Родные и чужие

Леша иногда, а точнее, часто заходил к своим родственникам: к сестре и ее родителям, но после случившегося он больше не приходил. Точнее, он бы и рад прийти, но как он будет смотреть Рите в глаза, о чем будет с ней говорить, пусть даже при родителях они могли бы побеседовать на отвлеченные темы, но если бы они остались наедине? Молчать? Или снова ругаться, что-то выяснять? Боже, как он мог так думать, ну про «выяснения отношений» - Рита ведь не его девушка. Поэтому парень ходил на работу, приходил, ходил с Таней за покупками, они вместе проводили досуг, смотрели телевизор…но с той ночи Леша не занимался любовью с Таней. Ссылался на усталость, на работу… Девушка грустно на него смотрела, в ее душе уже жило подозрение, но она не хотела, чтобы все было плохо, чтобы оказалось правдой то, что она даже от себя скрывала. Ведь Леша все остальное время был весел, здоров, улыбчив. Правда, что-то в его взгляде и глазах изменилось. Но что, Таня не знала. Пока она решила не испытывать судьбу. Будь, что будет. На утро, так и не сомкнув глаз за ночь, Рита встала очень уставшей и измотанной. Ей казалось, что все силы покинули ее, она чувствовала себя униженной, раздавленной, подавленной. Морально истощенной. Не хотелось ни есть, ни пить. Но она пила и ела, иначе родители бы ей сделали замечание. На ее лице не показывалось улыбки, ей нечему было радоваться. - Доча, что с тобой такое? – спрашивала мама в очередной раз. Рита лишь вымученно улыбалась и говорила (в который уже раз): - Мам, да правда, все хорошо, просто погода плохая, настроение тоже не очень. – И это было правдой лишь наполовину. Рита просто обожала плохую погоду. Ветер, дождь, ливень – когда это все было, душа девушки радовалась и сама она становилась счастливой. Папа ее говорил, что это бред (не буду говорить, что на самом деле звучало из его уст), мама тоже ее не понимала. А Рита радовалась. Ну и что здесь плохого, ведь правда? Каждый радуется тому, что делает ему по-настоящему счастливым. Слыша такое от дочери, мама была в растерянности. Рита же любила плохую погоду. Рита пожала плечами и отправилась в свою комнату. Там она подошла к окну, следя за тем, как струйки воды стекали по стеклу. «Моя душа все же радуется!» думала девушка, на миг позабыв о брате и становясь счастливой от того лишь, что ливень неимоверно хлестал по улице, оставляя на асфальте лужи. Он шел уже несколько часов. Как будто он специально начал лить, чтобы Рита не чувствовала себя одинокой, чтобы она забыла о своих горестях. Но с другой стороны, дождь шел, он плакал, и Рита тоже не сдержала слез. Как она хотела, чтобы они с Лешей были парой, были вместе. Девушка не знала, суждено ли этому случиться. Так прошло несколько дней. За это время девушка осунулась, побледнела, и родители всерьез забеспокоились, что происходит. Но Рита лишь качала головой и шла в свою комнату, которая последнее время стала для нее каким-то убежищем, которое скрывает ее от постороннего мира, но делит с ней ее чувства, мысли и горести. Причина ее печали была в том, что Леша больше не заходил к ним, и это очень расстраивало девушку. Она не могла его видеть. А выйти на улицу, чтобы случайно его встретить, она боялась. Да и не факт, что встретила бы, а если и встретила бы, то, возможно и скорее всего, не одного, а с…ней. Теперь Рита чуть ли не возненавидела Таню, к которой раньше относилась нейтрально и иногда была даже рада за них с Лешей, но теперь, когда он все знал, но продолжал жить с ней, спать с ней – она возненавидела, но в то же время и страшно ей завидовала. В один из дней ее мать спросила у нее: - Рит, не знаешь, что с Лешей? Рита вздрогнула при упоминании брата. - А что такое? – ее голос все же прозвучал хрипло, и мама это уловила. - Дочь, а что с голосом? - Да все нормально, мама… Что с… Лешей-то