Учиха Саске из клана Редисок

       «Экзамены в Суне», как оказалось, начались в Конохе. Сначала планировались полноценные и относительно «обычные» экзамены, но буквально после той нашей встречи с тройкой из Песка Гаару повысили до Кадзекаге. И он, как я понял со слов Ино, решил сыграть на объединении и союзе с Листом. Так что экзамены решили проводить в два этапа и в двух селениях сразу: сначала в Конохе, потом в Суне. Кстати, Шикамару Нара был назначен проктором первого этапа, то есть вместо брутального Морино Ибики, который проводил «подготовительный отсев», будет пацан на год меня младше. Та последняя моя днюха «там» была двенадцатого января две тысячи пятнадцатого года, как раз перед этим начался новый сезон аниме «Ураганных Хроник» и была серия про эти экзамены, которую я просмотрел мельком, решив, что филлеры гляну, когда арка закончится. Впрочем, хитровыверченную логику шиноби я уже просёк и надеюсь не облажаться. После нашей эпичной встречи с Итачи в течение следующих двух дней Коноху просто наводнили чужестранцы, которые прибыли на этап экзамена. Мне даже показалось, что я видел девчонку джинчуурики семихвостого, имя которой совершенно не отложилось в памяти, но характерная короткая стрижка сине-салатового оттенка выделяла её среди соискателей. Из знакомых по аниме мельком видел команды Неджи-Тентен-Ли и Киба-Хината-Шино. Кстати, Шин и Сай, с которыми мы таки поели пельменей, выдали мне почти военную тайну. Оказалось, что участие в экзаменах платное и за каждого генина его деревней выплачивался залог. И в бюджет в данном случае Конохи и Суны поступала N-ная сумма рьё за каждого участника, причём, насколько я понял, немаленькая. В случае гибели генина деньги возвращались вместе со штрафом. Таким образом, получалось что-то вроде экономических обязательств, которые заставляли деревню, проводящую экзамены, хотя бы как-то заботиться о том, чтобы чужих генинов не убивали на их территории. Ну и денежки залога, если генин вернулся домой, никто, естественно, не возвращал. А я ещё всегда думал, в чём интерес. А то и в некоторых фанфиках читал, что чуть ли не АНБУ бегают и добивают чужих генинов по Лесам Смерти. Впрочем, Шин немного проболтался, что типа наблюдателем будет за чужаками. Вроде того, чтобы те не пострадали на нашей территории и одновременно чтобы всяких секретов не узнали. В саму деревню в день экзаменов впустили только команды генинов без их наставников: до этого пускали по несколько команд с сопровождением, чтобы зарегистрироваться и показать, где и что будет проводиться. Насколько я понял, все наставники-дзёнины остались в Отакуку — интендантском «буферном» городке в десяти километрах от Конохи. Я там уже несколько раз бывал: как раз из их гарнизона начинался обход границ Скрытого Листа. А так все заказы принимаются, и всякие гостиницы расположены именно там. Мы с Ино и Чёджи вошли на экзамен одними из первых. Встретили нас знакомые «почётные герои второго плана»: лохматый Котецу и его второй друг в бандане — Изумо. Из типа горшочка у них торчали три палочки, которые нам надо было вытянуть. На палочке оказался кругляш с цифрой. У меня — два, Чёджи досталась единица, а Ино — тройка. Нам сказали каждому пройти в кабинет со своим номером. К моему удивлению, Шикамару сделал что-то вроде видеоконференции и, похоже, транслировал условия письменного теста сразу одновременно на все три класса. Мы оказались заперты на тридцать минут, и, если судить по трепыханиям остальных, заперты достаточно плотно: недалеко от меня сидел Шино, и его жук просто полетал, но не смог выбраться наружу. Мы взяли по экзаменационному листку, на котором было по три вопроса, первый на тридцать, второй — на сорок, третий — на пятьдесят баллов. Задача была в том, чтобы набрать сто баллов на команду. В общем-то, для меня эта дилемма, над которой все мучились, не составила труда. Я выбрал вообще не отвечать, так как половины иероглифов не понимал и суть вопросов от меня ускользала. При этом по шепоткам окружающих выяснил, что вопросы достаточно простые, даже те, что на пятьдесят баллов. Минут через десять в моей голове образовался голос Ино, которая сказала мне не отвечать на вопросы, подтвердив моё решение. Народ бегал, суетился, советовался. Потом орали и кричали, а почти под конец из другой аудитории раздались пять ударов. А затем ещё три и ещё два, даже Шикамару по связи попросил не баловаться больше. В моей комнате сидели также эта вроде-бы-джинчуурики и Рок Ли. Так что я, можно сказать, вблизи посмотрел на «Зелёного Зверя Конохи» в обтягивающем комбезе. Кстати, не таком уж и обтягивающем. Ли мне показался самым настоящим угланом, довольно нескладным, какими бывают подростки: с выросшими и пока непропорциональными ступнями и кистями рук. Четырнадцать-пятнадцать — самый гадский возраст. У самого только-только всё стало более-менее нормально с телом. По истечении тридцати минут Шикамару по связи сказал перевернуть листок и дал «дополнительный вопрос»: за три последующих