Naughty girl

- Что-то не так? – спросил растерянно Алистер, послушно опустив руку, которой прежде касался моего виска, медленно и ласково отодвигая с лица взлохмаченные волосы. Да, все было не так, но я молчала, глядя ему через плечо на то, как дверь, открывшись с помощью легкого взмаха магии, пропустила в бар высокого, довольно улыбающегося ведьмака-вампира. Впрочем, Каю было, чему радоваться. Он и вправду переоделся, как я и просила, и теперь выглядел куда лучше, чем за все прошедшее время. Черная футболка, натянутая поверх мускулистого тела, легкая серая рубашка поверх, оливковые брюки, грубые черные ботинки… И гладкие щеки. Черт, он действительно побрился! Эта деталь вызвала у меня невольный смешок, и он, явно услышав его, тут же обернулся в мою сторону. Я не сразу поняла, в чем именно дело, но лицо Кая вдруг вытянулось, а губы, прежде растянутые в улыбке, плотно сжались в тонкую, бледную линию. Он нахмурился, глядя не на меня, а куда-то рядом со мной, и лишь когда я услышала гортанный рык, незаметный для человеческого слуха, что вырвался у него из груди, я вновь вспомнила, что сижу не одна. - Это твой парень? – хмыкнул Алистер, проследив за моим взглядом в сторону грозно идущего к нам Кая. – Кажется, теперь я понял, почему ты была такой неразговорчивой… - Нет, - вдруг вырвалось у меня, и вмиг я осознала, что именно надо делать. Что я хочу сделать. – Это не мой парень. Это мой друг, с которым я путешествую, и он гей. Я увидела, как глаза Кая расширились, ведь он услышал это даже сквозь мелодично льющийся из колонок джаз. Его шаг стал шире и стремительнее, а спустя секунду он уже стоял рядом с Алистером, едва не нависая над ним. Но прежде, чем Паркер бы успел сломать ему шею или произнести что-то такое, что заставило бы Алистера бежать без оглядки со всех ног, я резко возникла между ними двумя несокрушимым препятствием и, жестко уперевшись Каю в живот руками, обескуражила его невозмутимой улыбкой. - Кай, познакомься с Алистером, - я окинула спокойным взглядом обоих и, игнорируя клацанье зубов Паркера прямо над моим ухом, размеренно продолжила: - Алистер – моя первая любовь, мы знакомы с ним еще с детства. Правда, Ал? – я ухмыльнулась и, подняв глаза на Кая, приподнялась к его лицу: - Вот так совпадение, что мы сегодня все встретились здесь! Кай не говорил ни слова, буравя Алистера пристальным, испепеляющим взглядом, и, заметив это, Алистер прочистил горло и даже не стал протягивать ему руку для рукопожатия. Ал никогда не был дураком, а потому ему не составило труда заметить, в каком настрое прибывает Кай. Если судить, они являлись кардинальными противоположностями друг друга: Паркер - высокомерный, властный, привыкший в любой момент осуществлять то, что взбредет в его дурную голову. С темными взъерошенными волосами, с голубой радужкой глаз… Кай привык соперничать, привык доказывать, привык быть главным. Троекратное слово «привык» с негативным окрасом, разрушительную нить которого можно проследить на протяжении всей его жизни. И Алистер, который всегда славился своим дружелюбием и мягкосердечностью, тактичностью и галантностью; мужественный, но нежный, с русыми волосами и теплым, карим взглядом. А еще он никогда не нарывался на драки или разборки, потому что считал это последней инстанцией, заслуживающей внимание хорошего человека. От такого мысленного сравнения я сама же натолкнула себя на вопрос: и как после отношений с Алистером я вообще смогла посмотреть на такого, как Кай? Да, не на долго, да, недоверчиво, но я ведь дала ему шанс. Шанс, обернувшийся для меня полным крахом. Может, у меня и самой раздвоение личности? Вполне вероятно. Но сейчас это была меньшая из тех проблем, которые передо мной стояли. А наибольшая – как сделать так, чтобы Кая разрывало от ненависти, от обиды, от горечи, которые неудержимо приносил он так долго мне раз за разом, но при этом удержать его как можно дольше от убийства моего бывшего парня? Тяжелая задача, но, впрочем, выполнимая. Я знала выход. И твердо решила, что настал черед расплаты. Пришло время отомстить, даже если после Паркер заставит меня пожалеть об этом. - Кай пришел сюда, чтобы выпить со мной, но, полагаю, он будет не против, если я проведу вечер в твоей компании, Алистер. В конце концов, мы так редко видимся, а Кай может найти себе и другого…собеседника, - я улыбнулась и, отпрянув от молчаливого Кая, демонстративно взяла Ала за руку, заставляя подняться. – Мы пойдем вон за тот столик, согласен? Иди пока туда, а я закажу нам еще выпивки. Алистер даже не стал противиться, словно прежде я успела