там? – девушка произнесла имя с некоторой паузой. - Ах, да… Да нет, ничего, надеюсь, с ним все в порядке, я просто немного беспокоюсь: он уже несколько дней не звонил, не заходил. Он, случайно, не звонил тебе, не говорил почему? «Ох, мама, кажется, я знаю, почему. Ага, еще бы, позвонит он теперь мне, как же». - Странно, да. Не знаю, правда, что такое. – Сказала Рита. – Мам, да ты не переживай, Леша твой никуда не денется, у него есть своя жизнь, в конце концов! – неосознанно Рита это сказала более громко, чем следовало бы. И снова это не ускользнуло от внимательной матери. - Вы что, поругались с ним? «Да, мам, было такое. Я как бы в любви ему объяснилась, ну он не понял, разозлился, ударил меня и свалил. Делов-то, мам, ты вообще не переживай.» - Ничего мы не ругались! Я в том смысле, что ты опекаешь его, прямо, ну, как маленького. Парню двадцать два года. - Рит, ну ладно тебе, что ты в самом деле… - мама не договорила, как ей позвонили на сотовый. Она тут же ответила на звонок и пошла разговаривать в другую комнату. Рита не слышала, кто позвонил, да и, в сущности, не интересовалась этим. «Неужели теперь он вообще к нам не придет… никогда? Да ну, нет, как-то слишком. Тогда ему придется как-то объяснить это маме, а что он скажет… значит, наверное, все же придет… Или нет…» мысли не покидали девушку, и Рита не могла успокоиться. Шли дни. Минуты перетекали в часы, а часы становились днями. Дни превращались в недели. Двое людей - брат и сестра - с того дня так и не встретились. Родители Риты какое-то время еще поспрашивали дочь про Лешу, но после оставили ее в покое, решив что та, как она сама и говорила, ничего об этом не знает. Однажды Рита ненароком услышала, что мама ее, все же беспокоясь по поводу отсутствия долгого времени у них племянника, который не давал о себе знать столько времени, все же позвонила ему, и он, видимо, ответил. Девушка в то время шла мимо кухни и, услышав вдруг имя брата, резко остановилась так, чтобы ее не было видно. - ...почему? - ... - Но ведь... - ... - Да нет, Леша, с нами все хорошо. Да, и у Риты тоже. - Девушка, стоящая рядом, вздрогнула, услышав это. - ... - Скажи, ты почему больше не заходишь к нам? Что-то случилось? Расскажи. Почему ты думаешь, что мы откажем тебе в помощи? - ... - Ничего не поняла... Что такое-то? - ... - Ладно, Алексей, не хочешь говорить - не надо. Но знаешь, я ведь беспокоюсь. Рита вон тоже, - Рита сжала косяк пальцами, - бледная вся не знаю какой день. Тоже, поди, думает, куда ты запропастился... - ... - Чт..? - ... - Так! Ладно, хватит. Твое дело, значит, твое. Но знай: если что-то понадобится - мы всегда тебе поможем. Скажи только одно: мы виноваты в том, что ты больше не появляешься у нас?.. Рита с нетерпением ждала реплики матери. - ... Ее мама на миг задумалась. - Поняла. Слава богу, что так. Но когда все устаканится...? - ... - Все, хорошо-хорошо, поняла. Да, давай, пока, Леш. Береги себя. - ... Ленина мама отключила разговор. Рита подумала немного и все же зашла в кухню. Тихо скрипнула дверь. Мать Риты резко обернулась, но, увидев, что это ее дочь, тут же улыбнулась. Улыбка показалась Рите не слишком искренней и какой-то даже туманной. - Мам, извини, я тут нечаянно услышала... - девушка немного замялась, не зная, как продолжить, - скажи... что там с Лешей? Почему он не заходит к нам? Мама Риты как-то пристально поглядела на свою дочь. - Не знаю, Леночка. Правда, не знаю. Он сказал, что сейчас очень занят и... в общем, нет у него времени... - Даже забежать на полчаса? - усомнилась девушка. Женщина смотрела на дочь и думала, знает ли Рита что-то, чего не знает она сама. - Видимо, так. - Жаль. - Да. Рита переступила с одной ноги на другую. - Ну, ладно... Я пойду. Прости, что я слышала ваш разговор. - Ничего, родная. Иди. Рита быстро выскочила из