минуты надо было решить, кого из команды оставить прикрывать отход при том, что, скорее всего, этот человек умрёт. В условиях было также, что ответить надо всем одинаково, а тот, кого «одинаково ответили», дальше в экзаменах участия не принимает. Короче, развод для малолеток. Впрочем, многие генины, особенно из других стран, ломали себе головы. Ино вторглась в моё сознание на исходе первой минуты и сказала, что не знает, что делать, мне даже сначала показалось, что она скажет мне вписать моё имя. Но я сказал, что ответ на этот вопрос — чистый лист, нельзя никого вписывать. И ответим одинаково, и команду не дисквалифицируют за потерю одного из членов. Так, в общем-то, и вышло. После «письменного теста» у нас собрали листочки и вывели во двор. На постамент вместе с Шикамару вышла Темари и скопом дисквалифицировала все команды, у которых не хватало численности. Кажется, Неджи поцапался с каким-то парнем из Песка как будто из-за того, что тех дисквалифицировали: их команда пришла вдвоём, но дальнейшие разборки прекратила Темари, объявив, что команд всё равно слишком много и объявляется гонка в сторону Суны до места, названного «Пустыня демона». В дальнейшем предполагалось участие тридцати команд, которые прибудут раньше всех остальных. Первыми сообразили команда Неджи-Тентен-Ли и сорвались, не дослушав, впрочем, оказалось, что командовать «раз-два-три-беги!» никто не собирался, так что мы стартовали в первой десятке. Повезло, что в дороге было запрещено драться и применять силу. В принципе, направление было одно, выбирать путь особо не приходилось. Конечно, со временем большинство рассеялось, растянулось и двигалось вдоль торгового тракта. Команды Конохи, привыкшие скакать, как белки по деревьям, на первой части пути через лес заметно оторвались. Это в мультике кажется «ну что такого пробежаться три дня до Скрытого Песка», особенно когда эти три дня путешествия показывают минуты четыре. Так вот, расстояние от Конохи до Суны составляет ни много ни мало, а около шестисот километров. Это примерно равно дороге от Челябинска до Перми. Но то на машине или на автобусе порядка семи-восьми часов «проехать», а тут предлагается пешкарусом да по пересечённой местности. Треть пути занимает густой лес, треть — прожигающая пустыня, а посередине этого безобразия дорога по каменистым предгорьям Страны Реки. Вот она, романтика жизни шиноби. И, насколько я помнил из уроков местной географии, Великая Пустыня, с которой для нас начинается Страна Ветра, имеет свои деления и «Пустыней Демонов» называют одну из её областей. Там располагается восточный пограничный гарнизон Суны. От него до самой «Скрытой в Песках» ещё километров сорок-пятьдесят по барханам. — Передохнём? — через восемь часов непрерывной скачки, после того как солнце стремительно закатилось за горизонт и начало не менее стремительно темнеть, предложил я. — У меня чакра на исходе. Если не перевести дух, то это будет бессмысленно. — Надо отдохнуть, — согласилась со мной Ино. — И поесть, — хмыкнул Чёджи. У нас, как и у всех остальных, не было с собой походных рюкзаков. В общем-то, нас предупредили идти на экзамен «без поклажи», что само по себе очень подозрительно. Ладно, что на улице лето и жара. В принципе, можно вальнуться на траву просто так — без палаток, спальников и одеял. Хорошо не попросили прийти на экзамен вообще «без никому» — оружие с собой имелось. — Ночи безлунные, — разочарованно цыкнула Ино, принимая из рук нашего запасливого товарища вяленое мясо. — Если выйдем засветло… У меня есть чакровосстанавливающие медицинские пилюли. — Интересно, как далеко убежали Неджи и остальные из его команды, — пробормотал Чёджи, поясняя для меня: — Это Хьюга в белой клановой одежде, с ним парень в зелёном комбинезоне и девчонка… э… Тентен. Такая… обычная. Я получил свою порцию пайка и кивнул. — Понятно. Они самые сильные и быстрые? Мы будем ориентироваться по ним? — Ага. У них тренер — зверь, — устало улыбнулась Ино. — Сайто, твоё дежурство первое. Разбудишь меня в одиннадцать часов. Выйдем за два часа до рассвета. В четыре утра. — Костёр не разжигай, если что-то подозрительное — буди меня, — согласно кивнул Чёджи, и они с Ино улеглись на траву и, что удивительно, сразу уснули. Настоящие ниндзя. Иногда вокруг шелестела листва. Кто-то пытался бежать и в темноте, но, как сказала Ино, ночь безлунная, а в лесу легко можно во что-нибудь врезаться. Я «врубил» свой шаринган. Конечно, зрение не как днём, но что-то среднее между жёлтыми «ночными» дорожными очками и камерой, снимающей в сумерках. Краски поблёкли и с трудом различимы, но зато резкость и контрастность прибавилась, ориентироваться можно, и весьма успешно. К тому же все живые объекты крупнее кошки на «радаре» чуть подсвечиваются. А у шиноби, как я смог убедиться на примере своих сокомандников, специфическим синевато-призрачным светом видна чакра. После своей смены, надо сказать, самой лёгкой — для новичков, я тоже уснул совершенно по-ниндзяевски — мгновенно.