Welcome to Hell

— Здравствуй, Перри утконос! Сегодня я построить… Договорить злобному ученому агент Пи не дал. Он одним движением выбил пульт из рук Фуфелшмерца, очень быстро нашел кнопку самоуничтожения, которую Хайнц будет приделывать к каждому своему изобретению, хоть она и помогает вовсе не ему, и вскоре инатор взорвался, оставив за собой только несколько осколков и всяких железяк. И сразу же Норм прибежал их убирать. — А я ведь просто хотеть сделать пончики. Неужели ты не любить пончики, Перри утконос? Зверек молча смотрел на ученого, не имея возможности ответить. — Ну да, ты не уметь говорить, — грустно вздохнул Фуфел. — И потому ты не сможешь крикнуть сейчас! Хайнц достал из кармана какой-то небольшой прибор, напоминающий лазерный пистолет, и, прицелившись в заклятого врага, выстрелил. Некий голубой луч ударил агента, и тот отлетел к стене. — Я знать, Перри утконос, что ты всегда разрушать все мои инаторы, о которых я тебе говорить! И я решить замаскировать этот инатор. Трепещать, Перри утконос, Неудачниказартноинатор! Теперь мы сыграть с тобой в карты. Ты обязательно проиграть, но все равно хотеть сыграть со мной. Перри поднялся на лапы и, погладив больную голову, подошел к столу, куда его подозвал Фуфелшмерц. На нем лежали игровые карты, и Хайнц пригласил врага сесть за один из двух стульев. А сам плюхнулся напротив. — Играть, разумеется, не на деньги. Шарлин и так не баловать меня алиментами, а ты вообще утконос. Я решить, что я получить все твои деньги и помешать твоей карьере агента, если заполучить твою семью, Перри утконос! У тебя же есть семья? Зверек зарычал. Конечно Хайнц ничего не понял, но решил, что это был положительный ответ. — Я выиграть — получать твою семью, ты выиграть — я прекращать изобретать на неделю! — Перри молча смотрел на своего врага. — Две недели? Три? Ладно, Перри утконос, месяц. Начинать, Перри утконос! Ты же не испугаться? — Агент Пи недовольно зарычал, взяв свои карты. Да, играть он хотел. Десятка на семерку, дама на девятку, восьмерка на шестерку, и так продолжалась игра, пока карты в руках злобного ученого не закончились, и зверек остался с одной картой дамы. — Отлично, Перри утконос! Ты мне проиграть, ты должен притащить мне всю твою семью! Или одного. Мне все равно. Лучше конечно же всех, но если у кого-то не получаться… Ладно, Перри утконос, телепорт накрыт белой простыню, ты найти его и, я думать, и без меня знать, как он работать. *** Громкая музыка, перекрикивая которую можно было подорвать голос. Множество незнакомых людей двигались под играющие на всей громкости песни. Два стола, на которых красовались различные вкусняшки и напитки. Практически у каждого подростка в руке можно было увидеть банку пива. — Мне кажется, или получение прав ты празднуешь шикарнее чем собственный день рождения? — заметил Балжит. — И кто все эти люди? — Мы будем пить только пиво? Изабелла ударила рыжеволосого под бок, пробурчав что-то про алкоголизм. — Что покрепче я приберег только для вас, мои дорогие друзья, — усмехнулся Ван-Стомм. — Но это потом. А сейчас уходим в отрыв! Закричав, тем самым поддержав друга, ребята кинулись в самую просторную комнату, где и было больше всего людей. Финес и Ферб без всякого стеснения вытолкнули некоторых незнакомцев, чтобы освободить себе место. Теперь можно было и оторваться. — Девушка, не позволите мне угостить Вас? — прошептал Флинн, приобняв брюнетку сзади. — Не отказалась бы, — улыбнулась ему Изабелла. Парень