кухни. А ее мать еще долго размышляла над таким поведением дочери, которое казалось ей странным. Нет времени? Быть того не может. Тут же яснее ясного: он не хочет приходить к ним из-за нее, из-за ее слов по отношению к нему. Прошло уже так много этого самого времени... Так много... Так казалось Рите, девушке, которая посмела полюбить собственного брата. Девушка прошла в свою комнату и задумалась. Сколько же это еще продлится? Неужели он не понимает, что однажды им все равно придется увидеться? Или даже не им - а родителям ее и Леше: ведь должен же он как-то будет объяснить то, что он так долго не появлялся у них. И Рита с замиранием сердца ждала этого момента. А пока, подумала она, нужно развеяться - она слишком долго сидела в четырех стенах. Ничего не сказав матери, Рита тихо вышла из своей комнаты, оделась потеплее и отправилась на улицу. - Да, и вы тоже берегите себя. Не волнуйтесь, все образуется. Всего хорошего. Леша отключился. Черт, этот разговор! Только все начало налаживаться... То есть, нет, конечно, ничего такого не происходило, но Леша уже начал хотя бы пытаться забыть слова сестры, пытался жить как жил, убедил Таню, спросившую его в один из дней: «Что с тобой, милый? Ты в порядке? На работе все хорошо?», что все замечательно, что она - лучшая, что она и дети - это его счастье, и что он никогда не оставит их; Таня заметно успокоилась после этих его слов, но все-таки некий огонек недоверия все же оставался в ее глазах - правда Леша этого не видел, думая, что успокоил ее полностью. И вот теперь - спустя столько времени (если подумать, прошло не очень много времени, но парню казалось иначе) - мама Риты звонит ему и с беспокойством спрашивает, что случилось. А что ему было отвечать? «Ваша дочь призналась мне, что любит меня... Что? Нет, не как брата, иначе я бы не переживал по этому поводу. Что вы думаете, составим ли мы прекрасную пару, м? Мы вас и на свадьбу пригласим, будьте уверены». Парень недовольно мотнул головой, как бы отгоняя от себя такие мысли. Что за чертовщина творится в его голове? Как он вообще - пусть даже в саркастическую шутку! - мог подумать о таком: что он и Рита... Стоп! Бред! Черт, как же все это надоело! Ему так хотелось, чтобы все было как раньше: чтобы он жил, забот не зная, ходил к родным в гости, пил чай и шутил за столом, хохоча во все горло; чтобы Рита смотрела на него как на брата и гордилась бы им, чтобы он с ней смотрел сериал «Сверхъестественное» (который оба любили! к слову сказать: именно с его, Алексея, подачи Рита и начала смотреть его, и потом так увлеклась), чтобы все было просто и недвусмысленно... Чтобы они всего лишь были братом и сестрою. Любящими друг друга, да, но! - братом и сестрою! И не иначе. Пусть бы Рита нашла себе молодого человека, которого бы полюбила всем сердцем, а у него уже есть та, что воплощает все его мечты. Та, которую он целует по ночам и возвращаясь с работы домой; та, которая родит ему детей, та, с кем он проведет свою жизнь и не пожалеет об этом. - Леш, эй? - та, что он звал своей мечтой, оторвала его от мыслей. Парень встряхнулся: - Да, что, любимая? - он видел, что Таня сразу стала более мягкой от такого обращения. - Сегодня звонила моя мама... Ну, помнишь? - улыбнулась она. Он ведь любит ее. Конечно любит. И он даже не сомневается в этом. Нисколько. - Я тебе не успела сказать: она позвала нас всех сегодня к ней в гости. С ночевой. Ты едешь? Вопрос девушки стоял в голове. «Ты едешь?» Едешь, едешь, ты едешь... Поедет ли он? Ну конечно, он поедет. Его названая теща ему приглянулась еще с первой их встречи. И он ей, на удивление, тоже, она сама ему сказала об этом, да и Таня после этой встречи некоторое время спустя тихо сообщила, что «моя мама отозвалась о тебе с какой-то небывалой нежностью, ты, видимо, поразил ее!», что, несомненно, не