Учитель фехтования

В комнату принцев светила полная луна, тревожно выглядывающая из облаков. В ночной тиши разнесся тревожный грай – что-то спугнуло воронов Карка. Принц Торин про себя отметил, что не мешало бы перед отъездом наведаться в Караульную, над которой располагалось гнездо вожака, и уточнить, все ли в порядке. Подгорный народ издревле связывала с мудрыми черными птицами крепкая дружба. Вороны любили принцев и частенько приносили разные блестящие безделушки принцессе Дис в благодарность за угощение с королевского стола. Когда все снова стихло, Торин прислушался к дыханию младшего брата и, поднявшись с кровати, прошелся по комнате, прокручивая в голове вчерашний разговор с отцом. А ведь так хотелось поскорее вычеркнуть неприятный инцидент из памяти вместе со всем, что с ним связано. В конце концов, боль прошла очень быстро, а задетая гордость успокоилась чуть позже, так почему память все время возвращалась назад? – Сам виноват, – пробурчал молодой гном, снова разозлившись на себя. Отец был просто в ярости и такого наговорил Торину, что тот все эти дни пропадал в глубине горы, в основном ковал подковы и гвозди или просто маялся в одиночестве – Фрерина-то не пускали на нижние ярусы, не дорос еще. Вчера Траин послал за ним пару стражей, которые предупредили – узбад ничуть не остыл за это время, только больше лютует. Он ждал принца в своем кабинете и первым делом хорошенько отчитал за нерасторопность. Юноша смолчал. – Казнь Набура назначена на завтра, – сказал узбад, и по его обвинительному тону было понятно, что ответственность за это лежит на плечах Торина. – Палач будет утром. – Не проще было отослать его в родной клан? – юноша, как и подобает, стоял прямо, глядя на разгневанного родителя. – Отошлю! – сорвался Траин, с такой силой ударив кулаком по столу, что брага в прозрачной бутыли плеснула. – Голову в мешке, вот что я туда отошлю! Юноше не хотелось спорить. Ему было все равно, что станет с учителем фехтования, который звал его с тех самых пор, как проспался в тюремной камере. Принц знал о его просьбах, о том, что приговоренный к смерти желает что-то сказать напоследок и, может быть, получить прощение, но не мог заставить себя снова увидеться с ним. – Негодный мальчишка, – прорычал Траин, но не ударил. – Утром поедешь в Дейл, лично проследишь, что заказ дошел, и переговоришь о новых поставках. Ожидавший удара Торин тихонько выдохнул и в очередной раз с сожалением подумал, что пока не может тягаться в силе со взрослыми гномами. Ощущение беспомощности – не важно, перед отцом или перед Набуром – было хуже всего. Траин плеснул мутной жидкости в стакан и выпил залпом. Сейчас лучше было не напоминать ему, что вынесенный наставнику приговор не соответствует его деянию. Торин чувствовал, тут дело не в том, на что толкнула Набура выпивка, и даже не в том, что по его вине пострадал наследный принц. – Не лезь не в свое дело, – Траин по новой наполнил стакан, чтобы подкрепить свою злость. Когда он в прошлый раз так набрался, то лишился одного глаза. – Уезжай, мне стыдно за твое поведение. Видеть тебя не хочу, понял? – Как прикажете, узбад, – поклонился принц и поспешил оставить отца наедине с выпивкой. Время было уже довольно поздним, так что Торин зашел к матери и сестре, чтобы пожелать им спокойной ночи и попросить накрепко запереть двери покоев. Фрерин уже лег и листал какую-то книгу, судя по кислой мине - довольно скучную. Он был только рад, когда старший брат попросил задуть свечу. Сейчас Фрерин уже крепко спал и даже не слышал, как наследник престола расхаживает по комнате и думает вслух. Проснулся мелкий, только когда Торин убрал светлый локон с его лица и ласково погладил по щеке. Сонно заморгав, он уставился на брата, не понимая, что тому могло понадобиться среди ночи. – Ты меня звал, – солгал Торин, хорошенько взъерошив копну мягких волос. Слова слетели с языка совсем легко. – Наверное, про орков начитался, вот и смотришь кошмары. Он прекрасно знал, что братишка спросонья будет очень покладистым и доверчивым. Фрерин повел себя именно так, как и ожидал Торин – подвинулся ближе к стене и слегка откинул одеяло, приглашая: «Ложись со мной, а то опять наснится чего-нибудь…» Торин улегся, обняв младшего брата, и все дурные мысли мигом выветрились из головы, сменяясь теплой уютной дремотой. В детстве они частенько спали все втроем на одной кровати. Фрерин и Дис были уверены, что даже драконы боятся их старшего брата, так что не будут подползать исподтишка, чтобы стянуть одеяло или цапнуть за пятку. Не так давно Торин на своем опыте уяснил, что монстры из-под кровати безобидны, а опасаться стоит совсем других вещей. Про себя он поклялся, что непременно станет сильнее, чтобы защищать тех, кто ему дорог, а если получится, то и самого себя тоже. Пока же на одну ночь можно притвориться, что все хорошо, и крепко уснуть. Сменить обстановку и пару недель провести в людском городе казалось совсем неплохой идеей, вот только тревога сделала новый виток, заставив крепче прижать к себе сонного брата. – Фрер, ты спишь? – позвал юноша, слегка потормошив младшего. – Сплю, – сонно промямлил тот, натянув сползшее одеяло обратно на плечо. Укрылся бы аж до самого уха, если бы Торин не помешал. – Мы с тобой завтра едем в Дейл, – продолжал он, зная, что Фрерин поверит ему, какой бы дикой ни была ложь. – Отец велел. Из-за буйного нрава перечить Траину осмеливались очень немногие. Наследный принц впервые решил всерьез ослушаться отца, потому что знал – другим членам семьи ничто не угрожало, а вот Фрерину узбад вполне мог сгоряча припомнить, кем был его отец. Чем больше Торин думал об этом, тем больше убеждался в правильности своего решения. Что же касается наказания, которое непременно за этим последует, то он не боялся. Для отца Фрерин был живым напоминанием, что не только он, но и выбранная стариком Трором жена обзавелась фавором, и это вечно разжигало в Траине неуемную ревность. Для Торина и Дис Фрерин был и остался родным братом, и не важно, к какому роду он относился и насколько отличался внешне. Поговаривали, что их матушка нарочно подарила свою благосклонность белокурому северянину, чтобы позлить супруга, которого застала в постели с двумя юношами. Скандал вокруг этой истории немного улегся только после появления на свет Дис. Возможно, родись Фрерин темноволосым, Траин никогда бы и не узнал правды и относился к нему, как к родному. Слишком много предположений и мыслей для одного вечера. А ведь еще предстояло подумать, как спрятать Фрерина, не вызвав подозрений ни у него самого, ни у окружающих. Тут Торин не мог ничего знать наперед, но рассчитывал, что такая возможность обязательно подвернется. Достаточно забраться в крытую повозку или в суете сборов уехать на час-другой раньше. Наследный принц в тоской подумал об их с братом вещах, которые еще только предстояло уложить в сумки. На утро наваливалось столько дел, что времени на отдых и сон оставалось совсем немного. Может, оно и к лучшему – не придется до самого утра мучить себя неуемными мыслями и заново вспоминать пропахший лошадьми денник в конюшне, до боли заломленную за спину руку, жесткую ладонь, зажимающую рот и… все остальное.