От теории к практике

Анемон скучающе рассматривал комнату сестры, ожидая, пока она закончит колдовать - во всех смыслах - над своим творением. Нельзя сказать, что его интересовал интерьер, но у них с Элли было давнее противостояние: найди тайник в чужой комнате и получи чужой десерт на ужин. В семи случаях из десяти побеждал Анемон, в оставшихся трех - Элли. Но Ани (дурацкое семейное прозвище, которое Анемон собирался унести с собой в семейный склеп) еще в детстве взял опеку над старшей, часто болеющей сестрой, а потому она всегда получала двойную порцию "мягонького и сладенького", независимо от того, на чьей стороне оказалась победа. Со стороны могло показаться, что сестра всегда выигрывала, но брат знал, что она всего лишь оставалась при сладостях, а это совсем разные вещи. Юноша продолжал расхаживать по будуару, время от времени простукивая подозрительные предметы, но пока его поиски не увенчались успехом. Конечно, он мог бы использовать магию, но так пропадала вся изюминка их игры. Анемон вздохнул и подергал кисточку, свисающую с фиолетового балдахина. Он помнил, как в детстве они с сестрой тайком протащили в ее покои яйцо саламандры в надежде приручить ящерицу и создавать с помощью огня артефакты. К сожалению, дети не учли, что первое, что делает вылупившаяся ящерка - разжигает свой первый огонь в гнезде, в котором появилась на свет, а этим "гнездом" послужила кровать Элли. Балдахин вспыхнул сухостоем, пламя быстро пожирало легкую ткань, сестру охватила паника, а в голове Анемона пронеслись перспективные, но не привлекательные родительские кары. Анемон всегда был впечатлительным, и на этой панически-безрадостной ноте у него случился первый магический выброс в виде небольшой волны, прокатившей по комнате и потушившей балдахин. Свою порцию мамочкиных нотаций брат с сестрой получили, но папочка был очень горд сыном: шутка ли, пробуждение магического ядра в восемь лет! Так что вся история с саламандрой закончилась легким испугом, началом занятий магией для Анемона и обучением созданию артефактов для Элли. Анемон в последний раз дернул за кисточку, и она осталась у него в руке. Испуганно посмотрев на сестру и убедившись, что она ничего не заметила, он поспешно спрятал шнурок под кровать и возобновил инспекцию. Неожиданно его внимание привлекли сваленные в углу, возле кресла, книги в ярких обложках, и маг с интересом начал разглядывать их названия: "Страсть на рассвете", "Развратный девственник", "Коварный обольститель", "Соблазненная лордом" и тому подобные странные словосочетания заставили молодого аристократа хрюкнуть от смеха. Покосившись на увлеченную сестру, Анемон прокашлялся и, наугад раскрыв один из томов, произнес: - Элли! Элли, ты только послушай: "Нет! Нет! - кричала прекрасная Сесилия, отступая от жестокого мужа. - Не смейте прикасаться ко мне, сэр Эурлик! Вы негодяй, взявший меня силой, обесчестивший на глазах у моей собачки! Как вы смеете говорить, что любите меня?! Ваши слова - один обман! - Белоснежная грудь девушки вздымалась, из прекрасных голубых глаз текли слезы, но ее лоно, порабощенное ее мужем..." - тут Анемон не выдержал и засмеялся, тыкая пальцем в страницы, - Элли, он взял ее на глазах у собачки! Элли, что я только что прочитал? - Сестра не среагировала, продолжая шить. Вздохнув, маркиз Адамсон выудил другой том, - "Лорд Торквуд сгорал от страсти к своему молодому супругу, но он не мог простить ему вынужденного брака, а потому запер все свои чувства внутри своего сердца и лишь во снах позволял себе прикасаться к мужу так, как ему хотелось - со страстью, наполняя его своим семене..." Что? - юноша с веселым изумлением помахал раскрытой книгой. - Элли, откуда у тебя эти шедевры? Сестра сердито сверкнула глазами исподлобья, но отвечать не стала. - О, вот еще! "Виконт целовал тонкие пальчики мужа, молясь, чтобы его и ребенка смогли спасти. Он сожалел о своей жестокости с чистым, преданным созданием, и слезы раскаяния текли по его усам." Элли, что это за глупости? Наконец девушка удостоила брата ответом: - Эти глупости - воплощение фантазий юных девушек и парней о том, как они видят идеальный брак. В их головах есть совершенно неотразимая для них последовательность событий: вынужденный брак - насилие в первую брачную ночь - страдания - попытка побега - раскаяние мужа - взаимная любовь. Так, и только так можно прийти к своему счастью, - сестра вещала с важным видом, раздувая щеки и тыкая пальцем в сторону провинившихся романов. - Но это все совершенно оторвано от реальности! А у главных героев явно есть какая-то душевная болезнь, раз в итоге они привязываются к своим мучителям. И потом, разве человек может измениться?! Все эти книжонки нужно запретить! - Не выйдет. Они приносят слишком большой доход издательствам. - Я знаю в чем дело! - после минуты раздумий заявил Анемон. Элли подняла глаза, ожидая ответа. - Главные герои - необразованные ограниченные тупицы, - сестра иронично улыбнулась, - Я серьезно, если бы они были умны и обладали хоть каплей хитрости, они устроили бы свою семейную жизнь так, как хотели. - Интересная теория, но ничем не подкрепленная, - заявила сестра, вернувшись к своей работе. - Пока не подкрепленная. Элли в замешательстве посмотрела на брата. - Пока? Ты серьезно? Нет, ты не можешь всерьез думать об этом! Анемон важно кивнул: - Эллирис, у меня появилась идея.