Котейка-человекожорка

Раннее утро с самого начала уже встречает нас пасмурной погодой. Серые тучи заслоняли собой яркое солнце из-за чего казалось, что на данный момент вовсе не утро, а какой-нибудь ранний вечер. Небольшая толпа людей из Хогвартса и не только в чёрном одеянии возле чёрного гроба, в котором покоилось холодной и безжизненное тело младшего Каулитца. Кто-то плакал, а кто-то старался держаться более менее спокойно и не возмутительно. Зачем надевать все эти маски безразличия до сих пор? Возможно, они уже просто стали не обычной маской, скрывающей истинные эмоции и мысли по какому-либо поводу, а частью человека, завладевшей разумом, ставшей безразличным и холоднокровным ко всему человеком. После закапывания и прощание с телом, в котором ещё совсем недавно билось сердце, молодые и уже не совсем люди грустно и вяло пошли отпивать. Уже в самом ресторане люди уже более радостно вспоминали некоторые весёлые и грустные момент из жизни, связанные с Биллом, спокойно напивались, посвящая тосты всем находящимся сейчас людям. Раз за разом бокалы и рюмки опустошались и вновь заполнялись каким-нибудь алкогольным напитком, который уже в скором времени, так сказать, охватил разум большего процента толпы. Можно увидеть как во всё горло Шмальц орёт "Рюмка водки на столе", а Рэнделл неистово отрывается под просто отвратительное и бухое пение своего сына. На одном из столов заснули в обнимку, наплевав на накосящиеся там продукты, напитки и столовые приборы, Совергон и Том. Неподалёку танцевали стриптиз близнецы Кагамине, за чем очень внимательно наблюдал, особенно за задницей старшей, Парапох, в которого недавно Лоренция вновь кинула в глаз кубик и парню пришлось носить повязку, так как там сейчас красовался божественный синяк. Кстати о синяке. Он, по словам самого рэпера, напоминает какую-нибудь галактику. Лелуш с Сузаку летали по ресторану в уменьшенном, с помощью заклинания Джинни, "Алом Лотосе" и врезались в столы, тупо опрокидывая их, и стены, пробивая нахуй. — ДА, ЭТО Я, — крикнул Том, проснувшийся от удара в свой стол "Алым Лотосом", и вышел на небольшую сценку, на котором находились все инструменты и собственно исполнители, — ПОШЛИ ВСЕ НАХУЙ ОТ СЮДА. Музыканты лишь пожали плечами и ушли с мини-сцены. — ДА, Я ВАШ ЛЮБИМЫЙ, НЕПОВТОРИМЫЙ, ПРЕКРАСНЫЙ И ТАК ДАЛЕЕ, — выкрикнул Том, настраивая чёрную электро-гитару, — СЕЙЧАС БУДЕТ МОЁ ВОСХИТИТЕЛЬНОЕ СОЛО! Бухой Каулитц, как не странно, просто ужасно играл на гитаре. Талант, блять, пропьёшь. А тем временем Гарри во всю ебал в каком-то уголке Драко, что с любопытством снимала Панси, никак не реагируя на ласки и развратные шёпот Гермионы. — ЕЕЕЕЕ РОККККК! — крикнула Лоек и, взяв белую электро-гитару, стала "помогать" Тому с уже не соло. Из гитары издавались оглушительные звуки, но пьяной толпе ничего — многие спокойно отрывались и просили автограф у новой звезды. Хьюго спокойно наблюдал за всеми и попивал высокоградусный апельсиновый сок, иногда играя в Майнкрафт на украденном у кого-то ещё на похоронах телефоне. — КОЛЬКА, ХЕЙ, КОЛЬКА! — запел Кайто своим ахуительным голос в унисон Гакупо, растягивая слова. Рюдомира-Сан ахуела от столь прекрасно звучания парней. Закончив дуэт с Томом, Лоренция спустилась под аплодисменты к единственному человеку, от которого на данный момент она хочет внимания, — к Андерсону. Оранжевый взял её за руку и вывел из заведения, из которого доносилось просто оглушительно "МАЗДА ПЛАЧЕТ, МАЗДА ПЛАЧЕТ, МАЗДА ПЛАЧЕТ, ХЕЙ, КОЛЯХЕЙТЕР!". На улице, освещённую только тусклым светом фонарей, было уже темно. Лёгкий ветерок освежал слизеринцев, немного бодря и отрезвляя пьяный разум. Студенты спокойно прогуливалась по темной улице, о чём-то мило шепчась и держась за руки. Они счастливо улыбались, находясь в дали от всей суматохи мира — только исключительно вместе. — Что будет в будущем..? — тихо спросила Нотте, оглядывая пустую ночную улицу, смотря на высокие деревья с красивыми зелёными кронами, на чёрное небо, усыпанное яркими и такими далёкими звёздами и прекрасной растущей луной, — Будет ли что-нибудь? — Зачем думать о том, что будет или не будет, — надо жить каждой секундой...