я, чтобы у этих двух независимых явлений были свидетели – сомневаюсь. Вута тоже не был уверен, что всё это надо и правильно, мы хорошо чувствовали эмоции друг друга, потому что так было проще. Оранжевые глаза смотрели на меня, не отрываясь, он сканировал мои собственные чувства, опасаясь того, что мне будет неприятно или больно. В этом был феникс – он перманентно контролировал моё состояние, чтобы, если что, пресечь развивающийся конфликт, только вот когда дело касалось Каина, всё было не так просто. Для дроу нарушать мою зону комфорта было чем-то из разряда каждодневных радостей. Его никогда не заботило то, что чувствовал или хотел я, он эгоистично требовал своё, тем самым словно заявляя, что он и сам знает, что мне лучше. Конечно же такое отношение становилось поводом для конфликтов, но в этом-то как раз и была вся соль. Будто катаясь на американских горках, мы то медленно набирали высоту, то резко летели вниз, избавляясь от негодования и злости, нам было весело вместе. Мы оба были достаточно безрассудны, чтобы подталкивать друг друга на авантюры и забавляться тем, какие роли обязаны были играть в реальности. И в этот раз, пожалуй, только у одного из нас троих было достаточно желания и азарта, чтобы начать первым. Толчок в плечо напугал своей неожиданностью. Вута испугался вместе со мной, только вот за этим чувством пришло удовольствие от того, что Каин опустился сверху и начал ужасающе медленно целовать моё лицо, шею, которую я охотно подставлял для этого. Для нежности феникса оставлять действия без ответа было бы чересчур грубо, а страсть Каина прекрасно обходилась и без отклика с моей стороны, можно было просто лежать и балдеть от ощущений. ― Иди сюда, ― поманил я Вуту к себе. Рыжеволосый юноша весьма неохотно подполз поближе. Он сомневался в том, что ему это надо. Его чувства были похожи на те, когда наблюдаешь за трапезой хищника, красиво, но присоединиться как-то не хочется. ― Меня это сначала тоже пугало, ― улыбнулся я и погладил Каина по голове, за что тот в отместку цапнул зубами за сосок. ― Ай, придурок, ― зашипел я. Дроу расплылся в улыбке и начал соблазнительно медленно заглаживать губами пострадавший участок прямо через ткань домашней футболки. Так как на мне фактически лежала тушка мужа, то самому что-то сделать было затруднительно, я мог лишь уповать на послушание младшего. Вута, подчиняясь моим просьбам и жестам, подлез совсем близко, что я смог притянуть его к себе для поцелуя. Феникс всё оглядывался на Каина, но тот был занят и даже не отвечал ему хотя бы мимолётным взглядом. Привычные жесты, движения. Я старался не думать о том, что происходило, не анализировать, хотя из-за нагрузки в последнее время я уже даже сны свои обдумывал так, словно от этого можно было спасти парочку человеческих душ, но тогда не хотелось нервировать самого себя. Каин был резок и местами груб, что пугало Вуту, потому что он совершенно к такому не привык. И ладно бы если бы это происходило с ним напрямую, он то и дело пытался защитить от этого меня, приходилось прикладывать немало усилий, чтобы не давать ему это сделать. ― Ты выглядишь ягнёнком перед пастью волка, ― прокомментировал это Каин, встав, чтобы стянуть с себя кофту и штаны. ― А ты слишком агрессивен, ― не остался в стороне Вута. Оба посверлили друг друга взглядами и вновь перевели всё внимание на меня. ― Каин… ― задумался, было, я. ― Отдохни пару минут на кресле. Дроу озадаченно выгнул бровь. Ну да, вовремя, когда ты уже почти полностью разделся… ― Пожалуйста, ― помахал я ему рукой, заваливая Вуту на белые простыни. ― Ладно, ― равнодушно пожал плечами принц и отошёл куда сказали. Я с трудом смог оторвать взгляд от его потрясающего рельефного торса. У дроу хорошо просматривались накаченные мышцы, в отличие от феникса, постоянные тренировки и род нашей деятельности не позволяли нашим телам