Запах грейпфрута

Вопреки расхожему мнению Альбус Дамблдор не считал себя великим волшебником. Он часто ошибался, многое упускал из виду, что, конечно же, не могло не отражаться на судьбах окружающих и его собственной. Возможно, будь он более дальновидным, по школе не бродил бы юный перепуганный пожиратель смерти. Не погибли бы родители Гарри Поттера. Не стал бы Волдемортом Том Реддл. В какой-то степени он винил себя в том, что не разглядел много лет назад в не познавшем материнской любви и отцовской заботы мальчике будущего хладнокровного убийцу, врага большей части магического мира. Снова и снова пересматривая сотни нитей чужих и не очень воспоминаний, он пытался понять, как предотвратить надвигающийся ужас на волшебный мир, и каждый раз что-то от него ускользало. Он давно не проводил занятий с Гарри Поттером — мальчик ещё не преуспел в своем задании. Альбус Дамблдор горько усмехнулся. Ни один из мальчиков ещё не преуспел. Это и хорошо, но и плохо. С каждым днём он все явственнее ощущал дыхание смерти затылком. Может, каждому из этих юношей повезёт, и кому-то не придётся в первый раз рвать душу на части, а кому-то — в очередной? Он невесомо погладил потускневшие перья феникса. Суждено ли ему увидеть следующее перерождение этой дивной птицы? Дверь в кабинет медленно отворилась. Дамблдор обернулся и встретился взглядом с обеспокоенным Снейпом. — Северус? — Директор, — Снейп шумно вздохнул, проходя вглубь кабинета, — боюсь, у меня плохие новости. Мисс Грейджер может грозить опасность. Дамблдор заинтересованно приподнял брови. — Не будем кривить душой, Северус, как и всем близким и лояльным Гарри, — он медленно сел в своё кресло, поправил очки-половинки на крючковатом носу, — но, вероятно, ты хотел рассказать мне о чем-то ещё. Снейп глубоко вздохнул, не зная, как начать весьма деликатный рассказ о природе взаимоотношений Гермионы и Блейза. Еще пару дней назад он бы и внимания не обратил на роман двух слишком подходящих друг другу противоположностей, но с учетом последнего визита к Тёмному Лорду… — Сэр, я узнал, что между мисс Грейнджер и мистером Забини связь… интимная. Дамблдор улыбнулся. — Ты хотел сказать «любовная», Северус? — Я сказал то, что хотел. В кабинете повисла тишина. Дамблдор сложил кончики пальцев и поднял взгляд в потолок своего кабинета. — Думаешь, Том использует её как рычаг давления? Снейп лишь коротко кивнул. — Мне было достаточно одного прямого взгляда в глаза мистеру Забини, чтобы понять, что девчонка занимает все его мысли. Тёмный Лорд поймёт это ещё быстрее. Это может стать причиной настоящей охоты на мисс Грейнджер. Смею напомнить, он умеет убеждать, директор. — Мисс Грейнджер слишком важная фигура в борьбе с ним, — Дамблдор глубоко вздохнул, — глупо это отрицать. Без её восхитительного ума мы все будем уязвимы. — Боюсь, сейчас её мысли заняты другим… — Вам ли не знать, на что способна любовь, Северус, — печально произнес Дамблдор, глядя на зельевара. — Волдеморт сильнейший легиллимент. Времени учить мистера Забини окклюменции просто нет. Дамблдор повернулся к стрельчатому витражному окну, задумчиво поглаживая бороду. — Может, Обливэйт? Директор покачал головой. — Вся прелесть и боль любви, Северус, в том, что стереть её следы полностью не выйдет. Их всё равно будет тянуть друг к другу. Да и не очень-то хочется пополнять этими прекрасными молодыми людьми ряды пациентов больницы святого Мунго… мы пойдём другим путём. Насколько мне известно, Волдеморт не приглашал к себе мисс Грейнджер, нет нужды рисковать её рассудком, лишая воспоминаний.

