SONGFIC

      Намджун, как загипнотизированный, следит за покачивающимся при ходьбе длинным хвостом из каштановых волос, стянутых белой резинкой на макушке Чимин. Она проходит мимо, как всегда задравши нос и не глядя в его сторону. Намджун готов смотреть на Чимин вечно, потому что это не девочка - это его персональный наркотик, на который он крепко подсел.       Чимин всего шестнадцать, у неё ещё по-детски пухлое личико, характер мелкого царапучего котёнка, частенько обиженный взгляд и тонкий, совершенно не эротичный голос. И фигура, от которой у Намджуна вечно прикушенный язык и выпавшие из рук учебники.       Эти изгибы и округлости снятся ему по ночам. И пусть Намджуну всего семнадцать, но в своих снах он суперзлодей и Бэтмен в одном лице: если что-то не достаётся одному, то это обязательно получает второй. В результате сложных процессов, происходящих в мозгу во время фазы быстрого сна, Чимин всегда оказывается в его объятиях.

***

      Намджун уже тысячи раз целовал её губы, с готовностью приоткрывавшиеся всегда навстречу; сотни раз трогал во сне всё то, что в реальности скрыто одеждой; раз десять наблюдал, как Чимин проворными маленькими пальчиками расстёгивает его брюки и не единого раза дело не дошло до самого главного.       Но сегодняшняя ночь... Она напрочь выбила его из колеи - у парня до сих пор горят уши и подгибаются колени, когда он вспоминает её.

***

      У Чимин не только потрясное тело - она сама словно живой огонь: подвижная, обжигающая, яркая. Намджун до сих пор под ладонями ощущает её бархатистую кожу и чувствует, как изгибается её тело...

***

       Намджун действительно загипнотизирован лёгкими движениями волос, ниспадающих на форменный кардиган Чимин. Но перед глазами - те же каштановые волны, разлитые по обнажённым плечам и спине; чуть влажные у шеи, которую Намджун слегка прикусывает, двигаясь сзади.       А ещё Чимин внутри горячая, как вулканическая лава, и, - о, боги! - у неё голос, как у мифической Сирены, затягивающей в свои сладкие сети простых смертных. Господи, какие слова она шептала этой ночью, плавно двигаясь на лежащем навзничь Намджуне; как стонала, кусая в кровь губы, когда он скользил в ней, падая в бездну безумия...

***

      Звук школьного звонка, прокатившись по коридору, вырывает Намджуна из нереальности, а Чимин в это время уже сворачивает за угол. Намджун, не отрывая от неё взгляда, наклоняется, чтобы поднять учебники и замирает.       Чимин поднимает руку и каштановая копна, освобожденная от резинки, россыпью ложится на плечи, а сама девчонка, прищурив один глаз, показывает кончик языка и исчезает за поворотом.       Припоздавший преподаватель, спешивший на урок, видит более чем странную картину: Ким Намджун стоит на коленях в школьном коридоре, упирается лбом в пол и, обнимая учебники, молится неизвестно каким богам...