Высокие каблуки

Следующие две недели выдаются для Тэхёна чуть ли не самыми тяжелыми за последнее время. Парень устает не только физически, но и умственно, потому что длительный переезд на новую двухкомнатную квартиру сопровождается ещё и мучительной учебой в университете. Старший очень строго следит, чтобы Ким посещал все занятия, поэтому тонсэн просто изматывается к концу каждого дня, засыпая иногда на коленях своего хёна с учебником в руках, потому что не в силах дойти до кровати. И единственной мечтой было дождаться выходных, чтобы как следует выспаться, расслабиться и заняться более приятными вещами, нежели учеба. Но идеальные планы на свободные деньки рушатся одним лишь звонком на телефон Хосока. — Мои родители… они, в общем, хотят приехать завтра, — Чон чувствует неловкость, говоря все это. — Что будем делать? — Ого, — Тэхён тоже немного теряется в мыслях, потому что пока не готов встретиться с родителями старшего. — Если хочешь, я могу перенести встречу на будни и сам навещу их. — Нет, пусть приезжают. Они, наверняка, хотят увидеть, как ты (и с кем ты) живешь, — младший наваливается на плечо Хосока и закрывает глаза. — Возможно, Хёна нас с тобой выручит. — Ты серьезно? — Если тебе не нравится эта идея, то я лучше прогуляюсь завтра в парке, потому что не хочу лишний раз подставлять тебя. — Нет, что ты. Просто я думал… ты на такое не согласишься, — Хосок заботливо приобнимает одной рукой Тэхёна за плечо. — Не бойся, если что, то я всегда рядом и смогу тебе помочь. Но надо что-то придумать с твоим голосом. Может, сказать, что ты простыла, поэтому разговариваешь полушепотом? — Думаешь, поверят? — младший подсаживает ещё ближе и обнимает Чона за талию, забираясь рукой под плотную ткань его футболки и скользя пальцами по теплой коже. — Но попробовать же стоит, — тот осторожно наклоняется и целует Тэхёна в губы, но тут же возвращается в исходное положение. — Кстати, у тебя ещё реферат не сделан, поэтому принимайся-ка за учебу.

