"Маски долой. Вот и всё". Глава вторая

Ночь — день. Свет — тень, И я между ними — оборотень.

— О, какие люди! Нафига этот Лондон, да? — успел поймать за капюшон отпрянувшего было Ларина. — Стоять, ты куда? — Ошибка вышла, — залебезил бывший моей нынешней. — Все ж нормально, отпусти и я пойду домой. — Заткнись, — посоветовал искренне и от души, попутно пару раз ткнув его в солнечное сплетение кулаком. Воздуха у Игоречка не осталось, он сломался пополам и рухнул к моим ногам мало аппетитной кучей. Пришлось поднимать с порога, на ходу заламывая руки и связывая первым, что попалось под руку. Попался мой же ремень. — Я сейчас полицию позову! Ты напал на меня, между прочим, уважаемого человека, а я мимо проходил… — Ларин нес что-то несусветное, пытаясь отдышаться и встать более-менее прямо. Следующий удар пришелся в недавно починенный Ларинский нос. Ну, а что? Я не виноват, он сам, случайно. Пока он корчился, проверил карманы — в куртке нашелся складной нож и кастет. Спасибо, что биту не взял. Экшн был бы фееричный, после которого пришлось делать ремонт. — Да ты мне нос сломал! — Я тебе щас еще и ноги сломаю! Говори, че хотел? Адвокаты нищенствуют теперь? В домушника переквалифицировался?! Или к сыну в гости? — Да пошел ты! — Игорь, капая на пол кровью, скривился и демонстративно захлопнул хлебальник. Вместо ответа, одной рукой придержал ночного гостя за шкирку, благо он был пониже меня — держать было удобно, а второй дотянулся до телефона и набрал номер родной дежурки. — Олежа, привет. Отправь ко мне наряд, быстренько. Да, случилось. Вор влез, я его задержал. Ага, давай, — трубку убрал на базу, а «ствол» в кобуру. Не думаю, что придется стрелять. — Ну зачем наряд? Давай сами все решим. Ты вон, мне внешний вид попортил… Успокоился бы. — Ага, бегу и падаю. Колись, че ты забыл у нас дома? На кого работаешь? — Да пошел ты. Ментяра… — еще один не слишком сильный удар в живот сделал Игоря Владимировича не таким заносчивым. Хамло. Влез на частную территорию и ведет себя так, как будто это в порядке вещей. — Адвоката требовать будешь или справишься сам? — Я высококлассный специалист с достойной репутацией… — прогнусавил Ларин. — Был. Колись, друг мой ситный, че пришел. Проверить, дома ли Ирина? По глазам вижу, прав. Нет, она в больнице. Я дома один. — Не буду ничего говорить. Думай сам. Ты же мент, не я. — Да задрал ты уже! — рявкнул и замахнулся, но бить не стал. Во-первых, все кровью запачкаю, а во-вторых, Стас и его ребята без меня постараются. Звонку в дверь обрадовался. Быстро ребята домчались — десять минут всего прошло. А дальше началась суета. Я продемонстрировал оружие при Ларине, передал его в надежные руки патрулей и, наскоро одевшись, поспешил за ними. Дома сейчас делать все равно нечего, надо работать работу. Колоть Игоря, например. Чуйка подсказывала, что с его помощью мы узнаем нечто ценное.

***

— Я буду говорить только в присутствии адвоката! И вообще, не имеете права меня допрашивать, сейчас ночь! — верещал Ларин, не желая сдаваться на милость операм Пятницкого. — А это не допрос. Просто поговорим, выясним, зачем вы, гражданин Ларин, семьдесят третьего года рождения, влезли в квартиру сотрудников полиции, — Стас усмехнулся и сделал знак операм, чтобы они оттащили адвоката-домушника в комнату №206. — Только по морде не бейте! — попросил напоследок. — Не первый раз замужем, — бодро отозвался Карпов, доставая из закромов родины — из внутреннего кармана пиджака, рулончик пищевой пленки. — Там Щукин на адрес свалил, труп нашли. У дежурного поинтересуйся, занятная тема. И на этом мы со Стасом разошлись. Он в допросную, а я к Олеже, вечному и незаменимому. Тема, оказалась реально интересной. В том же районе, что и вторую девочку-сатанистку, нашли мужика. Закопанного в мусорных пакетах, вместо лица — кровавое месиво. Но никто ничего, как водится. Осталось дождаться приезда Кости, может, что интересное расскажет. Звонить ему и ехать туда было слегка лениво. Опять же, начальник я, или где… Чаще всего ощущаю себя именно «или где», но да ладно.

