У каждого своя правда

Симон любил учиться. Ему нравилось читать, узнавать новое, решать задачки. Поэтому после школы он легко поступил на экономический и с первых дней был показательно примерным студентом. Что будет после окончания университета, Симон не думал, наверное, даже надеялся, что незаметно после бакалавра пойдет в магистратуру и докторантуру. А там есть шанс остаться в университете навсегда. Это была красивая мечта, и Симон стремился к своей цели. Школу он закончил в соседнем городке, поэтому знакомых и друзей у Симона не было, но на первом курсе он быстро сошелся с двумя такими же заучками-омегами – Майклом и Рони, и вскоре они стали неделимой троицей, сидящими сутками в библиотеке и сводящими с ума преподавателей своими заумными вопросами. Приглашенный бизнесмен Ник Говард, который читал для них несколько лекций, привлек всех троих с первой минуты. Майкл тихонько толкал в бок Симона и показывал записочки, в которых непристойно описывал красивую статную фигуру альфы. Рони хихикал, делая пошлые зарисовочки в тетради. И никто преподавателя толком и не слушал, а потом Майкл заявил, что им просто необходимо познакомиться поближе, что сделает этого альфу своим и сегодня же пригласит на свидание. А друзей за собой потащил для смелости, и, в итоге, они почти три часа болтали про пропущенную лекцию. Ник Симону очень понравился, но, видя напор друга, он решил не лезть и, повздыхав, пожелал Майклу удачи. Но после следующей лекции Ник сам пригласил Симона, и это был уже не разговор о бизнес-проектах, а настоящее романтическое свидание. Майкл очень обиделся, рыдал в три ручья, говоря, что Симон увел любовь всей его жизни. Сначала Симон пытался успокоить друга, скрывал быстро развивающиеся отношения, но потом просто забыл о его существовании, потому что Ник затмил собой весь мир. Альфа был нежным, внимательным, веселым и очень интересным собеседником. Симон мог часами болтать с ним по телефону, и им всегда было о чем поговорить. Ник легко переключался и превращался из серьезного бизнесмена в романтичного и улыбающегося мужчину. И он оказался просто восхитительным любовником, о котором Симон мог только мечтать. Симон немного стеснялся, что неопытен, и понятия не имел, как вести себя в постели. Ник не настаивал, но омеге самому хотелось перевести их отношения на новый уровень. Тем более от близости Ника у Симона кружилась голова, хотелось почувствовать его, прикоснуться, и чтобы он был внутри. Ник с пониманием отнесся к стеснительности Симона и подготовил все, как в лучших романтических историях: шампанское, свечи, приятный ужин для двоих, и захватившая обоих страсть. Столько ласк, внимания и заботы омега никогда не получал в своей жизни, и все это казалось волшебным счастьем, сказочной мечтой, которая свалилась на голову бедного студента. От поцелуев альфы Симон просто таял, от страстных объятий ему хотелось рыдать, так сильно сжималось сердце в груди. В глазах Ника всегда было столько тепла, что даже обнаженному Симону было очень жарко. Альфа не спешил, не принуждал ни к чему, что могло бы напугать Симона, и омега с восторгом знакомился с его телом и познавал свое. Симон понятия не имел, насколько чувствительными могут быть ладони, не представлял, что от легких поглаживаний плеч все тело покрывается мурашками, и стоны вырываются из груди. Ник покрывал поцелуями его кожу, сжимал ладонями бедра и шептал что-то сладкое, нежное, отчего Симон краснел, как ребенок, и повторял снова и снова, что любит. После этого они еще долго лежали рядом в постели, и Ник улыбался, обещая всегда быть рядом. Очень быстро Ник перевез вещи Симона в свой шикарный дом. Стал провожать на лекции, подвозил утром в университет, присылал букеты на занятия, водил в рестораны и театры. У Симона голова шла кругом от волнующих изменений, вся жизнь закрутилась в счастливом вихре, и рядом всегда был Ник. Когда альфа сделал предложение, все так же романтично и волшебно, как и все в их жизни, Симон не сомневался ни на секунду. Сама