могло не понравиться молодому человеку, и он был рад, считая, что если даже Танина мама «за» их совместную жизнь, то значит, Судьба к нему благосклонна! Поэтому, о чем может быть речь - конечно он поедет! - Тань, ты же знаешь, - улыбнулся он и вдруг подумал, что ему совершенно не хочется никуда ехать, ему хочется побыть одному и обо всем подумать. И что теперь ей сказать, что теперь ей сказать, - мелькала мысль в его мозгу. - Я... - он вздохнул и попытался сказать так, чтобы она не расстроилась. - Я не поеду, прости. Ты можешь поехать с детьми без меня? Понимаешь, у меня, - ДУМАЙ, ДУМАЙ, ДУМАЙ!! - есть работа. - И на ее удивленный взгляд начал придумывать дальше, в голове же вертелось: «Что ты вытворяешь?! Сам подумай: ты отказываешься от поездки с твоей, как ты сам называешь их, будущей семьей к еще одному члену этой будущей семьи из-за... из-за нее. Твоя сестра - не повод для того, что пропустить такую встречу и отклонить такое приглашение!» - По работе... Ну то есть... Сверхурочно... понимаешь? Нагрузили, будь они неладны! Надо сделать кровь из носу, иначе влетит мне. Поэтому я лучше в тишине сегодня все сделаю нормально, а вы езжайте. Пусть дети повидают бабушку, ты - маму, а я... ну тут, ладно? Прости меня еще раз за такое... ну, сама понимаешь, работа. «Понимаю» - подумала Таня, - «Понимаю, что ты просто не хочешь ехать, но боишься мне сказать об этом! Или что еще хуже - ты не хочешь быть с нами, со мной, потому что у тебя есть другая» - девушка была в отчаянии. Она не знала, что предпринять. После того раза, когда у них был секс (жестче чем обычно), Леша через пару дней снова стал собой. Он приходил домой с работы вовремя, не задерживаясь (ну, если только купить хлеба по дороге), не вызывая подозрений, всегда улыбался ей и детям, целовал ее, шутил, просто был рядом, и Таня забыла свои подозрения на его счет. Но сейчас они снова выплыли наружу, и несчастная девушка не знала, как поступить: обвинить его в неверности (хотя не было никаких доказательств этого) или просто улыбнуться в ответ и сказать, мол, конечно, работа ведь... важнее нас, оставайся и делай, что тебе нужно. «О чем она думает? Ведь вроде все должно быть хорошо: мы ведь вместе, у меня никого нет, какие могут быть сомнения на мой счет у нее?» недоумевал в это время парень. Тут она сказала: - Да, конечно, ты можешь не ехать... Заверши работу, а то и правда - наедет начальство. - Леша улыбнулся на эти ее слова и обнял ее, потом отстранился и увидел в ее глазах то, что боялся увидеть: она не поверила. Она не поверила. Не поверила ему, не поверила, что у него есть какое-то незаконченное задание, которое ему сказали доделать, но терять его, отталкивая его необоснованными подозрениями, она не хотела. Совсем не хотела. Ведь она очень любила этого несносного парнишку, который был моложе ее на шесть лет. Спустя пару часов Таня, Марина и Сережа, попрощавшись, уехали. Когда Алексей обнимал свою девушку и говорил ей, чтобы не грустила, желая ей провести время весело, он увидел в ее глазах печаль. Черт. Ведь не одна она страдает. По крайней мере, у нее нет брата, который был признался ей в своих чувствах. Когда он остался один, парень просто лег на диван, раскинув руки и закрыв глаза. Он хотел отдохнуть и привести мысли в порядок. Хотя, какой может быть, к черту, порядок?! Рита... такая маленькая, такая глупенькая и такая хорошая. Добрая, умная, красивая... Что? Красивая?! Ну да, красивая, почему бы не признать это? Она и правда его красивая сестренка, которая взяла и полюбила его, своего двоюродного брата. Как так вышло... Что за глупость он спрашивает у самого себя? Любовь приходит неожиданно - или постепенно, не суть важно, - но приходит, и никуда не хочет уходить. В какой-то миг Алексей понял: она не шутила. Она и правда не шутила. Она любит его. Как