***

Блейз и Драко сидели на ступеньках у кромки воды рядом с лодочным сараем, наблюдая за нелепой игрой гигантского кальмара. Где-то вдалеке слышались крики (иногда не сильно цензурные) — проходила тренировка у Хаффлпаффа. — Смысл так орать, всё равно проиграют, — Блейз усмехнулся, ослабляя узел серо-зелёного галстука. Расстёгивать ворот рубашки не торопился: на шее красовалось несколько слабых засосов. — Я так понимаю, ты теперь на сдвоенных уроках будешь сидеть с Гре-е-ейнджер, — промурлыкал Драко, с любопытством наблюдая за реакцией друга. — Не-е-ет, я буду сидеть с тобой, чтобы она ревновала, — пропел в ответ Блейз. — Как грубо, мистер Забини. Вы были сегодня такие милые, что я теперь до конца года не буду ходить в «Сладкое королевство». Блейз засмеялся. — Так заметно? Драко медленно кивнул. — Мог бы влюбиться в кого-то получше. — Мог бы. Только лучше неё нет. Чем больше узнаю, тем сильнее убеждаюсь. Драко закатил глаза. — Можно нескромный вопрос? Блейз кивнул, прикуривая сигарету. По воздуху поплыли сизые перья табачного дыма. — Как твоя матушка отнесется к твоему… увлечению? — Я думаю, спокойно, — на его губах появилась усмешка, — думал, ты хочешь спросить что-то другое. — О, то, что ты её трахнул, я понял по одному твоему сияющему лицу. В том, что ты её после этого не кинешь, я даже не сомневался. Я дам тебе непрошенный совет… Блейз крепко затянулся, выпустил в небо струйку дыма. — Я слушаю. — Не торопись объявлять всему миру, что вы пара. — Почему? Драко шумно вздохнул, невесомо поглаживая левое предплечье. Метка начинала ныть. И как ему всё это объяснять? Чертов Снейп с его запретом! Драко открыл было рот, как вдруг… — Мистер Малфой, мистер Забини. Уютно устроились. «Легок на помине!» — подумал Драко, резко оборачиваясь. Блейз сжал в руке недокуренную сигарету; ладонь тут же обожгло, и он поморщился, а затем обернулся к говорившему. Снейп возвышался над ними, взгляд его был холоден и безразличен. — Мистер Малфой, марш в гостиную. Мистер Забини, — Снейп вздохнул, — в мой кабинет. Есть важный разговор. Два юных сердца пропустили по удару. Драко опустил взгляд, съедаемый ненужным чувством вины; Блейзу вдруг окружающий его воздух показался густым, словно толща воды. Тон профессора не сулил ничего хорошего.

***

Первое, о чем подумал Блейз, это их с Гермионой «внеклассные занятия». Может, кто-то узнал и доложил профессорам. Пусть они и были уже совершеннолетними, секс в стенах школы находился под запретом. В мыслях тут же возник образ Макгонагалл, отчитывающей Гермиону за легкомыслие, и Блейзу стало совсем не по себе. Она не должна переживать это в одиночку, виноваты по итогу оба… Хотя он использовал отводящие чары, их просто не могли заметить. Мысли вернулись к восхитительному вечеру в ванной старост. Привидения? Нет, они не видели Миртл, и картин там нет. Витраж с русалкой… Он вздохнул. В этот момент они со Снейпом уже стояли у входа в кабинет декана Слизерина.

***

— Может, всё-таки объяснишь? Покрасневший Рон нависал над сжавшейся в кресле гостиной Гриффиндора Гермионой. Он буквально заблокировал ей возможность ускользнуть, став вплотную к креслу, положа руки на подлокотники. Приятного в этом общении было мало. — Что я должна объяснить, Рональд? — Почему ты сегодня сидела с этим напыщенным индюком? — Захотелось! — воскликнула Гермиона, — Вы с Гарри всё время сидите вместе, почему я должна одна? — Ты села рядом с врагом! — Не я, а он подсел! И какой он тебе враг, Рональд! — Такой! Слизеринцы все наши враги! — Отойди от меня, Рональд, иначе я за себя не отвечаю, — прошипела Гермиона, сжав в руке волшебную палочку. — Эй, что за угрозы моему брату? Джинни спешила к ним от портретного проема. Она улыбалась, но улыбка эта была настороженной. — Она села за парту с Забини сегодня, представляешь? — выпрямившись, Рон повернулся к сестре, которая теперь недоверчиво смотрела на Гермиону. — С Забини! С нашим врагом! Воспользовавшись тем, что Рон отвлёкся на Джинни и убрал с подлокотников руки, Гермиона буквально выпрыгнула из кресла, все еще сжимая в руках волшебную палочку. — Ты несешь чушь, Рон, — она направилась к лестницам, ведущим в спальни девочек, — не с Малфоем же я села, в конце концов! — Он бы никогда в жизни не сел рядом с такой, как ты! Она замерла на первой же ступеньке. Слова, словно несколько десятков крошечных острых кинжалов, вонзились в самое сердце. Гермиона медленно обернулась. Немногие ученики, находившиеся в гостиной в этот момент, затаив дыхание наблюдали за разворачивающейся сценой. — Что ты сказал? — прошептала Гермиона, глядя на Рона, вскинув голову, — Повтори. — Что слышала! — Ребята, — Джинни заняла позицию между ними, примирительно подняв руки, — к чему эта ссора, ну, Рон, мало ли зачем Забини к ней подсел, они… они ведь какие-то там контрольные проверяли вместе… — Не надо, Джинни, — запротестовала Гермиона, всё ещё стоя на нижней ступеньке лестницы, — твой брат сказал то, что хотел. И я запрещаю ему приближаться ко мне! Она побежала вверх по лестнице. Глаза предательски защипало. Когда Гермиона закрыла за собой дверь спальни, слёзы уже заструились по щекам. Слышать такие вещи от того же Малфоя она давно привыкла, но чтобы от Рона? От её милого Рона? Гермиона, всхлипнув, побрела к своей кровати. — Там тебе сова, — безразлично бросила Лаванда и вернулась к чтению магического журнала. За окном на фоне потемневшего неба отчётливо выделялся силуэт школьной совы.