церемония была достаточно скромной: только близкие друзья и родственники, и со стороны Симона присутствовали Майкл и Рони. Майкл сделал вид, что успокоился, простил и забыл, и искренне желал молодоженам счастья. Рони же склеил какого-то друга Ника и умудрился переспать с незнакомцем на банкете, а потом сбежать как Золушка, утащив ботинок альфы. Эта история потом долго вспоминалась на вечерах под шутки и смущенные взгляды Рони. Симон был счастлив, уверенный, что и Ник так же счастлив. Альфа улыбался только рядом с ним, светился внутренним светом, и когда они вечерами оставались один на один, красиво и поэтично говорил о своей любви, заставляя Симона верить и повторять про себя, что ради Ника, этого прекрасного мужчины, он сделает все, что угодно... Неприятности свалились на них внезапно. Сначала Ник стал пропадать сутками на работе, денег стало меньше, а потом и вовсе исчезли. Ник извинялся, говорил, что скоро все исправит, но в холодильнике было пусто, и на студенческую стипендию выжить было сложно. Вскоре Ник продал дом, они перебрались в маленькую квартиру, но денег все также не было – все, что удавалось заработать Нику или занять, уходило на попытку вернуть его бизнес. Сам альфа продолжал работать так, что, встречая его после полуночи, измученного и с синяками под глазами, Симон не мог найти себе места. Ему казалось, что он бездельничает, сидит на шее у Ника, в то время как тому требуется помощь. Но Ник уверял, что все в порядке, что он сможет справиться, и нежно целовал любимого мужа, даря успокоение. Но лишь до следующей ночи. — Я взял академ и нашел работу! — твердо заявил Симон, понимая, что еды в доме не было уже неделю, а Ник за все это время поспал от силы десять часов. — Мне так жаль, Сим, я клянусь, что все наладится, и ты сможешь вернуться к учебе, — Ник был жутко расстроен, и Симон старался держаться твердо, чтобы альфа не заставил его передумать. — Конечно, наладится, — он обнял Ника, и тот прижал его к себе. — Спасибо, любимый, я так боялся, что ты сбежишь от меня. Я думал, что смогу подарить тебе сказку, а втянул в кошмар. — Глупости, я люблю тебя, обожаю больше жизни и все для тебя сделаю! — отчаянно произнес Симон. — Просто будь рядом, и я постараюсь справиться. Только не оставляй меня, любимый... Симон не хотел оставлять Ника, но работать на ферме и возвращаться по вечерам в город жутко выматывало его. Кроме того, по вечерам была возможность подработать у соседей, а на ночь его с радостью брали чистить коровник или охранять пастбища. И Симон хватался за любую работу, потому что хотел помочь Нику. Альфа расстраивался, переживал за мужа, просил вернуться и быть рядом, но каждый раз, когда Симон приезжал домой, он видел, как похудел Ник, видел огромные счета, которые альфа пытался спрятать, и понимал, что просто не может не помогать ему. И он был уверен, что справится, что обязан справиться со всем ради Ника. Сам альфа работал не меньше, изводил себя, нисколько не заботясь о своем состоянии. И оба в тот момент понимали, что вкладываются в свое будущее. И Симон надеялся, что будет оно так же прекрасно, как и прежде. А потом к ним в дом стал приезжать Майкл. Сначала Симон даже не заметил его появления – просто в квартире стало чище, и на кухне его ждал ужин. Симон предполагал, что Ник, который теперь работал из дома, прибирает сам. Но вскоре Симон заметил запах друга, Майкл оставлял всюду свои следы – шарфики, расчески или перчатки. Словно специально намекая Симону, что он теряет свое место. Когда омега открыто спросил про это у Ника, тот удивленно пожал плечами и тут же подтвердил, что Майкл действительно заходит. И был обескуражен тем, что Симон не в курсе. — Мне казалось, Майкл договорился с тобой. Кажется, он что-то говорил об этом, — Ник, казалось, и не замечал присутствия другого омеги в доме, он был так сильно поглощен своей работой, что забывал про еду, сон и, что самое неприятное, звонить по вечерам. И Симон лишь мысленно молился, чтобы Ник не забыл его