Санса Старк из Винтерфелла

Серые мрачные тени, угрюмые безразличные лица... Все они сливались в единое большое пятно, расползающееся по Винтерфеллу словно самая темная ночь. Никого. Никого не узнавала она, как, возможно, не узнавали и ее. Десятки чужих глаз, десятки чужих голосов и имен... Гремит наковальня, раздаваясь в округе звоном железного молота, и катится пот по разгоряченной груди - нет, не Миккена, теперь в Винтерфелле новый кузнец - низкий, коренастый, со злобным выражением на изможденном лице. Каркнул огромный обученный ворон, глядя на нее большим круглым глазом. Истосковался по письмам? Вот только некому их отправлять. Башенка мейстера теперь пустовала, а сам мейстер Лювин наверняка давно почил в невысокой могилке, как и старушка Нэн... Хотя бы им жестокие боги подарили столь редкую в этом мире крупицу милосердия... ...Сжалилась ли Матерь, либо дрогнул наконец Неведомый? А может, Старые Боги Севера спустились за своими людьми - и теперь их души с беспокойством плутают между красных листьев древнего чардрева? Санса наверняка знала только одно: их смерть - это дар, положивший быстрый конец неминуемым долгим мучениям. Подданные отца ни за что бы не пережили то, во что превратился его Винтерфелл... Великая твердыня стала холодной тюрьмой. Гигантским каменным курганом с сотнею могил в глубоких недрах... И не люди обитали в нем нынче - а безликие ледяные мертвецы, укутанные в вареную кожу, теплую шерсть и кольчугу. Санса опускает голову, натягивая чуть ниже тонкую ткань капюшона. Их скользящие взгляды обжигают, пугают, сбивают с пути. Она готовилась в любой момент почувствовать на себе хватку чужих цепких рук, услышать громкие вопли о том, что миледи сбежала... Сбежала, сбежала! Высокая заброшенная башня серой горой возвышается среди припорошенных снегом руин. Наконец-то... С неожиданной скоростью она взлетела по крутым ступеням наверх, зажгла свечу и, не смея часто дышать дабы не потушить с трудом разгорающееся пламя, поставила ее на окно. Но то, что открылось взору в самой дали, заставило едва ли не погибнуть на месте: многочисленная конница Болтона окружала пешее войско Станниса, грозя разбить его в клочья... ...Разве Мизинец не обещал, что Баратеон непременно захватит Винтерфелл и свергнет бастарда? Спасет ее - Сансу, вернет ее дом и наследие?.. Но как он сейчас это сделает? Как, с парой сотен людей? Конница Болтона черной волною хлынула на горстку воинов со стягами горящего сердца... Всадники подминали под себя всех и каждого - ни один прославленный рыцарь не выстоял бы на пути столь многочисленной рати. Глупая, наивная девочка. Никто тебе не поможет. Никто. Санса закрыла глаза, собираясь с мыслями, которые сейчас словно черные мухи роились в ее голове. Рамси скоро вернется. И тогда... тогда уж точно никто не поможет. Никто не спасет... Никто не придет. Очевидно, настало то время, когда помочь себе можешь лишь ты сама... Будь сильной, Санса, будь сильной. Будь лютоволком. Вдох - и снова бесчисленная вереница ступенек, десятки серых лиц и чужих любопытных глаз. Все получится, все непременно получится... Будь сильной, Санса. Будь смелой. Будь лютоволком. Шорох стрелы, звук тетивы, что натянута в воздухе... И слова, слова, которых она так боялась, от которых стынула кровь в жилах, которые знаменовали лишь одно: гибель и конец. - Миледи, позвольте я провожу Вас в Ваши покои? И эта широкая улыбка... почти как у Рамси. Санса замерла; казалось, будто пол пошатнулся, и с минуты на минуту он рухнет, уйдет из-под трясущихся ног тяжелой каменной глыбой, и широкая пропасть поглотит их земные тела. Ее, Миранды и... Теона. Боги, Теон, осталось ли в тебе хоть что-то? Почему ты снова на моем пути? - Я знаю каков Рамси, - ее глаза, ее голос - все обращено к нему, взывает, молит, кричит и приказывает. - Я знаю, что он со мной сделает... И ты это знаешь, Теон! Кто как не ты это знает? - И если мне суждено умереть... Пускай это случится сейчас, пока от меня еще что-то осталось. Слышишь, Теон, слышишь? Пока от меня еще что-то осталось. Ты - Теон Грейджой с Железных Островов, вспомни же это, вспомни!.. - Миледи, а