протянул ей коктейль. Оказывается, тут и бармен есть. И его услугами воспользовался Ферб. Только заказал он себе безалкогольный мохито и под шутки бармена о злой женушке пил свой напиток. После этой ночки бухать ему совсем не хотелось. Зеленоволосый просто наблюдал за всеми присутствующими. Здесь было множество незнакомцев, и изредка в толпе мелькали знакомые лица. Кажется, Балжит с Джинджер опять поссорились. Из-за Ирвинга. Можно было бы проследить за ними и выяснить все подробности — в его твиттере за один вечер множество постов набралось бы —, но вдруг он заметил кое-кого, гораздо сильнее интересующего его. Невысокая блондинка двигалась в такт музыке, блаженно закрыв глаза и делая небольшие глотки из банки пива. Ферб уверен, это та самая девушка, с которой он начал встречаться прошлой ночью. Почему она ему не позвонила? Так сильно напилась что ли? — Хэй, какие люди. Раскрыв глаза, девушка удивленно уставилась на парня. Видимо, она не сразу покинула свои мысли. — Зай, это ты! — радостно захлопала в ладоши блондинка, обняв Флетчера. — Извини, что не писала и не звонила. День тяжелый выдался. — Понимаю. После вчерашнего нелегко в себя прийти. Рассмеявшись, блондинка приобняла Фербыча за плечо и, достав телефон, сделала селфи. — Привычка, — пояснила она. — Всегда со своими парнями в первый день отношений фоткаюсь. Мама говорила, что потом, когда мы уже тип женаты и все дела, приятно на эту фотку смотреть. Зеленоволосый пожал плечами. Одна фотография не распишет их, так что пожалуйста. Почувствовав вибрацию в кармане, Гарсиа-Шапиро тут же полезла за телефоном. Из-за шума звонка не было слышно, потому Финес не сразу понял, почему его девушка начала поспешно выбираться из толпы, оставив его тут. Разумеется, смириться с этим он не собирался, потому поспешил за возлюбленной. Заперлись они в туалете — тут музыку не так слышно. — Да, мам, — мило заулыбалась Изза. – Что? Нет, я с Финесом. У нас все хорошо. Что? Мам, о чем ты? Нет, я же говорю тебе. Флинн, прислонившись к стене, с любопытством наблюдал за Изабеллой. Вивиан явно была чем-то недовольна. — Мам, ну я… хорошо! Да, я приду. Мам! Стиснув зубы, девушка бросила телефон в карман и грустно вздохнула. — Мне надо домой, — тихо сказала она. — Не хочу отрывать тебе от веселья тут. Но не мог бы ты меня провести? Улыбнувшись, рыжеволосый приобнял Иззу и погладил ее по голове. — Почему бы и нет? Открыв дверь, они оба вышли из туалета. Брюнетка хотела поблагодарить парня, но, стоило ей повернуться в его сторону, как Финеса и след простыл. — Вот сволочь. Не захотел — так и скажи. Хмыкнув, Изабелла направилась к выходу, кое-как протискиваясь через толпу. — Да и без тебя тут скучно будет, — пожал он плечами. Но, открыв глаза, Флинн обнаружил, что находится совсем не на вечеринке друга. А в какой-то лаборатории что ли. Повсюду всякие железяки. Какие-то громадные машины. Как он сюда попал? Где Изабелла? Вроде не курил, ничего такого не ел. Заметив человека за столом, парень поспешил к нему. Может, он знает, что здесь да как. Когда Финес удалился, Перри, сидящий за одним инатором, облегченно вздохнул. Утконос хорошо знал своего хозяина. С ним точно ничего не случится. — Здравствуйте. Мужчина, лет так сорока пяти — пятидесяти, поднял глаза и заинтересовано поглядел на подростка. — Серьезно, ты? Я ожидать чего-то большего. Флинн непонимающе уставился на Фуфела. — Ты обычный школьник. Подросток. Лучше бы я что-то другое придумать, — приуныл ученый. Он