Save the Savior

Темная ночь. Холодный ветер крадется вокруг, пробирая попавшихся по пути прохожих до дрожи. Выглядывающая из-за наплывших туч луна таинственно посматривает за городом, освещая мрачные его участки. Сегодня ничего не должно быть таким темным. Ведь темнее уже некуда. На мокром асфальте дороги лежал кинжал в окружении красноватых листьев. На его поверхности читалось «Эмма Свон». Вокруг стояла группа людей. Они все еще пытались осознать то, что только что произошло. Пару секунд назад Спаситель Сторибрука пожертвовала собой, бесследно исчезнув в черной Тьме. Эмма никогда не была в такого рода опасности. Обычно это она была той, кто всех спасала. Поэтому никто не хотел верить в то, что только что произошло. Казалось бы, неуязвимая, Спасительница не оправдала этот титул, принимая на себя Тьму за друга, которая мгновенно поглотила ее. Ноги Киллиана внезапно подкосились, и он тяжело рухнул на колени. Он не верил, не хотел верить в это. Только не Эмма. Все было как в тумане. Она призналась в своих чувствах к нему, она наконец сказала эти три чертовых слова, затем оттолкнула его и подставила себя Тьме. Все произошло слишком быстро. Он даже не успел предложить свою кандидатуру на эту роль, чего сейчас очень сильно хотел. Хотел занять ее место. Эмма не заслужила этого. Что такого она сделала, чтобы заслужить это проклятие? Он, черт возьми, даже не успел ответить ей на признание! Тогда он не мог думать ясно. Он вообще не мог думать. В голове пульсировали лишь реальность и решение Эммы. Он потерял ее. Снова. Мужчина вдруг почувствовал, как чья-то рука легла на его плечо. Это был Дэвид. Выглядел он тоже не лучшим образом. Киллиан мог поклясться, что его терзают подобные мысли. Словно очнувшись, Крюк огляделся вокруг. Мэри-Маргарет в это время поднимала с земли кинжал. Реджина и Робин стояли в стороне, видимо, не зная, что и сказать. Царила всеобщая тишина. Будто минута молчания. Киллиана передернуло от этой мысли. Дэвид ободряюще похлопал его по плечу и обхватил второй рукой за локоть, поднимая мужчину на ноги. Киллиан огляделся. Куда исчезла Эмма? Он постарался рассуждать логически, не обращая внимания на эмоции. Когда Эмма стала… Когда ее поглотила Тьма, она просто испарилась. Кинжал остался. Куда она могла деться? Есть ли способ узнать это? — Дайте мне кинжал, — попросил он и сам удивился, как прозвучал его голос. Он словно был чужим для него. Глухим и хриплым. Он уже слышал его когда-то. В забытые времена пиратства. Погони за Крокодилом. Чуть помедлив, мать Эммы неуверенно посмотрела на Крюка, но ей хватило одного его взгляда, чтобы просто отдать ему этот чертов кинжал. Это был взгляд уверенного в своих действиях человека. Взгляд, прячущий боль в черных зрачках. Киллиан осторожно перехватил оружие за рукоятку, посмотрев на лезвие. Привычное «Румпельштильцхен» на нем сменяло имя его любимой. Что-то внутри болезненно сжалось, но он проигнорировал это, как привык делать многие годы, десятилетия. Он сосредоточился на одной мысли и, взглянув в темноту улицы уже холодным и пустым взглядом, произнес: — Я призываю тебя… Эмма. — Его сил все же оказалось недостаточно, чтобы заменить ее имя на то ужасное слово, которым он звал Крокодила. Тем не менее, если она в городе, она должна появиться здесь. Это точно не подействует, если Эмма за чертой Сторибрука или в другом мире. В первом случае потому что там нет магии, во втором — кинжал не переносит между мирами. Это он знал точно. Но ничего не произошло. Лишь тишина продолжала давить на воздух вокруг, мешая дышать. Она не появилась. Она не здесь. — Возможно, следовало назвать ее… — начала было Реджина. — Как? — С вызовом бросил Крюк, оборачиваясь к ней. Вот кому-кому, а Ее Вашеству сейчас лучше помолчать. — Она не в городе, — заключил Дэвид, стараясь хоть немного разрядить обстановку. — Дэвид, мы должны были сделать что-то… — по щекам Мэри-Маргарет катились соленые слезы. Все это время она безмолвно плакала. — Мы должны были остановить ее. Но мы просто стояли и смотрели… Муж немедленно подошел и обнял свою любимую, прижимая к себе. Он не стал ничего говорить. Как он мог разубеждать ее в сказанном, когда не мог разубедить самого себя? — Мне жаль… — пробормотала Реджина. — Мы найдем ее, — пообещал всем Дэвид. Это было единственное, что он мог сказать в данной ситуации. — Сколько бы времени на это ни ушло. — Да, но нам всем нужно пойти и отдохнуть сперва. — Реджина подошла к ним ближе, решив взять на себя ответственность отвечающей за состояние семьи Чармингов сегодня. — Это был тяжелый день для всех. На свежую голову мы что-нибудь придумаем. — Да, сон нам всем не помешает, — эхом поддержал ее Робин. Крюк, все это время стоящий в стороне и терпящий, буквально терпящий эту сцену, горько усмехнулся. Отдохнуть. Вот сейчас просто пойти и отдохнуть? Что еще? Может, завтра вечеринку устроить? Мужчина просто покачал головой и развернулся, намереваясь покинуть их всех, позволить «отдыхать». — Крюк? Куда ты идешь? — послышался со спины голос Дэвида. — Искать Эмму, — бросил он, все тем же холодным взглядом смотря только вперед, крепко, до боли в ладони, сжимая рукоятку кинжала. — Видимо, я единственный, кого это волнует. В тот же момент он был догнан отцом Эммы, перегородившим ему путь. — Слушай, — начал он. — Мы все переживаем за нее. Но Реджина права. Мы не сможем помочь ей, если будем походить на кучку зомби! — Я не совсем фанат Злой Королевы. — Мы все сегодня многое пережили! — схватил он его за руку, когда тот уже собирался проскользнуть мимо, уходя. — Мы попали в другую реальность! Убивали, жили новыми жизнями, ужасными жизнями. Ты, черт возьми, умер сегодня! Тебе тоже нужен отдых. Иди домой и поспи. Ты не сделаешь ничего разумного сегодня. Не в такое время, не в таком состоянии. — Я не могу просто пойти и лечь спать, зная, что Эмма черт знает где, одна! — воскликнул Крюк. — Если вы в порядке с этим — отлично, идите на боковую. И пока вы будете «отдыхать», я узнаю, где она. Я найду волшебные бобы, шляпу, да даже Вондерлэндовского кролика из земли вырою, чтобы попасть в тот мир! Просто потом не жалуйтесь, что ушел спасать ее без вас. И резким движением вырвав свою руку из хватки Дэвида, Крюк темным силуэтом удалился в сторону причала.