заплывать жиром, но у кого-то это проявлялось даже через рубашку, а кто-то, как я или Вута, или Дэмир, мог довольствоваться только наличием “стали” под кожей и едва заметным рельефом. Особенности тел и природы, иначе бы не было так интересно. Феникс, мой милый, обожаемый феникс. Наши души уже не могли обойтись друг без друга. Получив свободу, я тотчас же взялся за него. В нашей паре скорее я проявлял страсть и доминировал, хотя при желании Вута мог легко менять наши позиции. С ним мы были на равных, что отражалось и в привычке читать друг друга, мы словно один организм, одно целое. И секс в нашем случае тоже был чем-то стремящимся к единению. Это Каин любил наблюдать и любоваться, для нас же было важнее то, как близко мы находимся друг к другу. Поэтому это было не пошло, а скорее нежно, с любовью, дыша общим воздухом. Выцеловывая шею едва слышно постанывающего Вуты, я посмотрел на Каина. Тот не сводил с нас глаз. Мне была интересна его реакция, хотя, признаться, вспомнить о том, что он здесь, оказалось непросто. Магия взаимности была такова, что гаремники хоть и не ревновали меня друг к другу, но как бы находились каждый в своей нише и я их воспринимал сугубо как отдельные объекты своей любви. Увлекшись, очень сложно оказалось переключиться. Взгляд старшего скользил по нам, отмечая детали. Моё же сознание разрывалось между желанием взглянуть его глазами, зацеловать Вуту и предпринять что-то для объединения гаремников для дальнейшего времяпрепровождения. Но всему своё время. Феникс подо мной ещё был не настолько раскрепощён, чтобы можно было ожидать от него безрассудности. Его смущал Каин, я это чувствовал и по тормознутой реакции тела, и по волнам паники, разливающейся в его подсознании. Он не привык к тому, чтобы за нами кто-то наблюдал, обычно я всегда тщательно разогревал его для себя, а потом уже он горел самостоятельно и мне оставалось только пожинать плоды, но сегодня всё было не так просто. ― Такая приторная нежность, почему бы тебе просто не взять его? ― вдруг спросил меня дроу, почесав подбородок. Видимо, мужу надоело просто наблюдать. ― Потому что он - не ты, ― ответил я и продолжил выцеловывать шею феникса. ― В вас же обоих горит пламя, почему же вы друг друга не обжигаете? Где накал? ― всё не унимался принц. Я резко посмотрел в его сторону и уловил диковинное едкое выражение лица мужа. В потоке тоже творилось черт знает что. Ох, лезть в это было опасно, могло засосать, как в трясину. ― Разве интересно причинять друг другу боль, когда можно просто согревать и нежить? ― вдруг спросил Вута. Я даже посмотрел ему в глаза, пытаясь понять, серьезен ли он в своём намерении продолжить разговор с Каином. Они разные. Совершенно. Абсолютно. У каждого из них своя правда, каждый из них по-разному испытывает чувства. Провокационные заявления Каина, его страсть и безумие, которое он привык испытывать со мной, рвались наружу, словно облик волка у оборотня на охоте. Он возбуждался, просто думая о том, как бы я мог поступить с Вутой, чего бы он хотел сам от меня. Моё тело откликалось на его фантазии, но разум подчинялся запросам феникса. Младший муж хотел любви, а не сумасшествия, и он её получил в полной мере. И лишь когда я уже был в нём, я позволил Каину присоединиться к нам. Признаться, хватило меня лишь на один раунд с дроу. Потому что это было слишком шокирующе, слишком невозможно и непривычно. Я понял, что невольно пытался защитить Вуту от него, что осторожничал и потому не мог полноценно отвечать обоим. Его мощные толчки отдавались и фениксу, но тот вроде бы не сопротивлялся, хотя и удовольствие подобного рода было ему слегка непривычно. Я редко причинял ему боль, как и он мне. Впрочем, всё это было лишь экспериментом, благодаря которому каждый из нас вынес что-то новое для себя. ― У меня прям теперь появилась навязчивая мысль, ― выдал Каин