начал говорить что-то непонятное о своем детстве, о каком-то агентстве, захвате Триштатья. О каких-то инаторах. Не выдержав, мужчина громко зарыдал и закрыл лицо руками. — Я неудачник! Рыжеволосый, ошеломленно глядя на плачущего мужчину, не знал, что и сказать, как успокоить человека. И отчего-то парню казалось, что он его где-то видел. А вспомнить не может. — Мистер, успокойтесь. Может, Вам валерьянки? Ученый помахал головой. — Нет, жалкий мальчишка! — вдруг разозлился он. — Валерьянка для слабаков! Я предпочитать настоящее немецкое пиво. Гордо подняв голову, Хайнц встал и молча вышел из комнаты, оставив подростка в недоумении. Финес так ничего и не понял. Он только что должен был провожать Изабеллу до дома, а оказался у рыдающего аптекаря. Бывает. — Я вернуться. Мальчуган, не бояться! От пива тебе ничего не будет. Рыжеволосый пожал плечами. Два месяца назад он бахнул кое-что покрепче пива, из-за чего переспал со своей хорошей подругой. Ну, эта хорошая подруга оказалась еще и хорошей девушкой. Так что он даже благодарен немного алкоголю. Только повторять ту вечеринку не собирается. А от бутылки пива, еще и немецкого, не откажется. — Есть у меня один враг. Знать, он такой козел! Перри Утконос его звать, ты ж его знать. — У меня дома утконос живет, но он не может быть Вашим врагом, мистер Фуфелшмерц. Рыжеволосый достал свой телефон и, полазив немного в галерее, показал ученому фотографию своего питомца. Фуфел взял смартфон и внимательно изучил картинку, надеясь увидеть где-то на заднем плане Агента Пи. Но тут он без шляпы, выглядит как любой другой утконос. Надо ли говорить, что Хайнц его не узнал? — Так он меня еще и обмануть, — разозлился мужчина, хватая еще одну бутылку пива. — Я ему обязательно отомстить, когда он прийти ко мне в следующий раз! Флинн усмехнулся. Какие теплые у них отношения. — Я, наверное, пойду. Мне еще к девушке своей забежать надо. — Девушка подождать! — заявил Фуфел. — А у меня горе, меня обмануть мой заклятый враг. Как ты мог, Перри Утконос?! — заныл ученый. Не желая покидать человека в таком состоянии, парень остался. Да и пиво ему понравилось. Хорошее. Интересно, где его достать можно? Он такое первый раз в своей жизни видит. Не много ни мало ли, а ящик с пивом, который притащил Хайнц, вскоре опустел. Ученый или аптекарь — Финес так и не понял, — а пьянеет легко. Есть люди, которых напоить проще простого. — Я все для нее делать, а она этого не ценить, понимать? Ванессочка, почему ты такая вредная? Раньше она встречаться с сыном очень нехорошего человека, представлять себе?! Хотя нет, я лгать, он хороший человек. И какая из нее теперь злодейка? Флинн уже устал тут сидеть. Мужчина все жалуется на свою жизнь, пьет и пьянеет. Вот краткое описание этого вечера. А ведь парень мог сейчас веселиться у Бьюфорда. Или провести время в компании Изабеллы. — Я не неудачник! — пришел к выводу Фуфелшмерц. — Меня окружать только эгоисты. — Правильно, — поддержал его Финес. — Раз я помог Вам во всем разобраться, я пойду. — Спасибо тебе, мальчуган. Заходи ко мне. И ученый крепко обнял гостя на прощание. Может, рыжеволосый и был тут впервые, но входную дверь он нашел сразу. Лифт, как ни странно, работал, и парень быстро спустился на первый этаж. Оказался он в районе новостроек, ближе к центру города. Отсюда где-то полчаса дороги до дома. Телефон не работал, так как разъяренный из-за обмана своего заклятого врага Хайнц разбил его. Так что любимые наушники можно было прятать.