самого. Омега решил поговорить с самим Майклом, но друг сначала долго увиливал от разговора, а потом с улыбкой заявил, что просто хочет им помочь, заботиться о своем товарище и его альфе – ведь это нормально. И как бы Симон его ни уговаривал не делать это, Майкл не слушался. Когда ситуация совсем стала выходить из-под контроля, Симон строго велел Майклу не приходить уже не просьбой, а настойчивым приказом. И друг, казалось, послушался. Но лишь на время. Когда Симон сказал об этом Нику, тот удивился и даже не понял о чем речь. — Майкл заходит пару раз в неделю прибираться, я его толком и не вижу. А за домом надо следить, ведь ты этого не делаешь. Эти слова стали болезненными укором. Симон не хотел думать, что Ник его в чем-то обвиняет, тем более альфа, когда Симон возвращался домой, все так же обнимал, прижимал к себе и просил не оставлять. Симон стал работать еще больше, чтобы забыть о Майкле, чтобы не тревожить себя его постоянным присутствием рядом с Ником. Но от этого становилось только хуже – постоянная усталость, недосып извели Симона. Когда он смотрел на себя в зеркало, то понимал, что выглядит ужасно, в то время как Майкл все так же красив, цветет и пахнет, зазывая альфу в свои объятия. Еще больнее стало, когда Симон стал находить волоски Майкла в их постели. Спросить Ника он не мог, ему было противно подозревать своего альфу. Да и Ник продолжал не замечать существования Майкла, тянул к себе Симона, целовал, как прежде, и в глазах его было столько тоски и боли, когда Симон снова и снова уезжал, что омега хотел ему верить. Очень хотел. Майкл не уходил, сколько бы Симон ни просил его об этом. Друзья вконец рассорились, Симон звонил Майклу и кричал на него, требуя оставить его альфу в покое. Майкл посмеивался и спрашивал, что же Симон может ему сделать. И Симон понимал, что беспомощен. А Майкл проводил с Ником все больше времени, стал отвечать на звонки, когда Симон звонил, и постоянно врал, что Ник занят, что он не хочет и не может говорить с Симоном. Омега боялся возвращаться домой. Не хотел застать там Ника с Майклом рядом, не хотел думать, что его самый важный и любимый человек может так с ним поступить. Симон чувствовал, как истончается их связь, все меньше было ласк в постели, все сильнее ему хотелось уйти и дать Майклу то, что он так давно хотел украсть. Симон понимал, что от усталости сдается, что просто хочет опустить руки и выбрать более простой путь. Но у него не было сил сопротивляться. Через полтора года жутких мучений, как моральных, так и физических, Симон, чтобы помочь Нику, взял кредит. На Нике уже висела большая задолженность и банки больше не хотели ему помогать. Эти деньги временно принесли облегчение, Симон отказался от нескольких смен и смог провести рядом с мужем пару выходных. Видя, с каким обожанием Ник смотрит на него, как ластится, целует и нежит, Симон стал сомневаться, что Майкл способен его отбить. Симон пытался ответить Нику тем же, но внутри были лишь горечь и безумная усталость от этой борьбы и бессонных ночей. Он понимал, что сам отстраняется, отталкивает Ника из-за своих обид и перенапряжения, но ничего не мог с собой поделать. Первая ласточка физического истощения прилетела, когда Симон свалился с крыши и лишь по счастливой случайности упал в стог. К счастью, Фреди, хозяин фермы, еще в самом начале работы заставил его оформить страховку, и Симон в ближайшей больнице получил хорошее обслуживание. Все закончилось удачно – лишь небольшой вывих, но Фреди потребовал, чтобы омега лег спать. Симон, как послушная кукла, завалился спать в выделенной ему Фреди комнате и проспал часов двадцать, не заметив звонка от Ника. Проснувшись, он сразу перезвонил, и Ник говорил с ним так трепетно, просил вернуться домой, что Симон понял, что не способен больше существовать без своего альфы. Утром он поехал в банк и под огромный процент взял новый кредит. Симон надеялся, что этот денежный толчок поможет его мужу, что Ник выберется, и Симону больше не придется работать так