после минутного затишья, во время которого каждый из нас приходил в себя. ― Я даже боюсь спрашивать “какая?”, ― вздохнул я и посмотрел на него со всем вниманием. Дроу улыбнулся мне и поцеловал куда дотянулся – в нос. ― Хочу посмотреть на то, как ты обходишься с каждым из наших. Это действительно интересно. И вот уж чего я точно не ожидал, так это понимающего хмыканья Вуты. Феникс на моё недоумение только задорно улыбнулся и признался, что ему понравилось и эксперимент было бы неплохо повторить, потому что ему важно моё удовольствие, и то, как его доставляет дроу, стало познавательным открытием. ― Теперь мне даже начинает казаться, что я понимаю, почему вы так обошлись с Рио, когда он вас выбесил, ― задумчиво выдал он. ― Если вам обоим нравится грубость и насилие, то неудивительно, что кто-то сорвался. ― Сказалась и ваша неудовлетворенность, ― напомнил Каин, смотря в потолок. ― Это вас не оправдывает, но всё же… Я окончательно запутался и в их чувствах и вообще в том, что происходило вокруг меня. Вута признал изнасилование меня понятным? Или вообще о чём они? Что происходит? И что я буду делать, если он вдруг станет перенимать черты Каина? Понравится это ему? Или мне? ― Не грузись, ― потихоньку отрубаясь, прошептал Вута. ― Всё будет так, как ты захочешь! Обнадеживает, конечно… Феникс вырубился почти сразу же после этого, а Каин поцеловал меня в макушку и сказал, что нам следует лечь поудобнее, чтобы нормально выспаться. И пофиг, что было не так поздно, чтобы уже отходить ко сну, но полежать вот так всем вместе – это того стоило. На моё удовольствие, дроу был предельно аккуратен с Вутой, он очень внимательно отнёсся к тому, чтобы не разбудить его, подняв того на руки. И даже когда укладывал его на подушки, он осторожно поправил рыжие волосы и заботливо укрыл. Не меня, что было бы логично, а феникса, к которому по всем законам, кроме дружеских и число семейной привязанности, он испытывать ничего не мог. ― На самом деле он прав, ― задумчиво прошептал дроу, прижимая меня к себе. ― Ты о чём? ― шёпотом спросил я. ― О том, что это интересно. Это как примерить на себе чужие чувства, проникнуться ими. Он окунулся в нашу с тобой страсть, и хоть это и непривычно, но через твои ощущения, твою отдачу он понял, как это работает. Я испытал что-то подобное. И это и, правда, необычно. Меня редко могут возбудить слепые ласки, классические позы, но видеть вас двоих было для меня удивительно, потому что я ощущал возбуждение. ― Ты же начал раздавать пошлые комментарии. ― Да. Но это лишь потому что мне стало интересно, как ты себя поведешь... изменится ли твоё поведение от моего нажима. Это же эксперимент всё же. ― Ну да. ― И… если вы однажды позволите мне это сделать, то я хотя бы попробовать взять кого-нибудь из гаремников, ― прошептал едва слышно дроу. В его душе было немало сомнений из-за того, что он сказал, но за этими словами был и серьезный посыл. Каин готов был расширить границы своей любви. ― У меня давно на примете есть Миракл, я прям вот жду, когда это случится, ― устало рассмеялся я. ― Но Вута вряд ли согласится. Хотя теперь я ни в чем не уверен… В высшем свете было кое-что цепляющее. У мероприятий, на которые нас приглашали в качестве почётных гостей или просто гостей, были свои классификации, вроде бал, вечеринка, встреча или же что-то ещё. В зависимости от этого были и разные допуски. На какие-то мероприятия допускалась пресса, на какие-то нет, куда-то можно было приглашать существ не высшего эшелона, где-то же можно было общаться тесным кругом ведущих существ. Каждый выход – головоломка, уровень которой порой неоднозначен. С нагрузкой Башни у меня едва ли было достаточно времени на какие-либо увлечения. Обычно если я был чем-то занят, то это хотя бы косвенно было связано с деятельностью Хранителей, однако некоторые мои гаремники были не настолько сильно