"Маски долой. Вот и всё". Глава вторая

Наконец-то я остался в рабочем кабинете один. Ирин Сергевна, любимая и во всех смыслах замечательная, переехала обратно к себе, и жить стало значительно проще. Вот уж не думал, что Зиминой круглосуточный маразм, а не работа. Один Фомин раз двадцать заглянул, дежурный так вообще, мелькал с подозрительной частотой. А я, под бдительным Иркиным оком, вел себя как примерный товарищ следователь, пахал вдвое лучше, и практически не ругался мысленно матом. Дни, наполненные сплошной работой слились в единый, пестрый монолит — лица потерпевших, коллег, домашних, начальства, нагрянувшего вчера с проверкой. Правда, стараниями Фомина трем полковникам в отставке далеко забуриться не удалось — наш доблестный участковый устроил попойку, после которой «ревизоры» заявили, что отдел у нас прекрасный и вообще, нареканий нет и быть не может. Хорошо, что все так обошлось, а не привычным выносом мозга. Правда после того, как Ира отказалась занять место Захарова, вышестоящее руководство как-то изменило тональность в отношении Пятницкого. Может, из-за того, что несколько махровых висяков размотали в связи с палачами, а может так, не до нас просто. Зиминой самой ничего толком не говорят, но так, по слухам, говорят, что накрыли почти всю организацию, случилось несколько спешных самоубийств и покушений — заметали, что называется, как могли. На места, освободившиеся после ухода Жигаева и Зотова, и еще нескольких пожелавших уйти, кто в декретный, кто из профессии, люди как-то не торопились приходить, а СО, вместе с СКП душевно так зашивались в работе. Ее в последнее время стало многовато. У меня девять дел — почти что легкий труд, у Кости и Вики по одиннадцать, но они мужественно преодолевают тонны макулатуры и периодически бредящих терпил. В данный момент сижу, заполняю очередную стопку обязательную на сегодняшний день. Хорошо, что граждан принимать не надо. Антошин с самого утра куда-то умчался, гонимый любимым начальником, после истории с палачами, не иначе познавшим дзен — на морде лица у Станислав Михалыча всегда написано нейтральное выражение. Даже орет меньше и домой уходит как полагается. Диня даже пошутил, что у упыря всея отдела кто-то на личном фронте появился. Может быть, вполне, но я свечку не держал, не знаю. Меня больше своя личная жизнь волнует — Ирке через неделю уходить в декретный отпуск, а она, вредная и хитрая лиса, никак туда не хочет. Мне и самому сложно представить Ирин Сергевну в такой отдаленности от работы, но ребенок, как мне кажется, важнее. О чем нам в каждую явку старательно напоминает лечащий врач. Я в этом ничего не понимаю, практически, но все волнения и переживания на малышке, кажется, не сказались — по крайней мере, так говорит медицина, доступная на данный момент. Склонен верить, и все равно пытаюсь оберегать рыжую от всякого разного. За дверью раздались шаги, по которым я безошибочно определил, что в мою скромную обитель решила зайти Ира. — Серёж, мне нужно в больницу, — сходу заявила Ира, а я автоматически выронил то, что держал в руках. Папки с документами упали к ногам, раскрываясь и сминая файлы. Неслабо так рабочий день начался… — Как? Ир, еще же рано, — я откровенно растерялся. Все мысли куда-то разбежались, я продолжал бестолково пялиться на Зимину. Она как-то не похожа была на рожающую женщину, хотя откуда мне знать, как там у них все происходит… Зачем-то схватил ключи, телефон и степлер. — О, господи. Извини, не так выразилась, — видимо, у меня настолько был растерянный вид, что Ирка, улыбаясь, тут же исправилась. — Мне на прием. На плановое УЗИ, я сейчас только вспомнила, что