***

Утро Х начинается на удивление спокойно. Оба парня просыпаются ровно за два часа до приезда родителей и начинают готовиться к их встрече. Чтобы показать хозяйственную сторону Хёны, Хосок гремит на кухне кастрюльками и сковородками, пытаясь приготовить что-нибудь особенное, а сама «хозяюшка» не отлипает от зеркала, чтобы за короткое время перевоплотиться в такую красоту, чтобы и сам хён не узнал. Тэхён долго мечется между разными нарядами, но все-таки выбирает более целомудренный образ, ведь родителям вряд ли понравится роковая красотка. Ну, папе, может, и понравится, но мама точно будет недовольна. Вообще, насколько помнил Ким, госпожа Чон очень привередлива во всем, поэтому парень уже боялся кучи вопросов и проверок на пригодность в невестки. Так что главное на сегодня — спокойствие. Темно-зеленое батистовое платье с пуговицами и рукавом три четверти, купленное опять же в интернет магазине, сидит на Тэхёне довольно хорошо, поэтому Хосок не упускает возможности в перерывах между приготовлением пищи пообнимать своего парня в этом наряде, за что получает ворчливые замечания, мол, помнешь мне тут всё… С прической Ким тоже хотел бы сделать что-нибудь другое, но как ни крути, а линии скул и плечи выдают мужскую натуру, поэтому его волосы по-прежнему распущены и маскируют часть лица. — И фартук тоже надень, — старший вновь распускает руки, только теперь уже по делу: он быстро фиксирует за спиной Тэхёна длинные завязки, мягко целует парня в щеку и одобрительно кивает, чтобы тот наконец-то успокоился, ведь пока всё идет по плану. Звонок в дверь дает сигнал к началу спецоперации, и оба агента полностью подготовлены к встрече гостей. — Хорошо добрались? — Хосок с порога окружает своих родителей вниманием, в то время, как Хёна смирно стоит в дверях кухни и наблюдает за всем издалека, слегка улыбаясь и ожидая, когда же родственнички её заметят и оценят. — Всё в порядке, — госпожа Чон крепко обнимает сына и отдает ему свое пальто. — Омо, — а вот и долгожданный момент. — Хосока, почему ты не сказал нам… — женщина подходит совсем близко к девушке и так радостно улыбается, что у Тэхёна мурашки бегут по всему телу от этой улыбки. — Здравствуйте, омони, — Хёна, как и репетировали, говорит полушепотом, но скрашивает свое произношение приветливым видом и низким поклоном. — Милая моя, простудилась? — все внимание госпожи Чон сейчас сосредоточено только на этой девушке, поэтому она полностью игнорирует какие-то просьбы её сына. Оба парня облегченно выдыхают на этом моменте, ведь первый этап с голосом пройден, а значит, и всё остальное тоже должно получиться. — Немного, — хрипит будущая невестка и склоняется перед отцом Хосока, который тоже подошел запредельно близко, чтобы познакомиться с этой юной особой. — Мам, пап, это Хёна, и мы… мы встречаемся, в общем, — Хосок немного расталкивает родителей и встает рядом с девушкой, как бы защищая её от пристальных взглядов. — Приятно познакомиться, — раскрасневшийся господин Чон светится не меньше своей супруги. — Проходите в гостиную, а мы пока накроем на стол, — старший отправляет родителей вперед, а сам тащит Тэхёна за руку на кухню. Там без слов парни просто переглядываются и смущенно улыбаются друг другу, потому что самое страшное позади, и теперь нужно было просто поддержать разговор пару часов, если, конечно, родители не захотят остаться тут на ночь… Но матери Хосока не сидится в комнате, и она несколько раз порывается заглянуть на кухню, или хотя бы послушать, о чем там идет разговор. Сказать, что она была просто удивлена, ничего не сказать. Она столько лет мечтала, чтобы у её красивого и умного сына появилась девушка, что сейчас готова сделать всё, чтобы не упустить эту невестку. — Думаешь, у них все серьезно? — женщина толкает своего мужа в бок. — Ещё бы. Ты видела, как они смотрят друг на друга? Думаю, нам надо уже копить деньги на свадьбу, — усмехается господин Чон и разваливается на диване, параллельно осматривая новую квартиру сына. Но чем больше времени проходит, чем сильнее Тэхён начинает нервничать. Вроде бы и Хосок рядом, и даже держит его за руку под столом, но на душе все равно как-то неспокойно. Возможно, даже не из-за того, что обман раскроется здесь и сейчас, а потому что Ким боится каких-либо разговоров о прошлом или, вообще, о своем упоминании в жизни старшего. Но видимо, родители тоже посчитали неуместным говорить при девушке о таком, поэтому больше интересовались работой Хосока и вопросами, как дается Хёне учеба в университете. — Мам, я, конечно, всё понимаю, но ты не интервью берешь, — старший устало вздыхает. — К тому же Хёна простужена, а ты заставляешь её столько говорить… Не последний же раз видимся. Обещаю, что как-нибудь мы сами выберемся к вам в гости. — Хорошо-хорошо, — улыбается в ответ женщина. — Просто я так рада за вас, поэтому хочу узнать больше подробностей. Если с госпожой Чон ещё можно было расслабиться, то вот отец Хосока на протяжении всего обеда сидел слишком тихо, по большей части разглядывая незнакомую девушку и как-то оценивая, что заставляло Тэхёна сто раз умереть внутри, потому что он кожей чувствовал этот пристальный взгляд и впивался от нервозности пальцами в бедро старшего всё сильнее. —Знаете, у меня такое ощущение, что я уже где-то встречался с тобой, — мужчина наклоняет голову чуть вбок и ещё раз, только уже открыто, пронзает взглядом девушку. — Откуда ты можешь её знать, пап? — из Хосока вырывается нервный смешок и он разворачивается полубоком, слегка прикрывая Тэхёна собой. — Хотя… Хёна в старшей школе профессионально занималась плаванием и даже выступала на национальных соревнованиях, — парень обнимает девушку за плечи, как бы немного намекая, что широта этих плеч неспроста, и всё это — результат спортивного прошлого. — А я думаю, она больше похожа на поп-айдола, или на иностранку, — вмешивается госпожа Ким и опять улыбается убийственной улыбкой, от которой младшего бросает в дрожь. — Кстати, да, — поддерживает Хосок. — Разве тебе, папа, не нравятся 4minute? Думаю, моя Хёна выглядит не хуже своей знаменитой тезки. — Не могу не согласиться, — оттаивает господин Чон, и Тэхён постепенно ослабляет свою хватку под столом, хотя всё ещё до конца не верит в то, что они смогли так просто обмануть зрение родителей. Хотя… Как и предполагали молодые люди, пары часов для гостей было вполне достаточно, да и мама Хосока была уверена, что они отвлекают пару от более интересных занятий, поэтому вскоре после обеда родители засобирались домой, взяв с молодых слово, что те обязательно на неделе приедут к ним в гости, чтобы получше узнать друг друга, и останутся на ночь. — Надеюсь, наш Хосок хорошо к тебе относится, — женщина погладила девушку по спине. — И выздоравливай, пожалуйста. Жаль, мы ничего не знали, а то я привезла бы тебе каких-нибудь трав из дома. — Я буду лечиться, спасибо, — Хёна низко кланяется и провожает родителей до дверей, уже ощущая, что ещё немного, и она рухнет прямо в коридоре оттого, что жутко перенервничала. Так и случается: едва гости выходят за порог, Тэхён виснет на старшем не в силах больше стоять. Он тяжело дышит Хосоку в шею и чувствует, как горячие руки крепко обнимает его за талию, не давая упасть. — Ты молодец, — ласково шепчет Чон и прижимается щекой к светлым волосам. — Всё прошло отлично. — Ты, правда, так думаешь? — парня еще потряхивает от былого напряжения, но он чувствует, что старший рядом и больше переживать не о чем, поэтому расслабление вскоре должно прийти. — Правда. Только в следующий раз клади правую руку наверх при поклоне, — Хосок усмехается и нежно гладит младшего сквозь мягкую ткань. — Вот чёрт, — Тэ прикусывает губу и еще сильнее прижимается к Хосоку. — Я в следующий раз уделю этому больше внимания. Надеюсь, никто не заметил… — Кстати, мы не поклонились официально родителям, так что к следующей поездке надо купить нам парные ханбоки. Тэхён лишь усмехается, потому что давно мечтал примерить что-то подобное, а тут выпадает такой случай. Но и эти поклоны требовали особой подготовки, поэтому молодым людям предстояло ещё более сложное испытание, раз уж они ввязались во всё это.

***

— Ты видел, что Хёна использовала левую руку? Жуть какая, я даже сначала испугалась, — госпожа Ким устало перевернулась на бок, натягивая одеяло на плечи. — Может, она на самом деле иностранка? — отец Хосока тоже повернулся на бок и выключил ночник. — Но за такую красоту и покладистость ей можно простить всё, согласись. — Ты прав. Она чудесная девушка…