ограничены рамками морали и иногда из-за них мы отвлекались от печальным будней бесконечной работы на что-то более приятное как глазу, так и разуму. Иногда мы все вместе смотрели фильмы, реже сериалы или концерты. Уникумы стремились познать этот мир всеми доступными способами, словно малые дети открывая его через привычные, но местами забытые нами вещи. В этом, несомненно, были свои плюсы. ― Это же Холли, ― заметил Дэмир, буквально вцепившись взглядом в невероятно красивого демона, зашедшего в большой зал. ― Думаешь? ― не поверила на слово Ру. Эти двое были миниатюрного роста, что выгодно подчеркивало меня. Но одновременно с этим оба были настолько хорошенькими и всюду светились невинностью, что взять их с собой на большую светскую сходку в честь наступления нового года было решением почти мгновенным. А ещё они меня не сковывали, что было важнейшей деталью в выборе. Дракончик просто мозгами не блистал, чтобы запросто отличить флирт от простой беседы, а Руру была достаточно уравновешенной и понимающей, чтобы портить мне праздник жизни. К тому ж она хорошо знала Дэмира, чтобы если что предотвратить конфликт. Короче, взяв их с собой, я собирался от души погулять на мероприятии, где ожидалось немало людей из сферы шоу-бизнеса и просто приближенных к высшему обществу. ― Это и, правда, он, ― согласился я с драконом. Как удачно мы недавно закончили марафон фильмов с актёром Холли Раером. Не ожидал я так скоро увидеть звезду воочию. Забавно, что высший свет резко пересекался с ослепляющим лоском индустрии развлечений. Я был знаком с владельцами корпораций, медиахолдингов, телеканалов и прочих компаний, которые занимались шоу-бизнесом, но все они выглядели весьма заурядными личностями, которые просто имели очень много денег и связей, а вот увидеть настоящих звёзд было для меня таким же удовольствием, как и для простых смертных. Ибо это была редкость. ― Хочу с ним познакомиться, ― признался нетерпеливый Дэмир. ― Не делай необдуманных поступков, ― напомнил я сурово. Дракончик особо на это не отреагировал, всё так же бодро продолжая сверлить взглядом прекрасного актера, артиста и, как оказалось, ещё и певца. И, быть может, меня как человека очень бы удивило повышенное внимание к демону, если бы я не знал, что Холли по своему рождению инкуб. Думали ли вы когда-нибудь, как в мире магии существует индустрия развлечений? А ведь здесь есть куда разгуляться фантазии! Сколько возможностей! Инкубов и суккубов в этой сфере было немало, ведь по своей натуре они привыкли быть в центре внимания и влюблять в себя. Они распаляли вокруг себя столько энергии, что невольно заинтересовавшиеся могли подсесть, как на наркотик. И до тех пор, пока это никому не приносит вреда – всё вполне законно. Одни зарабатывают деньги – другие кайфуют. Круто же! Холли Раер не избегал внимания, скорее, напротив, он с удовольствием получал его и только больше подначивал своим поведением. ― Он же инкуб, ― прошептала Руру, осторожно взяв меня за руку. ― Жалко, что я не умею считывать энергетические поля, было бы забавно увидеть, как он снимет энергию с людей вокруг. Я только кивнул этим словам. Подобные способности не четкая наука, а опытность и необходимость, поэтому никто из нас не мог считывать энергию, кроме Лекхоба, но тот, конечно же, на праздник жизни прийти не согласился бы. ― Давайте подойдём к нему, ― не терпелось Дэмиру. ― Не беги впереди паровоза. Нельзя нам так вот просто всех пододвинуть и подойти, привлечем внимание к парню – проблем потом не оберемся, ― притормозил я своего наивного мужа. Дракончик показательно надулся, но хотя бы мысль уловил. Вот уж кто точно не понимал светских тонкостей. Очень помогли знания про инкубов в целом, мне понадобилось лишь снять с себя отвод глаз на ауру, как Холли буквально нутром почувствовал манящую энергетику. Обычно Хранители избегали