утром не сказала. Ф-у-у-х, отлегло. А вот мозги успели отказать напрочь, сразу впал в какой-то ступор. Интересно, а в многодетных семьях как отцы живут? Наверное, дело привычки. И с каждым новым ребенком как-то спокойнее. — Ир, ну кто так пугает? — шутливо возмутился и присел на корточки, чтобы собрать документы. Блин, даже думать страшно… Момент, правда, неизбежен совершенно. Рано или поздно Ритуля соизволит появиться на свет. Но, я так надеюсь, что морально я подготовиться успею. Правда, как я это буду делать не представляю совершенно. Ире в этом плане попроще, а я-то матерью не был! И ребенок у меня будет первый. — Серёж, ну чего ты паникуешь? Все нормально, — отмахнулась рыжая. Ну действительно, чего это я паникую. Мелочи какие. — А ты чего зашла-то? — папки водрузил на стол, чтобы не мешались. — Ну вот, Глухарёв, ты меня сбил, и я забыла, зачем пришла, — Ира смешно, совсем не по-начальственному надула губы и задумалась. — Серьезно, не помню. — Склероз, Ирин Сергевна? — улыбнулся во все тридцать два и потянулся за поцелуем, но меня нагло так отшили. — Не язви, — и вместо поцелуя Зимина поправила на мне галстук. Утро доброе, блин. Реально же испугался. — И вообще, мне надо к Измайловой, — и вывернувшись из объятий, рыжая моя ушла дальше, руководить. Приобнял меня слегка кондратий и свалил. Нателла Вартановна что-то про валерьянку и пустырник говорила, может начать? А то я к появлению дочери слегка сойду с ума и заработаю нервный тик.

***

Что называется, ничего не предвещало. Я зашел к Ире, чтобы подписать документы, и пока она подписывала, включил режим «хозяюшки» — решил полить цветы. Взяв лейку, веселой зеленой расцветки, направился к вечно зеленым и молчаливым. — Серёж, только не залей там все, — Ирин Сергевна, даже не поднимая глаз, разгадала мой маневр. — Не залью, не слепой же, — с уверенным видом начал поливать самый большой цветок. Напольный. Затем перешел к тем, что поменьше, стоявшим на окне, и случайно задев рукой, что-то отломил. То ли росток, то ли веточку… Тоже мне, веселый садовник. — Ир, тут что-то отвалилось, — констатировал с грустью. Нормально же все было, а тут раз и сплошная расчлененка. — Глухарёв, тебя к цветам опасно подпускать, — поставив последний росчерк, Ира подошла к подоконнику и критически оглядела масштаб моего рукоблудия. — Не страшно, ты просто отросток отломил. Вырастет новый. — Товарищ подполковник, разрешите идти работать? — оставив лейку на ее законном месте, собрался вернуться к своим непосредственным обязанностям. — Иди конечно, — усмехнувшись, Зимина оглядела остальных подопечных, рассевшихся в горшки и, повернувшись ко мне, поправила галстук. Заметил за собой такую ерунду — он постоянно сбивается в сторону. Стук в дверь прервал наше вполне мирное общение. — Да, войдите. — Ирина Сергеевна, к вам тут это… — дежурный, с перекошенным от радости лицом, топтался на месте. — Олег, не тяни, — Ира, судя по выражению лица, хотела прибить вечного и незаменимого за немногословность. — Посетители. По поводу работы, — Казаков поправил очки и как-то странно на меня посмотрел. В следствие, что ли, кто-то собрался? Эх, не было печали… — Пусть заходят, — отмахнулась подполковница и прошла к своему месту. Как оказалось, очень вовремя Ира присела — на пороге кабинета, свежеотремонтированного и красивого, появились два брата-акробата. Агапов и Черенков. — Здрасьте! Нифига себе, подарочек! Непонятно, правда к какому празднику… Но все равно, круто. И встреча, мягко говоря, неожиданная. — Глухарёв, тебе, кажется, сотрудники были нужны? — ехидно заметила Ирина Сергеевна и кивнула вошедшим. — Проходите, товарищи