много. Но Ник встретил его нерадостно и не был рад деньгам. Казалось, всего за несколько часов что-то сильно изменилось, но Симон хотел списать все это на их общую усталость. Поговорить им не удалось. Альфа был подавлен, почти не смотрел на мужа, и у Симона появились пугающие мысли, что это конец, и Ник разлюбил. Ведь это означало последнюю точку в его проигранной борьбе, и что Симону осталось только убраться из его квартирки, в которой он толком и не начал жить. Стараясь заглушить обиду, он собрался и попросил Фреди забрать его пораньше. Вернувшись на работу, Симон чувствовал себя отвратительно, и на неделе у него случился новый обморок. Омегу отвезли в больницу, и врач сообщил ошарашенному Симону, что у него четырехмесячная беременность. И если Симон не прекратит истязать себя, то пострадают оба: и ребенок, и папа. Омега с отчаянием вспоминал свою последнюю течку, когда Ник был рядом, сладко и нежно прижимал к себе, шептал о том, что любит. Казалось, с тех пор прошла вечность, но Симону хотелось надеяться, что Ник одумается, когда узнает о ребенке. На телефон ответил Майкл и снова заявил, что Ник говорить не может. Это отозвалось безумной болью в груди. Симон не понимал, почему и за что Ник так поступил с ним. Рыдал навзрыд, напугав врачей. Вечером к нему приехал Рони, пытался успокоить и привести в чувство, но Симону казалось, что весь мир обернулся против него. На второй звонок Ник ответил сам и холодным голосом сказал, что переспал с Майклом. Несмотря на то, что время от времени у Симона появлялись такие подозрения, он старательно отвергал мысль, что муж ему изменяет. Но теперь Ник сам признался, и эта новость пронзила насквозь. Внутри все оборвалось, рухнуло на дно, и Симон чувствовал себя так, словно сердце его больше не бьется. Медленно проигрывая борьбу Майклу, Симон думал, что готов принять этот удар, но когда правда обрушилась на него ледяным дождем, омега сломался. — Я подаю на развод, — бесстрастно ответил Симон на признание мужа и повесил трубку. Рони пытался поддерживать, приносил фрукты, давал советы. Но, видя, как Симон болезненно все воспринимает, быстро заткнулся и просто предложил переехать жить к нему. Симон не отказывался – ему больше некуда было идти. Развод прошел как во сне. Симон просто кивал головой и от всего отказывался. Ник рядом выглядел безумно подавленным, от его запаха было плохо, и из глаз начинали течь слезы. Но Симон не хотел поддаваться своей слабости, не хотел, чтобы Ник знал, как ему будет тяжело и больно без него. Он ни слова не сказал бывшему мужу и хотел уйти, не попрощавшись. Но Ник выбежал следом, смотрел на него с отчаянием, словно умолял остаться, снова и снова повторял те слова, что так грели Симона – «не оставляй меня». У Симона не было сил говорить с ним, и, к счастью, Рони, что сопровождал его, все понял и прогнал альфу. Смотря, как Ник уходит, исчезает за поворотом, Симон медленно умирал, осознавая, что потерял самое важное в своей жизни – любимого человека, ради которого он был готов на все. Но Нику это было не нужно... Симон продолжил работать на ферме почти до самых родов, ему нужно было платить за кредиты и хоть на что-то есть. Кроме того работа помогала забыть о Нике, а Симон твердо уверил себя, что чтобы не случилось он больше никогда не будет общаться и видеться с Ником. Про ребенка он тоже не хотел говорить, хоть и понимал, что Ник его отец и должен знать о своем сыне. Фреди и Рони пытались поддерживать, но все равно не уследили за омегой, и Симон снова оказался в больнице, теперь уже с преждевременными родами. Ребенок родился слабым, с огромным количеством проблем. Симон понимал, что это его вина, что его нервное и физическое истощение привели к болезни сына, но горевать было поздно. Мальчика-альфу Симон назвал Лаки, надеясь, что имя принесет ему удачу, но малыш болел и почти все свое время проводил в больницах. А Симон работал, чтобы оплатить его счета и покрыть кредиты Ника. Бывшему мужу о ребенке он так и не сказал, мысленно