"Маски долой. Вот и всё". Глава вторая

День выдался необычный по всем направлениям. Во-первых, Ирина Сергеевна с барского плеча дала мне выходной, бонус в виде Дениса так же прилагался, плюс мама Ира снарядила нашу дочь на очередную прогулку — мне это дико понравилось. Идешь такой с коляской, воздух свежий, детеныш спит, мне есть время спокойно подумать, и вообще, лишнее общение с Бусинкой. Диня сначала упирался, боялся, что Настя его придушит за такую инициативу, но все оказалось проще — она воспользовалась шансом выспаться и выставила сынишку с отцом на улицу. Со вчерашнего вечера мне как-то тревожно. Вообще понять не могу, что такое. Вроде бы нормально все — Сашку нашли, Ира на работе, в отделе спокойно, кажется, старшее поколение недавно уехало к себе, Макарыч, правда, обиделся на нас и забился в угол, не желая выходить. Но это он сам виноват — Сашке написал в кеды, видимо в отместку за то, что пацан его запер в ванной. Злопамятная, наглая, рыжая морда… Точно. Напрягли меня звонки Ирине. Их, оказывается, кроме вчерашних двух, было еще три. Но Зимина молчала. Коварная… Это и настораживало. Ира уговорила меня никуда не обращаться, ведь просто звонят и молчат в трубку. Не страшно, просто неприятно. Ну, я и повелся… Блин. Идиот. Надо меры принимать. Учитывая, что где-то рядом Морозов, все это весьма зловеще. — Как все изменилось, слушай, — меня как-то внезапно потянуло на философию. — Собирались раньше пивка попить, а теперь вон малышню выгуливаем. — А ты как думал? Оглянуться не успеешь, внуки пойдут, — Антошин поправил шапочку и снова вцепился в ручки коляски. — Ты думаешь, мы с нашим образом жизни застанем внуков? — А ты сомневаешься? Еще и правнуков, если очень постараемся, — Диня был крайне оптимистично настроен. Даже странно. — Слушай, а им не холодно? Вроде одеяльце тонкое… — Да нет. Оно же шерстяное, а в комбинезоне вон, мех. Все нормально, — успокоил этого паникера с видом многоопытного отца семейства. И откуда что взялось… Сам дочку боялся на руки взять, а первого купания ждал с ужасом. Но как-то все наладилось, Ритуля пару раз меня описала и все, мы стали лучшими друзьями. Мы прошли еще несколько метров, молча думая каждый о своем. — Серега, чет мне это не нравится, — Антошин поправил на коляске сына непромокаемую накидку и показал одними глазами влево. — Вон видишь? За нами тачка едет уже минут пятнадцать. — Да ну. Мало ли, живет чувак здесь где-нибудь, неподалеку. А ты сразу о слежке. Кому мы нужны? — старался говорить погромче и дебильно-радостно, но добавил уже тише. — Я думал, у меня уже кукушка съехала. Номера на всякий запомни. — А погода какая, — жизнерадостно улыбнулся Дэн, катя перед собой коляску с мирно спящим Никитосом. Рита, одетая в смешной комбинезон чуть большего размера, сама себе шевелила ручками и спала. Хорошо, что у нас такие спокойные дети, вой не подняли. Я-то еще с маленькой справлюсь, а вот сможет ли Денис успокоить наследника — большой вопрос. — Слушай, я остановлюсь, типа что-то в сумке ищу, — шепнул Антошину и тормознулся аккуратно в сторонке, чтобы никому не мешать. В сумке с разными детскими вещичками-игрушками, бутылочкой и салфетками, я разумеется ничего не искал. Навел небольшой бардак, но это мелочи. — Не учи ученого, — в тон мне отозвался Антошин и мы, легко и ненавязчиво, выяснили, что следят все-таки за нами. Тонированная ауди остановилась в паре метров от нас, водитель, качок в черной куртке и такой же кепке, зачем-то выбрался наружу и полез в багажник. — Они че, совсем с приветом? Светиться нахрена? — Антошин возмутился такому сюрпризу. — Эх, подойти бы, да спросить, че ему надо. — Пошли лучше, неохота с таким мордоворотом базарить, — идея, действительно, была так себе. Тем более, мы с детьми. Какие тут разборки. — У тебя же ствол есть. Ты че? Ну да, ствол есть. В кобуре, под пуховиком вообще незаметно. Но палить — самое последнее, чего бы мне хотелось. — Ниче. Теперь знаем, что нас пасут, вероятнее всего меня. Пойдем, кое-что расскажу, — состроив таинственную морду лица, покатил коляску вперед и приготовился рассказывать про неприятные звонки Ире. Мы погуляли еще минут десять, а потом разошлись. Детей пора было кормить и укладывать на дневной сон. Уже из дома набрал Иру, как бы не хотелось ей рассказывать, все равно придется. — Да, Сереж. Как погуляли? — Хорошо погуляли. Поели тоже хорошо, теперь спим. Тебе не звонили? — С утра только, по дороге в отдел. И на электронку письмо… — Угрозы? — Да. — Слушай, надо обратиться к программистам. Это не дело. Это опасно, Ир! — Я знаю. Позвоню одному знакомому, попрошу помочь. — Вот и умница. У Сашки до часу уроки, приедет, и его покормлю за компанию. Слушай, Ир, ты осторожнее будь, хорошо? Пусть тебя кто-нибудь проводит. — Глухарев, ну что со мной случится? Доеду спокойно сама, — явственно представил, как она пожала плечами. — Ира, ну че ты как маленькая? Просто я… волнуюсь за тебя. Не хотел тебе говорить, но пока мы гуляли… — Ну, что? Не тяни, я тебя прошу! — За нами следили. Дэн уже пробивает машинку по своим, он нас не видел… — Спасибо, что предупредил. Из дома не уходи, хорошо? — Обижаешь. — Все, я убежала, тут Агапов… — Целую, — сбросил вызов и, недолго думая, набрал Сергея Александровича. Он-то точно заберет дочь с работы и довезет до дома в целости и сохранности. Эх, я ступил, надо было сразу Зимину звонить. К Ирочке он знает подход гораздо лучше.