никто не говорит о смерти, - даже ее голос столь же обманчиво нежен и сладок, как у чудовища Болтона, - Вы - Старк, Старки нужны Винтерфеллу, а Винтерфелл нужен Рамси. Вот только Вы нужна ему совсем не целиком - лишь отдельные части. Части, способные родить... Что же Вы выберете, миледи? Вы возвращаетесь? Ликование сверкнуло в безумных глазах, и острый наконечник стрелы нацелился Сансе в колени... Она постаралась не отводить взгляд - лицо смерти необходимо запомнить столь хорошо, чтобы заприметить каждую родинку, каждую морщинку... Память Севера огромна, она вместит в себя сотню имен и тысячу новых ликов. И пока Север будет помнить, за нее кто-нибудь непременно отомстит. Быть может, это будут даже Бран и Рикон? ...Где-то за спиною Миранды замаячили расплывчатые очертания высоких опушек Волчьего Леса... Помни, кто ты, Санса. Помни, где твой дом. ...И в этот раз она не будет плакать. Братья живы, а мама скоро будет рядом... Рядом, она всегда была и будет рядом... - Или Вы даете право выбрать за Вас мне? Что же, хорошо! Мама... жди меня, мама... Я иду к тебе, мама. Иду. Свист стрелы - совсем близко, где-то почти у самого уха. Быстрая схватка серой и черной теней - и жуткий вскрик, леденящий округу. Стайка черных тощих ворон, глухо раскаркавшись, взлетела с высокой стены, шумно разыграв панихиду по ком-то: мертвец был близко, стоило лишь посмотреть - вот он лежит, совсем рядом... Санса перегнулась через высокие деревянные перила, вглядываясь в темно-алое пятно на далекой заснеженной земле. Оно растекалось медленно, не спеша, словно наслаждаясь свежим морозным воздухом и звенящей тишиной, что воцарилась повсюду. Багровое пятно становилось все больше и больше, выползало гибкими кровавыми змеями из-под тела той, кого она уже назвала своей смертью. Но смерть, как всегда, выбрала сама для кого раскрыть свои холодные объятия. Этим утром пал жертвой палач. Гулкий зов рога огласил окрестности, и вороны снова громко раскаркались, с недовольством отвлекаясь от своего кровавого пиршества. Поднялись ворота, и многочисленный топот конских копыт раздался внизу, во дворе, а в воздухе вдруг резко запахло потом и кровью. - Он возвращается, - прошептал Теон, и столько страха и боли плескалось в его водянистых в глазах, что Санса помимо воли вздрогнула. Грейджой быстро схватил ее за руку, потянул за собой - они поднимались по высеченным ступеням все выше и выше, пока наконец не уткнулись в огромные каменные зубцы Винтерфелльской Стены. Прозрачные снежинки маячили в воздухе, так плавно и легко двигаясь то вверх, то вниз... и Санса догадалась, что сама сейчас станет снежинкой. Только вот у нее дорога одна - лишь вниз, к бескрайним глубоким сугробам... Всего один шаг - и она воспарит над зыбкой пропастью из колючего снега; шаг - и она воспарит между жизнью и смертью... Санса закрыла глаза, стараясь отыскать в себе по крупице остатки былой храбрости. Голова кружилась от высоты и волнения, а горло будто сжимали тиски. Губы дрожали - от холода ли, или от страха? Но не было иного пути... Как и выбора. "Ты будешь летать, - вспыхнул в памяти тихий шепоток Брана, исходящий из лика чардрева, - ты будешь летать, Санса, почти как я". И снова где-то вдали зашелестела кровавыми листьями древняя Богороща, строго глядя на нее сквозь алый третий глаз на лбу черной вороны. "Ты полетишь, - прокаркала ворона, - ты полетишь, но не бойся". "Просто лети"- сказал маленький Бран. Санса открыла глаза, набирая в грудь побольше свежего воздуха. Теон крепко сжал ее руку, со страхом глядя вниз, на далекие сугробы - в его взгляде она прочла ту же мысль, что билась и в ее голове: "Лучше так, миледи, чем вернуться к Рамси"... Лучше так. Ты прав, Теон. Прав как никогда. Наконец-то маленькая пташка расправит свои крылья... Она с благодарностью сжала его пальцы в ответ, затаив на секунду дыхание. И делая шаг в пустоту - почти одновременно с Грейджоем. Я - Санса Старк из Винтерфелла, старшая дочь лорда Эддарда Старка и леди Кейтилин Старк, сестра Робба Старка, Арьи Старк, Брана Старка и Рикона Старка, единокровная сестра Джона Сноу. Я помню, кто я. Всегда буду помнить.