***

Пока Костя восстанавливался после ночного вызова в компании Вики и ее домашних пирогов, мы с Дэном думали, а я, как всегда, дымил. — У тебя че, мозжечок защемило? — Денис первым нарушил затянувшуюся паузу. — Оборжаться можно. Я думаю, Динь… — потер лицо ладонями, пытаясь сосредоточиться на имеющейся информации. При убитом нашли записку «Я убил Весливцева и Шадрину, простите» и браслетик, якобы принадлежавший третьей жертве. Но нужно дождаться экспертиз, пока все очень туманно. И Морозов, падла, где-то непонятно где… Неизвестно, что он выдаст в следующую минуту, о каком преступлении нам сообщат. Надоело… В отпуск хочу. И со своими поскорее увидеться. Но сначала дело. — А там есть чем? — Есть. Слушай, хватит ржать, — поморщился и потянулся за сигаретами. Пока нет Иры можно. — На тему чего загоняешься? С Иркой все нормально вроде, Вадим стучит, контора пишет… — Я по поводу утреннего тела. — А чем с ним не так? Все круто, мы убийцу, походу, нашли. Эксперты разберутся, время смерти установят. По потеряшкам уже пробиваем, может, всплывет где… — Ага. Без особых примет. У нас в городе знаешь сколько таких? И не факт, что убийца. Доказухи никакой, кроме браслетика. Мало ли, как он у него оказался. — По гонять взял, — Диня язвительно хмыкнул. — Серый, ну ты сам подумай. Вместо лица у него одна каша, похоже, что мстили… — И усложнили нам работу. Место еще такое, глухое. Никто ничего не видел и не слышал. — Так вот, ниточка. Девчонку, Еву, нашли как раз в гараже, мужика не так далеко, — Антошин поудобнее устроился на стуле и сложил ноги на соседний. Ладно хоть не на стол. — Короче, посмотрим. Я по поводу матери… Муж у нее четыре дня как залег на дно и не отсвечивает. На звонки не отвечает… Он хоть и козел редкостный, но хочется, чтобы это был не он. Да и мать жалко, как я ей такое сообщу? Мол, жила ты, оказывается, с преступником, и его самого грохнули с особой жестокостью. — А что делать, Серег? Если все выяснится и это окажется Павел, то нужно будет сообщить. Сам понимаешь. — Да понимаю, Динь, понимаю… Просто как бы я к ней не относился, какие бы напряги между нами не были, все равно жалко ее. — Теть Наташа мировая, поймет все. Я уверен, — закивал Дэн. — Поймет-то поймет… Короче, ладно. Сначала разберемся, что и куда, а потом буду думать. — Вот и правильно. Че зря нагнетать? — Антошин как всегда был сам позитив. — Иди уже, работай. — Пошел, — оболтус прихватил с моего стола сложенный им же самим самолетик и ушел. Детский сад — штаны на лямках. И этот человек еще заявляет, что научит своего сына только лучшему. Ну-ну. Вырастет Диня-маленький, вот и все.

***

— Серег, у нас тут стажерочка новая. Зяма дала добро, — Стас, на ходу вытирая руки об идеально отглаженный платок, тормознул меня прямо посреди коридора. — Ну и ладненько. Куда это счастье привалило? — Не поверишь, в дознание. — Звать как? — Арина. Зеленая совсем, пришла набираться опыта. — Родионовна? — Типа того. Сдал девчонку на руки Измайловой, пусть она воспитывает. По своим каналам пробью, чтобы не как с Крыловой… Слушай, тут Климов зайти просил, минут через двадцать. У него какая-то инфа есть. — Зайду, ага, — кивнул, и пошел себе дальше, в отдел кадров. Там какая-то ерунда с отпуском, надо бы разобраться. О том дне, когда я свалю на заслуженный отдых, мечтаю с ужасной силой. Нет, конечно, свою работу я люблю, но гораздо приятнее ее любить на расстоянии. Чего точно не скажу про Иру. Чем она ближе, тем лучше. — О, Сергей Викторович, проходите. Тут такое дело… — Светлана, наша новая кадровичка, аж засияла при виде меня и поправила короткую юбку, напоминающую пояс. Подозрение, что что-то тут не так, стали сильнее. Мыслей было много — от банальных, что мой отпуск отменяется, до дурацких — как же бедная Света бегает по морозу, в одних колготках?.. — Какое дело? — В общем, вам там к отпуску еще парочку дней прибавили… Ошибка сначала была, а теперь я все исправила. Тридцать четыре дня, — Светлана протянула какую-то амбарную книгу и ручку. — Расписаться нужно вот тут и вот тут. Девица с журналом встала так, что когда я наклонился вперед, взгляд упирался в ее неслабое такое декольте. Что поделать, Света у нас молодая и незамужняя, привлекает мужчин, как может. Не хотел, но залип на превосходные формы, обтянутые белой блузкой. Рука непроизвольно выдала нечто похожее на кардиограмму, пришлось срочно исправлять на буковки. — Вот, все… — отбросил ручку и поспешил отойти от стола. — Ирина Сергеевна на больничном, как она себя чувствует? Мы все переживаем… — начала было Света и, по-хозяйски, обворожительно улыбаясь, поправила сбившийся галстук. Переодевался-то я уже в кабинете, в запасную форму. Вот и вышло сикось-накось. — Уже лучше, но врачи прогнозов не дают, — брякнул, старательно напоминая себе, что я, на минуточку, семейный человек, у меня есть любимая жена и вообще, на посторонние прелести не засматриваюсь.  — Вам скучно, наверное, одному, вечерами… Развеяться надо, сходить куда-нибудь, вы как считаете? — Света уперла свой изящный пальчик с ярко-красным ногтем в мою грудь, явно намекая, что я должен куда-нибудь сходить с ней. Желательно сегодня. Ну и перспективы тоже были ясны. — Скучно, вы даже не представляете, как мне скучно… — и тут меня прервал звук открывающейся двери и Измайлова Елена Николавна собственной персоной. Ее выражение лица от озабоченного стало офигевшим, а потом ехидно-растерянным. Позади нее маячило что-то небольшое и в форме. Стажерочка, значит. — Упс, я зайду попозже, как вы закончите, — выпалила Измайлова и захлопнула дверь. — Скучно без жены, Светочка. Дни считаю до ее выписки. Вот и сегодня, весь вечер проведу у нее! — от сквозняка со стола Светочки снесло половину бумажек, а я поспешил ретироваться. Твою ж дивизию… Слухи стопроцентно поползут. Хотя, когда их, этих слухов не было? Вот-вот. Так что, не паримся, и живем дальше. — Глухарев, это че щас было? — разозленная, но с показной улыбочкой, Лена выглядела немного смешно. — А что было? Зашел узнать про отпуск. Узнал, ушел. — Да? Вот у всех у вас, у мужиков, ничего не бывает. А потом — раз, и с чемоданчиком к любовнице! — Лен, я не собираюсь никуда уходить. Если хочешь, расскажи об этом Ире, и убедишься, что она мне доверяет. И вообще, я ж не на мужика пялился! Тогда бы капец был. — Ну-ну, ну-ну, — товарищ майор хмыкнула, тоже поправила на мне несчастный галстук и ушла. Вот нормально? Да, я здоровый, нормальный мужик, реакции на красивых женщин соответственная. Ира вообще у меня чуть не ушла к Ларину, я же ей ничего не предъявляю… Стоп. А может надо? Ревнивца включить? А, что… Женщины такое любят. Вот вернутся домой, буду тренироваться «включать Отелло».