откладывая этот момент, оттягивая возможную встречу. В глубине души Симон очень боялся, что Ник так и не справился со своими финансовыми проблемами и альфе сейчас еще хуже чем ему. А еще боялся, что состояние их сына расстроит Ника, и Симон собирался дождаться выздоровления Лаки. Омега хотел справиться со своими проблемами и показать Нику, что способен выжить и без него. Только сердцу от разлуки с каждым днем становилось все больней. Временами маленького Лаки отпускали домой, и тогда Симон действительно чувствовал себя счастливым – его малыш был так похож на Ника, пах, как его отец, и дарил чудесные сказочные воспоминания, в которых Симон был счастлив. И чем больше он проводил время с ребенком, тем сильнее корил себя за то, что ушел, а не боролся. Ведь Ник был ему нужен, был нужен им обоим, а Симон так легко от него отказался. Лаки взрослел и медленно угасал, врачи сказали, что у малыша врожденная почечная недостаточность, и ему требуется операция. Симон работал снова на нескольких работах, уже не на ферме, так как не мог оставить сына одного в городе, но в нескольких конторах уборщиком – ведь он так и не закончил университет. В этих фирмах Симон и стал искать деньги на операцию. Рони и его альфа тоже немного помогали, но Симон старался не говорить им многого, не хотел от них подачек. К счастью, мир не без добрых людей, и Симон смог найти средства на лечение малыша. После процедуры Лаки еще долго лежал в операционной, а потом врачи сообщили, что сердце малыша не выдержало. Он оказался слишком слабым. И недостаточно счастливым. Симон с ужасом смотрел на его маленькое, бледное тело, утыканное трубками, и понимал, что потерял последнюю ниточку, последний смысл продолжать жить и что-то делать. У него ничего не осталось, даже этого маленького клубочка тепла и любви, который напоминал ему о потерянном счастье. Симон утонул в своем горе, забыл, зачем он живет и что делает. На полном автомате продолжая работать и делать то, что ему никогда было не нужным, Симон просто существовал. Память о Лаки была такой болезненной и сильной, что Симон не замечал, как уходит время, пропадая в этом горе. На похоронах он до ночи простоял рядом с темным холмом, после того, как тело его малыша опустили в землю и закопали, окончательно отрывая его от Симона. Жизнь остановилась, Симон не задумывался о будущем, живя иллюзиями и несуществующими воспоминаниями, в которых он был рядом с Ником, и альфа любил его, поддерживал и помог спасти их сына. Но, просыпаясь, Симон с каждым разом все сильнее понимал, что ничего этого нет. Не существует ни любимого альфы, ни маленького сына, который дарил ему свет последние два года. Не существует больше ничего. В таком состоянии его и встретил Майкл. Бывший друг был одет дорого, выглядел ухоженным, как лощеная модель. Разговор был неприятным и недолгим. Майкл держался высокомерно, хотя и предложил помочь материально, Симону были не нужны его деньги, но еще неприятнее было узнать, что это деньги Ника, потому что они теперь вместе, и Ник смог вернуть свою компанию и снова увлеченно работает. Вернувшись домой, Симон понял, что не хочет больше жить прошлым и надеждами, что когда-нибудь все само наладится. Он решил снять квартиру, тем более с кредитами он расплатился, и найти нормальную работу, а не убираться в офисах богачей. Симон договорился со знакомым, который помогал собирать деньги на операцию Лаки, и устроился работать в детский приют. Там, среди малышей, он чувствовал себя спокойнее. Улыбки, которые дарили ему дети, напоминали о потерянном сыне, и временами Симону казалось, что через эти ясные глаза его малыш смотрит на него с небес. Иллюзии остались позади, и Симон начал жить заново, уже осознавая, что Ник не вернется, не отыщет его в чужом доме и не будет любить, как прежде. И Симон с разочарованием понимал, что все еще любит, несмотря на то, что Ник ушел к Майклу и бросил его с долгами и ребенком. Симон все еще любил человека, показавшего ему, как прекрасно быть любимым...