опробовать на нем внушение. Но я не успела же, да?.. Уже и не помню. Все мысли заняты лишь тем, как досадить Каю, и ради этого я готова прибегнуть даже к тем вампирским штучкам, которые прежде считала безнравственными и аморальными. Эволюция моего грехопадения. Очевидно, где-то на уровне подсознания Алистер чувствовал здесь подвох, а оттого скромно хмыкнул, пожал плечами и покорно двинулся к свободному столу в углу бара, на который я указала рукой. Когда он отошел на достаточное расстояние, я развернулась лицом к бармену и, облокотившись о стойку, поспешно заказала несколько бокалов скотча. - Маленькая лгунья! Я ахнула, когда Кай, как и следовало того ожидать, резко перехватил мою руку, которой я тянулась к наполненным барменом стаканам, чтобы забрать их. Крепко стиснув пальцами мое запястье, Кай под угрозой перелома заставил меня развернуться к нему и увидеть, как пылает от ярости его лицо. К счастью или к сожалению, все это не было видно для Алистера, намеренно севшего к нам спиной. Но мне же эта сцена ревности начала доставлять немыслимое удовольствие, ведь я так жаждала увидеть Кая в ярости, во всепоглощающем отчаянии. И, кажется, этот момент настал. Момент его расплаты. - Ой, посмотрите-ка, - пролепетала я с театральным изумлением. – Кто-то так зол, что сейчас сольется по цвету с цветом здешней Кровавой Мэри. Что, неприятно, когда паутины плетешь не ты? - Заткнись! – зашипел Кай мне в лицо и крепче стиснул запястье. Я едва не запищала от боли, но сдержалась, ведь теперь меня не пугал даже хруст собственных костей. Пусть Кай сломает мне руку – все равно заживет прежде, чем я успею дойти до уборной. А его ярость стоила даже этого. – Гей, значит?! Ничего умнее не придумала? Я ухмыльнулась и, пожав плечами, приподнялась к надменно вздернутому вверх подбородку Кая, заставляя его скривиться от раздражения. - А что такого? Ты красивый, хорошо одет, а без щетины даже немного слащавый… Алистер не почувствует подвоха. - Твой Алистер сейчас вообще ничего чувствовать не будет, когда я подойду и вырву ему сердце, - прорычал Кай и резко выбросил из своей хватки мою руку. Впервые я позволила инстинктам взять верх и лишь благодаря им успела перегородить Паркеру путь до того момента, как он бы с вампирской скоростью очутился за спиной сидящего в углу Алистера и осуществил задуманное. Я уперлась ладонями Каю в грудь и с неестественной силой толкнула обратно к стойке. - Только посмей, - прошипела я в ответ так же, как прежде шипел он, и, судя по тому, как глаза у Кая расширились, он не ожидал, что я стану заступаться за Алистера, причем с таким остервенением. Но я буду. И даже не столько потому, что желаю сохранить ему жизнь, сколько оттого, что готова осуществить уготованную Паркеру участь любой ценой. - Ты ведь не думаешь, что действительно сможешь меня остановить? – ухмыльнулся нагло Кай, почти прижавшись к моему лбу своим. Его дыхание обожгло губы и я, невольно попятившись, только усмехнулась в ответ, уверенно заявив: - Еще как думаю. Ну что, устроим кровавую бойню прямо здесь в баре или, быть может, ты перестанешь играть в крутого ревнивого вампира и поверишь мне на слово, что я ни на шаг не подпущу тебя к Алистеру? - Даже интересно посмотреть, как ты собираешься меня остановить, - шепнул он сквозь красноречиво выступившие клыки. Его взгляд не сходил с моего лица – пылающий, пронзительный, враждебный. Он ненавидел не только Алистера, но и меня, ведь лишь в этот день я осознала, что могу доставать его не меньше, чем доставал меня он. Неужели он и впрямь надеялся, что я буду послушной? За все это время я успела выучить наизусть одну немаловажную вещь: Кай ненавидит делить с кем-либо то, что уже присвоил себе. Он не любит, когда с его «игрушками», коей он меня и считает, играют другие. Интересно, что же будет, если его игрушки попробуют играть с ним самим? - Тогда смотри, - прошептала я и, приподнявшись к лицу Кая, едва ощутимо скользнула кончиком языка по его губам, заставив того оторопеть. – Смотри и наслаждайся шоу. Ты же это любишь. А затем я грубо оттолкнула Кая, когда он наивно подался ко мне на встречу, и, схватив с барной стойки два бокала скотча, развернулась на каблуках туфель и уверенно двинулась к столу Алистера. За моей спиной рычал Кай, но, что странно, он так и не двинулся с места. Он позволил мне показать свое шоу, и за это я премного ему благодарна, ведь я заставлю его удивиться. «Играй, Дэнни, пока не надоест», уловил мой острый слух его голос, когда я опустилась за стол, «Но, клянусь, чем дольше это длится – тем мучительнее он будет умирать».