Архангелы на каникулах

      Легче всего было найти Рафаила. Увидев его, Веник разразился смехом и плюхнулся пятой точкой на траву. Архангел успел переодеться в нищего и просить милостыню у церкви, а рядом с ним сидел такой же оборванец. – Вы идеальная парочка! Дьяволище, может, нам оставить нашу парочку Twix? – не прекращая хохотать, предложил Вениамин. – Я помогаю голодающему! – обиженно фыркнул Рафаил. – Надо же мне исправлять свои ошибки, значит, я буду помогать людям! А вы… вы… бессердечные!       Оборванец с благодарностью посмотрел на нового «товарища по несчастью». С этим странным человеком, который отдал ему солидный костюм, они сразу сдружились. Оба были набожные, а Григорий, как звали нищего, даже отметил, что имя его знакомого, как у архангела. Если бы он только знал, что перед ним этот самый архангел и сидит.       Люцифер только хлопнул себя ладонью по лбу и тяжело вздохнул. Неужели теперь он самый адекватный из братьев? За спиной раздался громкий хохот-визг Веника, который уже катался по траве, держась за живот. Однако он стал реагировать более спокойно, когда с него чуть не слетели очки. Экскурсовод-сыщик снова надвинул их на нос, скрывая половину лица, и откашлялся. – Рафаил, я долго ждать не буду, бери свой костюм и пошли! – Дьявол строго смотрел на брата. – Но… – Пошли! – рявкнул Люцифер, и Рафаил подорвался, взял из сумки оборванца свой костюм и вздохнул.       Веник, поняв причину, достал из кармана кошелёк и всучил нищему три тысячи, на более-менее нормальную одежду и еду. Рафаил широко заулыбался, потому что его другу помогли. А Люцифер зашагал дальше, искать остальных пропавших. Хорошо, что этот не зашёл так далеко, не пришлось искать по всему городу.       Чтобы найти Гавриила, потребовалось времени больше, чем нужно. Его уже не было в том месте, откуда позвонили, но он оставлял после себя очень заметные следы. Фантики от конфет, обёртки от шоколадок, упаковки от тортов. Иногда даже попадались надкушенные сладости, которые Трикстеру явно не понравились, и он их выбросил. – Гавриил выкидывает конфеты? А он не заболел? – поинтересовался Рафаил у Люцифера, но тот бросил на брата такой уничтожающий взгляд, что тот тут же умолк и всю дорогу не сказал больше ни слова. – Вместе весело шагать по просторам… – пел Веник, уставившись в небо и не обращая внимания на смертельную угрозу в виде Дьявола. – Или ты сейчас заткнёшься… – Или не заткнусь. Заткнуться или не заткнуться? Вот в чём вопрос! – с театральным выражением и самым серьёзным выражением лица процитировал гид момент из «Гамлета». А потом посмотрел на раскрасневшегося от злости Люцифера и вздохнул. – Бедный Лютик.       Раздражённо и обречённо зарычав, Люцифер махнул рукой и пошёл дальше по следу Гавриила. Хорошо, что ветра не было, и фантики не разлетались, а то это бы усложнило процесс поисков. Веник продолжал петь, но Дьявол старался не обращать внимания на желание убить его как можно более изощрённым способом. Сейчас самым важным было найти брата, а убийство можно и на потом отложить. – А не долбоклюистый ли братик твой там? – внезапно Веник указал Люциферу пальцем куда-то вправо.       Из кондитерской выбежал Гавриил с полным мешком сладостей за спиной, а на ходу он с таким упоением доедал кусок торта, словно это последняя сладость на Земле. Рафаил первым опомнился и догнал его через несколько секунд. Гавриил сначала отбивался, грозясь засунуть сникерс в задницу напавшего, но потом увидел брата и добавил: – Так уж и быть, ещё и баунти запихну, будет тебе райское наслаждение! – А вокруг баунти, баунти, уяунти. А вокруг йогурты… – Веник, заткнись! – На брата своего ори! – возмутился Вениамин и обиженно надул губы. – Я тут просто пою, а во всех кондитерских и магазинах с отделом сладостей как будто Мамай со своей ордой прошёлся! Да не просто прошёлся, да ещё и потоптался хорошенько! Дань собрал!       Гавриила заставили вернуть дань на место. Его просто огрели лопатой по голове, а пока он возмущался, а его держал Люцифер, Рафаил схватил мешок и отнёс в кондитерскую. Сладкоежка орал «Моя прелесть! Не трогай мою прелесть!», но его никто не слушал. Когда Рафаил вернулся, трое архангелов и их экскурсовод отправились на поиски Михаила.       И теперь Гавриил и Вениамин пели дуэтом, а Люцифер страдал ещё больше, пока они с Рафаилом не связали этих двоих и не засунули им во рты кляпы. Полиция даже внимания не обратила, наоборот, господа полицейские пожали руки тем, кто сумел заткнуть Веника. Но тот кое-как стал петь: – Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг!»       И вдруг послышались такие маты, что только у русского уши в трубочку не завернутся. Два голоса наперебой орали, и каждое слово – оскорбление. Люцифер щёлкнул пальцами, и Гавриил с Веником оказались на свободе. Гид сразу запел «Я свободен», но Дьявол резко перебил его: – Там особо буйный Михаил, так что я вас освободил только на тот случай, если нам понадобится помощь.       А помощь и правда понадобилась. Потому что если бы архангел добрался до того водителя, который чуть не сбил его вчера, то пришлось бы заказывать панихиду. Он специально нашёл его, и теперь парень и архистратиг стояли друг против друга и сыпали оскорблениями. Четвёрка подскочила к Михаилу со спины и скрутили его. – Живым не дамся, фашисты! Идите нахуууй! – архангел пытался вырваться, но безуспешно. А потом увидел братьев и удивлённо распахнул глаза. Вот их он не ожидал здесь увидеть. Заверив водителя и зевак, что всё хорошо, пернатые и их проводник поспешили удалиться, но напоследок архистратиг всё равно выдал: – Отомщу я тебе, уёбок конченный! – и братья с утроенной силой потащили его подальше, боясь, что он снова ввяжется в скандал. – Врагу не сдаётся наш Михуил… – Веник, заткнись!