разглашения своей многослойной ауры, пропускающей через себя ауру прикреплённых существ, но это по факту никто не запрещал делать, да и мало кто интересовался вопросом разглядок. Заинтригованный инкуб направился к нам подобно ледоколу в антарктическом море. Он разрезал толпу, мило улыбался существам, обращающим на него своё внимание, и, не скрывая этого, возбужденно вилял демоническим хвостом, который законом Совета скрывать не имел прав. Я даже загляделся на него, понимая, что меня опять уводит не туда. И почему только у демонов есть такие хвостики? В голове пронеслась шальная мысль, что я хочу его, только вот в каком качестве – додумать не успел. Холли подошёл достаточно близко, но заговорить со мной не имел права, пока я сам этого не одобрю, но я как-то не торопился этого делать, побаиваясь последствий. Слишком много внимания со стороны. Я позволял себе встречаться с его прекрасными тёмными глазами и откровенно рассматривать от макушки до пяток, наслаждаясь видом. Это был среднего роста мужчина с идеальной смугловатой кожей, завораживающими черными глазами и черными пушистыми волосами, уложенными на одну сторону, что чёлка нередко прикрывала ему обзор. Слишком яркий и задорный был образ, непривычно. С моего разрешения первым заговорил Дэмир. Мальчишка был искренним и слегка наивным, поэтому все его комплименты с трудом можно было расценить как-то ещё, кроме как восхищением работами мужчины. Холли был вежлив и охотно отвечал ему, даже не поддаваясь на провокацию моего откровенного интереса. Это говорило в его пользу. Я вступил в их разговор последним, дав Руру и Дэмиру вволю наговориться с кумиром. Забавно было на себе ощутить примерно ту же энергетику, что испускал я сам, привлекая внимание сильных мира сего. Уж не знаю, что чувствовал он, но Башня откровенно жмотилась на него тратить мою энергию. Возможно, только из-за ощутимого потенциала Холли пытался выжать из меня и ребят хоть немного. Он заразительно улыбался и смеялся, бросал мимолётные взгляды на меня и в силу того, что я пристально наблюдал за ним, даже не силясь скрыть этого, по всем этим телодвижениям и знакам легко считывал желание пообщаться поближе и желательно в другой остановке. Это было забавно, особенно потому что я как раз его в такой роли не видел, ибо у меня были трое любимых существ и желаний ввязаться во что-то подобное было мало. Разве что голый интерес к авантюре, правда, и тут всё в рамках закона. Меня подстегнуло только то, что это был не обычный могущественный королевич, который искал во мне выгоду его государству, а видный деятель шоу-бизнеса (по сути, совершенно другого класса), который, скорее, искал во мне защиту, чем что-то ещё. Другие желания. Короче, вечер прошёл весело. Я даже позволил себе дать ему наводку на себя, дабы он мог со мной связаться в случае чего. Всё же актер он классный, тут один только талант чего стоит! Именно это подкупило меня. И поэтому в тот момент, когда я получил приглашение на премьеру фильма с подпиской, что Холли был бы очень рад, если бы я присоединился к нему, я угарнул, правда. Каин и Вута, которые были посвящены во все подробности, предупредили о последствиях, но я благополучно на это забил и свалил из Башни в день икс. Холли понял, что со мной ловить нечего, достаточно быстро. Я не вёлся на его провокации и не реагировал на магию соблазнения. В какой-то момент я даже признался, что моей же магией меня сложно взять в оборот. Инкуб не ожидал этого и честно признался, что удивлен. Мы весьма дружески обсудили наши схожие способности и пришли к выводу, что максимум, кем можем друг другу стать – это друзьями. На том и порешили. Мне хотелось иметь возможность, если надо, прийти на помощь тому, кто завоевал мой восхищение, а он был рад получить мое признание своих талантов. И всё бы было хорошо, но, как говорится, пришло, откуда не ждали…