***

— Проходите, мистер Забини. Снейп пропустил Блейза в кабинет, затем захлопнул дверь и запер её невербальным заклинанием. Сердце в груди Забини билось отчаянно, что-то подсказывало, что речь пойдет не о его связи с Гермионой, и поэтому он расслабился на мгновение, но потом кто-то словно тряхнул бурлящий котел мыслей в его голове, и он продолжил гадать, что за тему разговора ему придется поддерживать сейчас. Что-то случилось с мамой? Снейп тем временем расположился за своим столом и жестом указал Блейзу на стул напротив. — Я не буду ходить вокруг да около, мистер Забини, — тихо начал Снейп, — думаю, Вам известно, что случилось летом с мистером Малфоем. Блейз сглотнул. — Метка, — хрипло произнес он, и Снейп кивнул. — Боюсь, вас ждет та же участь. Блейз тряхнул головой. Ему показалось? — Профессор? Вы понимаете, о чем говорите? С чего… с чего Вы взяли? Снейп глубоко вздохнул, но решил, что не время подбирать слова. — Послушайте меня внимательно, Блейз, и не перебивайте. Драко, вероятно, не рассказывал вам ничего, кроме самого факта принятия метки и… скажем так… наличия задания. — Он не говорит, что за задание, профессор. И мне это не сильно интересно. Моя семья всегда держала нейтралитет… — Эти времена прошли. В грядущую субботу Темный Лорд ждет в Малфой-Мэноре Драко… и Вас вместе с ним. — Для чего?.. И откуда Вам все это известно? Профессор? Вы же… — Блейза ошеломила догадка, — Вы — пожиратель? Но при чем тут я? Я не хочу никуда вступать! — Глупец, будто бы Драко этого хотел! — воскликнул Снейп, вскочив со своего места. — Жизнь сложнее, Блейз, чем Вам кажется. В эту субботу Вы будете в Малфой-Мэноре. Я не знаю, что там будет происходить, осведомлена ли Ваша мать об этом визите, но я знаю, что Волдеморт не поддается уговорам и умеет убеждать. Ваши отношения с мисс Грейнджер… такая славная мишень для него. Такой великолепный рычаг давления. Блейз почувствовал, как начинают гореть щёки. — При чем здесь Гермиона? — сквозь зубы произнёс он, пристально глядя на Снейпа. — Чистокровный волшебник влюблен в грязнокровку. В подругу Поттера. Ты хоть понимаешь, какая опасность вам обоим грозит? Один из вариантов развития событий — это её пытки на твоих глазах, а потом твоя смерть. Как предателя крови. Блейз вдруг осознал, что задержал дыхание. Перед глазами заплясали черные точки, и он судорожно вдохнул. Выдохнул. — Вы сейчас пытаетесь мной манипулировать, сэр? Хотите, чтобы я сказал «ведите меня к Тёмному Лорду, я с честью приму его метку»? — Я сейчас рассказываю Ваше незавидное будущее. — Я не хочу, — прошептал он, глядя на идеально чистую смугловатую кожу левого предплечья. С удивлением обнаружил на ней крошечный след-полумесяц, вспомнил тут же, как Гермиона с силой сжимала его руки, когда достигла пика, как сбивчиво шептала его имя, и как он был кристально счастлив в тот момент. — Профессор, мне это не нужно. — Всем придётся выбрать сторону рано или поздно, Блейз. В голове тут же всплыли воспоминания о собраниях, которые иногда посещал Драко. Из его скупых рассказов следовало, что Волдеморт периодически мучает там вместе с пожирателями грязнокровок… Блейз вдруг отчётливо представил себе, как на мраморном полу в луже крови корчится от боли Гермиона, и его замутило. Затем Гермиону заменила его мать… — Вы бы не стали… не стали бы вести этот разговор, — Блейз вскинул голову, глядя прямо в чёрные глаза, — если бы не было вариантов. Не так ли? Снейп медленно кивнул. — Много лет назад… один волшебник принял метку, — медленно, тягуче начал