***

Присоединился к «совету в Филях» с небольшим опозданием. Вадим что-то активно рассказывал Стасу, а он слушал, перекатывая зеленое, глянцевое яблоко, в руках. Ничего не меняется, вот на самом деле — сколько себя помню, Стасик и яблочки — неизменный тандем. Круче только Стасик и секатор. И пленка. — Чего такие лица кислые? Случилось чего? — лица у Стаса и Вадима были какие-то перевернутые. Снова плохие новости, значит. — Да так. В пределах нормы. ФСКН устроила облаву в соседних двух районах, изъяли товара лимонов на двадцать. И угадай, кто хозяин точек и «крыша» барыг? — Стас усмехнулся и поудобнее уселся на подоконнике. — У кого-то был плохой день. На крупные бабки попал… И что? — Если он за одну только неделю поднимал за спайсы лимонов по пять, а еще были «тяжелые»… И все остальное, короче, ждем, когда Гончаров-Морозов проявится. Такую подставу ни одни нервы не выдержат. — Вадим считает, что Игорь как-то подставится сам. А я думаю, что он не настолько дебил. Кинет на растерзание нам кого-нибудь другого… Чертов кукловод. Оборотень в погонах. — Ну, мы все периодически превращаемся в оборотней, — не стал бы говорить так категорично. Тем более, что Морозов-Гончаров больше не сотрудник. — Сергей, я с Дашкой своей созванивался, и разговаривал с Ириной. У них все нормально. — Отлично, — кривенько улыбнулся, хотя самому было дико неприятно. Сам-то до сих пор не позвонил, замотался. — Мужики, у нас, точнее у Измайловой, кажется, проблемы, — в кабинет Климова, без стука, влетел запыхавшийся Савицкий. — Рома, ты че как мешком хлопнутый? Че случилось? — Ленка сейчас уехала на какой-то тачке, прямо у отдела ее забрал какой-то мужик. Номер есть. — Ну и не кипешуй. Разберемся. Может, Лена твоя того, налево пошла? Рому на этих словах дорогого начальника неплохо так перекосило. — Стас… — Я уже дофига лет Стас. Ладно, пошли, выясним, где твою благоверную носит, — Карпов сполз с подоконника и, взяв Ромыча, ушел к себе. Я тоже засобирался, работа, и всякое такое. — Спасибо за Дашку, — Вадим пожал мне руку, впервые, за время знакомства, чуть улыбнулся. — Она для меня — все. — Да я понимаю. Все будет нормально, там такие люди замешаны… Разберемся. Странно, но именно сейчас, когда пришлось снова прятать детей, я проникся к Вадиму Георгичу какими-то теплыми, что ли, чувствами. Понял, что он не по дурости полез к палачам, а из-за дочери… Я бы ради своей Риты поступил точно так же.