капитаны. Рассказывайте, каким ветром в наших краях? — Ирин Сергевна, мы так рады! Скучали по отделу, по нашим, — Агапов восторженно смотрел на Зимину и кажется, светился от счастья. — Вы нас правда возьмете обратно? — Мы в отделе кадров были, нас к вам направили сразу, — Черенков смущался и не знал, куда деть руки. — Кривда, — понял это по лицу Иры раньше, чем Агапыч и Черенок и довольно ухмыльнулся. Кажется, призрак спокойной жизни в последний раз мелькнул на горизонте и испарился. — Не поверишь, Андрей, твой «гражданин Чебурашка» стал местной легендой. И такого ценного сотрудника я просто не имею права не взять на работу. И тебя, Алексей, тоже, — записав что-то в ежедневник, Иришка пристально посмотрела на балбесов. — Думаю, в испытательном сроке вы не нуждаетесь, работать не разучились… Так что, Сергей, забирай товарищей и иди знакомь с коллективом. Опа. Вот так, сразу… Получается, что этих двух хлопцев в кабинет, а Щукина ко мне. Соседа, так сказать. И почему-то опять вспомнился Коля — странные, какие-то навязчивые мысли в последнее время. -.Серёж, ты меня слышал? — оказывается, чуть-чуть выпал из реальности, задумавшись. Ира с мужиками уже успела, похоже, все решить. — Да-да, сейчас поведу, познакомлю, работу дам, — согласно покивал и первым пошел к выходу. Надо же, они оперативно, даже вон, документы все взяли. Растут прямо-таки на глазах. Уже в коридоре эти два клоуна одновременно хлопнули меня по спине, выбивая остатки воздуха. — Серёга! Как же круто, что тут ниче не меняется, — продолжал радоваться Агапий. Если бы… Тут столько всего произошло, что вспоминать страшно. — Так, мужики, пошли, я вас познакомлю. К девушке не приставать, намеков не делать, занята она, — повел в сторону комнаты следаков, толком не представляя, как поделить влюбленную парочку. — Да не вопрос, Глухарь, — согласно закивали «новички», как китайские болванчики. Но все оказалось значительно проще. Костя сам вызвался сменить дислокацию и при этом они с Минаевой не выглядели разругавшимися в край. — Сергей Викторович, а они как, нормальные? Я с ними потом поговорю, насчет Вики, — негромко поделился Щукин, когда мы шли теперь уже к общему кабинету. — Сказано без тебя все, — отмахнулся от ревнивого Отелло. Мирную работу в тишине прервал мой истерично завопивший телефон. Сердце, ухнувшее было в пятки, вернулось и заработало в прежнем ритме. Номер незнакомый, что уже не есть хорошо. Сомневаясь, принял все-таки звонок. Мало ли… Cухой треск, кажется, уличный шум фоном и такой знакомый голос: — Серёж, привет… Марина, узнал? — а вот этого можно было не спрашивать. Голос сводной сестры узнал тут же. — Конечно… Марин, ты где? Как ты? — поднялся на ноги и как-то незаметно для себя оказался у окна. — В порядке, жива-здорова. Серёжка, я с чужого телефона звоню, долго не могу говорить. Давай часов в шесть, в парке, помнишь, рядом с отделом? — Конечно помню, давай. — Все, пока, братик. До встречи, — и не дав ответить, Маринка отключилась. И что это было сейчас? Убрал телефон в карман кителя, задумчиво потерев лоб, оперся о подоконник. Странный какой-то разговор получился. И «братик» этот, резанул слух… Весёлая была Марина, хотя, поводов, казалось бы, нет. Хотя… Мало ли, как там у нее дела. Черт, одни вопросы и ни одного толкового ответа. Одни домыслы. — Случилось что-то? — Костя вопросительно на меня уставился, видимо, я опять немного подзавис и не уследил за лицом. — Все нормально, давай работать, — отмахнулся уже привычно и, плюхнувшись в любимое кресло, придвинул к себе дело. Сначала работа, а потом все остальное. Осталось немного подождать и все вопросы решатся сами собой.