Снейп, — но скоро понял, какую ошибку совершил. Лорд посчитал, что любимая девушка этого человека представляет угрозу, и тогда волшебник обратился… за помощью. К Дамблдору. — Директор помог? — спросил Блейз, ошарашенный количеством информации. Снейп глубоко вздохнул, отвел взгляд. — В какой-то степени. Та девушка… её муж… они доверились ненадежному человеку. — Сэр, — робко перебил его Блейз, — как Вы узнали? Обо мне и... и Гермионе. — Знакомо ли Вам понятие легиллименции? Блейз прижал ладони к глазницам. — Мне хватило одного мимолетного взгляда. Ваши мысли о мисс Грейнджер чересчур громкие, если можно так выразиться. — Жаль, она этого не слышит, — грустно улыбнулся Блейз. Ему казалось, что он спит. Разговор по душам с деканом? Разговор о Грейнджер со Снейпом? Проснись, Блейз. — Темный Лорд владеет искусством легиллименции в совершенстве. Учить Вас закрывать сознание просто нет времени. Один его взгляд вывернет все Ваши мысли наизнанку, и, поверьте, Лорд воспримет вашу связь с Грейнджер как личное оскорбление. — Как… — Блейз прочистил горло, — как мне её спасти? — Профессор Дамблдор полагает, что извлечение воспоминаний о вашей связи может помочь. Разумеется, временное. Придется заполнить пробелы чем-то менее ценным для Вас. Но, Блейз, — Снейп пристально посмотрел ему в глаза, — какое-то время Вам придется держаться от нее подальше. В идеале — игнорировать. Сознание должно адаптироваться. — Это разобьёт ей сердце, — собственный голос показался ему чужим. В глазах защипало. Мужчины не плачут? — Это спасет ей жизнь, — вкрадчиво произнёс Снейп, — неужели ты думаешь, что жить, чувствуя вину за смерть любимой, легко? Это непосильная ноша, Блейз. — Откуда вам знать! — воскликнул Забини, но, взглянув в глаза профессора, осёкся. Никогда ещё он не видел столько боли во взгляде человека. На некоторое время кабинет погрузился в гнетущую тишину. — Хорошо, — наконец, произнес Блейз, — допустим, эти воспоминания... извлекут. Что будет дальше? — Вам придётся прибыть в Малфой-Мэнор вместе с Драко в субботу. Дальнейшее развитие событий мне неизвестно, но при хорошем варианте по возвращению директор восстановит Вашу память. И мы приступим к изучению окклюменции. — Сколько у меня времени? — потухшим голосом спросил Блейз. — Времени на что? — На принятие решения. На прощание... с Гермионой. — Вы не должны рассказывать ей об этом! — Не собирался. Просто... сколько времени ещё я могу провести с ней? — Эту ночь. Завтра утром директор ждет нас с Вами у себя в кабинете.

***

Она томилась в коридоре восьмого этажа. Записка от Блейза приглашала её встретиться у портрета Варнавы Вздрюченного в десять вечера, но Гермиона пришла на полчаса раньше, и теперь стояла, опираясь о прохладную каменную кладку замка. Слёзы давно высохли; впрочем, настроение поднялось моментально, как только она поняла, от кого сова принесла ей весточку. Раздались шаги; Гермиона вся подобралась, поправила косу, бегло осмотрела свою одежду — белую футболку и джинсы, — запоздало подумала, что стоило одолжить у Гарри мантию-невидимку… Он вышел из-за угла и показался Гермионе рассеянным. Даже расстроенным. Однако стоило ему увидеть её, как он тут же улыбнулся и ускорил шаг. Гермиона почти побежала ему навстречу и мгновение спустя оказалась в его объятиях. — Так сильно соскучилась, что пришла раньше? — прошептал он ей в макушку. — Да, — просто ответила Гермиона, прижавшись щекой к тонкой шерсти его джемпера. — Я тоже. Идем, — он потянул её к стене, хранившей в себе тайну входа в Выручай-комнату.