Tonight

Перед полуфиналом организовали «небольшой» банкет по случаю знаменательного события, пришли представители всех стран, я со своими, конечно, тоже явился. Не пропускать же веселье. Одна беда: парень тот никак не выходил из головы, точнее… В общем, если бы я не просмотрел клип с его песней на Евро не менее двадцати раз, может, Лоик (а так его звали) и стал бы смутным, далёким воспоминанием, но, увы. Случайности не случайны: увидел бы его на Евровидении, восхитился бы пением и предал забвению его лицо и имя, а вместо этого получилось вот как. – Весь вечер в сторону бельгийцев смотришь, понравился кто? – не упустил случая поддеть друг. Я принял из его рук стакан виски, но вопрос успешно проигнорировал. – Пока есть время познакомиться, не упускай возможности, – усмехнулся он. Чёрт, а ведь правда. Мы потом разъедемся в разные стороны, а я тут стою и строю из себя влюблённую девочку-подростка. Виски, дождь с ванилью и Он. Фу, блин, как от самого себя не тошно. Лоик вовремя отходит от своей компании сопровождающих, чтобы взять добавку каких-нибудь блюд, от которых буквально ломятся столы, и я уверенной походкой направляюсь к нему, чувствуя себя героем тупого тинейджерского фильма. Кажется, у меня даже пиджак развевается, благо, что не волосы. Дожили. Парень, однако, замечает меня лишь в тот момент, когда я протягиваю ему ликёр, прихваченный у официанта по пути. В зелёных глазах отражается удивление. – Привет, ты представитель Бельгии? – Да, – робко и немного неуверенно улыбается. – А Вы? – Швеция, – стараюсь улыбнуться в ответ как можно обворожительнее. – Меня зовут Монс Селмерлёв, приятно познакомиться. – Лоик Нотте, взаимно, – парень протягивает ладонь для рукопожатия. Тёплая. – Я, кажется, видел Вас в баре-ресторане на первом этаже, – будто бы вспоминает он, хотя нам обоим прекрасно известно, что видели мы в тот вечер именно друг друга. – Можно на «ты». Да, это был я. Официантка та больше не докапывалась? – Нет. – Ой, кажется, я смутил его. – Бывают же такие навязчивые люди. – И не говори, ужас просто, – громко возмущаюсь я, намереваясь быть ещё навязчивее, если потребуется. – Ещё ликёра? Вот так и складываются удачные знакомства – век живи, век учись. Сделай первый шаг, предложи то, что понравится, улыбнись, добавь немного обаяния, немного понимания, горстку теплоты и щепотку сексуальности, ну так, на всякий. И всё, вероятность процентов на девяносто, что человек уже чуть-чуть твой. Банкет был в самом разгаре, когда мы покинули его. На ресепшене, как и везде, никого не было, яркий свет целого множества ламп освещал пустые помещения и изредка пробегающих, спешащих выполнить поручения работников гостиницы. За окном вновь был поздний вечер, напоминая мне, что первая наша встреча состоялась в это же время суток. Пока мы поднимались на этаж Лоика (я дружелюбно вызвался сопроводить уставшего и немного охмелевшего ребёнка), парень увлечённо рассказывал об австралийской певице Sia, которая вдохновила его. – Я даже записал клип и кавер на её песню «Chandelier», и сама Сиа потом сделала репост записи! Ей понравилось. Это было круто. – Ага, видел, видел. Оригинал не знаю, к сожалению, но кавер получился роскошным. – Серьёзно? Уаа, это здорово, спасибо большое, – смутился Лоик. – А ты интересовался биографиями соперников? – решил подшутить он. Мы как раз остановились, по-видимому, у двери его номера в пустом коридоре этажа. – Нет, только твоей. Лоик хотел посмеяться, думая, что я тоже шучу, но заметив моё выражение лица, быстро растерял всю весёлость. Я стоял достаточно близко, чтобы видеть собственное отражение в пленительных зелёных глазах. До чего же красиво. Моя радужка карего цвета ни в какое сравнение не идёт. – У тебя отличные вокальные данные. Внешние, кстати, тоже, – спокойно произношу чуть приглушённым голосом с ненавязчивой улыбкой, которая едва трогает губы. А у самого сердце предательски ёкает и глаза поди выдают скопившиеся внутри эмоции. Опасно, тороплюсь. Что, если мне почудилось? На этаже поразительно тихо, приглушённо слышно лишь музыку, доносившуюся с банкетного зала. Тихо. Волнительно. Сосредоточенный, насколько возможно при лёгком опьянении, взгляд напротив; Он смотрит неотрывно, отчего-то вдруг кажется старше своих лет. Сейчас я бы дал парню лет двадцать пять, не меньше. Только и успеваю, что подумать, что момент подходящий, а тепло чужого дыхания уже едва касается моего лица. Волшебная сила алкоголя, не иначе. А может, я попросту дурак и не заметил симпатии, кто знает. Лоик останавливается, хотя лицо находится близко к моему, отступать особо и некуда. Неуверенность в глазах не отражается, зато есть заинтересованность и что-то непонятное, плещется язычками пламени в зрачках. Необычный он, я сразу это подметил. Ожидание, конечно, штука жутко волнительная, но как-то не моё. Обхватываю лицо Лоика ладонями, аккуратно притягиваю к себе и сам целую. Кожа на ощупь как бархат и такая тёплая, словно парень спросонья, только что вылез из-под одеяла, а не бродил со мной по гостинице и не стоял в прохладном коридоре. Но самое приятное, что мне отвечают. Чужие ладони лежат на спине, чуть ниже лопаток, и я пытаюсь вспомнить, когда меня последний раз так трогательно обнимали. И вот не вспоминается. – Колючий… Негромко и с долей насмешки. Под его взором провожу рукой по щетине и виновато пожимаю плечами. – Сценический образ, куда деваться. – Тебе лет-то хоть сколько? – Как ты вовремя с такими-то вопросами. Двадцать восемь. – Нифига себе! – Раньше, раньше надо было думать. И ты, кстати, выглядишь старше своих лет. Ну, иногда, – добавил я и усмехнулся. – В определённые моменты? – Вроде того. На лестнице позади послышался шум: поднимались не двое и не трое, а целая орава людей. Заработал лифт. Как будто мир уступил нам до этого момента целое мгновение, остановившись, но не мог же он замереть навечно. Лоик ловко открыл замок своего номера и повернулся обратно ко мне. – Зайдёшь? – В другой ситуации, особенно с девушкой, подобное заявление прозвучало бы для меня в одном-единственном возможном ключе, но даже тут с этим необыкновенным парнем всё воспринималось иначе. Обыденные фразы и ситуации окрашивались не в чёрный или белый, а в красный цвет. – А сам как думаешь?