***

Скорая ехала слишком медленно, слишком бледной казалась Ира, лежащая на диване, слишком громко что-то говорила Измайлова, суетилась, а вот Карпов был слишком спокоен. Прямо-таки арктически холоден. Я конечно всегда подозревал, что на Зимину ему наплевать, но, чтобы настолько… Хотя, товарищ он неоднозначный, кто знает, что в карповской башке творится. — Сергей, а что случилось-то? Я ничего не поняла… — Лена пыталась что-то разузнать, а я в ответ начал тупо мямлить. — Мы разговаривали, все нормально было… — и как раз вовремя в кабинет вместе с медиками вошел Карпов. Судя по лицу доктора, ему заплатили и заплатили хорошо. Они засуетились над Ирой, пресекая наши попытки вмешаться и чем-нибудь помочь. — Все будет нормально, — заявил Стас и буквально потащил нас с Леной, из кабинета Зиминой, в коридор. — А ты откуда знаешь? — огрызнулась Лена, нервно кусая губы. — А я гадалкой на полставки устроился. Коридор расчищен, лепилам заплатил. Все сделают в лучшем виде. Минут через пять санитары, вынесли носилки из кабинета, доктор, с оранжевым чемоданчиком, вышел следом. — Кто-то поедет с больной? — Я поеду, — Измайлова даже опомниться не дала. — Я ее лучшая подруга. — Хорошо, собирайтесь и идите в машину. А нам с Сергеем нужно переговорить… — доктор повел меня к выходу, вперед и маячила синяя куртка санитара. Карпов испарился в неизвестном направлении, а у меня как-то вылетело из башки, что кабинет, по-хорошему, нужно хотя бы закрыть. Дядька хорошо поставленным голосом вещал про состояние Иры, слова расползались и не желали собираться в цельную картинку. Мне упорно казалось — что-то пойдет не так. Что-то сейчас случится. Руки Ирины свесилась с носилок и почувствовал, как от затылка по всей спине расходятся противно-холодные, какие-то тягучие, мурашки. Ужас. И предчувствия какие-то дурные… Олег при виде бесчувственной начальницы, выронил ведерко с ключами. И засуетился, собирая их обратно. Вот чудище… Уже возле клетки обезьянника санитары затормозили — ко мне, как к родному, бежал Сашка. Лямки рюкзака висели на локтях, распахнутая куртка и забрызганные джинсы говорили сами за себя — пацан торопился. — Сашка, ты как тут? — Мама? Что с ней? Что случилось? — Мы разберемся, — я заверил доктора в том, что все под контролем и они ушли. Мимо нас промчалась Лена, с Ириной сумкой в руках. При виде Саньки ничего не сказала, но выразительно скривилась — Ира рассказала ей все, и благодаря поддержке Измайловой более-менее пришла в себя. — Это я виноват, да? — у парня, похоже, началась истерика. — Куда ее везут? — Ты в школе должен быть! — Так меня дед забрал и привез сюда. Где мне еще быть! — Сейчас я тебе все объясню, пошли ко мне, там поговорим, — поправил на Сашке рюкзак и повел к своему кабинету.

***

— А что происходит? Кто-нибудь может объяснить? — первой возмутилась Измайлова. Ее поддержал Савицкий и, разумеется Ткач. Фомин, прижавшись к трубе, грелся, ему было пофигу, что вокруг творится, все равно объяснят. — Снова палачи? Серега, ты че молчишь-то? — Паша недоверчиво глянул исподлобья и, откинувшись на стуле, вжал голову в плечи. Здесь, на складе, было не особо жарко, но и не холодно. Однако неслабо сквозило и тянуло сырым воздухом, плотно дверь не удалось прикрыть, как мы ни старались. Щукин с кем-то переписывался, скорее всего с Викой — судя по мечтательной улыбке, Климов нервно покручивал колечко с ключами на пальце. А Диня аппетитно хрустел чипсами с ядрено-убийственным ароматом паприки. Он не парился совершенно, довольный тем, что я ему рассказал раньше. — Сейчас подъедет Карпов, и все обсудим, — раскачался на стуле и, чудом не грохнувшись, вернулся в прежнее положение. — Дело серьезное, но с палачами не связано, это точно. Дверь заскрипела и все, сидящие спиной обернулись. — Опа! — грянул Фомин, а остальные так и продолжили молча открывать и закрывать рты.