парня. Как мужчину. И что ему теперь делать? Как все сложно! Леша резко открыл глаза и встал. Надо с ней поговорить. О чем? Что он ей скажет? «Извини, Рит, я понимаю - нет, на самом деле, понимаю! - твои чувства, но...» Но что? Что ты скажешь ей, ты, самый умный во Вселенной парень, который знает (ну конечно непременно знает о чем речь), что будет лучше для них обоих. «Но я не люблю тебя. Как девушку. Лишь как сестру. Горячо и сильно - но как сестру. Прости меня, я правда не люблю тебя». Так и скажет. Почему нет? Ведь это правда. Зачем ей ложь? Она ей не нужна. «Она моя сестра, и я не буду лгать ей, и себе не буду». Но ведь... зачем им встречаться и говорить, ведь они уже поговорили, разве нет? Ну да, но... Нет! Надо сказать всё прямо и без недомолвок, да, так и надо! Пусть потом будь как будет, но ведь так не может продолжаться вечно, потому что... потому что, вон, уже и ее мама звонит, спрашивает, почему это я не появляюсь у них дома - а ведь она права, видимой причины нет; подумаешь - время, пфф, не может найтись и полчасика, чтобы зайти на чай? бред, - а дальше ведь мне придется постоянно врать: почему да почему! Ох уж эта Рита! Далась ей эта любовь! Обо мне она вообще подумала, нужна мне ее такая любовь? И парень тут же усмехнулся: конечно, она только и делает, что думает о тебе. И по-моему, уже давно. Леша был зол. Очень зол. Парень встал и вышел на балкон покурить. Вдыхая табак и выпуская сигаретный дым, он думал о том, как все в один миг изменилось... испортилось. То есть вроде бы всё то же, но, однако, всё уже по-другому: ведь измени одно - изменится всё. Она призналась ему, теперь он знает... Теперь он не может жить как прежде, ведь что-то одно изменилось: изменилось ее отношение к нему. Она любит его. ЛЮ-БИТ. Наверное, искренне, так, как умеет лишь она. Леша против воли улыбнулся и тут же одернул себя: о чем я думаю, она ведь моя сестра! Вот уже вторая сигарета у него во рту. Чуть щуря глаза, смотря в сумерки (время близилось к шести, а сейчас была зима, темнело рано) парень думал о том, что это неправильно. Это ненормально. И тут же, усмехнувшись, он вспомнил ее слова: «Ненормально? Ненормально, говоришь? Что за чушь! Любовь всегда разная! И всегда по-разному выражается, Леша, дорогой мой брат! ... любовь родственная – вообще грех всех грехов, да, Леш? ... Да какая, к черту, разница, ведь это лишь какие-то долбаные устои! Есть такие пары, в которых сестра и брат живут вместе... Ведь вот что главное-то, Леш…быть в жизни счастливым…разве нет? А разве не через любовь выражается это самое счастье? Нет? Таки да, только любовь. И не важно, брат, кто кого любит. Главное, что вообще можно любить». Неужели она права? Черта с два! Он нормальный парень, с нормальной сексуальной ориентацией и нормальными принципами и устоями. И он не будет любить свою сестру как свою девушку, и плевать, что он там думает! Выбросив в окно окурки, Леша поглядел вниз: высоко. А ведь она может... Нет! Не будет она совершать никаких глупостей, она сильная, она выдержит. Да? - шептал внутренний голос. - Ты уверен? - Ни в чем нельзя быть уверенным до конца, он знал. Но всё же... Рита понимает, что без любви не построишь счастья, и она знает, что если он ее не любит - а он не любит! - то и она сама не будет счастлива с ним. Да, все верно. Но поговорить все-таки надо. Все нормально объяснить ей: почему нельзя им вместе быть и что он не любит ее как девушку. И еще да. Надо извиниться, что ударил ее. Да, этого Леша не простит себе в глубине души никогда, пускай даже она сама простит его за это. Но это все потом. Сегодня он один. Сегодня надо расслабиться. Расслабиться... Ему это нужно, он это чувствовал. Таня не узнает. Да и как? Он сходит в одно место, которое помогает ему расслабиться и почувствовать, что он еще жив и может чувствовать.